Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ

Наши проекты

Конкурсы

   
П
О
И
С
К

Словесность



КУАН
или
MORTUI  VIVOS  DOCENT 1 

Предисловие. Оглавление ]


ЧАСТЬ  ТРЕТЬЯ.  МИФОЛОГИЧЕСКАЯ
или
ВОСЕМНАДЦАТЬ 248   ИСТОРИЙ  ИЗ  ПОЛНОЙ  ВСЯЧЕСКИХ  УДИВИТЕЛЬНЫХ  СОБЫТИЙ
ЖИЗНИ  ЧЕТЫРЕЖДЫВЕЛИЧАЙШЕГО 249   КУАНА
С  ДЕВЯТНАДЦАТЬЮ  ПОСКРИПТУМАМИ

Литературная обработка каскеленских мифов и легенд Валерия Куклина 250 


КУАН и БОГИ

В день, когда на смену четыреждывеличайшему Куану во всемирном пантеоне великих смертных пришел несравненный по величине и мощи своей батыр (богатырь) Куаныш, чья красота затмевает солнце, а сила не имеет равных ни с кем во Вселенной, собралась Генеральная Ассамблея Богов и возглавляющй ее Тайный Совет Четырёх (пятый - Будда - пребывал в бесконечной нирване, а потому в подобных мелочных спорах участия не принимал, да и о существовании иных великих смертных, кроме собственных, не подозревал) с намерением ответить на вопрос: а что же теперь делать с белым ослом?

- К матери святой римской церкви Куан отнощения не имеет, - заявил, как всегда поспешивший взять голос римский папа, искренне почитающий себя наместником католического Яхве на земле и потому постоянно замещающий своего сюзерена на Ассамблеях и старающийся высказаться поскорее, чтобы его слово было если не последним, то, по крайней мере, первым. - В наших церквях, собрах и храмах осёл не был крещен, подвигов и страданий во имя святой римской церкви не совершал. Работал усердно - да, благие дела и подвиги совершал - тоже да. Но десятины в нашу казну не платил, с покаяниями в совершенных грехах не исповедовался, на церковь не жертвовал и даже в Крестных ходах не участвовал, не играл роли осляти в мистериях и не возил на своей спине ни одного из слуг Господних.

Выдохнул после быстро и напористо произнесенной речи, вытер пот и закончил:

- Куан - не член Римского клуба, ни в каком другом из обществ содействия западным ценностям и истинной демократии не состоял. Потому он - не католик. И мы отказываемся признавать его.

Остальные члены Тайного Совета снисходительно молчали. Ибо кто такие римские папы рядом с Богами? Наместники смертны, они приходят и уходят. А Боги вечны.

- Это - твой великий смертный, - сказал правильно их понявший, мучающийся всю жизнь запорами, а потому стоящий, опираясь на длинную палку с закрученным в спираль золотым навершием понтифик, обращаясь к мирно посапывающему на мягком диване со взбитыми подушками, омахиваемому оапахалами руками прелестных гурий вездесущему и всемилостивейшему Аллаху. - Ты и решай.

- Нет, - встрепенулся великий Аллах, и распахнул глаза в праведном гневе. - Куан - не мой великий смертный. Я даже личного дела его не видел, да и в мечети Куан отродясь не бывал. Как осёл может считаться мусульманином, раз не был обрезан? К тому же, жил Куан в эпоху колониального господства православной Россией над мусульманским Средним Востоком. Потому пусть ответ за его деяния и за то, что делать с ослом после рокировки великими смертными, несёт Саваоф.

Восседающий на взбитых, как свежие сливки, облаках седой старец с огромной белой благообразной бородой и с неугасимым нимбом над украшенной белым венчиком волос головой Саваоф тут же возразил, говоря при этом важно и величаво:

- Господа! Не хочет Аллах признавать своим бухарского осла - и это его право. Хотя на самом деле, ослы в Азию пришли из Африки вместе с арабами и мусульманством. И стали там своими, - внимательно посмотрел на слушающих его Богов, продолжил. - Откуль быть на Руси своим ослам? Ослы у нас завозные. Либо приблудные. И правят ослами на святой Руси всегда иудеи. Вот пусть Иегова четыреждывеличайшего смертного себе под крыло и берет, за него отвечает, - и добавил с великодержавной спесью в голосе. - Для Иеговы суверенитеты не писаны - он в каждой бочке торчит затычкой.

- И отвечу! - заявил пристроившийся на соломоновом ливанокедорово-слоновобивневом и вызолоченном, покрытым шкурами леопардов троне крючконосый Иегова, четвертый член Тайного Совета идеологов планеты Земля. - Я вам всем отвечу! Я вам всё скажу! - Прокашлялся в кулак и начал. - Имя у осла какое? Казахское. Значит, Куан - великий смертный мусульманский, - и загнул сам себе один палец. - Подданство у осла какое? Советское. Значит, осел русский! - и загнул второй палец на левой руке. - А мой великий смертный - батыр Куаныш. Потому что, с одной стороны, его как бы и не было, а с другой - он как бы и пал в бою. Куан за Куаныша муки претерпевал, а Куаныш за муки Куана теперь купоны стрижет. У Куана и при жизни и после смерти не было ни гроша за душой, а фонд Куаныш-батыра уже для офиса своего унитазы из золота льет, - и сжал левую руку в кулак. - Ясно теперь, кто чей великий смертный и почему?

Коллеги Иеговы по задурманиванию мозгов пастырских стад, услышав такой казуистически неоспоримый аргумент, приуныли.

- Выходит, четыреждывеличаший Куан - великий смертный сам по себе. И равен бессмертным, - принялся рассуждать вслух мудрый Саваоф - и с ходу предложил выход из создавшегося положения сугубо атеистический. - Значит так... Раз никто его признавать своим не хочет, то пусть будет он еще одним Богом, - после чего обосновал свое предложение. - Ведь на самом-то деле, сколько уже было на свете Богов? У каждой нации, у каждого племени - их целая куча... Да что там куча... У одних египтян было их с целую гору. Тропические нации - они все многобожны. И все их Боги бесмертны, все - члены Генеральной Ассамблеи, многие даже какое-то время побывали в Тайном Совете Богов. Назначим Куана заштатным каскеленским Богом - он среди всей оравы такого ранга Богов затеряется непременно - и люди забудут про него, Ибо так было и так есть, так будет всегда: нет письменного источника и жизнеописания, свидетельствующего о существования Бога, - Бог исчезает вместе с народом, создавшим цивилизацию его поклонников. А есть он на бумаге - есть и поклонники его, даже если они порождены другой цивилизацией, жив и Бог исчезнувшей цивилизации. Как шумерский Ваал 251 , к примеру. Жив ведь, сволочь, и по сей день. Все мерзавцы мира ему служат.

Члены Тайного Совета слегка прибалдели.

- Демократия - демократией, - заявил римский папа, отпихивая от себя ногой католического Яхве, решившего все-таки посетить Тайный Совет, - но с чего это Иегова имеет два голоса, а мы по одному?

- Видите, до каких выводов с такой демократией мы докатимся? - поддакнул ему Аллах. - С такой демократией скоро всякий осел возмомнит себя Богом! Со стороны Иеговы это - корупция, семейственность и нарушения прав Богов! К чёртям корупцию, если она приносит ущерб Богам!

- Это простым смертным надо головы морочить, - подхватил столкнувший все-таки римского папу со своего Престола католический Яхве. - А с нами говори чётко: почему тебе, Иегова, потребовалось заменить Куана на Куаныша?

- Во-вот. О чем я говорю, - подвел итог спору Саваоф. - Оставить надо великими смертными обоих, - и Куана, и Куаныша. Одним великим смертным больше, одним великим смертным меньше - какая разница? Лишь бы число Богов не увеличивалось!

Богам было наплевать, кто будет числиться в Каскелене великим смертным. Просто никому из них не хотелось, чтобы настоящий Куан, пусть даже свергнутый и замененый на выдуманного Куаныша, существовал сам по себе, без подчинения хоть кому-то из Богов. Ибо великий смертный сам по себе - это прецедент, а всякий прецендент ведет к нарушению заведенного порядка, к замене не только великих смертных, но и Богов, к переделу поступающих от паствы жертв и к перемещению финансовых потоков, к сокращению доходов каждого из членов Тайного Совета 252 .

Присутствовавшимй среди них с правом будто бы лишь совещательного голоса древний бог по имени Вефильский Золотой Телец, а на самом деле вылитая из золота фигура толстого быка без мужских причиндалов, спасшаясяся от гнева Моисеева и свергнутого древними иудеями, но затем с помощью купцов и ростовщиков возродившегося вновь и с каждым днем последней так называемой мировой экономической депресиии всё более тучшеющая и мучающаяся золотыми запорами и поносами одновременно, соизволила прервать раздор Богов, вставить свое веское слово:

- Господа! Потише, будьте так любезны, - писклявым голосом взмолилась сработанная более 30 веков тому назад древнеегипетскими мастеровыми статуя быка-кастрата с огромными гнутыми золотыми рогами и с выпученными золотыми глазами при изумрудных зрачках. - Дозвольте высказать мнение моё. Как рядовому члену Генеральной Ассамблеи древних Богов, как будущему главе вашего Тайного Совета Богов молодых, но уже одряхлевших.

Боги притихли. Ибо каждый из них был в долгах, как в шелках, у Золотого тельца и у ишачащих на древнего драгметаллового монстра ростовщиков планеты. То есть каждый из четырех членов Тайного Совета (и даже находящийся в нирване Будда) понимал, что в момент, когда открывает рот вылитый из золота 95-ой пробы и все время тучнеющий от непрперывного потребления им человеческой крови и денег Золотой телец, дело всякого другого Бога "молчать в тряпочку".

Не то денежные курсы на мировых биржах начнет лихорадить - и кто знает, куда могут рухнуть акции присутствующих на Тайном Совете Богов, не придется ли кому-то из них потесниться подобно Куану и предоставить своё место всегда готовому проснуться вперед и заявить о своих правах Будде, например, с его многочисленными "восточными тиграми экономики", а то и отдать свою паству главе секты по кличке "церковь объединения преподобного Муна" со стоящей за ней накромафией. Ибо, как решит Златой телец - Бог воров, банкиров и чиновников, - так и будет.

- Куаныша создали свидетели Иеговы, а потому мудак Куаныш есть святой Бога по имени Иегова, - сказал Золотой телец. - И вопрос этот обсуждению не подлежит. Именно для создания будущего Бога Куаныша и были затрачены деньги так называемых американских налогоплательщиков, вложенные в казахстанский проект. А за башли общака надо мазу держать 253 .

Боги приуныли.

- Что до белого осла Куана, - продолжил между тем Золотой валух 254 , - то этот великий смертный не имел в достаточной степени нужной для сохранения своего реноме суммы в мною лично конвертируемых американских долларах. У Куана не было даже собственной уздечки, место в сарае - и то делили с ним владеющие стойлом лошади, а в конце жизни он даже не имел крыши над головой.

Саваоф, помнящий, что одна из ипостасей его в виде Иисуса также не имела при жизни крова, да и вообще большинство святых христианской церкви были не богаче Куаана, хотел было сообщить об этом Золотому кастрату, но вспомнил об обшорных счетах своих жрецов в принадлежащих золотому рогатому идолу банках, и промолчал, подумав:

"Не один ли хрен - богатый ли, бедный ли был великий смертный? Со Средневековьем давно покончено, теперь в мире людском благость не в почете. Нынче храмы строят на деньги ростовщиков и наркомафии - и матери наркоманов молятся в этих храмах, благодарят убийц своих детей. Стало быть, вскоре святыми будут самоназначаться мафиози и прочие богатеи. Конкурсы скоро станут объявлять: кто богаче - тот и святее".

- А потому, - сказал в заключение своей блестящей речи тот рогатый, кто уже однажды погубил род иудеев, а теперь принявшийся за истребление всего рода человеческого, - Куан, просуществовав в качестве великого смертного при невесть каком Боге половину века, обязан сгинуть так, словно его и не было никогда на белом свете, - и заключил непреререкаемым голосом. - Я так решил.

После чего перед ним сама по себе возникла бумага, по которой растолстевший до безобразных форм поносного цвета Бык ударил грязным копытом - и та засияла, как электролампочка с полукруглым пятном печати на боку, разнося вокруг запах горящей серы.

- На замену Куана Куанышем мои ростовщики выделили необходимую сумму, - торжественно объявил Золтой кастрат. - В свободно конвертируемой валюте.

Услышав, что деньги не только обещаны, но уже выделены и отправлены на их счета, члены Тайного Совета Богов тотчас забыли о Куане и облеченно воздохнули:

- Слава святому Куанышу!

Ибо коли есть деньги, которые будто бы надо кому-то не вполне конкретному платить вообще, то можно этих денег и не платить никому вовсе; их можно просто-напросто прикарманить, отчитавшись перед Золотым тельцом в правильном расходовании дарованных средств филькиной грамотой.

А что до народов планеты Земля, то они легко предадут всех своих святых и великих смертных, только пообещай им за их предательство замену действительно жившего нищего Куана вымышленным Куанышем со стоящими за его мифической спиной богатыми спонсорами.

Чучело золотого холощённого быка ликовало.

А Куан весело скакал по зеленой и всегда свежей травке Эдема, пытаясь поймать ушами бабочек, и весело ржал над мудростью Богов:

- И-а!



POST SKRIPTUM:

Древшнейшие Боги планеты Земля, никогда не являвшиеся ни на одну из Ассамблей Богов и не обращающие внимания на то, что творится в самозванном Тайном Совете, пропустили мимо ушей заключительную речь Золотого кастрата и не обратили внимания на бумагу с гербовой печтью в виде бычьего копыта. Они приняли Куана в свой собственный Пантеон без всяких споров, ссор и обсуждений, посчитав его великим смертным просто так, без всяких объяснений. Ибо Великая степь считает, что истинное золото - это не то, что блестит и не ржавеет, а праведная душа.

Так расссказывают эту историю каскеленцы.

И я им верю. Как верю и остальным историям, поведанных мне земляками Бауржана, ставшими мне любимыми и близкими вопреки тому, что развал СССР воздвиг между нами всякого рода искусственные границы...



КУАН и ЗЕМЛЯ

Однажды Куан шел по окраине Каскелена, да вдруг, застыв на месте, принялся извергать из себя отходы пищеварения естественным образом, как делает это всё сущее на земле от червей до человека 255 .

Бессменный директор совхоза "Каскеленский" Мухтар Алибекович Алибеков узрел это непристойное действо ишака и вопросил гневным голосом:

- Эй! Ты что делаешь? А?

- А что? - ответил осёл вопросом на вопрос, словно истинный восточный мудрец, участвуюющий в богословском споре, и продолжил обычный для сытых ишаков долгий процесс калоизвержения и мочеиспускания.

- Это ж земля! - вскричал директор.

- Ага, - согласился ишак.

- Моя земля! - возопил Мухеке в отчании. - Моя! Понимаешь?

- Почему? - спокойно ответил осел и громко выпустил из себя воздух, разнося по окрестностям Каскелена отвратную вонь.

- И воздух мой! - взъярился Алибеков.

- Ага, - вновь согласился Куан, посыпая землю катышками навоза.

- Здесь всё моё! - не унимался Мухтар Алибекович. - Пошел прочь с моей земли! Я тебе приказываю.

- Нет, - ответил четыреждывеличайший. - Это - моя земля. Я на ней родился, на ней помру. И лягу в нее. Но сегодня хочу свою землю удобрять - и удобряю.

И не сдвинулся с места.

- Ах, так?! - взбеленился директор и, схватив хворостину, решил ударить ею Куана.

Но четыреждывеличайший на ходу перехватил зубами хворостину, вырвал ее из руки директора, схрумкал и проглотил.

Тогда директор сбегал в совхозную конюшню и, вырвав оглоблю, бросился с ней к ослу с намерением этой дубиной перебить хребет четыреждывеличайшему.

Но Куан опять-таки в полете перехватил своими крепкими зубами очень ценную и очень полезную в крестьянском хозяйстве оглоблю из просущенного, твердого, как камень, тополя - и перекусил ее, превратив ее в две годные лишь на топливо палки с размочаленными концами.

- Я тебя зарежу! - закричал в отчаянии директор и, выхватив из-за голенища сапога большой узбекский нож, бросился на осла, но подскользнулся в жиже ишачьей мочи, смешанной с землей Каскелена, - и хлопнулся на задницу. Выронил нож.

Белый осел продолжил свой туалет.

Заплакал директор, поднялся на четвереньки, выбрался на карячках из лужи, на твердом месте поднялся на ноги и поплелся прочь, громко и отчанно стеная:

- Моя земля! Моя земля! За что Аллах отнял у меня мою землю и отдал ишаку?

- И-а! - объяснил ему мудрость Аллаха четыреждывеличайший.



POST SKRIPTUM:

Так никогда и не узнал директор совхоза "Каскеленский", потомок бая Алибека из рода Чапрашты союза Дулат Старшего Жуза, что никто, никогда и нигде на самом деле не владел землей и не будет владеть ею. Потому что идея владения землей - это выдумка человеков. А всякий человек - это всего лишь отдельная особь одного из видов семейства человекоообразных, рода приматов, класса млекопитающих, населящих эту планету по праву, дарованному ему судьбой и удачей наравне с ослами, рыбами, насекомыми, баранами и с другими живыми существами планеты 256 .



КУАН и ПОЛКОВНИК

Однажды Куан встал посреди авторасссы, ведущей от воинской части полковника Расторгуева в сторону Алма-Аты, задумчиво глядя в сторону захода солнца и любуясь переливающимся всевоможными оттенками красного и лилового цветов вечерним небом. Настроение осла было спокойным, безмятежным, полным внутреннего очарования и осознания себя единым со всей Вселенной. Ослу не было скучно, да и стихов не писал он в тот момент ни о любви своей к великой Ролине, ни о любви к родине малой (в виде окрестностей Каскелена), ни по поводу сердечных мук в отношении волоокой и неопрятной ослицы Дуры из соседнего с Абдугуловыми двора Абдрашитовых. Он просто любовался закатом - и был счастлив тем, что он есть на земле, Земля есть во Вселенной, а Вселенная есть данность, с существованием которой надо смириться всему сущему на Земле..

Но тут на трассе возник грузовой автомобиль марки "ГАЗ-51" 257 , груженный боеприпасами и с сидящими в кузове верхом на двадцати пяти готовых в любую секунду взорваться ящиках десятью солдатами. В кабине же, вместе с шофером удобно устроился и внимательно вглядывался в знакомую до осточертения дорогу могучий и мудрый полковник Расторгуев - гроза мирового империализма, бродячих собак и ослов Каскелена.

- Это по какому такому праву какой-то там осёл стоит посреди правительственной автотрассы?! - возмутился начальник гарнизона. - А вдруг как "если завтра война, если завтра в поход, если снова война громом грянет" 258 ? А ишак помешает движению транспорта и выполнению поставленной перед нами Советским Правительством боевой задачи в четко назначенное время выйти на огненные рубежи! Это ж будет позор всей доблестной Советской Армии, всему советскому Военно-морскому флоту, всей военной авиации, всем десантным, пожарным и космическим войскам вместе взятым!

- Угу, - кивнул водила-сержант, которому осёл не мешал, ибо стоял на полосе встречного движения.

Но полковник приказал:

- А ну, стой!

Шофер, скинув газ, нажал на педаль тормоза.

Расторгуев выскочил из кабины и прокричал, обращаясь внутрь кузова к замерзщим на ветру и кое-как приспособившимся сидеть на угловатых и занозистых ящиках с кроваво-красной надписью "Осторожно! Опасно для жизни!" солдатам:

- А ну все марш из машины! - и добавил порцию обязательного в лексике каждого советского офицера мата. Ибо таково уж свойство русского мата: без него и конь с места не стронется, и танковый двигатель заглохнет, и ракета на пусковой площадке взорвётся, и солдаты остануся вялыми, к выполнению боевых задач не готовыми. А мат - он, как идеальное топливо, годен для всех и для всего. Настоящий офицер даже в любви к девушке матом признается.

Обрадовавшиеся возможности избавиться от взрывоопасного соседства, а также разогреться и подвигать зетекшими от долгого и неудобного сидения руками и ногами расторгуевцы с великой охотой вывалиилсь из кузова и принялись приседать и обхлопывать ладонями собственные плечи, добродушно подшучивать друг над другом, ёрничать и балагурить при этом.

- Смирно! - рявкнул полковник, привлёкши тем криком внимание Куана.

В одно мгновенье все десять солдат выстроились в ряд, плечо к плечу, тараща ставшими враз оловянными глаза на своего командира, выкатив вперед груди и подтянув животы.

Полковник с довольным выражением лица оглядел расторгуевцев, остался внешним видом их враз отупевших морд доволен, как и тем, что: звездочки пилоток сияли точно над центрами лбов, подворотнички под выбритыми подбородками выглядели чистыми, гимнастерки глаженными, складок под ремнями не наблюдалось, брюки заправлены в сапоги, сапоги начищенны. Прошелся взглядом по шеренге глаз - и отметил про себя, не вслух, что все двадцать разноцветных зенок пялятся на него преданно, обещая выполнить любое его желание.

"Хороший призыв, - проскользнула в его голове добродушная мысль. - С такими бы я в разведку пошел", - хотя никогда в жизни не ходил он в разведку, а с солдатами вместе лишь в давние младшеофицерские годы мотался по улицам тыловых городов в поисках самовольщиков и мешая милиционерам бороться с преступностью.

- Мальчики направо, девочки налево, - по привычке с пионерского прошлого приказал полковник - и солдаты с радостным ржанием бросились прочь с асфальтового полотна автотрассы.

- А ну, стой! - проорал тут же вспохватившийся полковник. - Почему в разные стороны? Что вы - армия Кубы или Израиля 259 ? Откуда в моей части девочки?

- Не знаем, товарищ полковник, - ответили остановившиеся и переминающиеся с ноги на ногу солдаты. - Вроде, быть не должно. В бане вместе моемся, друг друга нагишом раз в неделю видим, - и тут же каждый воин стал объяснять Расторгуеву, что лично он бежал в нужную сторону, туда, куда указал им товарищ полковник - то есть вправо.

- Потому что право - там! - хором закончили оин свои мысли, показывая... в разные стороны.

- Но вот тут же вправо! - завопил Расторгуев выбрасывая руку куда надо.

И одна половина солдат с ним согласилась.

Вторая половина возразила:

- Так это если с вашей стороны смотреть, товарищ полковник, - заявили они. - А мы-то смотрим вам в лицо. Потому, что для вас право - для нас лево, - и пояснили на примере. - Для нас направо - это вон куда, - и показали руками влево, - А для вас - вон туда, - показали в противоположную сторону.

Следящий за всей это перебранкой Куан подумал:

"Вот так вот у людей всегда: начальство говорит одно, а народ слова начальства понимает совсем иначе, - вздохнул и закончил мысль с печалью в душе. - Не построят они коммунизма в отдельно взятой стране" 260 , - после чего попытался вернуться в прерванную нирвану.

- Ах, едрит вашу матку всех в козель! - окончательно рассердился полковник. - Да кто вам, ишакам лопоухим, давал право самим решать, где право, а где лево? Вы должны знать, что право указывать вправо имеет только ваш комнадир - а настоящее время я, ваш полковник Расторгуев. Если для меня право это - тут, - указал он левой рукой, то и для вас - это правая сторона. Уяснили, барбосское отродье 261 ?

Вновь оторвавшийся от размышлений о великом противостоянии Добра и Зла и о природе вещей Куан прислушался к разговору офицера с солдатами и подумал:

"Почему товарищ полковник говорит "направо", а показывает влево? А "если завтра война, если завтра в поход", куда побегут его солдаты? Надо указать им правильную дорогу"

Белый осел призывно проржал солдатам - и свернул с автотрассы в кювет, спустился туда, чтобы уже там пустить в землю мощную струю мочи, словно приглашая воинов присоединиться к сему священнодейству, из века в век умиротворяющему спорящие стороны.

Завороженные звуком журчащей жидкости солдаты ринулись следом за ослом, на ходу растегивая ширинки форменных галифе.

Расторгуев хотел грозным рыком остановить бросившееся, словно в панике, с проторенной дороги войско, но природа взяла в нём самом верх над долгом перед Отечеством - и он сиганул в кювет.

Через мгновение полковник, стоя в одной шеренге с Куаном и с солдатами, как равный с равными, как их друг, товарищ и брат, расставив ноги и опираясь на льющуюся из нутра струю, стонал от наслаждения:

- К-ка-айф!!!



POST SKRIPTUM:

Это был первый урок осла Куана, преподанный им полковнику Советской Армии Расторгуеву Анатолию Петровичу. И тема урока звучала так: перед естеством своим все равны. Абсолютно все.



КУАН и ДОРОГА

Однажды Куан, отлучившись на минутку от исполнения своих прямых обязанностей по помощи Бауржану по хозяйству, прибрёл к любимому своему месту на авторассе между военной частью полковника Расторгуева и Алма-Атой. Отсюда он любил любоваться нежными красками весеннего заката и поразмышлять над смыслом жизни и о том, в какие идиотские формы переобразуется этот простой и ясный, сокровенный смысл в устах гораздого на пустопорожние выдумки человечества.

Вновь было безветренно, тихо, спокойно, воздух был наполнен ароматом цветущих в ту пору по всей степи маков, зудом ищущей куч навоза мошки, трелями каменок и жаворонков.

Мешал извечной гармонии этой лишь звук приближающегося к Куану со стороны Алма-Аты грузового автомобиля. Это обещало Куану вновь заняться учебой сидящих в кузове солдат и дремлющего в кабине офицера тому, чтобы доблестные советские воины правильно понимали, где право, где лево, а не бежали в разные стороны, когда услышат приказ командира. То есть машина должна была остановиться возле Куана, как понимал четыреждывеличайший, и под мелодию добротного офицерского мата вывалить из-под брезентового чрева кузова своего кучу солдат растерянных и безоружных, которым прикажут невнятно - они и выполнят приказ бестолково. Армия - на то армия и есть, чтобы приказы звучали невнятно, а исполнялись бестолково. Других армий не бывает. Как не бывает в природе крылатых коров и не обгаженных СМИ 262  политиков.

Машина остановилась.

Полковник выскочил из кабины, что-то прокричал, указывая правой рукой направо.

Солдаты бросились налево.

Полковник с матерками и обвинениями солдат в тупости помчался вслед за ними, на ходу растегивая ширинку.

Сержант-водила, и на этот раз предлагавший Расторгуеву объехать ишака, но вынужденный остановиться, остался за рулем, с тоской глядя в глаза Куану и прнимая, что теперь он ужина увидит не скоро.

"Ну, что ты привязялся к нам? - думал шофер бестолково и не по существу, как думают вне войны все солдаты. - Мне до дембеля всего полгода осталось. Меня дома мама ждет. Невеста замуж вышла, развелась - и снова ждет меня. Видишь, сколько проблем? А ты тут стоишь, полковнику жить мешаешь".

Боеприпасы в кузове задумались над вероятностью самим по себе взроваться к такой-то матери и улететь к небесам, нежели еще сколько-то там времени трястись в деревянных зеленых ящиках с надписью "Тушонка семипалатинская свинная, первый сорт" 263 .

Но тушонки не взрываются. Потому стратегический груз дождался возвращения своих грузчиков-перегрузчиков в чистых погонах и своего владельца с тремя большими звездами на двухполосых погонах, идущих к машине с лицами веселыми, с душами и мочевыми пузырями облегченными.

Куан выскочил из кювета вместе с ними - и тут же занял прежнее место на асфальте.

- Туды-т, твою в качель! - расстроился полковник пр виде Куана перед автомобилем. - Не успели!

Шофер вновь предложил объехать осла.

Солдаты поддержали водилу-сержанта.

Но полковник заупрямился.

- Я вам кто? - грозно спросил он. - Полковник или, мать вашу так да растак, чудило на другую букву? Сказано: ехать прямо - значит надо ехать прямо, а не вилять задницей, как блудливая коза во время течки 264 .

- Значит, давить осла? - спросил сержант-водила.

- Я тебе задавлю, давила несчастный! - услышал в ответ. - Ты, блин, что - не знаешь, чей это ишак, так твою мать? Осел ослу - рознь! Как полковники разные: один в нужное время станет генералом, а другой так в отставку с тремя звездочками и отправится. Полнял, балбес?

- Понял, - кивнул сержант-водила. - Значит, объезжаем осла.

- Нихрена ты не понял, морда деревенская, - оскалился в довольной улыбке полковник, совсем недавно узнавший, что включен в список очередников-нефронтовиков на генеральское звание. - Тут мыслить надо стратегически. Как маршал Жуков. Как Александр Пархоменко и Александр Македонский. Понял теперь?

- Нет, - честно ответил сержант-водила. - Если ехать в часть, то надо либо давить осла, либо объезжать. Не перелетать же.

- Балбес! - рассмеялся полковник. - Кто же на грузовике летает? Технологии еще не дошли до этого. А если дойдут, то сперва они секретными будут, потом их десантникам передадут, а нам уж во вторую или в третью очередь, да еще и в удешевленном варианте. Понял, недоумок?

- Понял, - смутился своей дремучести сержант-водила, который знал хорошо, как следует вести себя при разговоре с начальством, и спросил. - Так как ехать-то, товарищ полковник? В объезд или прямо по ишаку?

- Не ехать, а подождать, - мудро рассудил Расторгуев, и объяснил. - Солдаты нам расчистят путь.

Отдал распоряжения недавно разжалованному за пьянство в солдаты ефрейтору, по-прежнему командовавшему этим отделением, немедленно очислить дорогу от осла, а сам залез в кабину.

- Сдвинешь осла - верну звание, - пообещал экс-ефрейтору полковник при этом, зная, что как ни скажет любой полковник любому солдату, солдат приказ полковника всегда услышит.

Десять расторгуевцев тотчас бросилось к Куану - и принялись спихивать ишака с хорошо прогревшейся за день и греющей ослиный живот авторасссы.

Белый осел уперся в асфальт всеми четырьмя копытами - и не сдвинулся с места.

- А ну, увеличте усилия! - крикнул им полковой командир, распахнув дверцу и, стоя на подножке, возвысившись над ней и своими подчиненными.

Отделение во главе с бывшим ефрейтором напрягло все свои сила, упёршись ногами в асфальт и плечами в Куана.

Белый осел остался на месте.

Полковник потребовал от солдат пихать осла толчками по счету "Раз-да! Раз-два!"

- На счет "раз" откачиваемся назад, - объяснил солдатам боевую задачу экс-ефрейтор, - на счет "два" бросаемся вперед, вытянув руку перед собой, и с силой бьём ими по препятствию. - Итак... Раз!

Солдаты откачнулись назад.

- Два!

Солдаты всеми шести сотнями килограммами тел и со скоростью пятнадцать километров в час ударили в тело Куана.

Осёл стоял, как вросший в землю. Даже не покачнулся.

- Раз! - повторил тоскующий по потерянной лычке бывший ефрейтор - и солдаты отшатнулись от осла.

- Два! - и солдаты ударили растопыренными ладонями в Куана.

Осел стоял на месте.

- Раз!... Два!.. - продолжилась череда приказов и однообразных движений.

Осел продолжал стоять на месте.

Так прошел час напрасных трудов, сравнимых разве что с усилиями Сизифа 265 .

В конце концов, усталые солдаты все, как один, пали в изнеможении на асфальт, жадно ловя распахнутыми ртами воздух, словно пытаясь напиться им.

- Товарищ полковник! - произнес шипящим от надрыва голосом бывший ефрейтор. - Я согласен остаться рядовым. Навеки... - и, смежив глаза, погрузился в нирвану.

Полковник, глядя на поле боя и павшее войско, выматерился так крепко, как никогда до этого не матерился, хотя давно уж снискал себе славу матершинника немалую, победителя конкурса офицерского мата на всеказахстанском конкурсе матерщинников Советской Армии 266 , и сказал сержанту-водиле:

- Я останусь с солдатской сволочью на дороге, а ты поезжай в объезд осла в мою часть, передай дежурному офицеру, чтобы он выделил второй взвод, и вернись с ними сюда. Повтори.

Водила-сержант повторил приказ слово в слово - и был отпущен полковником.

Шофер объехал ишака, добрался до военной части, передал приказ Полкана 267 , дождался пока отдыхающий от службы праведной взвод соберут на плацу, поел в солдатской столовой, запил еду тройной порцией компота, следя при этом за погрузкой тридцати солдат второго взвода в кузов, заправил машину бензином 268 , и лишь потом отправился назад, стараясь ехать медленно, аккуратно, чтобы не помялась военная форма на сидящем на ящиках с тушонкой живом грузе, поющем во всю глотку о том, что "наш грозный старшина имеет ордена, а у меня всё это впереди" 269 , искренне верящим в то, что ему ордена эти нужны, и считающим искренне, что Максима Перепелицу 270  армия действительно исправила и сделала добропорядочным членом советского общества, способном по возвращении на гражданку не запускать свиней в колхозные теплицы.

Полковник за это время успел провести политформацию среди первого отделения первого взвода первой роты, участвовавшего в погрузке зеленых ящиков с вкусными свинотушенскими надписями на складе алма-атинского военторга и в толкании ишака с автотрассы. Он остался доволен ответами солдат, знающих, оказыватеся, все то, что положено знать военнослужащему: и главу советского правительства по фамилии-имени-отчеству, и название столицы СССР, и последнее воинское звание покойного товарища Сталина, и то, почему в последней войне с немцами победили советские солдаты, а не их союзники в виде американцев, англичан и французов. И еще успели сообщить Расторгуеву бойцы, что советские солдаты - самые смелые и самые умные в мире. А полковник в ответ сообщил, что кажый советский солдат должен прочитать и выучить наизусть величайшую книгу всех времен и народов - кнгигу А. Суворова "Наука побеждать", а также свято верить в светлые идеалы марксизма-ленинизма и бороться с пережитками культа личности Сталина, который на самом деле не победил Гитлера, а просто был во главе советского народа, который победил гидру фашизма окончательно и навсегда 271 .

После бурных и продолжительных аплодисментов в исполнении десятка расторгуевцев полковником было решено к прениям не переходить, но велено каждому бойцу поведать боевым своим товарищам всё, что он знает о главном своем противнике "в текущий момента". Да, так прямо полковником Расторгуевым было и приказано, слово в слово:

- На текущий момент главным противником нашим является осёл, которого нельзя убить, но надо убрать со стратегического направления боевой части. Нашедший самое разумное и самое эффективное решение солдат получит внеочередной отпуск для поездки домой, - и бодрым голосом добавил. - Время пошло!

Солдаты принялись наперебой выдавать на гора всё, что им было известно об ослах и их привычках.

Оказалось, что в отделении служили представители почти всех ранее захваченных немецко-фашистскими оккупантами территорий. По молодости лет никто из солдат призывов 1960-1962 гг 272 . не помнил фашистских агрессоров в лицо, но по рассказам своих родителей и соседей все они прекрасно знали о том, что в битвах с армиями Вермахта и СС большую роль сыграл тот факт, что у немцев, румын, венгров, финнов и других фашистских саттелитов не было ослов, а у Красной Армии оных наблюдалось великое множество.

- Основательное присутствие, - поправил полковник.

- У нас даже фильм об этом есть - в смысле: у нас - у советских, - сказал один из солдат первого года службы, незнакомый пока еще Расторгуеву, ибо ни в чем еще не успел провиниться и не получил пока что ни одного взыскания. - А у американсцев и у англичан - ни одного.

- Это какой такой фильм? - спросил полковник подозрительным голосом.

- Так "Смелые люди" 273  же, - ответил дюже грамотный боец. - Там - про то, как с помощью ослов мы фашистов разбили и разоблачили немецкого шпиона.

Остальные солдаты загудели согласно. Все они видели на гражданке этот фильм, всем эта лента понравилась, нашлись даже такие, кто смотрел кино про приключения осла Буяна два раза. Но больше всех им понравилось то, как звал осла актер, который "страшно походил лицом на Сергея Тюленина из фильма "Молодая гвардия" 274 . Герой половину фильма прокричал по-ослиному. Вот так...

- И-а! И-а! - заорали солдаты наперебой, заполняя просторы предгорной степи молодыми, задорными голосами.

Куан, дотоле молчавший и лишь прислушивающийся к бравым речам полковника и беседе солдат о кино, шевельнул своими длинными ушами, насторожился, с недоверием глядя на орущих не по-человечески солдат, а потом, желая показать им, как надо кричать по-настоящему, если ты и впрямь осел, проорал:

- И! А!

И голосом своим перекрыл весь разнобой орущих по-ослиному солдат.

Те тотчас же заткнулись и уставились тупыми взглядами на Куана.

- Ты чего? - спросил Расторгуев у Куана. - Тебя что - спрашивают? Тебя никто не спрашивает.

Белый осел на грубость полковника ничего не ответил. Он молча отвернулся от доблестной Советской Армии и, не оглядываясь, сошел с трассы, направляясь в сторону стоящего в стороне от военной дороги села со звучным именем Каскелен.

- Эй! Ты куда? - крикнул ему полковник. - Нам теперь что - пешком до части стебать?

Ответом ему было затихающее цоконье ослиных копытец по каменистой степи.



POST SKRIPTUM:

Тема второго урока осла Куана, преподанная полковнику Советской Армии Расторгуеву Анатолию Петровичу звучала так: как бы ты высоко по должности не взлетел, а умей выслушивать добрые советы подчиненных и слышать правильно то, что тебе говорят окружающие.

Ни полковник, ни Хрущев, ни Брежнев, ни Горбачев не помнили картину В. Серова "Ходоки у Ленина" (1950 год), достигнув постов своих наивысших, не учились уже ни у кого и ничему, книг не читали, а только всех поучали. Потому и страну профукали 275 .

Что до Куана, то о том, что хотел белый осёл сказать Советской Армии, стоя посреди дороги из Расторгуевки на Алма-Ату, поняли глупые люди только после смерти четыреждывеличайшего, когда на том самом месте случился оползень и в образовавшуюся яму провалился автобус с детьми, ездившими в столицу на выступление московского цирка. Было много слёз, истерик, угроз и... две смерти, которых, если бы люди прислушались к ослу, не было бы.



КУАН и СОЛДАТЫ

Однажды Куан в третий раз задумался на том же месте той же самой дороги от военной части полковника Расторгуева в Алма-Ату и обратно. И в третий раз возле него остановился автомобиль марки "ГАЗ-51" с сидящим в кабине полковником.

И в третий раз полковник приказал водиле-сержанту ни в коем случае не объезжать белого осла, хотя на несколько километров вперед и назад по трассе не было ни одной машины, ни одного миллиционера и ни одного представителя военной автоинспекции, а стоять на месте и ждать, пока полковник разберется с ослом.

И вновь выбравшиеся по крику полковника из кузова десять солдат (теперь уже второго взвода второй роты) принялись по счету "раз-два!" сталкивать осла с проезжей части на обочину. И вновь безрезультатно.

И вновь полковник послал водилу-сержанта в военную часть за помощью, на этот раз за помощью не взвода, а целой роты, опять-таки второй, а сам принялся слово в слово повторять рассказанную давеча солдатам первого взвода первой роты политинформацию о том, что храбрее советского солдата на свете и солдат-то не бывает и лишь книга "Наука побеждать" сделает из них настоящих солдат, что если бы не Советский Союз, то американцы бы войну Гитлеру проиграли, что Гитлер потому так быстро дошел до Москвы, что боялся русских морозов, а как морозы ударили - так он и принялся отступать - и так далее, и в том же духе.

Солдаты, давно уж выучившие эту лекцию наизусть, спали с открытыми глазами, ибо твердо знали, что побеждать им никого не надо, что всех кого надо победить, их отцы и деды уже победили, а кого не надо побеждать, того их побеждать их не пошлют. К тому же в животах их от голода урчало и мысли их были прикованы к родной солдатской столовке с осточертевшей перловкой в котлах и с твердыми, как камень, котлетами из хлеба с запахом мяса 276 .

В конце лекции сообщил Расторгуев солдатам, что есть, мол, такой фильм, "Храбрые люди" называется, так там осел воюет с немецко-фашистскими гадами наравне с настоящими воинами.

- Осёл, - сказал полковник, - разоблачил шпиона и, связав его, передал в Верховный суд СССР, где врага советской власти судили и приговорили к расстрелу.

- Товарищ полковник! - подал тут голос один из оторопевших от подобного бреда солдат. - А вы сам-то этот фильм видели?

- Видел, - не моргнув глазом, ответил Расторгуев.

- А я видел другой. Только не "Храбрые люди", а "Смелые люди" называется. Там главный герой осла по-ослиному к себе призывал, - и, желая показать, как это делал в кино персонаж Сергея Гурзо, проорал:

- И-а-а-а! - долго и протяжно.

Белый осел вяло шевельнул ушами, но и не повернул головы в сторону кричавшего.

- Точно! По-ослиному кричал, - вспомнил про давешний фокус полковник. - А, ну, солдаты! Стройся!

Солдаты повскакали с асфальта и выстроились вдоль кромки автотрассы.

- Орать по-ослиному умеете? - строго спросил полковник.

- Так точно! - последовал четкий ответ.

- Кричите! - приказал полковник и сделал рукой отмашку.

- И-а!.. И-а!.. - закричали солдаты вразнобой, прислушиваясь к голосу полковника, который кричал громче всех и усердней всех, - И-а! И-а!

- Нет! Не так! - заявил Расторгуев, увидев, что на этот раз Куан ни его, ни его солдат не понимает. - Надо всем вместе. Четко. По моей команде! Я сделаю рукой вот так, - опустил к земле руки, - и вы все кричите: "И!" Я сделаю так, - резко взманул руками вверх, - и вы кричите:"А!" Все поняли?

- Да! Поняли, товарищ полковник! Поняли, - засмущались продолжающие орать солдаты. - Как не понять? У всех за спиной семилетка. Вот так - "И", Вот так - "А".

- Ну, тогда начали! - спросил Расторгуев, и взмахнул руками вверх, как готовая взмыть в небо птица.

- А! - проорали слаженным хором солдаты.

- Руки полковника упали - и расторгуевцы четко, по-военному рявкнули:

- И!

Куан отвлекся от созерцания заходящего в маревый горизонт в стороне Курдайского перевала солнца и удивленно посмотрел на солдат.

- Это вы по-каковски? - как бы говорил его взгляд.

Солдаты смутились. И больше, как ни приказывал, как ни грозился полковник, никто не прокричал по-ослиному ни звука.

Тогда полковник приказал всем по очереди отжиматься от земли по тридцать раз.

- До утра будете работать 277 , - заявил Расторгуев. - И это по Уставу, Не пожалуетесь. Потому что я вам - Батя. А что Батя сказал - то для вас и Устав, и Закон, и Порядок. Всем ясно?

- Всем, - согласились солдаты, и принялись по очереди отжиматься. Пока один отжимался, девять отдыхали, а пока подойдет очеред первого отжимающегося, он уже и отдохнул, готов отжиматься еще раз. Потому что Расторгуев твердо придерживался принципа, что "во избежание бунта, офицер не должен чрезмерно усердствовать в наказании нижних чинов" 278 .

Полковник внимательно следил за тем, чтобы не было мухляжа в виде неполногго отжимаяния либо пропуска цифр при счете. Потому что был твердо убежден, что всякий солдат - жулик, норовящий увильнуть от правильного исполнения приказа.

Словом, время пролетело незаметно, в тишине, без ослиного рева с двух сторон и под аккомпанимент лишь вовсю журчащих цикад на фоне стремительно прячущегося за горизонтом бордового солнца.

Отжимался как раз последний из десяти защитников Родины, когда подкатил "ГАЗ-51", доверху загруженный оставшимися солдатами второго взвода второй роты во главе с командиром своим старшим лейтенентом, имя которого в настоящее время в Каскелене забыли все, но тогда был этот офицер настолько популярным, напористым и шумным, что сумел он оттеснить от участвии в спасении полковника от осла всю роту, взвалив ответственность за выполнение особо важного государственного задания на себя лично.

Вот эти-то тридцать солдат вместе со старшим лейтенантом и следящими за ними из кабины машины полковником с шофером и занялись сталкиванием белого сола с проезжей части в кювет.

Но Куан стоял на своих тоненьких, но крепких, ножках так твердо, так уверенно, что казалось, что он - могучий столетний дуб с ушедшими в глубину Земли мощными корнями. Казалось, что чем сильнее толкали осла с места, тем крепче стоял он на месте.

- Да-а, - протянул, снимая промокшую фуражку, протирая носовым платком околыш и утирая со лба рукавом гимнастерки пот, старший лейтенант. - Такого осла с места не сдвинешь и целым взводом. Тут действительно нужна рота.

Полковник приказал старшему лейтенанту отправиться в часть и вернуться сюда с ротой.

-... Или лучше с батальоном, - поправился он. - Так будет надежней.

После чего принялся читать ту же самую лекцию о самых мужественных и самых доблестных и самых умных бойцах Советской Армии, что и в предыдущие два раза, только теперь обращаясь не к десяти бойцам второго отделения второго взвода второй роты, а к полному составу этого взвода, без отправившегося за подмогой старшего лейтенанта лишь. А после окончания лекции вновь сообщил, что вот есть фильм такой московский...

-... об осле. Который воевал против Гитлера. Хороший фильм. Душевный, - и осторожно закончил. - Советую посмотреть.

Но и тут обнаружился любознательный солдатик первого года призыва (третий - не из числа уже задававших полковнику вопросы - малорослый, худой, длинноносый и рыжий, похожий на клоуна), который сказал, что фильм этот он видел...

- Только там не совсем правда, - заявил клоун. - Это - про моего дядьку фильм. У него тоже в партизанском отряде ишак был. Так он про своего ишака еще не такие истории рассказывал! Куда там фильму! Они вместе, например, с ишаком немецкого генерала поймали. Деда моего за это к оредну приставили, а осла велели до самой смерти в конезаводе без дела держать, даром кормить, на живодёрню не сдавать, - и осмотрелся вокруг так гордо, словно это он сам заслужил не оказаться на живодерне.

Но голодным солдатам второго взвода было не до послевоенной пенсии какого-то там осла. У них у самих было немало историй о том, как ослы их знакомых и родственников воевали с немепцко-фашистскими захватчиками. Оказалось, что именно благодаря ослам поступала провизия партизанам Молдавии и Вахалии, Крыма и Северного Причерноморья, именно ослы привезли на себе мины и минометы, выстрелы из которых раскромсали напрочь убежища прячущихся в горах чеченцев, решивших открыть фронт Гитлеру и подаривших ему белого коня с золотой сбруей 279 . Именно ослы оказались главными помощниками доблестных защитников перевалов через Большой Кавказский хребет и доставляли на себе боеприпасы геройским защитникам Марухского перевала. Эти и другие истории сыпались из солдат со скоростью пулеметов, заполняя гулом всю степь, не давая полковнику рта раскрыть и прекратить весь этот балаган, дабы не прослыл он потом защитником немецко-фашистскихз захватчиков.

Куан слушал истории о своих героических родственниках внимательно, растопырив уши и распахнув глаза во всю ширь.

"Вот ведь какая бывает у ослов интересная жизнь! - читалось в его взгляде. - А у меня и приключений-то - кот наплакал. То набеги на бахчи делаю с бауржаном и Петькой, то на алма-атинские сады с апортом..."

В свете фар в безлунного теплого вечера его белый силуэт увидела приближающаяся на четырех автомобилях следующая рота первым. Скрипя тормозами и оглушительно сигналя, четыре "ГАЗа-51" остановились перед Куаном...

Дальше существуют две официальных версии окончания этих событий...

Согласно первой, прибывшая сотня бойцов Советской Армии дружно навалилась на белого ослика - и столкнула-таки его в кювет.

Согласно второй версии, сто расторгуевцев просто-напросто взвалили стотридцатикилограммового белого осла на плечи и отнесли его на себе до дома депутата Верховного Совета Казахской ССР У. А. Абдугулова, где и сдали свой бесценный груз восьмилетнему (девяти, десяти, а иногда в рассказах казахстанцев и пятилетнему) мальчику Бауржану с рук на руки.

Но большинство каскеленцев считают, что обе версии эти были выдуманы уже поздними интерпретаторами поучительных историй о Куане. Они считают, что и рота, и две роты не справились с нежелающим уйти с теплой дороги Куаном, а потом и целвй батальон изнемог от затраченных усилий и пал на трассе, как на поле брани. В конце концов, на трассу явился в полном составе полк и... также пал смертью храбрых на поле брани с ослом, не сдвинув Куана с места.

А Куан дождался утренней зари и зацокал копытцами прочь от побежденной им Советской Армии.



POST SKRIPTUM:

Тему третьего урока, преподанного Куаном полковнику Советской Армии Расторгуеву Анатолию Петровичу и его подчиненным, можно сформулировать так: если ты не можешь понять того, что тебе говорит осёл, то это не значит, что ты умнее своего собеседника.



КУАН и ЗОЛОТАЯ РЫБКА

Однажды ранней весной Куан сидел на берегу Каскеленского пруда и размышлял о будущем своей дорогой Советской Отчизны, вспоминая при этом разговоры офицерских жен о привезенных Торгуихой из-за границы 280  магнитофоне с "иностранными буквами", об итальянских сапогах для себя, джинсах для мужа и о ста пятидесяти "настоящих американских жвачек" в подарок своим "боевым подругам".

"И что же страна такая несчастная? - спрашивал он сам себя. - Что у нас за народ такой бессовестный? И сыты все, и обуты-одеты, и дети у них в школах учатся, и институты для них понастроили, и работу выбирают по душе, и женятся на той, кого любят, и замуж выходят за любимых, и дома строят, и детей рожают - а они всё всем недовольны, всё на сторону смотрят, в чужие страны, как блудливые жены пялятся на чужих мужей, так и эти завидуют чужому достатку. Непорядок это. Зависть и жадность державу нашу до добра не доведут".

Внезапно из воды высунулась ярко блеснувшая в луче восходящего солнце рыбка желтого цвета и спросила:

- Кал калай? 281 

- Хорошо, - ответил Куан. - Вчера шесть мешков зерна отвез на мельницу в три захода, пять мешков с мукой привез с мельницы в село. Покатал на себе пятнадцать ребятишек. Поиграл в футбол с Бауржаном. Петькой и еще с двадцатью мальчишками. Помог бабушке донести вязанку курая 282  из степи до дома. Хороший был день, - пркоашлялся и продолжил. - Сегодня день тоже обещает быть хорошим. В школе будет субботник, дети будут убирать территорию, а я отвезу мусор на свалку. Еще надо будет привезти им бочку гашенной извести, чтобы они побелили деревья на территории школы, а вторую бочку отвезти в парк, где работают на субботнике взрослые люди и тоже хотят побелить деревья, - и объяснил. - Не полностью, а только снизу - чтобы личинки вредных насекомых не заползали на них с оттаявшей земли.

- А тебя не удивляет, что я разговариваю? - спросила рыба важным голосом, с видимым трудом дослушав речь белого осла до конца.

- Нет, - ответил Куан. - Ты ж - золотая. Болтай. Сколько тебе хочется, столько и болтай. Золото - оно кичливое.

- Я не просто золотая, - заявила тут рыбка. - Я - Золотая!

- Хорошо, - сказал Куан. - Золотая, так Золотая. А по мне, так уж лучше была бы ты серебряной. От серебра, говорят, вода долго чистой остается. Ионы у серебра обеззараживающие, от поноса помогают.

- А ты знаешь, что я могу выполнить три твоих желания? - гнула свое Золотая рыбка, ничуть не обидевшись на Куана за употребления редкого в литературной речи слова. - Ровно три. Давай загадывай. И поскорей.

- У меня нет волшебных желаний, - ответил белый ослик. - Я всегда желаю только то, что могу исполнить сам. Завтра у меня субботник, а летом повезу с бахчей арбузы и дыни в горы к чабанам. Со мной пойдут мои друзья - Бауржан и Петька. Зачем желать того, что и без всяких там золотых рыб сбудется?

- Ну... - замялась удивленная Золотая рыбка. - Я могу сделать тебя бессмертным, например. Хочешь?

- Не хочу, - ответил Куан. - Если я буду бессмертным, то переживу моих друзей Бауржана и Петьку. А зачем мне надо о них тосковать целую вечность? Сколько природой мне отмерено прожить, столько и проживу. Плыви прочь, Золотая рыбка, ищи другого ишака с ненужными желаниями.

Но Золотая рыбка не унималась. Она, по-видимому, была абсолютно уверена в том, что мощь ее волшебных чар может растопить желания самого упрямого из ишаков планеты.

- А хочешь, я сделаю так, что сегодня ж ночью полковник Расторгуев умрёт от... допустим...инфаркта... или от инсульта. Ведь хорошее же желание!

- Плохое, - ответил упрямый ослик. - Я не желаю зла Расторгуеву. Я уверен, что он будет жить долго и переживет меня. Если он умрет раньше, то мне не с кем будет шалить. Он - очень хороший партнер для игры в дурака. Не в карточного дурака, а в настоящего. Случается, что выигрываю я, случается, что он. А вместе мы делаем одно доброе дело: глядя на нас, другие умнеют.

- А хочещь, я сделаю так, чтобы был мир во всем мире?! - вскричала в истерике Золотая рыбка.

- Нет, - прозвучал мгновенный ответ.

- Но почему? - удивилась золотая рыбка. - Ведь это так благородно!

- Потому что навязанный мир хуже любой явной войны, - ответил упрямец. - Под маской мира всегда кроются такие страшные пороки, что человечество начинает вырождаться и превращаться в монстров. А нам - ослам - приходится жить рядом с людьми все-таки.

- Да, - тяжело вздохнула Золотая рыбка. - Теперь мне понятно, почему ты не хочешь жить вечно. Жить для людей и во имя людей - доля тяжкая. А жить с тяжкой долей вечно не в состоянии даже осёл.

Сказала так, да и нырнула нырнула обратно в пруд.

Уплыла вниз по арыкам и каналам, просочилась сквозь песок в грандиозное подземное пресное море, тихо спящее под просторами казахстанских степей, пустынь и мелкосопочника. Прилегла там на нефритовом ложе в ожидании появления на белый свет следующего белого осла.

И так будет поступать она до тех пор, пока не появится осёл, согласный жить вечно, и избавит ее саму от этого проклятья.



POST SKRIPTUM:

Существует вовсю пропагандируемая СМИ всего мира версия, что Золотая рыбка попадает в руки лишь дуракам, идиотам, имбицилам и дебилам 283 , которые с радостью принимают любые три предложения Золотой рыбки - и в результате все равно оказываются "у разбитого корыта".

Но это совсем не так. Монстр по имени Золотая рыбка (родная сестра Золотого тельца) сама вылавливает свои жертвы и, вытягивая из них затаенные желания, лишает разума и... совести.



БАУРЖАН и КЛОУН

Всем известна история о том, как юный советский клоун Олег Константинович Попов порадовал агнглийскую королеву репризой, в которой солнце собиралось им руками с круга цирковой арены и пряталось в лукошко под плетенную крышку. Мораль репризы гаденькая, пошлая, но сорокалетняя в ту пору королева пришла от нее в восторг. Она до этого советских людей и за людей-то не почитала, звала представителей всех полутора соттен национальностей СССР гадкими русскими людишками, укравшими у английских генералов победу над Гитлером, и была уверена, что мы мало чем отличаемся от любимого ей с детства литературного персонажа по имени Маугли. Разве что, мы - поглупее. А тут оказалось, что в СССР и балетные артисты водятся, и космонавты. и цирковые артисты учат банковскому делу детей прямо на манеже, да еще показывают, как можно под гром аплодисментов утащить в свою берлогу то, что принадлежит всем.

Словом, растрогалась коронованная баба при виде хапнувшего светило и упрятавшего его в решетку корзины Олега Попова и сказала проникновенным голосом:

- Солнечный клоун!

После столь лестной, хотя и тупой, метафоры, рожденной устами самой ярой ненавистницы СССР, министр культуры Советского Союза Е. Фурцева (с подачи главного коммуниста планеты Н. Хрущева, разумеется) вывесила приказ о присвоениии цирковому клоуну О. Попову высочайшего звания Народного артиста СССР, что повышало ежемесячно его жалование сразу в четыре с половиной раза и лишало целый ряд актеров, стоящших в очередях в течение десятилетий за званиями народных артистов автономных, союзных республик и СССР, надежды на прибавку к их весьма скромным зарплатам 284 .

Словом, стал ранее мало кому известный, молодой клоун Попов из-за милости чужой и чуждой нам английской королевы лицом столь значительным и столь важным в родной стране, что тут же зазнался, посчитав себя и впрямь великим, перессорился со всеми остальными клоунами "Союзгосцирка", на гастроли ездил только по заграницам, требовал себе всё больших и больших привелегий, пока не остался, в конце концов, в Германии с кличкой "Счастливый Ганс" - и уже оттуда принялся ругать свою Родину, говорить, что если бы не родился он за "Железным занавесом", то стал бы еще более знаменитым клоуном и получал бы гонораров еще больше. На большие обиды фантазий ему не хватило, потому он все время повторял и повторял: "Клоуном знаменитее... гонорары выше... Ещё знаменитее... еще выше..."

Но этим он закончит потом, в 1991 году, когда изменять Родине стало для советских граждан модно и безопасно, а в годы жизни Куана Олег Попов оставался гражданином СССР и по два раза в день - утром и вечером - жонглировал шариками на манеже, прятал солнце за ивовую решетку и круглосуточно придумывал новую великую репризу... да так и не придумал. То есть придумать-то придумал, да осуществить не смог.

И всему виной, считал Олег Попов, были Куан и Бауржан.

Откуда московский народный артист СССР (?) узнал о каскеленской знаменитости, сейчас не скажет никто. Ходили на этот счет разные слухи. Одни говорили, что к доносу приложило руки ЦРУ США, другие - МИ-5 Великобритании, третьи утверждали, что тут не обошлось без израильского Мосада и почему-то румынско й сигуранцы. А кто-то даже утверждал, что всему виной знаменитые тогда "зеленые человечки" 285  и сопутствующие им "летающие тарелки" 286 . Словом, версий в Каскелене было много - едва ли не два десятка, - но толку от них было, как говорится, как от козла молока.

Потому что то, откуда узнал Олег Попов про Куана, совсем не важно. Важно лишь то, что известный цирковой клоун припёрся однажды в Каскелен внутри большой черной "Чайки" 287  в сопровождении начальника циркового отдела Министерства культуры Казахской ССР с намерением купить ишака-альбиноса для задуманной им репризы, которую он собирался показать высшему ареопагу страны на праздновании семидесятилетия Государя всея Советского Союза Никиты Сергеевича Хрущева.

На создание О. Поповым той репризы в "Союзгосцирке" выделили клоуну столько денег, что на них можно было купить новый олностью укомплектованный кадрами цирк "Шапито" с двумя слонами впридачу, с двадцатью лошадьми, с пятью верблюдами, удавом и двадцатью дрессированными собачками, и обещали еще дать, если не хватит. Более того, из Москвы в Алма-Ату пришла телеграмма, в которой всех сотрудников Министерства культуры республики обязывали "оказывать содействие и всемерную помощь великому цирковому артисту О. Попову в приобретении оным клоуном атрибутов для его будущего номера, имеющего большое государственное значение" 288 . Вслед за телеграммой прибыл и сам Олег Попов в сопровождении труппы московского госцирка, вместе с артистами которой он сделал два выступления, дважды спрятав солнце в лукошко, а потом обратился к правительству Казахстана с пожеланием, чтобы ему "оказали содействие в поездке в село Каскелен для покупки необходимого реквизита для государственно значимого циркового номера" - так дословно было написано в его письме, оставшемся в алма-атинском архиве. А под словом "реквизит" в нем скрывался белый осел Куан.

Словом, рано летним утром, по холодку, московский клоун приехал в Каскелен.

В одном кармане Олега Попова лежала пачка десятирублевок "по-новому", перетянутая крест-накрест красно-белыми банковскими бумажными полосами - ровно тысяча рублей, на которые в тот год можно было в Каскелене купить целый дом вместе с приусадебным участком, в другом кармане - пластмассовый пистолет американского производства, похожий на настоящий кольт времен пользования им героями Брет Гарта, о котором в Каскелене никто не слышал, книг которого никто там не читал, но в трофейных фильмах такие пистолеты видели все. Все эти сокровища были предназначены в подарок владельцам Куана - Умурзаку-аге и Баружану - в обмен на белого осла.

- Я предполагаю заиметь твоего осла для моей репризы, - объяснил Олег Попов восьмилетнему Бауржану солидным голосом солидного человека, который снисходит до общения с ничтожеством по жесткой необходимости лишь, а потому изрекает и не потерпит никаких возражений, - Белый ослик будет запряжен в увитую лентами и множеством цветов также белую летежку, я сам буду сидеть в ней, ехать по кругу манежа, разбрасывая разноцветные воздушные шары и хохоча во все горло. Это будет очень зрелищно и очень смешно. Публика надорвется от смеха.

Все это было сказано под одобрительную улыбку алма-атинского начальника, полулежащего на левом боку за стоящим в абдугуловском дворе малым достарханом, пьющего одновременно чай из пиалы в прикуску с конфетами "Дюшес" и водку из граненного стакана с соленым огурцов вприкуску в ожидании бешбармака из бараньего мяса, взятого по случаю приезда неожиданных гостей  289 матерью Бауржана у соседа, зарезавшего нездоровую овцу вчера для продажи на базаре сегодня 290 .

- А зачем это вам? - спросил хитроумный, а потому решивший притвориться наивным простецом, Бауржан. - Ведь на манеже опилки - и когда Куан будет бежат по кругу, копытца его не будут цокать.

- А ведь это мысль! - воскликнул Олег Попов, и от восторга хлопнул своей влажной мягкой ладошкой мальчика по плечу. - Копытца ослика будут цокать так, как никогда еще не цокали! Это я тебе обещаю. Мы заменим пол на арене, настелим мрамор - и копытца зацокают, как в сказке!

- В сказках ослы не бегают по кругу, - заметил Бауржан. - В казахских сказках ослы работают. Как и в жизни.

- Да это я так - к слову, - отмахнулся Попов. - Главное ведь - это то, чтобы копытца цокали!.

- Не понял, - удивился Буаржан. - Разве стучать копытцами - главное? Главное - это чтобы люди были счастливыми.

- Ну, это само собой разумеется, - отмахнулся клоун от слов лобастого мальчика. - Это - моя работа - веселить людей, - и продолжил восторженным голосом. - Я говорю о том, что белый ослик будет бежать по кругу арены, звонко цокая копытцами по мраморной дорожке, а я буду сидеть в маленькой красивой тележке и править им....

- Вы - дурак, да? - оборвал Бауржан артиста, названного великим самой английской королевой. - Вы совсем ничего не понимаете, да?

Олег Попов опупел. Ему со школьных пор никто не говорил, что он - дурак. Последние десять лет все окружающие лишь хвалили его, восхищались им. Так было в цирковом училище, так продолжилось и в цирке, и в гостях, и дома, и просто на улице. Ему завидовали, ему рукоплескали, его чествовали, награждали орденами, его фотографировали, с него писали портреты настоящие художники, перед ним трепетало руководство "Союзгосцирка", ему все члены Политбюро ЦК КПСС пожимали руки, его сам Никита Сергеевич Хрущев обнимал и целовал в обе щеки, называл гордостью всего советского народа. И клоун верил ему, сам считал себя гордостью советского народа.

Билеты на представления с участием "солнечного клоуна" расхватывались мгновенно, перепродавались на "черном рынке" по бешенным ценам. Само имя его стало одним из мировых брендов Советского Союза. За честь просто увидеть его вживе московские и ленинградские школьницы дрались до крови, попадали после этого в милицию и требовали там подарить им от Попова ребенка. Все клубы и Дворцы культуры страны заполнили похожие на "солнечного клоуна", как капли воды, разновозрастные клоуны в клетчатых беретах с помпончиком, в красных шароварах и в ботинках на пять номеров больше нужного. Тысячи дур по всей планете в честь него называли своих новорожденных отпрысков Олегами.

А тут какой-то аульский мальчишка, с большим, раскатанным в блин лицом, не вполне чисто умытый, босой, взлохмаченный, в длинных - ниже колен - трусах вместо штанов, говорит самому Олегу Попову то, что говорили ему лишь учителя в начальных классах деревни Вырубово Одинцовского района Москоской области да сверстники его, когда играли с Олежкой в футбол, а он не хотел бить по мячу головой.

Сердце народного артиста СССР заныло от дурного предчувствия.

"Зря приехал я сюда, - подумал он. - Проще было бы и впрямь подкупить пару чеченцев - они бы осла и украли, - вспомнил он добрый совет казахстанского начальника циркового отдела министерства культуры, переведенного на это место из министерства внутренних дел, где он тоже руководил отделом, но общественного порядка, брал взятки, но с министром делился доходами нечестно 291 . - За половину суммы".

О том, что ослы на конском базаре в Алма-Ате в тот год стоили не дороже пятидесяти рублей за голову, а ворованные - не боле двадцати, да и тех покупали лишь шашлычники-нелегалы для продажи "настоящих бараньих шашлыков гостям казахстанской столицы", Олег Попов и алма-атинский начальник, конечно, не знали. Они вообще ничего не знали про настоящую жизнь, не придуманную авторами скетчей Московского союза драматургов. То есть оба они не знали, сколько стоит хлеб в магазине, какова месячная зарплата учителя, как велика разница между билетами на автобус, трамвай, троллейбус и метро, как и где купить сапоги для жены либо красивое туфельки для дочери, где достать билет на поезд летом или даже просто-напросто как выйти из вытрезвителя не обобранным милиционерами и не побитым ими же 292 .

Олег Попов понял сказанные аульским казахским мальчиком слова по-своему, по-московски: предлагать сразу всю тысячу рублей было преждевременно, надо было начать торг рублей так с двухсот. Тогда мальчишка не посчитал бы его дураком.

"Надо перевести свои слова в шутку, - решил Олег Попов, - В шутку грубую, примитивную, клоунскую, доступную пониманию деревенщины".

- Нет, дурачок, - ответил он ласковым голосом и профессионально мило улыбнулся Бауржану. - Я все прекрасно понимаю. Ты хочешь за своего ишака получить больше - и торгуешься. Потому что ты знаешь, что я - дядя добрый. Но я настолько добрый, что дал тебе сразу самую большую сумму, какую может дать тебе за ишака любой другой человек. Не веришь - спроси у людей. Каждый скажет, что тысяча рублей - это много. Это очень много. Это даже больше, чем ты можешь себе представить.

Алма-атинский начальник лихо опрокинул в себя очередной стопарь, забросил следом пару баурсаков и, со смаком жуя их, согласно кивнул, что-то промычав невразумительное.

- Почему больше? - пожал плечами Бауржан. - У моего отца в отаре тысяча овец. Я их помогаю ему пересчитывать с пяти лет. А каждая овца стоит подороже одного рубля.

От такого по-взрослому ясного и четкого ответа у Олега Попова отпала нижняя челюсть и контраргументов не нашлось. Он лишь подумал:

"А в Москве говорят, что деревенские по пальцам считают: один, два... девять, десять, много..."

И от осознания того, что аульские дети могут быть значительно умнее, чем о них говорят в Москве высокопоставленные начальники, Олегу Попову стало немного не по себе.

"Эдак, - подумал он с ужасом, - они еще за нас и цирковые номера начнут придумывать 293 !"

Потому что ему никто давно уже не говорил, а сам он хоть и старался забыть, но все-таки всегда помнил, что в школьные годы было у него с арифметикой не просто не ахти, а жутко плохо, до тысячи он еще досчитать с грехом пополам в возрасте Бауржана мог, сбившись со счета не более десяти раз, даже сложить столбиком на бумаге две двухзначные цифры мог, но вот произвести вычитание их, умножение и деление так до самого поступления в цирковое училище, как ни пытался, не удалось ему ни разу 294 .

- Ты очень умный мальчик, - честно сказал Олег Попов - и сам удивился тому, как искренне прозвучали его слова. - Но у меня больше денег нет. Всего одна тысяча рублей. Подотчетных. И мне очень нужен белый ослик.

- И мне нужен, - признался мальчик.- Больше, чем тысяча рублей. Больше, чем даже десять тысяч рублей. Больше, чем миллион и миллиард.

- Но так не бывает, - заметил совершенно растерявшийся Олег Попов, понимая теперь, что ведет он разговор не с ребенком, а с человеком умом взрослым, умеющим отвечать за свои слова. - Ослы не стоят так дорого.

- А друзья стоят, - ответил Бауржан. - И даже больше... - после чего впервые произнес русское слово, которое раньше знал, но никогда вслух его не говорил. - Друзья бесценны!

Начальник отдела из министерства культуры громко и пронзительно захохотал:

- Осёл - друг! Вы слышали, что он говорит? Осёл - друг! Обалдеть можно!

Олег Попов вздрогнул, покраснел от стыда за то, что явился в этот дом с человеком от такой культуры и, посмотрев в глаза мальчику, сказал:

- А вот у меня таких верных, как ты Куану, друзей нет.

С тем и уехал, не поев в Каскелене, потому не поблагодарив за все-таки приготовленный Айшой-апой бешбармак, словно убежал из аула, где всё так не похоже на Москву и заграницу:

- где с гор несется вниз чистая вода и затем течет по арыкам, вырытым по улицам вдоль домов,

- где солнце светит так, что слепит, и невозможно смотреть на него,

- где за домами в огородах стоят юрты, а возле юрт в тенечке спят большие лохматые волкодавы, бродят куры и сидят в пыли с важным видом гуси,

- где никто никогда не был в цирке, но все умеют скакать верхом,

- где водятся белые ослы,

- где дети не боятся говорить взрослым в глаза правду, а верность другу ценят дороже всех денег мира.



POST SKRIPTUM:

На семидесятилетие Н.Хрущева О. Попов так и не показал нового номера, а выступил со все тем же спрятанным в лукошко солнцем - и вызвал вновь шквал аплодисментов присутствовавших и даже выдавил слезу умиления из левого глаза главы советского государства.

- Сколько стоит патент на ваш номер? - спросил по-русски с легким одесским акцентом солнечного клоуна после концерта какой-то из приглашенных советским Правительством на день рождения главы гоударства миллионер из США. - Я хочу владеть им.

- Друзей не продают, - повторил мысль аульского мальчишки народный артист СССР. - Друзья бесценны 295 .



КУАН и ГЕРМАН ТИТОВ

В год, когда в космос полетелеа вторая ракета с человеком на борту - и вторым космонавтом в мире оказался выдающийся сын советского народа, уроженец Алтая, юный майор военно-воздушных войск Герман Титов, имя его стало в Казахстане популярным настолько, что Германами стали называть не только новорожденных мальчиков, но и девочек, а также собак, котов, баранов, козлов, ослов, кабанов, кроликов и другую домашнюю живность 296 . Даже сайгака, живущего в загоне Джамбулской станции юных натураистов рядом с филином Филей и дикобразом Димкой, звали Германом. А уж про Германов среди голубей, обитающих в голубятниках Казахстана, и говорить не приходится - было их столько, что любого крылатого чубаря либо дутыша можно было смело назвать Германом - и не ошибиться.

Вот и Куана предложили сверху (звонок был из самой Москвы, из аппарата самого секретаря ЦК КПСС М. Суслова) на общем собрании Каскеленского пока еще колхоза имени Сталина перекрестить в Германа.

Присутствовали все члены колхоза, кроме бывшего, как всегда, в Алма-Ате, депутата Верховного Совета Казахской ССР У. А. Абдугулова, который-то и был собственно хозяином белого осла. И было колхозников тогда в селе много, сейчас точного числа их никто не помнит, да это для данной истории и не важно, а важно то, что было их без отца Бауржана четное число. И проголосовало это четное число поровну: за то, чтобы оставить Куана высказалось столько же, сколько и за то, чтобы переназвать его Германом, ни человеком больше, ни человеком меньше.

Сверились со списками: да, без У. Абдугулова число членов колхоза четно и полностью соответствует числу лиц, явившихся на собрание. И это тем более удивительно, что ни до, ни после этого, никогда не было в Каскелене так, чтобы на собраниях присутствовали все обязанные там присутствовать колхозники. То кто-то заболел, кто-то оказался на покосах дальних либо на дойке, в командировке, на свадьбе в соседнем ауле, в отпуске, в гостях у друзей, то просто запил или заявил: "А пошли вы все к такой-то матери! Никуда я не пойду" Да мало ли куда может унести человека из дома либо что не позволит ему дойти до правления колхоза? Друга встретил или три рубля нашел - и на собрание не заявился. А тут - все на месте, все выглядят серьезными, будто решают судьбу не осла, а целого государства. И каждый имеет свое собственное мнение, не отступится от него.

Даже будущая сектантка тетя Дуся Потемкина, которую все знали, как ярую противницу Куана, укравшего у нее четыре куриных яйца, но проголосовавшая за то, чтобы имя ослу не меняли, не стала соглашательницей, дабы Куан превратить в Германа за предложенную ей мельником Жанабаевым главную разменную валюту Каскелена - бутылку самогона.

Даже пьяница Самсон Кочемасов, прозванный Кучемясовым, не станет переголосовывать за эту же самую бутылку так, чтобы произошло все с точностью наоборот - то есть Куан стал бы Германом.

- Что вы тут кричите? - орал он во всю глотку. - И так всё ясно. Раз осёл - то значит, Герман. А то, что это за имя такое - Куан? Таких имен и не бывает вовсе. Как жабье кваканье... - и, скорчив вечно пьяную рожу, проговорил по-лягушачьи, - Ку-ан... Ку-ван... Ква-ан... Ква... - и сплюнул. - Тьфу-ты! Козел вас забодай! Не быть Куанам в нашем колхозе! Таково моё последнее слово! Только Герман. Германа нам подавай! Осёл Герман! Ведь звучит же? А? Звучит! - и повторил, смакуя во рту каждый звук, словно он - только что научившийся говорить первые слова свои ребенок. - О-сёл-Гер-ман... Прямо-таки стих... Пошел Герман погулять, свежей травки пощипать, на природе поорать, кверху попкой загорать...

Директор колхоза Алибеков Мухтар Алибекович, на свой страх и риск, дрожа от страха, что на него донесут в Москву, как на ослушника приказа самого Суслова 297 , проголосовал за то, чтобы имя белому ослу оставить прежнее. Потому он сердито хмурился, глядя на Кочемасова и про себя обещал послать пьяницу завтра же на ближние пастбища, где с весны ведется выпас коровьего молодняка. Одного. Дабы там не на кого было свалить свои обязанности и убежать за водкой в расположенное от пастбищ в двадцати километрах село 298 .

"Ты у меня попляшешь! - думал он со мстительной радостью в душе. - Ты у меня узнаешь, кто тут Куан, а кто Герман. Не тебе это решать, пьянь голимая, кто есть кто и зачем. Тут я главный! Как скажу, так и будет. А что вы тут без меня говорите, кричите, права свои колхозные качаете - так это так - для выпуска из вас пара недовольства. Сейчас пошумите - а потом смирные станете, будете во всем мне потакать".

Жена его Анастасия Климентьевна, заведующая местной библиотекой, подчиненной не колхозу, а районному управлению культуры, то есть независимая от мужа, голосовала против мнения Алибекова сугубо из принципа и природного женского упрамства, из привычки противоречить мужу во всем, что касалось общественных дел и быть послушной в семейном быту. Она, глядя на Мухтара Алибековича рассуждала так:

"Ну, переголосую я так, как он хочет, а потом он же сам мне будет в морду тыкать: зачем, мол, оставила ослу его собственное имя? Кто тебя просил голосовать за то, чтобы Куан остался Куаном, а не перекрестился в Германа? Нет уж, раз проголосовала за Германа, так пусть будет Куан Германом. В конце концов, назвал ведь сосед приблудного кобелька Германом - и ничего, пёс откликается".

Секретарь сельсовета Жапар Осипович Остроглазов, как всегда, голосовал точно так, как голосовал председатель колхоза Алибеков. И много не рассуждал. Не дело это полукровки - ни русского, ни казаха - решать судьбу казахского осла. Таково было его собственное мнение.

Все бывшие ссыльные голосовали за замену ослу имени только потому, что не хотел его менять секретарь сельсовета, которого люди звали "советской властью на местах" за то, что Жапар Осипович страсть как любил брать взятки, а ссыльным надо было брать у Остроглазова справок с его подписью и печатаями раза в два больше, чем коренным каскеленцам.

Толстяк Юсуп-заведующий с ними был солидарен потому, что ссыльные покупали в сельпо тот товар, который не брали коренные каскеленцы, и товар тот мог залежаться. Были то рыби консервы, городской выпечки хлеб и макаронные изделия второго сорта, которые ни один уважающий себя казах в рот не возьмет, а на базе райпотребсоюза их буквально навязывают: не возьмешь, к прмиеру, серую вермишель толщиной с палец - не получишь ячневой крупы, без которой в пору ращения цыплят каскеленки заживо сгрызут Юсупа-заведующего.

Отец Петьки Федор Леонтьевич был за то, чтобы Куан остался Куаном потому, что так хотел его сын и друг его сына Бауржан, которые сидели рядом с ним в зале, почитающемся и помещением Красного уголка в торжественных случаях, и общественной столовой на свадьбах, и с тоской в глазах слушали взрослых, решающих судьбу их верного друга и товарища Куана.

Сам же Куан пропал еще с утра, как только вывесили на месте для объявлений огромный лист ватмана с написанным красной тушью сообщением о внеочередном собрании колхозников с повесткой дня, в которой наряду с второстепенными вопросами (типа ухудшающейся с каждым днем производственнйо дисциплиной и о согласии колхозников с тем, что разоблачать культ личности Сталина надо) был и главный:

"Изменение имени белого осла Куана".

Детям права голоса не дали ввиду их несовершеннолетия, чем вызвали протестное решение голосовать против мнения начальства у Ивана Андреевича Звягинцева по прозвищу Айболит. Ибо ветаптекарь считал, что раз Петька и Бауржан работают каждое лето в совхозе и помогают вместе с Куаном взрослым, то право голоса в колхозных делах они иметь должны. И в знак протеста, направленного против произвола новоявленной Троицы в лице "сельсовета" Жапара Остроглазова, "парткома" Исламбека Касымова, к "профкома" Сабита Асанова, пил горькую прямо из горлышка прямо во время собрания и при этом ничем не закусывал.

- И что будем делать? - спросил присутствующих председатель Алибеков М. А. голосом строгим и всесокрушимым, каким говорил в этом зале еще в войну и после войны лишь уполномоченный НКВД Р. Хусаинов, да и то лишь тогда, когда выбивал у пойманных на воровстве колосков колхозников взятку 299 .

Взятку никто за чужого осла председателю не предлагал, потому никто Мухтару Алибековичу не ответил.

"Ты - начальство - тебе виднее", - как бы говорили Алибекову широко раскрытые и честно смотрящие на него глаза колхозников.

- Предлагаю ещё раз как следует подумать - и переголосовать, - нашел выход мудрый Мухтар Алибекович. - Потому что такие важные решения с кондачка не принимаются. Решение наше должно вызреть.

Переголосовали - и опять голоса разделились поровну. Потому что сменили мнение лишь два человека: решивший поддержать друга детства своего Алибекова директор школы Мухтар Ниязович Ниязов и проголосовавший в противовес ему учитель биологии Сергей Соломонович Токарев, которому выделили на последнем педсовете право вести меньше уроков, чем он расчитывал, что привело к снижению его месячной зарплаты до семидесяти четырех рублей вместо ожидаемых девяносто четырех. Остальные колхозники остались при своих прежних мнениях.

- Хорошо, - решил председатель колхоза. - Перейдем все-таки к прениям, а после окончания их проведем еще одно голосование, последнее. Если соотношение голосов останется преждним, осел останется Куаном.

- А все вы - ослами, - подал голос Бауржан.

В результате случился шум, сын депутата и его верный друг Петька, вступившийся за Бауржана перед лицом всемогущего председателя колхоза и назвавший его "баем вонючим", были вытолканы вон из зала, считавшегося в этот момент Красным уголком, - и в помещении начались настоящие взрослые споры, полные неразберихи и искреннего возмущения.

Ибо главным вопросом, который с этого момента стал мучить колхозников, это было не имя осла, а то, правильно ли они поступили, выгнав хозяина этого осла и его друга из помещения, где решается судьба их друга, и может ли ребенок называть взрослых ослами, даже если они поступают, как ослы.

Громче всех кричал, перекрывая гам, девятнадцатилетний Серик Аблязов, который повестку в Советскую Армию уже получил и от мнения колхозников о себе больше не зависел:

- Пацан правильно сказал. Все вы - ослы, и ослами помрете. Какое вам дело до того, как называет осла его хозяин? Кого из вас Куан слушается? Да никого! А кого он слушается, кто за ослом ухаживает, осла кормит и вместе с вами работает в колхозе, - именно их вы и прогнали с собрания, мнение их слушать не захотели. Помяните мое слово: придет день - вы и колхоз наш переименуете, Не потому, что вы сами этого хотите, а потому, что вам так из Москвы велят. А еще потому, что все вы - ослы.

Сказал так, опустил голову и прошел, набычившись, мимо оторопевших от таких слов односельчан вон из помещения.

- Ну, ты и наглец! - высказал ему в спину общее мнение председатель колхоза, и повторил. - Ну, ты и наглец, всем наглецам наглец! - потому что других слов ни у него, ни у других присутствовавших в тот момент не нашлось.

И когда растерянные и почувствовавшие себя словно оплеванными колхозники уже садились, понемногу успокаиваясь и готовясь к новому голосованию, дверь, закрывшаяся за Сериком Аблязовым, распахнулась под мощным ударом копыта - и в Красный уголок вступил с гордым видом и с высоко поднятой головой, увенчанныой, словно короной, двумя большими ушами, сам виновник спора - белый осел Куан.

- Да-а-а, - вздохнул секретарь партийной организации, прозванный в народе просто парткомом, Исламбек Касымов, - Еще ослов нам тут только не хватало.

- Интересно, за какое имя проголосует он? - хихикнул председатель профкома Сабит Сапаров.

Вслед за ослом в помещение протиснулся работающий на железной дороге, но всё равно остающийся членом колхоза, как вступивший в него еще в 1930 году бывший единоличник, а теперь стрелочник переезда номер один Жиеримбай Ахметов.

Все знали, что он - член колхоза, но давно уже как-то не придавали никакого значения этому факту, а потому в последние списки колхозников его как-то автоматически и не включили, на собрания не приглашали, мнения его о колхозных делах не спрашивали. Жена его была колхозницей, с нее спрос и был. А какой спрос в колхозе с человека, работающего на железной дороге? "С него пусть нарком Каганович спрашивает", - шутили над Жиеримбаем раньше, а после разоблачения Хрущевым "Кагановича, Молотова, Маленкова и примкнувшего к ним Шепилова", вспоминать о колхозном членстве Ахметова перестали автоматически. Ладно бы, завскладом был бы Жиеримбай, в буфете работал бы, в ресторане, а то так - стрелочник. А что со стрелочника взять? Кому он, кроме железнодорожных вагонов и паровозов 300  нужен?

Но именно в тот момент Жиеримбай был нужен всем. От того, какую сторону примет посторонний им всем по работе, но знакомый всем с детства и вообще в доску свой и половине села родственник Ахметов, зависело, останется Куан при своем имени, или переменит его на модное имя Герман.

Жиеримбай, чувствуя значимость свою, не спешил с ответом. Он вышел к столу с восседающим за ним президиумом в виде вышеназванной "Троицы", медленно обвел взглядом сидящих в зале людей и сказал совсем не то, что от него хотели услышать колхозники:

- А я думаю, чего это Куан пришел за мной? - спросил он вроде бы как у самого себя. - Ладно бы пришел, а то прискакал. Нёсся галопом. Я в первый раз видел, как галопирует белый ишак. Он несся ко мне на переезд так, словно за ним гонятся все солдаты войска полковника Расторгуева с автоматами в руках, а ему кроме, как у меня, и спрятаться негде. Пришлось остановить его, напоить, накормить, вызвать сменщика из дома, чтобы он мог заменить меня на моем посту в моей будке, а уж потом мы спешили сюда. И, по-видимому, успели. Так ведь?

- Так. - ответили ему из зала. - Успели. В самый раз пришли. Говори, что хотел сказать. Какую сторону выбираешь? Пусть Куан останется Куаном или будет Германом?

Ибо всем было памятно, отчего Куан был так не любим Ахметовым 301  и одновременно они же все понимали, что если стрелочник оставил свой пост и явился сюда, то сделал он это только потому, что решил защитить ишака. Иначе чего бы он пёрся двадцать километров пешком по жаре?

"Так что же победит в нем сейчас: долг или честь?" - думал каждый каскеленец.

Жиеримбай широко, во всесь рот, улыбнулся - и ответил сразу всем:

- Для меня Куан всегда останется Куаном. Пусть даже вы трижды назовете его Германом.

И зал разразился аплодисментами...



POST SKRIPTUM:

Два дня спустя сбылось пророчество ушедшего на призывной пункт в Алма-Ату Серика Аблязова: то же самое собрание в том же самом составе (при отсутствующих по уважительным причинам 62 колхозниках), пряча друг от друга галза и практически молча проголосовали за самоликвидацию колхоза имени Сталина и передачу его государству с присвоением хозяйству звания государственного сельхозпредприятия под названием "Совхоз "Каскеленский".

В тот день смеялся лишь Куан.



КУАН и ВАХА 302 

Существует официально признанная и занесенная во все справочники и энциклопедии мира версия, что великий новоказахстанский олигарх Ваха совершенно случайно захватил все земли совхоза "Каскеленский" и стал после победы Криминальной революции в СССР и потери Москвой своих основных колоний единоличным владетелем всего того, что раньше принадлежало всему каскеленскому народу. Были, мол, шальные криминальные деньги у Вахи на руках - вот он и вложил общак в бросовую недвижимость. И что, мол, до этого Ваха слыхом не слыхал ни о Каскелене, ни о кургане святого Куаныша, на сооружение мазара возле которого выделил в 2011 году более ста тысяч долларов., ни уж тем более об умершем в 1962 году белом осле Куане.

На самом деле, версия эта ложная.

В первую ходку Ваха действительно попал за конокрадство в Отарском районе, где в советские годы неклейменного скота было видимо-невидимо, а район почитался самым отсталым в деле выполнения планов по сдаче мяса государству, жил на дотациях Алма-Аты и Москвы, его руководители постоянно клянчили у начальства разрешения на снижение государственных планов, обещали на следуюший год исправиться, клялись, что будут землю грызть, но на следующий год уж обязательно добьются перевыполнения всех мыслимых государственных планов. Но, как случалось это всегда в годы царствования Советским Союзом Леонида Ильича Брежнева, обещания и планы ими не выполнялись, виновные в повальном воровстве всего, что ни попадя, награждались орденами и медаями, росли в должностях, получали взятки, делились ими со своим начальством, жили широко, весело, копили деньги на участие в последовавшем после прихода к власти Горбачева частном бизнесе на базе присвоенной ими общественной собственности - и самая богатая в мире страна стремительно нищала, превращаясь из самой великой при Сталине в державу проржавленную, барахтающуюся на задворках Евразии. Вот у такого рода вора - секретаря Красногорского райкома партии по идеологии - и увёл коня со двора юный в ту пору Ваха, сын конокрада, внук конокрада, правнук конокрада, представитель династии конокрадов, так сказать. Потому что хотел украсть - и не украсть не мог.

Увёл легко и быстро, но был пойман брошенным на его поиски всем составом районной милиции, прокуратуры и воинских частей столь же легко и быстро, не успев не то, что продать коня, но даже зарезать его и съесть. То есть ночью секретарский конь был украден, к полудню уже вернулся в родное стойло, а Ваха в тот же час оказался в единственной на весь район комнате с саманными стенами, с железной дверью и с решетками на окне, называемой в народе тюрьмой, а в бумагах областного УВД "изолятором временного содержания".

Срок получил Ваха по тем временам небольшой - три года с включением в срок отсидки двухлетнего времени пребывания им до суда в Алма-Атинском следственном изоляторе. Пока доехал арестант Ваха до места исправительных работ в Архангельске, пока аклиматизировался, пока освоился с порядками в зоне - срок-то и истек.

А вместе с со сроком исчезли как-то сами собой остатки совести у потомственного конокрада. То есть стал Ваха блатным. И имя свое настоящее забыл, стал жить то под чужими фамилиями, отзываться на всякого рода клички и погоняла. Чем уж он занимался в последующие годы, и не расскажешь, о том отдельный роман надо писать, да и то получится лишь криминальное чтиво. Важно, что отсидел Ваха в общем по всем статьям и всем судимостям более тридцати лет, заимел ставшее в перестройку высоким, звание вора в законе и приобрел на одной из сходок воров СССР право рапоряжаться общаком Южного Казахстана "по понятиям".

И все в Казахстане давно уже думали, что так было всегда, что Ваха даже родился Вахой, и детей не имел потому, что настоящему вору в законе, ставшему более уважаемым человеком в Казахстане после 1991 года, чем даже дважды Герой Советского Союза Талгат Бегельдинов, нельзя иметь семьи и детей по должности. То есть, считаться стало: вот был бы Ваха просто вором, а не законником, были бы у него дети - тогда и был бы Ваха менее жестоким и подлым, не достойным звания депутата. Но не повезло Вахе - стал он вором в законе, долларовым миллионером и владельцем сотен тысяч гектаров казахстанских нив, где на него корячатся тысячи казахстанцев, а Ваха говорит в высоких кабинетах:

- Я все это быдло кормлю, а они, сволочи, меня за это ненавидят. Пришлите мне ОМОН, я буду солдат кормить, одевать, обувать, девок им поставлять, а они будут за это на моих землях за порядком следить, каскеленцам этим поганым языки в задницы запихивать. Чтобы и помнить перестали о Куане.

Ибо те, кто думал, что Ваха не был никогда в Каскелене и не встречался с белым ишаком Куаном, жестоко ошибались.

Ваха не только бывал в Каскелене, но и родился в нем, в тамошнем фельдшерском пункте на на руках фельдшерицы Жанны, и первые пятнадцать лет своей жизни прожил в большом кирпичном доме номер 6 на улице Фурманова, прозванном "хата конокрада". А в Отар попал он потому, что отец его был пойман каскеленцами на попытке украсть Куана с целью продажи белого осла одному из муфтиев Чечено-Ингушкской автономной республики. Был пойман, бит прилюдно плёткой на площади перед сельсоветом по голым ягодицам, а после выдворен из Каскелена со словами:

- В Отаре только тебе и место, ослокрад 303 .

Словом, Ваха затаил обиду на выбросивших его семью в пустыню каскеленцев, но еще больше - на белого осла, который не дал себя поймать отцу, устроил дикий шум и ревел, как бешенный, а после сбил вора с ног и чуть не затоптал.

Потому спустя время - как раз в ту зиму, когда весь прогрессивный Казахстан, все законопослушные казахстанцы были заняты поиском ослов в степи и пустыне для отстрела их - шестнадцатилетний Ваха тайно приехал в Каскелен с обрезом старой "берданки" под мышкой. Приехал не на автобусе, где все пасажиры и шофер с кондукторшей узнали бы его, а с попуткой, едущей в военную часть, водитель которой с удовольствием положил в карман данный ему рубль за "левак" - и тем самым продал за эту цену честь свою, но никому никогда не рассказал о том, что это он привез в Каскелен террориста.

Два дна и две ночи прятался Ваха в неработающей зимой водяной мельнице Жанабаева, всякую зиму бросаемой мельником в таком состоянии, словно он никогда в нее не вернется, не унося с собой лишь двери. То есть было Вахе в мельнице и холодно, и голодно на покрытых слоем муки досках, но грела и набивала брюхо ему жгущая всё нутро его злость и ненависть к Куану.

На третий день - под утро, когда застыл Ваха так, что готов был броситься в Каскелен и постучаться в окно первого попавшего дома с мольбой о помощи, - в снежной мути легкой пурги, дующет вдоль гор, увидел он белого осла.

Куан был в тот момент похож на приведение из американского мультика: на белом экране пурги прорисован тонкий профиль словно прозрачного длинномордого животного со стоящими вверх ушами - и всё. Осел стоял, не шевелясь, глядя в сторону горящего огнями Каскелена, словно прощаясь со своей Родиной. Осел, по-видимому, предугадывал свою печальную судьбу и печалился по воводу не менее трагической судьбы своих сородичей. Потому и стоял так, долго, не шевелясь, не зная еще, что лютый враг его прячется в до боли знакомой каскеленскому ослу мельнице, видит Куана, шарит рукой в поисках обреза, находит, прицеливается...

... Нет, осечки не произошло. Бердана образца 1898 года редко давала осечки, а уж хорошо вычишенная, смазанная, заранее заряженная и приготовленная к запланированному убийству - тем более. Выстрел раздался. Громкий, сдвоенный, откликнувшийся эхом в невидимых за пургой горах.

Осел не шевельнулся.

"Не попал! - понял Ваха. - С пяти метров не попал! - и тут же сделал вывод. - Ишак-то завороженный.

Но, на самом деле, причина промаха с такого близкого расстояния по столь большой мишени, как самец взрослого осла, была иной. Пальцы Вахи за двое суток сидения в засаде замерзли и онемели, тело плохо ощущалось его мозгом, руки держали обрез неплотно, жали на курок с мелкой дрожью. Медвежья картечь, заряженная в патроны берданы, пролетела высоко над головой осла - и этот свист свинца Куан услышал.

Но сразу виду не подал. Постоял на виду оторопевшего от страха перед "завороженным ослом" Вахи секунда двадцать, совсем не шевелясь, а потом спокойно повернулсмя мордой к мельнице и пошел навстречу террористу, неспешно пеерступая тонкими ножками своими по громко хрустящему на морозе снегу.

Остановился, войдя в помещение мельницы.

Посмотрел Вахи прямо в глаза.

Что осёл увидел там, никто не знает. Только пока смотрел Куан, правая передняя нога его медленно сгибалась в колене. А потом...

Ослина нога с силой разогнулась - и непропорционально огромное в сравнении с тонкой щиколоткой копыто врезало Вахе в то самое место, которое отвечает за деторождение самок людской породы.

У Вахи перехватило дыхание и потемнело в глазах. Не совсем безвучно, а с каким-то особо отчаянным и тихим стоном, осел вор и убийца сначала на колени, потом рухнул вперед, лицом на все еще покрытые грязной мукой доски, окрашивая их в красный цвет льющейся из носа юшкой.



POST SKRIPTUM:

Вот почему не было никогда у вора в законе Вахи детей и вот почему земли бывшего совхоза "Каскеленский" стали принадлежать уголовному преступнику, а жители села Каскелен стали называться в высоких кабинетах новой столицы Казахстана Астане 304  быдлом 305 .



КУАН и ШАХИНШАХ

История эта длинна, как расстояние от столицы Ирана Тегерана до столицы Куана Каскелена. Поэтому здесь мы сократим её до двух коротких рассказов, дабы не досаждать ненужными подробностями истинную историю взаимоотношений последнего представителя древнейшей на земле династии Саманидов шахиншаха Реза Пехлеви 306  и казахстанского белого ослика Куана, который именно после всего здесь и далее случившегося получил высокое звание четыреждывеличайшего, дабы в звании этом своем, приняв мученическую смерть, оставить нас прозябать в нашей юдоли 307 .

А все началось с того (если можно назвать давно идущий процесс началом), что слух о существовании белого осла бухарской длинноухой породы, проживающего в казахстанском селе Каскелене, работающего там, как ишак, и питающегося, как простой ишак, тем, что под ноги попадёт и что даст его нерадивый маловозрастный хозяин Бауржан, достиг ушей самого шахиншаха персидского, потомка древнефарсидских царей, чьи многочисленные армии в давние времена своей слоновьей поступью сотрясали землю по всему Востоку и приводили в ужас миллионы жителей других государств, чьи деяния воспел великий Фирдоуси в своем великом романе в стихах "Шах-наме" и чьи остатки цивилизации разбросаны по всем самым знаменитым музеям мира в качестве как раритетов, так и артефактов.

Сам Реза Пехлеви тоже был своего рода артефактом 308 , хотя и не предавал этому уникальному в 20 веке явлению должного значения. Он искренне верил в божественное происхождение своих далеких предков, а потому и себя почитал почти что Богом - и если бы не регулярная необходимость снимать штаны, чтобы облегчиться и не потребность в ласках женщины 309 , снижающих его до скотского уровня и напоминающих, что он - живой человек, то в своей божественной сущности он был бы уверен без приставки "почти"".

Потому-то известие о том, что некого белого ишака, которого жители какой-то северной (для персов) страны, расположенной на месте давно уж сгинувшего Турана - главного противника династии Саманидов в течение многих сотен лет, - почитали потомки туранцев великим без каких-либо "почти", вызвало у шахиншаха и легкую обиду, и нескрываемую перед поддаными своими, принесшими ему эту дурную весть, зависть. Все-таки быть "почти" - это не то, что быть абсолютным. Это все равно, что быть нынешней преклонного возраста королевой дряхлой Англии, которая является почти главой государства при фактически правящих Великобританией регулярно перебираемых главами банкирских домов премьер-министрах. А быть вровень с бабой - это было выше шахиншаховских сил.

То ли дело быть абсолютным монархом, как тот же русский Петр Первый, к примеру, умертвивший своими реформами и войнами более половины мужского населения страны и добрую четверть женского. Или как последние три французских Людовика, из которых Четырнадцатый заявил, что он и есть государство - и ничего для этого государства путного не делал, Пятнадцатый играл в войны так увлеченно, что распылил всю государственную казну напрочь и ввалил страну в финансовую кабалу английским и римским ростовщикам, а внук Пятнадцатого Людовик Шестандцатый отправился на гильотину сам, исправляя тем самым ошибки своих предков. Педераст Фридрих Прусский в войнах со всеми подряд полностью уничтожил все мужское население Пруссии- и стал Фридрихом Великим. Как и Наполеон, положивший на поле под деревенькой Ватерлоо последних французов призывного и допризывного возрастов, стал гордостью. Франции. Все они были абсолютными монархами - и за это признаваемыми своими потомками великими.

Реза Пехлеви тоже хотел зваться таким же Великим, как и вышеперечисленные императоры. Не на Эйнштейна же было ему равняться. И не на Лобачевского. Даже с великим Омаром Хайамом не хотел быть равным он по величине. Нет, только шахиншахом, то есть царем царей.

Но более всего хотел походить Реза Пехлеви на своего современника - императора Центрально-Африканской республики, который ел человечину, приготовленную ему из его политических противников 310 .

- Должно быть, это чертовски вкусно! - восхищенно говорил шахиншах, закидывая к потолку голову и закатывая под лоб свои красивые, миндалевидные карие глаза. - Надо быть истинным гурманом, чтобы испробовать такое блюдо!

И очень при этом переживал, что живет в нефтедобывающей, а потому должной почитаться люимыми им американцами цивилизованной, стране, где есть человечину запрещает Коран, а политических противников следует всего лишь совать в зинданы 311  и держать их там впроголодь и без солнечного света до самой смерти.

- Вот если бы можно было их есть, - мечтал насквозь евпропеизированный и обамериканеннй шахиншах на досуге, - я бы приказал открыть мясоконсервный завод - и мои подданные стали бы моих политических противников закатывать в консервные банки. Мои купцы стали бы человечину продавать, пополнять казну страны доходами, сравнимыми с доходами от продажи "черного золота". Ибо противников у меня в Иране много, слишком много: от исламистов до коммунистов миллионов двадцать голов наберется из оппозиции. Умных голов, светлых... вкусных. Если их не превратить в кончсервы, то недолго и до революции с моей природной гуманностью и европейской лощенностью докатиться. Надо что-нибудь такое придумать, чтобы народ увидел во мне не просто потомка великих царей, но и чтобы я сам выглядел в их глазах равным Аллаху. Или хотя бы равным пророку Исе 312 .

Вот тут-то и прослышал он про белого каскеленского осла длинноухой бухарской породы, на котором можно будет ездить ему по всему Ирану, словно сам пророк Иса 313 , и благословлять подданых, которые при виде сидящего на белом ишаке шахиншаха будут падать ниц и молить его о пощаде.

Сказано - сделано. В Москву из Тегерана полетела правительственная телеграмма на русском языке, отправленная на имя лично Никиты Сергеевича Хрущева с просьбой выслать для шахиншаха белого осла по кличке Куан, прописанного о адресу: Алма-Атинская область, Карасайский район, село Каскелен, улица Маншук Маметовой, дом 6 наложным платежом с оплатой в долларах через Государственный Банк СССР.

В Москве заработала бюрократическая машина. Были проверены все списки проживающих в Казахстане ослов от Бреста до Анадыря - и в ответ на телеграмму шахиншаха полетела телеграмма, подписанная начальником Общего отдела ЦК КПСС, в которой черным по-белому арабским шрифтом и на фарси было сообщено уважаемому шахиншаху, что, согласно данных Государственного статистического управления СССР, управления контроля при МВД СССР за передвижениями проживающих на территории страны граждан (паспортных столов) и отдельно данных, полученных из МВД Казахской ССР, имеющего соответствующие контролирующие учреждения, в селе Каскелен Карасайского района Алма-Атинской области по указанному шахиншахом адресу никакой Куан (без фамилии и отчества) не проживает, а прописаны там: депутат Верховного Совета Казахской ССР Абдугулов Умурзак Абдугулович, его жена и пять их совместных детей. Потому произвести высылку шахиншаху в подарок то лицо, которого просит Его Величество, у Советского правительства нет никакой возможности. С искренними сожалениями, начальник Общего Отдела ЦК с подписью в виде хитроумной, плохо разбираемой, а потому непонятной закорючки и с огромной гербовой печатью с государственным гербом СССР.

В ответ из Тегерана пришла телеграмма на русском языке, в которой черным по белому было написано от имени иранского визира по международным делам, что шахиншах не имел намерения просить у Советского руководства белого осла в подарок, речь в предыдущем письме от его имени шла лишь о покупке осла белого в количестве одной штуки, который, как установлено доподлинно и с помощью дружественных шахиншахству ЦРУ США и американской спутниковой службы внешней военной разведки, проживает именно по тому адресу, который был ранее назван советскому правительтству письменно, и пасется на местном колхозном лугу, а воду пьет либо из Каскеленского пруда, либо из местного арыка. Если владельцы белого ишака потребуют от советского правительства непомерного для советской экономики выкупа, то Совет визиров шахиншахства берет на себя обязанность заплатить за Куана любую сумму, пусть даже астрономическую.

В общем отделе ЦК КПСС посчитали, что советское правительство должно быть уязвлено тем, что какая-то там бывшая восточная колония России и Англии намекает, что она богаче СССР, и ответили дипломатической нотой протеста через МИД СССР, в конце которой рукой министры иностранных дел А. Громыко было приписано чернильной авторучкой, что в связи с возникшими из-за какого-то там осла проблемами в международных отношениях между СССР и Ираном, советским правительством было принято решение белого ишака у депутата У. Абдугулова реквизировать, а после этого - ввиду его опасности для мирного сотрудничества всех стран в мире - утилизировать путем выстрела в голову и выброса мертвого тела в Алма-Атинский скотомогильник при местном мясозаводе. О чем советское правительство и спешит сообщить уважаемому всеми членами Политбюро ЦК КПСС и лично Никитой Сергеевичем Хрущевым дивану-правительству шахиншаха.

Одновременно с этой телеграммой из Общего отдела Верховного Совета СССР была отправлена и телеграма в Каскелен директору совхоза Алибекову с категорическим требованием немедленно умертвить Куана и закопать его тело в каселеннскую землю как можно глубже, "чтобы ни одна персидская собака не отыскала".

Мухтар Алибекович показал эту телеграмму Бауржану.

- Что там еще натворил Куан? - спросил при этом. - Чем ему шахиншах не угодил? Подождал бы немного - Резу Пехлеви всё равно скоро свои собственные исламские радикалы свергнут. Сведения точные. Мне о них сам Узун-Кулак сказал 314 .

- А чё он пристал? - ответствовал Бауржан директору совхоза привычным фразеологизмом всякого шкодливого школьника, беседующего со взрослым. - Я чё - его трогал? Он первым начал.

Директору совхоза разбираться в международной политике было недосуг, у него "битва за урожай! 315  была на носу - и он просто пригрозил мальчишке пальцем и сказал зловещим голосом:

- Смотри у меня!

Бауржан понял, что бить и наказывать иными доходчивыми способами его не станут, но на всякий случай надо линять из Каскелена. И тут же вместе с белым ослом и рыжым Петькой покинул родной аул. Три друга отправились по военной дороге пешком в город Алма-Аты к дедушке и бабушке Бауржана за ключом, а оттуда - в то самое ущелье, где у стариков была дача от этого ключа, а за забором росли лесхозовские яблони с самым большими в мире яблоками.

На даче прожили они две с половиной недели, пожирая дары природы и крича во все горло про поднимающую паруса бригантину 316  так, что на самых высоких вершинах дрожали скалы и вниз сыпались лавины. В те дни спасательная горная служба Алма-Атинской области запретила приезжим альпинистам и горным туристам подниматься в горы.

- Горы поют, - объясняли они. - Тревожить их нельзя. Примета такая 317 .

Сотрудники секретных служб шахиншахства, получили от своих шпионов, проживающих в СССР под видом цыган из рода люли, сообщение о том, что Куаныша больше нет в Каскелене. Американские спутники передали в Тегеран фотографии окрестностей Каскелена, где белый осел отсутствовал на территории землепользования совхоза. Поэтому телеграмме, полученной из Москвы, в иранском диване (Совете министров-визиров Персии) о скоропостижной смерти белого осла, решили пока что поверить и сообщили измаявшемуся от ожидания шахиншаху, что, к их великому сожалению, Аллаху было угодно забрать белого бухарского осла из Каскелена на небо.

- Велик Аллах, а Мухамед - пророк его! - проборомотал Мохамед Реза Пехлеви, удивляясь тому, что Аллах оказался настолько предусмотрительным и скорым на решение, что успел забрать Куана для себя раньше, чем сумел это сделать шахиншах, и добавил еще тише. - С этим Аллахом надо быть поосторожней. Неровен час, спихнут его слуги меня с Престола...



POST SKRIPTUM:

История эта наглядно показывает, что интродуцировать чужих Богов и чужих святых (пусть даже усилиями правительства целой страны) чуждых данным Богам и святым стран, с затратой астрономического размера сумм, даже с помощью разведок и космического вооружения бессмысленно. Боги и святые не хотят покидать родных мест и работать на чужаков. Ибо знают, что они сильны на своей земле, а на чужбине они - всего лишь жалкие эмигранты.

Мысль простая, но нет таких правителей на Земле, которые бы её понимали. Потому как главной особенностью всех правителей является их обезьянье желание делать у себя в стране точно то же самое и также, что делается в странах чужих. И, как всякая обезьяна, решившая заниматься трудом человеческим, делает такой правитель всё плохо.

И страна катится в пропасть 318 .



КУАН и ХРУЩЕВ

По-видимому, от посла шахиншаха Ирана Реза-Пехлеви в СССР и узнал Н. Хрущев о существовании Куана. Больше было не от кого.

Потому-то и собрался Великий реформатор страны Советов однажды будто бы в Алма-Ату, а на самом деле в Каскелен. Ибо на то, что Куан был мастью бел, Хрущеву было наплевать, но то, что за осла дают столь большие деньги, что на них можно запустить не одну пару космических спутников с людьми на борту и сварганить еще пару-другую-третью термоядерных бомб, чтобы потом грозить ими миру, требуя мира во всем мире, было привлекательно. То есть Куан в глазах Хрущева представлял собой стратегическое оружие невиданной ранее мощи и при этом бывшее настолько тайным, что о сущности этой тайны знал только сам Хрущев - и никто более.

- Владеть таким ослом, - решил Хрущев, - это значит, владеть миром.

Но для того, чтобы принимать окончательное реешние о продаже белого осла иранскому шахиншаху или оставить Куана в Советском Союзе, следовало Никите Сергеевичу убедиться лично в том, что белый осел жив либо тихо умер своей смертью, а не был убит шпионами Ирана.

Ибо, если стратегически важный для всего Советского Союза осёл был убит, то компетентным органам следует отыскать убийц Куана и заклеймить их позором, предав открытому всей мировой общественности суду, как это было будет вскоре сделано с изменником и предателем Родины полковником Пеньковским 319  и американским летчиком-шпионом Пауэрсом.

Но направился Хрущев в столицу Казахстана не самолетом, как обычно он добирался до столиц союзных республик, чтобы всем тамошним чиновникам "показать кузькину мать" 320 , а поездом. Не обыкновенным поездом, конечно, а правительственным, состоящим из двадцати двух бронированных спецвагонов с вагоном-кабинетом, с вагоном для отдыха, с вагонами для секретарей и прислуги и с вагонами для шести сотен сержантов, старшин и офицеров МВД, КГБ и СА, которые после "бериевского путча" 321  стали охранять Кремль и членов Политбюро не доверяя друг другу.

Во-первых, Никите Сергеевичу было всегда интересно смотреть на подвластную ему страну не с высоты, а увидеть ее рядом с собой, потрогать руками, топнуть по ней каблуком.

Во-вторых, можно было вновь с широкой улыбкой и вполне демократично с народом пообщаться, сказать пару прочувствованных слов за предоставляемые ему по пятнадцать минут на каждой узловой станции, пока идет пересменка тепловозов. Ибо всякий народ любит видеть вблизи себя своих вождей и слышать от них хоть что, пусть даже глупость, но сказанную так близко, что вождя можно и без микрофона услышать. Услышат сто человек, а сбрешут, что слышали не меньше тысячи. От тех тысяч слух о демократичности вождя растечётся в уши десяткам тысяч - и вскоре вся страна начнет верить в то, что на самом деле видели и слышали миллионы, а не от силы сто человек.

Потому что самая главная и самая важная новость - это сплетня. А люди до новостей ох, как охочи!

В-третьих, в поезде за четверо с половиной суток можно как следует отдохнуть от осточертевших в Кремле и в Москве рож всевозможных подхалимов, спокойно выспаться под стук пожирающих вёрсты колес. Можно даже наконец-то дочитать в спокойной обстановке любимую свою книжку "Репка" и подумать, как бы переиначить ее на книгу "Кукуруза".

И, в четвертых, хотелось показать Генеральному секрертарю всем, что он тут - почти что Бог, который "что хочет - то и воротит": захотел - полетел, захотел - поехал, и никто ему - не указ.

И первые полтора суток было ехать Хрущеву весело: на каждой станции его встречали одетые празднично трудящиеся и военные оркестры, красивые девочки в красивых платицах с огромными, как снопы ржи, букетами, дарили их "дорогому нашему Никите Сергеевичу" с сияющими от счастья, откромленными лицами. Между станций мелькали деревья, леса, перелески, речки там всякие, домики стрелочников со скирдами сена рядом с ними и с жующими жвачку коровами. Широкая Волга прогромыхала внизу где-то уже под Саратовым. Все переезды были закрыты шлагбаумами - и покорно ожидающие их открытия автомобили имели кузова в которых сидело всегда по сорок красивых молодых девушек, которые при виде спецпоезда тут же вскакивали на ноги, срывали с голов ситцевые платочки и быстро-быстро махали ими, приветствуя главу родного социалистического государства, подарившего им такую счастливую жизнь.

Но вскоре пошли степи - пустые, долгие и однообразные. Из окна поезда были видны серые, невыразительные кустики терескена, сквозь приоткрытые окна дул пронзительный жаркий ветер, прорывающийся в уши с неприятным рокотом, за кипяченной водой в вагонах и на станциях стояли сержанты кремлевской охраны в динных очередях с котелками в руках и с записанными на ладонях химическими карандашами номерами. Лица встречающих очередного московского царя казахстанских подданных выглядели восторженно-испуганными, а в речах их отсутствовала привычка говорить "наш дорогой Никитта Сергеевич", ибо на словах этих они всегда запинались или выговаривали их осторожно, боясь пропустить хотя бы одну букву, и потому звучали вяло.

"Народная любовь к своим вождям по мере отдаления масс от Москвы заметно ослабевает, - сделал вывод Хрущев. - Надо оснастить страну телевышками и увеличить число выпускаемых для народа бытовых телевизоров. Тогда народ будет любить того, кого надо и как надо 322 ".

В северо-западном Казахстане встречать главу советского государства привыкли - он ведь то и дело бывал в городе Ленинске, который для секретности всё советское время называли Байконуром и был местом отправки в космос советских ракет, а оттуда любил нагрянуть в окружающие города, села и даже области с разгонами начальства, снятиями их с должностей и переводами "на другие места работы" опять-таки в качестве начальников. Здесь встречи обходились без особо пышных букетов, а с весьма скромными, какими-то чересчур худосочными цветами, улыбались Хрущеву приветливо и все время норовили подсунуть какие-то странные блюда из застывшей баранины и наспех сваренного теста с непременными извинениями за то, что приготовлено блюдо не совсем такое, как требуется, и с сообщениями, что блюдо это надо есть горячим, но вот они, узнав, что будет такой важный гость, приготовили его заранее... - и далее спрашивали денег для своих городов, станций, районов и областей. Потому что всегда в Казахстане распределенные по фондам и по государственным планам деньги куда-то улетучивались, а дела стояли, будто их никогда и никто не делал.

На одной из станций возле тогда еще плещущегося возле шпал Аральского моря подарили Хрущеву теплые носки из верблюжьей шерсти, воняющие за метр падалью, полутораметрового копченого осетра со слегка загнутым вверх кончиком носа и черно-белую, оформленную в рамку из сасксаула фотографию стада куланов с острова Барса-Кельмес.

- Зачем мне ослы? - спросил Генеральный секретарь ЦК КПСС и Председатель Совета министров СССР в одном лице. - Они же дикие. Не приручаются.

- Так вы же к Куану едите! - ответили жители города Аральска. - Вот и покажете белому ослу его родственников. А то он там живет - и не знает, что кроме домашних олслов, есть и такие.

- Откуда вы знаете, к кому я еду? - поразился Х.рущев. - Ведь это - государственная тайна!

- Так ведь у нас все это знают. У нас новостями не КазТАГ 323  заведует - Узун-Кулак обо всём ведает. Вы что, Никита Сергеевич, "Золотого телёнка" не читали? Там всё правильно написано. Земля казахская - она слухом, как море - водой, полнится. Вы там в Москве только подумать успеете, а мы тут в Казахстане уже мысль вашу знаем - и ответ на нее готовим. Вот собрались вы с Куаном познакомиться - а мы вам уже и фотографию вам в подарок для Куана приготовили. Ведь правда, мы - молодцы?

Хрущев вслух согласился признать аральцев молодцами, а про себя решил, что надо ему всю охрану вокруг себя и в Кремле поскорее поменять. А то ведь какая-нибудь сволочь из этих сержантов-офицеров трех родов войск не только растрезвонит на весь Казахстан, что глава государства хочет увидеть какого-то там безродного осла, но и допустит к священному для всего советского народа телу наемных убийц. А Золотого теленка и этого самого... как его?... Узун-Кулака надо отправить куда-нибудь подальше из СССР - послами какими-нибудь в Румынию, Финляндию или в Занзибар. Пусть попробуют пожить там на одну зарплату. Лет двадцать... До полного создания экономической базы Коммунизма...

В Кызыл-Орде Хрущеву подарили очередные халат и огромную шапку с рогами, направленными вниз - точно такие, сказали Хрущеву, носили казахские ханы в древности, - а также целую бадью кумыса с большой деревянной ложкой и ней и опять-таки застывшее блюдо из баранины с раскатанным и нарезанным на квадраты тестом, на этот раз проваренным хорошо и посыпанным нарезанным кольцами луком вперемежку с чёрным перцем.

Вокруг же по-прежнему растилалась все та же степь, которая местами выглядела, как пустыня, с то и дело попадающимися на глаза верблюдами, с редкими стволиками объеденного снизу саксаула, с сидящими на них нахохленными птицами-падальщиками. Весь этот ландшафт навевал на Хрущева уныние и тоску. А впереди были еще двое суток пути до солнечной и цветущей Алма-Аты.

Столицу Казахской ССР Хрущев помнил, как город садов и парков, красивых белых домов и еще более красивых девушек с торчащими из-под подолов юбок-колоколов еще более красивыми коленками. До юбок тех и коленок надо было ему себя чем-то занять 324 .

А чем занимает себя русский человек, когда ему нечем заняться?

Конечно, водкой. Чем еще? Был бы Хрущев не русским, он бы придумал что-нибудь более интересное: поиграл бы, например, с охранниками своими и секретарями в шахматы либо в карты, поборолся бы руками на вагонном столе, покрутил бы бутылочку с проводницами, поиграл бы в города или в кабинетном вагоне в жмурки. Можно было бы поиграть и в города, в вист, в покер, побеседовать со своими помощниками о тех же бабах, вспомнить молодость и рассказать им о Сталине либо объяснить, чем же прогневили на самом деле его Берия, Деканозов и прочие попавшие по его приказу под расстрел бывшие "уважамемые люди". Тем более, что всех в тот год интересовал вопрос: почему в государстве, где законом была отменена смертная казнь еще при Сталине, растреляли этих самых новоявленных "врагов народа"? Ведь вновь воскресил смертную казнь в СССР гуманист Хрущев лишь в 1961 году, да и то предложение это прошло через Верховный Совет со скрипом, под давлением кажущегося Никите Сергеевичу верным другом Брежнева. Уж по этому-то вопросу разговоры бы прошли так энергично, что никто бы и не заметил, как спецпоезд добрался до Алма-Аты.

Но Хрущев был истинно руским человеком - и поэтому решил пойти путем наиболее прямым и простым - напился. Вдрызг! Чтобы никого не видеть, не слышать и ничего не понимать. Как напивался он подобно герою великого пролетарского писателя М. Горького Власову из романа "Мать" в годы работы шахтером в Донбассе. То есть он хотел так напиться, чтобы после рвота из всех щелей лезла, даже из ушей. И чтобы потом было в желудке и на душе так плохо, что и жить бы не хотелось. И чтобы все едущие в этом спецпоезде видели, что в этой стране он - главный, а потому может позволить себе всё - и даже больше, чем всё - он может выглядеть даже свиньей перед подданными - и те будут ему за это хлопать и величать великим человеком.

- Быдло! - сказал Хрущев и, вынув стакан из серебряного подстаканника, опрокинул двести грамм сорокоградусной себе в горло. - Все быдло! - и выхлестал второй стакан; занюхал водку согнутым указательным пальцем, как делал это его дед, не всегда имеющий даже соленого огрурца для закуски, но не пропускающий ни дня без рюмки, взятой подчас в долг в жидовском шинке. - Быдло на быдле сидит и быдлом погоняет! - и потянулся за бутылкой со ста граммами остатка водки.

Трое обалдевших от вида "бухающего по-черному" вождя охранников трех родов войск молча принялись распечатывать следующие три бутылки и подталкивать к царю всея СССР три хрустальных розеточки с черной икрой и с воткнутыми в нее серебряными ложечками.

- Быдло, - сказал им Хрущев в благодарность за услугу, и после того, как сто грамм упокоились в нем, потянулся за икрой. - Как есть быдло 325 .

И был день, и был вечер, и была ночь, и было утро, и вновь день...

Поезд проехал без встреч с народом своего главного пассажира и Яны-Курган, и Туркестан, и Чимкент, и Бурное...

Хрущев пил и пил водку, то впадая в пьяный транс и уходя в отключку, то просыпаясь и ища стакан с заранее налитой в него "огненной водой", выпивая - и тут же засыпая. На тех же станциях, где он все-таки являл опухшее от перепоя свое лицо, ибо в тот момент коротко не спал, всем говорил:

- Быдло! - и, выслушав в ответ благодарность, возвращался в вагон.

Так, например, почти в полночь оказался он на платформе номер один станции областного города Джамбула, где его встречал оркестр нашего ремесленного училища, мы сами в новенькой форме со своежими подворотничками и с новыми ремнями "ТР", в новых фуражках с белыми чехлами на тульях, и разное высокое городское и областное начальство, одетое богато, но бестолково. В ожидании спецпоезда мы простояли более двух часов, устали и изрядно разозлились на Хрущева, разоблачившего культ личности Сталина и взамен обустраивающего культ личности собственной. Об этом мы все и переговариались, когда поезд остановился буквально в трех шагах от нас.

Хрущев вывалился из тамбура, но спускаться вниз по весьма крутым железным ступеням не стал. Он тупо вылупился на нас, оглядел наш черноформенный и белоголовый ряд, посмотрев слева и проведя головой вправо, громко икнул и сказал слово одно, но основательное прозвучавшее, словно печатью ударившее по всем нам:

- Быдло!

После сфокусировал свой взгляд почему-то на мне, стоящем не прямо перед ним, а в стороне, застыл на пару секунд, внимательно глядя в мои в ту пору простодушные, широко открытые на мир глаза 326  - и добавил:

- Ты - нет.

С тем и вернулся в вагон.

Поезд тронулся. Оттащившие внутрь вагона главу государства, держа его подмышки, три охранника-офицера оставили Хрущева за заставленным водкой и черной икрой столом вагона-кабинета, тихо удалились в свой вагон по своим купе.

Всем им уже осточертел этот Хрущев с его поездным лексиконом в одно слово, всем трём хотелось спать и никому не хотелось следить за старым пьяницей, который в другие дни не раз похвалялся, что перепивал самого Сталина, а тут вдруг показал, что пить он не умеет совсем. Точнее, брюхо он имеет луженное, да только мозги у него спьяну уже больше не работают, за речью своей он уже не следит, не понимает, кто на самом деле быдло, а кто нет.

Ибо нет такого офицера, который признал бы себя быдлом. Хотя, на самом деле, других офицеров быть не может. Согласно воинских Уставов.

Поезд легонько дернулся - и поплыл в алма-атинском направлении, оставляя наш черный строй с белым верхом околышей, наш окестр и наш перрон позади себя, с каждой секундой ускоряя ход, удаляясь от нас навсегда и приближаясь к Алма-Ате, где сотни чиновников в это время нервничали, глотая таблетки и прося поддержки у родных и близких, в ожидании человека, который может и возвысить их до небес и превратить в ничто. То есть лишить чиновника всего им наработанного Хрущев мог просто так, без всякой причины, потому только, что так ему захотелось. Будто он - не избранник народный, а Петр Первый какой-нибудь там или Павел Первый, самодержец всероссийский, мать его так и эдак...

Даже легкого качка поезда на стыках рельс оказалось достаточно для того, чтобы Хрущев повалился на бок и заснул на длинном кожанном диване, поставленном вдоль кромки стола, за которым сидели порой и министры, и члены Политбюро, слушая длинные и мудрые речи своих вождей 327 , восседающих, как правило, в торцовой части стола.

Поезд быстро набирал ход, вскоре перстали мелькать огоньки фонарей, стоящих вдоль дороги, а там и вовсе в вагоне повисла тищина слегка разбавленная тихим перестуком колёс. Глава советского государства спал на диване, свернувшись клубочком и тихо посапывая, как спал когда-то в дореволюционном детстве он на вокзале станции Касторная, когда сбежал от отца и отправился на шахтерские заработки в Макеевку. И был он тогда таким же мальчишкой, как и я, увиденный им среди ряда ремесленников мельком, но оставшийся на время сна в его памяти таким же, как и юный Хрущев: курносым, щекастым, но худым, с вытаращенными в вечном удивлении и восторге глазами, не знающим еще, но предугадывающим, что впереди ждет полная взлетов и падений, лишений и достижений интересная и совсем не скучная, как у большинства окружающих нас людей, жизнь...

А потом Хрущев проснулся. Как-то сразу проснулся. Раз - и распахнул глаза. Словно кто-то приказал ему так сделать - и он поспешно повиновался. И сразу сна - ни в одном глазу. И ничего из только что увиденного во сне он уже не помнил. И захотелось ему в туалет.

Хрущев быстро, по-содлатски, вскочил на неразутые на ночь ноги, одернул на себе пиджак, поправил наощупь галстук, провел языком внутри изрядно высохщего, смердящего рта, глянул в одно из множества зеркал в этом вагоне - и, увидев свою помятую, небритую рожу, понял, что надо срочно побриться и сделать массаж лица, на которые мастерица Люба, едущая в хвостовом вагоне поезда.

Хотел было позвать кого-нибудь из охранников либо из лакеев, но вновь сильно захотел в туалет - и поспешил прочь из вагона-кабинета, в котором туалета не было, в следующий вагон, где располагалась и большая спальня его, и второй кабинет- малый, и было целых три туталета, плюс ванная и душ, а также буфет с круглосуточно дежурящими буфетчицами, еще какие-то неинтересные ему помещения.

Вот тут-то, когда он проходил через тамбур, что-то кольнуло его под сердце, заставило остановиться и повернуть голову в левую сторону...

Хрущёв увидел то, ради чего собственно он вообще собрался в эту поездку, и срузу вдруг понял, зачем на самом деле он так рвался в Казахстан и почему одноверменно с этим желанием он таким странным образом оттягивал эту встречу...

На одном-еинственном, вовсе невысоком, но из-за своей единичности кажущемся высоким очень, холме стоял освещенный лунным светом, льющимся прямо в бок ему, высокий и статный, очень длинноухий белый осел. Профиль осла был идеальным, словно созданый великим художником, который хотел показать каждый изгиб тела осла, дабы заставить зрителя запомнить каждую черточку. И лунный свет удивительно четко вырисовывал его контур, а по-южному черное небо со слегка мерцающими звездами в нем очень удачно оттеняли этот силуэт.

"Вот и всё... - подумал глава советского гсоударства. - Вот и увидел... Сподобился... Теперь можно возвращаться домой..."

Поезд в том месте делал широкую дугу, то есть объезжал холм долго. Осёл всё это время стоял спокойно, не шевелясь, словно показывая себя пасажирам правительственного поезда, в котором охраны было - как грязи в дождливую погоду на неасфальтированной улице, и где каждый из вооруженных дураков мог поразвлекаться выстрелом-другим в сторону столь привлекательной мишени.

Но поезл всё шел и шел, а никто не стрелял.

Хрущев смотрел на белого осла, и губы его сами по себе шептали:

- Не быдло... Нет, совсем не быдло... Не быдло...  328 



POST SKRIPTUM: Спустя несколько лет после истинной кончины Куана, шахиншах Ирана получил действительные сведения, подтвержденные фотографией насыпи над могилой белого осла в Каскелене, о смерти его мечты. И, так как получение этой фотографии совпало с очередным юбилеем Мохамеда Резы Пехлеви, то глава иранского государства явил великую медрость и проявил неслыханную щедрость в отношении Куана, наградив его орденом "Истинного Благородства и Великого Мужества имени Рустама Великого" посмертно. Прямой потомок великих Дария и Кира (а может и не потомок вовсе) приказал вправить в этот усыпанный бриллиантами золотой с разноцветной финифтью кулон еще и крупный рубин, а потом отправить орден вместе с дипломатической почтой в Москву. При ордене было и соответствующее письмо, из которого следовало, что сам шахиншах называет Кауана четыреждывеликолепным и просит Генерального секретаря ЦК КПСС Леонида Ильича Брежнева лично вручить этот орден наследникам трагически погибшего четыреждывеличайшего героя.

А надо сказать, что Леонид Ильич Брежнев был известным на весь мир коллекционером старых автомобилей и государственных наград планеты Земля. Его коллекция наград конкурировала на равных со знаменитой коллекцией орденов и медалей пропагандиста поварского искусства Похлёбкина, убитого уже в перестройку из-за этой коллекции 329 . Потому прислуга кремлевская письма Брежневу не показала, но на парадный маршальский китель Леонида Ильича иранский орден привесила - и теперь можно его изображение обнаружить на парадных фотографиях Брежнева в качестве свидетельства того, что всё здесь сказанное - правда.

При похоронах главы советского государства в декабре 1982 года, орден Рустама положили на одну из подушечек, несомых за его гробом бравыми офицерами Советской Армии торжественным маршем - и это был последний раз, когда мировая общественность могла увидеть этот шедевр иранского ювелирного искусства. Ибо уже потом - при яром борце с нарушителями трудовой дисциплины Юрии Владимировиче Андропове - кто-то и как-то незаметно изъял орден из Гохрана СССР, бриллианты и рубин прикарманил сразу, а золото перелил в крохотные слитки, сдав их подпольным московским ювелирам, штампующим фальшивые звезды Героев Советского Союза для продажи оставшимся в живых коллекционерам государственных наград втридорога.

Откуда обо всем этом узнали каскеленцы, не ясно. Но только с момента получения прислугой Брежневым этой награды, покойного белого осла Куана здесь стали называть четыреждывеличайшим.



КУАН и ПЕРИ

Бабушку Ак-Боту 330  в Каскелене знали все дети. Это была очень добрая женщина вовсе не преклдонных лет, и даже не бабушка, и даже ще не вышедшая на пенсию, хотя и близкая к этому, физически сильно сдавшая, седенькая, занимающаяся в колхозе тем, что работала в поле летом и плела чиевые циновки в старом сарае зимой. На деньги эти и на пенсию по погибшему где-то в Прибалтике мужу-панфиловцу и жила сама, растя сына своего Аскара, мальчика телом хрупкого, лицом красивого, спокойного, несколько нелюдимого, то есть не участвовавшего в обычных для аульской молоджежи богатырских играх типа козлодрания, байги, борьбы казщакша-корпес, зато хорошо учившегося, много читавшего и до самого призыва в армию никем не покалеченнного.

Когда Аскар не прошел по конкурсу в Алма-Атинский медицинский институт и почти тотчас отправился на службу в доблестные Вооруженные силы СССР, солдатская вдова и вовсе сникла, как-то даже съежилась, все свое свободное время стала уделять чужим детям, возиться с малышами, рассказывать им старые казахские сказки и легенды о прошлом Каскелена, более старшим помогала с учебой - и тем самым как бы заглушала свою тоску по служившему где-то на Дальнем Севере на подводной лодке матросом второго класса Аскару, который однажды должен был приехать в отпуск, да не сумел. Потому что лодка, на которой он, оказывается, не плавал, а ходил, отправилась в кругосветное подводное плавание, а потом вся команда должна была жить несколько месяцев на берегу южного Черного моря, сдавая анализы врачам и восстанавливая силы.

Ак-Бота терпеливо ждала Аскара, плача о нем по ночам, вспоминая мужа, отправившегося на войну вместе со ставшим потом знаменитым генералом Панфиловым, раненным под Москвой, обещавшим в письмах вернуться домой живым, но так и не вернувшемся, оставившим ее с маленьким Аскарчиком на руках и с единственной своей довоенной фотографией, которую сняли на строительстве Турксиба приезжие из Москвы корреспонденты для газеты "Гудок", да так и не напечатавшие ее там.

Вернулся в Каскелен Аскар вместе с женой - и это было настоящшим праздником для Ак-Боты. Она так обрадовалась появлению в ее доме русоволосой, голубоглазой и статной красавицы Оксаны, что чуть не слегла с сердечным приступом. Ей невестка казалась красавицей Пери из сказок, которые она все четыре года отсутствия сына рассказывала каскеленским детям.

- Пери! Моя Пери! - шептала она, глядя на ухаживающую у ее постели чернобровую украинку-невестку. - Пери!

Слово это так и пристало с тех пор к приехавшей год назад в Североморск по распределению после окончания медучилища бывшую селянку из Закарпатья, влюбившуюся там в срочника-матросика наперекор ухаживаниям многочисленных морских офцеров с золотыми погонами и с настоящими кортиками на поясах. Никто больше в Каскелене не звал ее Оксаной - Пери и Пери (ударение на "е"), а уж про отчество Мыколаевна никто и не заикался тут. Какое такое может быть отчество у истинной Пери? Отчество - оно для смертных. А Пери... Пери - это Пери.

Сакля, построенная еще отцом Аскара до войны, за эти годы обветшала так, что жить в ней было невозможно, а на строительство нового дома у только что демобилизованного молодого мужчины средств не было. И поэтому, понимала в глубине души Ак-Бота, семья ее сына могла довольно скоро развалиться. Ну, не может же истинная Пери ютиться в лазчуге с плоской, поросшей многолетней травой крышей и одной комнаткой с очагом и вытяжной дыркой под стрехой да еще со свекровью.

Чтобы построить дом, надо иметь много сил, много дерева, редкого в степи, и много сил. Разве один Оскар, даже выросший и возмужаший, ставший походить на настоящего пахлавана из слышанных Ак-Ботой от бабушки своей сказок и пересказанных ею юным каскеленцам, в состоянии осилить строительство не то, что приличного дома, но даже небольшой новой времянки с земляным полом и со все-таки печью?

Думала об этом Ак-Бота всю ночь, свернувшись в клубок под лоскутовым одеялом, лежа в своей сакле, зная при этом, что молодые, отправившиеся на ночь в старый запущенный яблоневый сад, посаженный ее покойным мужем, заняты не этими прозаическими мыслями, а утехами молодых, разгоряченных любовью тел, да так и заснула, не приняв никакого решения, не придумав, как помочь молодым.

Разбудил ее крик осла - веселый, задоррный, громокий.

Она соскочила с постели и выглянула в крохотное оконце, состоящее из четырех стекл, соединенных полосками глины крестом.

Прямо перед ее саклей стояли белый осел и сынишка депутата Умурзака со своим неразлучным рыжим другом Петькой и пялились прямо в окно.

Ак-Бота кивнула им, показав тем самым, что сейчас выйдет, и пошла к умывальнику с зеркалом рядом с ним, чтобы "привести себя в божеский вид", как говорили ссыльные, а заодно и подумать: с чего это малыши пришли к ней в такую рань? Ведь часы-ходики, подаренные ее мужу еще руководством строительства Турксиба в 1930 году, показывали пять часов утра. Накинула на слегка озябшие плечи вязанный из овечьей шерсти платок и вышла сначала во двор, а потом через калитку на улицу.

- Ассалям-алейкуум! - сказал Бауржан.

- Доброе утро, баба Ак-Бота, - сказал Петька.

- Случилось что? - спросила она.

- Нет, - ответиил Бауржан. - Мы за Аскаром пришли.

- А зачем он вам? - удивилась Ак-Бота.

- Дом надо строить, - ответил Петька. - И побыстрее. Пока лето.

- Какой дом? - удивилась женщина. - Кто вам сказал?

- Куан сказал, - вполне искренне и серьезно произнес Бауржан. - Молодая семья не должна спать на улице. Молодой семье нужны дети.

- Так Куан и сказал? - оторопела от услышанного Ак-Бота.

- Так и сказал. Сегоднея ночью приснился нам с Петкой - и сказал так.

- Ага, - подтвердил рыжий Петька. - Прямо, как в ваших сказках, баба Ак-Бота. И сразу двоим. Сказал даже, где глину брать.

Неожиданно возникший за спиной Ак-Боты Аскар спросил:

- И где?

- А, пошли, - мотнул головой Петкьа, и повернул от дома прочь, продолжая на ходу. - Пока по холодку поработаем, а то жара будет печь - самый раз кирпичам сохнуть.

Только тут обратил внимание Аскар на то, что ранее не виденный им белый осел держит на себе перекинутые через спину на ремнях две пары тридцатишестилитровых алюминиевых фляг, наполненных, судя по всему, водой. Получается, что осел и ребятишки уже приготовились к предстоящей работе.

- Я сейчас, сейчас... - заторопилась Ак-Бота. - Я вам сейчас лепешек дам.

- Да не надо, апа, - отвтеил Бауржан. - Пусть после Пери нам принесет. А сейчас время дорого.

И мужчины ушли, оставив женщину одну.

Ак-Бота глянула им вслед - и обомленла - изо всех домов Каскелена шли мужчины с кетменями на плечах и с тюками соломы, направляясь за весело семенящим впереди всех Куаном в сторону того самого карьера с глиной, откуда брал материал для строительства их сакли погибший на войне муж ее. Никто ничего не сказал Ак-Боте, но она сердцем почувствовала, что является свидетельством начала самого необычного и самого знаменитого за всю историю Каскелена хашара - всенародной помощи в стротельства дома. Начинающегося с копания глины кетменями, замешивания ее водой напополам с соломой, изготовления кирпича, сушки его по сотне штук в день, а потом и самого строительства стен.

Когда же Ак-Бота, утерев слезы, обернулась, то увидела сноху. Пери уже затопила тандыр и, помыв руки, ссыпала из стоящего под навесом мешка муку в большой таз - по-видимому, хотела побыстрей напечь пресных лепешек людям, которые хотят построить для ее семьи дом.

- Мама, - сказала она. - У нас такое называется толокой. А у вас?

- Хашар, - ответила Ак-Бота. - Просто хашар 331 .

К концу лета дом для молодых и для солдатки был построен полностью. С кровельным железом и доскам и для пола помог колхоз, соседи, кто как мог, помогли с деревом, из военной части на самые тяжелые работы раз пять присылали солдат и давали машину однажды на то, чтобы привезли из Алма-Аты купленные там родителями Умурзака-аги гвозди и прочие скобяные товары.



POST SKRIPTUM:

В доме том Аскар с Пери прожили долго и счастливо, родив восьмерых детей, всех успев до распада СССР поставить на ноги, дать образование, женить и выдать замуж.

И умерли в один и тот же день - 30 декабря 1991 года, когда в Беловежской пуще три руководителя союзных республик СССР подписали свой зловещий договор о создании Союза Независимых государств, разрушив тем самым родную державу казаха Аскара и украинки Оксаны. Умерли тихо, с улыбкой на устах, успев сказать пришедшим с ними проститься родственникам, что счастьем своим они обязаны Куану, приснившемуся сразу всем каскеленцам в одну ночь.

Ак-Бота умерла в 1968 году в день, когда советские войска вошли в Прагу 332 .



КУАН и СУДЬИ

Однажды Куан, играя в футбол, забил за один матч 16 голов в ворота протвника. Играли каскеленцы против шамалганцев 333  в отборочном матче на первенство Карасуйского района. Игра была финальная, каскеленцам досточно было забить один гола, чтобы стать чемпионами, но Куан игрой увлекся - и забил сразу 16 "пачек", как называли тогда футбольные голы.

Такого разгромного счета не знала история казахстанского футбола со времен появления этой азартной игры на территории Великой Степи. Так выигрывали лишь воины Александра Македонского в битвах с безымянными варварами. Так проигрывали войны только племена с луками и стрелами при каменных наконечников, выходившие защищать свои Родины против несущих им истину и демократию вооруженных до зубов огнестрельным оружием европейских рыцарей и их священников.

И шамалганцы обиделись. Стали писать в алма-атинские инстанции письма с требованием не признавать подобный счет действительным, а игру законной, а также с просьбой отменить результаты игры и провести повторную игру, но уже без Куана.

- Потому что, - писали и говорили они, - никто не знает, как играть против ишака. У него четыре ноги, а у нас две. Стало быть, в их команде на одного игрока больше, чем в нашей.

А еще просили при этом проверить осла на начинающий в то время входить во всем спортивном мире в моду допинг.

- Он ведь целый матч носился по полю, как оглашенный, - объяснял тренер шамалганцев Юрий Верхоглядов свое требование, - а ни капельки не устал. Еще потом катал на тележке ребятишек по кругу футбольного поля и орал победно так, что у анс закладывало от его рева уши.

Каскеленцы аргументы шамалганцев игнорировали. Потому как были горды собой.

- Да, мы вот такие! - говорили они. - Мы сумели воспитать такого талантливого футболиста, как Куан. А что ног у него четыре - так это фигня. Голова-то у него одна. И задница одна. Значит, он - один футболист.

Им приятно осознавать себя чемпионами целого района, выигравшими двенадцать матчей из двенадцати возможных, а теперь готовящимися к областному чемпионату, который должен пройти ни где-нибудь в заштатном в ту пору Капчагае, а в самой Алма-Ате, где футболисты будут жить в настоящих гостинницах, а их болельщики - по квартирам своих родных и знакомых жителей столицы. В квартиру Умурзака-аги, например, на дни чемпионата области напросились пожить более пятидесяти человек, согласных спать не только на полу, но и стоя.

Словом, людей в СССР развлекали обычными футбольными страстями в то время, как во Вьетнаме людей поливали американцы производимым в Казахстане напалмом, в невзлетающих в космос американских ракетах сгорали заживо обезьяны, в Конго португальские солдаты и офицеры играли в футбол головами африканцев, в Южных штатах США в парках стояли отдельно скамейки для черных и для белых, а также разделенные по цвету кожи общественные туалеты и места в кинотеатрах. Но для граждан СССР число забитых и пропущенных голов любимой командой значило больше, чем ожидание снятия Хрущева с должности руководителя советского государства, больше процесса над сбитым над Свердловском американскм пилотом-шпионом Пауэрсом, больше Карибского кризиса и то и дело грозящей разразиться Третьей мировой (на этот уж раз ядерной) войны. В день, когда ташкентский "Пахтакор" выиграл у алма-атинского "Кайрата" со счетом 2:1, все больницы казахстанской столицы оказались заполеннными инфарктниками, а когда спустя неделю все тот же "Пахтакор" проиграл с тем же счетом московскому "Спартаку", в Казахстане не осталось ружей, которые бы не отметили этот праздник салютами дробью, картечью и жаканом, пущенными в воздух, но все равно поранившими немало людей.

Поэтому всякий футболист, забивший хотя бы два гола за сезон, становился кумиром местной молождежи и предметом обожания фанатов.

Куан же за время районного чемпионата забил 49 защитанных судьями голов и пять незасчитанных, потому что находился в момент удара по мячу якобы "вне игры".

- Как будто можно играть и одновременно оставаться вне игры, - возмущались каскеленцы. - Юридическая казуистика, словом. Тут ты либо играешь - либо нет. А термин "вне игры" придумали прохвосты-юристы. Гонорис казуса 334 , словом.

Словом, спопров по поводу футбольных подвигов Куана в тот год было много - и никому из каскеленцев не было дела до того, куда попали жалобы шамалганцев, кто их читал, кто в них разбирался и к какому выводу пришли те, кто никогда Куана в глаза не лицезрел, игры его не видел, мастерству его не оценивал.

- Ну, написали шамалганцы в какой-то там спортивный комитет, - рассуждали каскеленцы, - ну, да и ладно. Проигравших и жалующихся на судьбу всегда можно понять - им обидно, что они проиграли, вот и жалуются, - после чего с ехидцей добавляли. - А выиграли бы - жаловаться бы не стали. Пусть бы хоть Куан им голы бы забил, хоть не Куан. Стали бы говорить: вот дураки-де каскеленцы, поставили в качестве нападающего осла. Еще бы и посочувствовали, что не того осла поставили нападающим, надо бы было поискать другого, более длинноухого. Или - того лучше - всю команду составить из одних ослов. Знаем мы этих шамалганцев, они таки-ие!

Однажды утром каскеленские футболисты и их болельщики с помпой и радостью, вопя во всю глотку и дудя в детские дуделки, отправились в Алма-Ату на завтрашнюю встречу с командой талгарцев, ставших в тот год чемпионами своего района и тоже замечтавших стать чемпионами области. Директор совхоза Алибеков выделил автобус и два грузовика для перевоза счастливчиков. И под жёлтый цвет маек каскеленских футболистов велел в ателье пошить каждому болельщику по повязке на левую руку - чтобы они узнавали друг друга в толпе и вместе кричали:

- Ку-Ан! Ку-Ан! Ку-Ан! - а в случае драки не повредили своих.

Поселились футболисты в гостинице "Красная звезда" Министерства обороны СССР, что располагавшейся тогда возле лт двадцать строящегося и строящегося комплекса республиканской выставки достижений народного хозяйства (ВДНХ) Казахской ССР. Номер, предназначанный Куану, отдали двадцати болельщикам, привезенным из Каскелена в автобусе, самого же осла выпустили на ночь попастись на травке возле почти достроенного павильона достижений казахстанского свиноводства, задымили папиросами.

Развалились на кроватях и, цедя из граненных стаканов портвейн и вермут, оказавшиеся так кстати в гостиничном буфете, да еще продающиеся там без наценки, то есть почти задаром 335 , принялись мечтать, как, выиграв Кубок области, отправлятся они в спортивное турне по всему Казахстану, чтобы выиграть его и сразиться наконец-то со знаменитым "Кайратом" из лиги "Б". Тренер - физрук каскеленской средней школы Андрей Трофимов, известный своей лояльностью к пьющим и курящим сполртсменам - отправился в гсоти к своему дворюроднорму брату, живущему в Алма-Ате, но не видевшемуся с сельским учителем физкультуры лет уж восемь как, а то и десять. Но обещал Андрей Иванович к началу матча вернуться, а футболистам своим посоветовал меньше пить и с соседями по гостинице не драться, к женщинам не приставать и ходить по-большому в туалеты, а не присаживаться на травке на пригостинничном газоне.

- Все-таки столица, - сказал он. - У них тут культура.

Словом, команда каскеленцев была готова к матчу ровно настолько же, насколько была готова сразиться с ними и команда талгарцев, у которых тоже все футболисты к полуночи оказались в стельку пьяными, а тренер обещал подъехать лишь к самому началу матча из Талгара, потому что жена его одного в столицу никогда не пускала и ночевать в гостинницах не позволяла.

Обе эти команды были абсолютно уверены в своей победе над противником, а также в том, что в любом случае победит дружба и можно будет после матча напиться вссем в стельку, горланя на ночь глядя: "Талгар всегда впереди!" или "Куан всегда впереди!".

Нарушило эту идилию сообщение, прозвучавшее из репродуктора сразу после выхода команд на поле старого стадиона имени В. Ленина 336 :

- Игрок команды "Каскелен" под номером "2" должен немедленно покинуть поле. Повторяю: игрок команды "Каскелен" под номером "2" должен немедленно покинуть поле. В противном случае, игра будет прервана, и команде "Каскелен" эта встреча будет засчитана за поражение.

Каскелденцы заартачились, завозмущались, попробовали объясниться с полосатым, как тигр черно-желтым и лысым арбитром, но тот поднял руки над собой, пошевелил пальцами, дважды свистнул в милицейский свисток и отрицательно покачал головой, указываая Куану, что тот должен покинуть поле футбольного ристалища.

Куан подчинился. Повесив голову, он поплелся прочь с поля по радостное улюлюканье зриетелй с одной стороны трибун и разочарованный рев с другой 337 .

Потом каскеленцы будут объяснять друг другу и сочувствующим им шамалганцам, что эта подлая выходка алма-атинских судей была для них полной неожиданностью, деморализовавшей команду, лишившей каскеленцев их природных бойцовских качеств.

- Если бы нам хотя бы за 12 часов до объявили, что четырехногим запрещено играть вместе с двуногими, - говорил Андрей Иванович, - мои игроки хотя бы водки не пили, заменили бы ее портвейном.

- А если совсем не пить? - спросил их молодой журналист-стажер из "Вечерней Алма-Аты".

- Ты что? - округлил Андрей Иванович глаза до размера чайных блюдец. - Не понимаешь? Да если бы я даже заикнулся о подобном, они бы меня по всему футбольному полю размазали.

В замену Куану нашел Андрей Иванович случайно подвернувшиегося ему в раздевался тридцатипятилетнего Куаныша Батырова с пузом большим, похождим на шар.

- Будешь нашим нападающим, - повелел он

И Куаныш согласился. И это был первый случай в истории Каскелена, когда Куаныш заменил Куана на боевом посту. Перст судьбы!.. Предостережение...

Куаныш Батыров играл против талгарцев так, что за ним до самой смерти закрепилась самая обидная из всех футбольных кличек - "Дыра". И пересказывать здесь все падения Куаныша и ошибки его - занятие неблагодарное и постыдное. Достаточно сказать, что в течение обоих таймов он ни разу попал ногой по мячу, зато рукой дважды - и потому два штрафных гола получили каскеленцы по его вине. Кроме того, от пуза Батырова отскакивали не только летящие потом куда не надо мячи, но и каскеленцы. А один гол случился от того, что мяч ударил Куаныша опять-таки в пузо - и, отлетев, птицей внёсся в свои многострадальные ворота. Шестой гол случился уже от того, что мяч отлетел в ворота каскеленцев от головы Куаныша Батырова.

Матч без Куана каскеленцы проиграли (согласно футбольного сленга того времени проёрили) талгарцем со счетом 0:6.

- А был бы нападающим Куан, - многие годы еще говорили каскеленцы, - и даже был бы счет 16:6 - мы бы все равно выиграли талгарцев. Потому что мы забили в том сезоне голов больше 338 .

- Всё это судьи виноваты. - утешал их не раз отвечающий за развития спорта в совхозе "Каскеленский" председатель профсобзного комаитета работников сельского хозяйства Сабит Асанов. - Подкупили талгарцы судей. И Куаныша Батырова подкупили. Но ничего не поделаешь: порядочный и честных судей на свете нет. Честных судей не бывает совсем. Честный судья - это все равно, что футбольный мяч, по которому пнули так сильно, что он приобрел первую космическую скорость и превратился в искусственный спутник Земли. Ты вот слыхал о таком спутнике? - спрашивал он своего верного собутыльника Андрея Ивановича. - Нет?.. И я не слыхал. И никто не слыхал. Потому что космическими спутниками футбольные мячи не бывают. Точно так же, как и то, что порядочные люди судьями не становятся.

Vox populi vox Dei 339 ...





POST SKRIPTUM:

Спустя двадцать лет, пересказывая мне эту историю, Бауржан повторил эти слова председателя профкома совхоза "Каскеленский" два или даже три раза, добавив уже от себя:

- Честность - самый главный враг судей.

А спустя еще двадцать четыре года, в мудрости этой мысли убедился и я сам - ваш покорный слуга и литературный обработчик историй о Куане - на примере общения с судьями городского суда города Берлина Федеративной Республики Германия.

Именно тогда я закончил мысль, изреченную поначалу Сабитом Асановым, потом продолженную Бауржаном, так, что стала она абсолютной, хрестоматийной и не опровержимой:

- Все судьи - стяжатели, мздоимцы 340 .



КУАН и СОМ

Сейчас в Казахстане сомов нет. Совсем. Ни одного. Как шет шипа 341  и многих других, исчезнувших в последние двадцать лет рыб и животных. Истребили их люди, повыбили, выели и выжрали. Как восстановленное в советское выремя до двухмиллионного поголовья стадо древнейших на земле млекопитающих сайгаков стёрли казахстанцы перестройки в одну зиму с лица Земли браконьерскими способами, чтобы продать их рога китайцам, так и сомов уничтожили в два года сетями, неводами, элеектроудочками, стрельбой из ружей, винтовок и автоматов, просто бросанием кабелей высокого напряжения в воду. А еще били сомов гарпунами, взрывами гранат, начиненных карбидом банок и даже путем отравления всего водоема.

А пятьдесят лет назад, когда жив был Куан, казахстанские степи и даже пески были полны чаротными озерами, и Аральским морем смыкающимися в подземных своих горизонтах с гигантским подземным морем пресной воды Третичного периода. Сомов в западной половине Балхаша и в низовьях реки Или было столько, что пойманных промысловыми баркасами рыб тех рыбаки сразу всех на рыбзаводы не увозили, а, продев самым большим из них сквозь жабры веревку либо тонкий металлический канат, оставляли в лагунах на мелководье, подкармливая их рыбьей мелочью и сдавая потом на приемные пункты откормленными, как свиней, если следующий улов оказывался неудачным, а рыбзавод требовал выполнения и перевыполнения плана сдачи рыбы государству 342 .

Слухами, сплетнями, сказками о сомах, ныне забытыми уж, была заполнена вся казахстанская земля. Рассказывали, к примеру, что выловленного в Бийликуле сома с трудом погрузили в кузов КРАЗ-а, и хвост его свешивался до земли, потому по дороге до джамбулского рыбзавода за КРАЗ-ом ехало 2 поливальные машины и поливали водой сома. Говорили также, что тамошние сомы тихо подплывают в камышах к зазевавшемуся рыбаку с удочкой и, ухватив того за ногу, пытаются утянуть на дно, чтобы уже там, день-другой спустя, полакомиться тузхлятинкой. А еще говорили о мальчишке, которому сом в том озере откусил часть голени.

Я знвал того мальчишку, ходил с Сашкой на купалку на ныне высохшей Бандербайке, видел, что нога его совершенно цела, но и слышал вместе с другими пацанами его душераздирающую историю о том, как сом ухватил его губами как раз-таки за вот эту самую правую голень и попытался утащить подальше от берега к ценру озера, где глубина озера в то время достигала пяти метров и били из-под земли и песка мощные, холодные ключи. Почему-то мы ему верили.

Подобных и довольно-таки однообразных историй об охотящихся за рыбаками сомах было множество и на берегах Сыр-Дарьи, и на Южных, и на Восточных берегах Аральского моря, и в селах, расположденных рядом с Кызыл-Кулем, Ташит-Кулем, Кенесом, на берегах всех казахстанскими Ак-Кулей и рек Семиречья. Сомами пугали детей в ту пору еще рассказывающие сказки своим внукам бабушки, о сомах пели в некоторых аулах печальные и торжественные песни.

Мяса сомов (да и вообще рыб) в те годы казахи традиционно не ели, а русских, которые рыбу любили и готовили из сомятины весьма разнообразные и красивые блюда, называли между собой лягушатниками. Ибо, согласно казахским поверьям, сом питается исключительно лягушками, которые сами заплывают ему в рот, а сам сом при этом только и делает всю жизнь, что лежит на дне озер и речных затоней, разинув пасть в ожидании добычи. Либо охотится на рыбаков.

Ни в Каскеленке, ни в пруду Каскеленском сомов не водилось. Неоткуда было им там взяться. Разве что какая-нибудь перелетная птица принесла бы на лапке пару икринок - и из тех бы вывелись сомята, как это случается сплошь и рядом в Казахстане с воблой, которую там называют саргой. Но сомья икра перелетов вне воды не переносит, она долна лежать в тихой, теплой воде, богатой кислородом, и в ночи должна быть осеменена выплывающими для этого таинства самцами. А какие сомы осеменят икру в Каскеленском пруду икру? Разве что для этого их привезут с берегов Балхаша в Каскелен, дадут поплавать в страсть как холодоной для них горной водичке, а потом вернут домой, в родные озерные просторы. Неувязка тут в объяснении того известного всем каскеленского факта, что однажды в их пруду настоящий сом появился и, поговорив с Куаном, отвалил.

А произошло это так...

Рано-рано утром Куан, собираясь на сроительство дома Аскара - сына вновь похорошевшей и будто даже помолодевшей вдовы-солдатки Ак-Боты, - шел мимо пруда, да вдруг остановился и плюхнулся на берег. Сел.

Именно присел - так, как сидят собаки: прижав зад к земле и выбросив в сторону хвост, упершись в землю двумя передними ногами и уставив взгляд в самый центр пруда, где тоже, как и в настоящем чаротном озере, бил мощный ключ холодной горной воды и глубина достигала трех метров и сорока семи санти метров (в третьем классе рыжий Петька - друг Бауржана - лично промерил это расстояние - и данные его были признаны учителями средней школы села Каскелен достоверными, потому положены в основание природоохранительной экспозиции школьного краеведческого музея, ныне исчезнувшего по неизвестным никому причинам).

Утро было настолько ранним, что дующий с гор утренний бриз изрядно знобил левый бок ослу, а поднимающийся от озера слабо различимый парок говорил, что, несмотря на лето и ожидаемую в полдень жару с температурой за сорок градусов в тени, утром воздух над водой и впрямь едва ли теплее четырех градусов. Со стороны села доносился перебрёх сидящих на цепях собак, хриплые крики почему-то всегда простуженных здесь летом петухов и унылое мычание коров, требующих от просыпающихся селян выпустить их поскорее в стадо.

То есть было от силы половина пятого-пять утра - обычное время для сельских жителей начала 1960-х годов, а сейчас - время поголовного глубокого сна парктически всех казахстанцев. То есть появление на берегу работяги-осла в этот час никого из глянувших в сторону озера каскеленцев не удивило, внимания не привлекло - и потому нам теперь не ясно, кто рассказал им о произошедших там удивительных событиях, и почему в их явь поверили п продолжают верить до сего дня все каскеленцы без исключения, а также их гости - и я, который и было-то в Каскелене нечасто и неподолгу, не работал там, не жил одними с селянами заботами, а просто по-городскому отдыхал, гулял, веседовал и вообще оставался для каскеленцев человеком посторонним, хоть и хорошим.

Куан смотрел на воду пристально и недолго - от силы с минуту или около того. Смотрел спокойно и сосредоточенно, словно видел в глубине пруда нечто такое, что не может увидеть никто, кроме него, не изавал при этом ни звука и не шевелился. Так смотрят каменные статуи острова Пасха на туристов, скульптуры Будды на паломников в Индии, каменные бал-балы в казахстанских степях на путников, члены Политбюро ЦК КПСС с портретов и накурившиеся нарокоманы.

Внезапно посреди пруда вода забурлила, пошла большими концентрическими кругами - и в центре центрального круга появилась огромная - величиной с юрту - плоская и скользкая с виду, покрытая зелеными полосками водоросле и тиной голова сома с кажущимися мелкими, а на деле величиной с поднос, круглыми, немигающими глазами и стелющимися по сторонам на расстоние по два с половиной метра слегка желтоватыми, но все-таки больше зелеными, жидкими усами.

Глаза белого осла и большого сома встретились.

Сом молчал. Осёл молчал.

И молчание это длилось долго - минут пять, не меньше...

Но, кажется, и не больше...

Во всяком случае, у Куана от этого молчаливого сидения и смотрения глаз в глаз затекла спина и зачесались ягодицы.

Но осёл не сразу это заметил. Ибо все эти пять минут они с сомом как бы разговаривали друг с другом, молча обмениваясь мыслями. И о чем они поговорили, не узнал тогда и не знает сегодня никто.

Может, оба они вспоминали время, когда предки их жили на этой земле без жадных и готовых на любые подлости для достижения неправедных богатств людей...

Может, вспоминали время, когда города не сбрасывали в волны казахстанских рек промышленные и бытовые отходы, канализационные стоки и прочую гадость, отправляя всё живое...

Может, Куан предостерегал сома, сообщая о том, что пройдет совсем немного времени - и солёная вода восточной половины Балхаша из-за безумной деятельности человека станет вытеснять воду пресную из западной половины озера, или станет озеро мелеть из-за вырубок вдоль берегов, иссушения Или, а также вырубок в горах, возле предлгорных прудов и озер...

Ибо оба они уже знали о грядущнй трагедии Аральского моря, которое через пять лет начнет стремительно сокращаться, иссыхать и превратится за тридцать лет в два маленьких грязно-соленых болотца не только без рыбы, но и без диких ослов-куланов Барса-Кельмеса, которых уже мне и Бауржану пришлось спасать в конце 1980-х годов и перевозить в пустыню Муюн-Кумы, где они акклиматизировались и, вполне возможно, сохранились поныне.

Или говорили осёл и сом о том, что сомам, как виду пришел в Казахстане конец, и уже через двадцать лет после обретения Казахстаном независимости от Москвы и России не останется на этой земле ни одного потомка сома-патриарха, живущего в этих водах так давно, что сом помнит, как через эти земли и пески ходили кровожадные и беспощадные орды Тамерлана, и даже боле древние времена - еще более зловещего Чингиз-хана. А до него эти места проходили, стремясь на изнеженный Запад, могучие воины гуннов и саков.

Сом и осёл были самой плотью этй земли, мыслили законченными понятиями, не спорили по пустякам, они просто общались, как общаются два истинных мудреца, понимая друг друга без слов.

Что уж понял сом, поняв основную мысль Куана, нам никогда не узнать. Только он шумно и со всхлюпом вздохнул и, по-прежнему не моргая, медленно опустился в воду, оставив на месте своем кончики усов и великое множество водоворотов, а также тучу взметнувшихся с него перед погружением срекоз, которые зак время разговора сома с Куаном успели на его голову пуститься и сложить белые, голубые, красные прозрачные крылышки.

Потом и усы исчезли...

Куан словно проснулся. Он живо вскочил, потянулся всеми застывшими своими членами, напряг мышцы и тут же ослабил их, и тут же поскакал к сакле Ак-боты, возле которой уже стоял фундамент нового дома из бутового камня и стояли четыре фляги для воды, которые Куан должен был как можно ыбстрее принести сюда для того, чтобы пришедшие на хашар люди успели взбить кетменями глину и солому, а затем оставить их киснуть. Из глины той сделают кирпичи и высушат их на солнце. И от того, как скоро принесет осёл воду, зависит как скоро будут готовы кирпичи и как скоро будет готов дом для Ак-Боты. Аскара и Пери.



POST SKRIPTUM:

Куда делся большой старый сом, прозванный предками казахов Богом вод 343 , так никто и не узнал. Ибо нет права у смертных знать, куда деваются Боги, когда люди предают их.



КУАН и ПРУД

Пруд в Каскелене вырыли в 1885 году в скалистом грунте и построили плотину на тогда еще безымянной реке, ставшей впоследствии зваться по-русски Каскеленкой, уйгуры, принятые в российское подданство русским императором Александром Третьим после того, как ими была совершена попытка национального восстания с сепаратистскими лозунгами об отсоединении Синьзяна от Поднебесногй империи, уже тогда изрядно дряхлой, хотя манчжурская династия императоров китайских, как и романовская императоров российских, только-только приближалась к своему трехсотлетию и в сравнении с династией будущего поклонника белого ишака Куана Реза Пехлеви была юной, как нераскрывшийся бутон розы.

Но империи - они на то и империи, чтобы подвластные императорам народы не хотели жить в рабстве и скотском состоянии полд игом чужеродных императоров. Люди вообще предпочитают быть угнетенными императорами своими. Потому уйгуры и дунгане подняли мятеж, императорские войска с особой жестокостью их подавили, побежденные побежали через границу в Россию - и также чуждый, как и китайский, русский император их принял под свое крыло, обогрел и выделил, отобрав у недавно завоеванных для него среднеазиатских народов, землю, раздал ее вновь прибывшим. Так предки Алибекова Мухтара Алибековича потеряли несколько сотен гектаров пастбищ, перешедших к уйгурам, тут же превратившим эти земли в сады, огороды и нивы, а река Каскеленка принялась наполнять сначала пруд, потом канал, арыки, канал для сбросовой воды, новые арыки и так далее, поливая по пути ставшую облагороженной землю.

И что удивляло буквально всех, кто видел эти гидротехнические сооружения конца 19 века, так это то, что арыки мало заиливались, нуждались лишь в одноразовой очистке в год, а плотина, сооруженная простыми кетменями и деревянными лопатами без инженерных расчетов, проектов и согласований, на глазок, существовала сама по себе и существовала более семидесяти лет - и выглядела при этом, как новая. В воде, спускаемой из пруда круглосуточно, жило множество рыбы, в том числе не только какие-нибудь там пескари и огольцы, но и маринка и лосось, из-за которых приходилось аульчанам устраивать перед входом воды в поливные арыки своих дворов рыбозащитные решетки. Из Джамбулского гидормелиоративного института приезжали в 1940-1960-е годы в Каскелен экскурсии студентов, чтобы будущие инженеры-гидротехники воочию увидели этот шедевр инженерно-технической мысли и практики, поучились, как надо создавать системы орошения не на словах, а на деле.

Словом, пруд был, что надо.

И Куану пруд нравился.

Во всяком случае, так думали все каскеленцы, удивляясь тому, что Куан никогда не купался в нём. Хотя в канале стоять по самое брюхо в воде и позволять себя Бауржану с Петькой мыть, он любил. Но и этому находили каскеленцы объяснение: Куан не умеет плавать, а потому боится глубокой воды. Как и практически все каскеленцы. Ибо они тоже не любили окунать свои тела в пруд, предпочитали в жаркую пору либо плескаться в заводях и на отмелях Каскеленки выше скал, либо проводить омовения тел в каналах, возле которых были устроены даже лежки для желающих позагорать летняев.

Лентяями же называли каскеленцыев гостей своих и тех, кто тратил время на валяние на солнце. Ибо сами каскеленцы в ту пору были загружены заботами и хлопотами по хозяйству так, что вставали чуть свет и падали от усталости, когда солнце уже зашло. Такова настоящая крестьяская жизнь...

Куан любил в свободное от исполнения массы порученных ему дел время постоять либо посидеть на берегу пруда, полежать в лужах пыли, поваляться в них на спине, прижимая согнутые в коленях ноги - и никто этому не удивлялся. Все знали, что ишаки таким образом избавляются от то и дело нападающих на них кожеедов и кровососущих насекомых. А все ишаки, кроме соседской грязнухи Дуры, - изрядные чистюли. Куан, например, на солнце всегда сиял.

- Хороший осел, - говорили каскееленцы, глядя на купающегося в пыли Куана. - Аккуратный, чистоплотный. Дура вон не любит пыли, так на ней насекомых птицы выклевывают, скворцы стаями ей на спину садятся, чистят грязнулю. И Куан грязнуху не любит, ни разу не покрыл.

Удивляло какскеленцев порой лишь то, что каждое утро Куан обязательно выходил к плотине и медленно брел вдоль нее, а уж потом занимался собственными ишачьими делами и помощью Бауржану и другим каскеленцам по хозяйству. Не останавливали его ни непогода, ни ветер, ни дождь, ни снег. Каждое утро, едва только начинало всходить солнце, белый ослик отправлялся к плотине и добрых полчаса бродил вдоль нее. Когда же Куан не был в селе, а отправлялся в горы либо в Алма-Ату к бауржановским дедушке с бабушкой, то при возвращении обоходил плотину два раза - то есть шел вдоль нее сначала с востока на запад, а потом с запада на восток.

- Проверяет, - шутили каскеленцы. - Не то вода от него убежит, - и говорили обращаясь к белому ослу. - Никуда вода из пруда не денется. Почитай, уже скоро сто лет, как плотина стоит, и еще сто лет простоит. Потому что в старину на века строили, не как сейчас - тяп-ляп - и сдали досрочно, получили премию, пропили и что сделали, то тут же забыли.

А старик Горюнов (не из ссыльных, а из казаков семиреченских, воевавший в Гражданскую войну на стороне белых, да так до конца Советскую власть не признавший), любивший по пьяному делу поговорить с белым ослом по душам, объяснял Куанышу мысль своих односельчан так:

- В старину работали медленно, но верно. У меня от моего деда табурет остался - как раз этой плотине ровесник, так табурет тот до сих пор стоит - не скрипнул ни разу. Я им раз пять в собак бросал, да однажды в комиссара - и табурету хоть бы хны. Вот, как в старину работу знали! А внук мой вон вчера мебель в Алма-Ате купил, а сегодня уже мастера зовет - чинить надо, разваливается, зараза. Так что не ходи ты зазря к плотине - отдохни пододьше.

Осел слушал, молча головой мотал, будто с доводами Горюнова соглашался, а следующим утром вновь выходил к плотине и брёл вдоль нее, глядя себе под ноги.

- Это у него физзарядка такая, - решили каскеленцы, и шутили. - "Преподаватель Горбеев, писанист Камышева" 344 .

Гармонист Сергей Зворыкин всё обещал потешить односельчан, выйти утром к пруду и устроить звуковое сопровождение походу белого осла вдоль плотины, но всё как-то не получалось у него после ночных молодежных гулянок проснуться чуть свет и выполнить свое обещание.

- Завтра пойду, - говорил он в ответ над подшучивающими над ним ребятами из бригады трактористов, где он работал на гусеничном тракторе ДТ-54, и работал, надо признать, хорошо, становясь иногда и победителем соцсоревнования, и передовиком с красным флажком на кабине. - Вот высплюсь - и пойду.

Однако, так и не дошел вовремя, а потом и ходить для аккомпанимента ослу стало неприлично.

И вот почему...

Рано утром 6 июля 1961 года Каскелен разбудил истошный ослиный рев. Да, да, именно рёв, а не крик. Потому что криком ослы разговаривают, а рёвом сообщают о беде. Для горожанина разницы в этих определениях нет никакой, для музыкантов тем более, но для любого истинного селянина такого рода рёв означает опасность, которая угрожает жизням многих людей и животных, а также домам и всему находящемуся в нем скарбу.

То есть рёв ослиный был для касекелнцев подобен реву сирены воздушнй тревоги во время войны, орущей при приближении немецко-фашистских бомбардировщиков к городу с Кремлём и Собором Василия Блаженного, с Красной площадью и Большим театром в нём.

Каскеленцы, соскочив с постелей, все до одного выскочили на улицу и помчались полуодетыми к источнику звука - к ослу Куану, который стоял возле плотины и, глядя на небольшое мокрое пятно в том месте, где была еще вчера вечером лужа пыли, нечленораздельно орал так, что у людей заложило уши.

Потому что в пятно то медленно, по каплям, стекала просочившаяся сквозь старую плотину вода...

Плотину залатали в тот же день потомки тех самых уйгур, которые это сооружение строили. Другим каскеленцам это делать сами же они не позволили.

Уйгуры залатали плотину так, как требовалось латать ее по законам старого времени. Без песка и без цемента, без металлической арматуры и без привлечения техники. Уйгуры молча и сноровисто работали, а казахи, русские и представители других национальностей стояли на подхвате и, кто чем мог, помогали спасать резервуар воды, к которому настолько все привыкли, что до этой аварии и не думали о том, что пруд является итсточником жизни для них прямым и опосредованным, что прорыв плотины - это не только разрушение их домов, катастрофа, котору можно все-таки как-нибудь пережить, а и затопление, а потом и высыхание их садов и огородов, гибель овощных полей и бахчей, исчезновение воды в Шамалгане и исчезновение воды в колодцах всего Карасайского района из-за резкого понижения грунтовых вод.

Обо всем этом они прежде слышали от учителей в школе, а теперь вот собственными глазами увидели и собственными сердцами прочуствтвовали, что такое вода для Южного Казахстана и почему к ней надо относиться бережно, как относились к ней люди в старину 345 .

Куан же во всей этой работе, толконье, болтовне и последующем общеколхозном тое участия не принимал. Он мирно пасся на своем любимом лугу на противоположной окраине Каскелена и был, кажется, рад, что никто не мешает ему, не горланит благодарности над ухом, не говорит, что такой вот он молодец - спас село от катастрофы.



POST SKRIPTUM:

Белый осёл был тем счастлив в тот день, что никто не отвлекал его от возвышенных ослиных мыслей. И наелся Куан в тот день так, что к любимому кукурузному зерну, насыпанному ему из ведра в кормушку Бауржаном в тот вечер, даже не притронулся.

Других наград от каскеленцев Куан больше не получил. Плотину залатали и о роли Куана в спасении села люди тут же забыли. Потому что спасение собственного дома от катастрофы - это не подвиг, это - долг, а за исполнение долга не награждаются даже люди. Зачем тогда награждать осла?

Так ответили мне каскеленцы в 1982 году, когда я спросил, что получил Куан за спасение села от наводнения.

Но еще 20 лет спустя, в 2002 году, те же самые люди сказали мне, что за спасение Куаном плотины и вод пруда совхоз "Каскеленский" наградил Бауржана Почетной грамотой, а белому ослу привезли целый кузов молодой кукурузы молочной зрелости, которую Куан очень любил.

Ибо вокруг четыреждыпремудрого, как и вокруг всякой живой в памяти народной легенды, множатся не только мифы, но и откровенная ложь, внешне весьма похожая на правду.

Остается лишь предположить, что человечество не способно на благодарность и даже - более того - люди не любят великих, ненавидят их, мстят им за то, что сами ощущают себя ничтожествами.



КУАН и НАРКОТА

Едва ли не с самого появления своего на свет и до конца своей короткой, но во всем замечательной и удивительной жизни Куан посещал Каскеленский базар. И не то, чтобы часто, но достаточно регулярно, не покупая там ничего, лишь внимательно приглядываясь к сидящим там за торговыми переносными столиками людям, выискивая среди них тех, кто торгует наркотиками.

После чего начинал погром.

Погром случался яростный, внешне бессмысленный и абсолютный, совсем не походящий на описание еврейских погромов на Украине и в Молдавии, называемых на Западе почему-то русскими погромами. Ибо ярость, с какой бесновался белый ослик, а потом уже взрослый осёл на этих столах и на мешках якобы с мукой, а на самом деле набитых анашой, была безмерна. В течение минуты-двух он уничтожал, превращал в прах и в поднятую в воздух пыль до 120 и более килограммов наркотика. А если обнаруживал киргизский опий, привозимый сюда для продажи с якобы государственных плантаций из Иссы-Кульской долины, то осёл обязательно мочился на наркотик и всегда имел в своем мочевом пузыре соответствующей влаги столько, что весь опиум рассасывался в ослиной моче и впитывался землей.

И лишь потом Куан успокаивался и спокойно возвращался домой.

Дважды в таких погромах опрокидывались канистры с бензином, керосином и прочей горючей гадостью, которые вспыхивали - и в результате случался пожар такой мощи и величины, что выгорало до половины базара.

А однажды он ударил копытом задней ноги милицейского лейтенанта, пытавшего его остановить в момент погрома, так, что сломал лягавому 346  обе ноги - и прибывшая на место битвы бригада криминалистов обнаружила этого милиционера не только связанным, но и со свидетельствами того, что лейтенант "крышевал" на базаре продавцов опиума.

Трижды пытались убить Куана люди, подкупленные базаркомом Юмашевым, живущим в Шамалгане и к Каскелену имеющего лишь косвенное отношение. Но всякий раз пули летели мимо ишака, попадая опять-таки в торговцев наркотиками, а потом две из них влепились в лоб самому Юмашеву - и новым "директором рынка" стал каскеленец Тенгиз Теймуразов, который поставил дело так, что на подведомственной Куану территории не появлялось до самой смерти белого осла ни одного ни наркомана, ни торговца зельем.

Тенгиз уговорил этих людей переселиться в Отар, якобы для того лишь, чтобы быть им поближе к знаменитой на весь мир Чуйской долине - родине анаши, вывезенной отсюда в 15 веке в Индию знаменитым основателем Государства Великих Моголов падишахом Бабуром, откуда эта галость и распространилась по всему миру под названием анаши индийской.

Много лет спустя, копаясь в архивах в поисках азиатских материалов о "Великой смуте" на Руси, обнаружил я редкую рукопись на двух языках - тюркском и санскрите, - из которой следовало, что этот самый Бабур из Ферганы потому бежал стремглав со всем своим обкуренным войском через Самарканд, Бухару и Кабул в долину Инда, что гнал его прочь с земель Турана белый осёл, прозванный народами Средней Азии Великолепным. С двенадцати лет правивший Ферганским государством своим Бабур жил по сволочным законам военщины, участвуя во всевозможных битвах, убивая всякий раз сотни людей, сжигая кишлаки со стариками, женщинами, инвалидами и детьми, не имевшими возможности уйти в горы, сооружая по примеру своего прадеда Тамерлана горы из человеческих голов и хлебая человечскую кровь из чаши, сделанной из черепа своего родственника-тимурида, всю жизнь мечтая заменить ее на череп другого родственника своего - Шейбани-хана, оттяпавшего-таки у застрявшего в Агре Бабура его родной город Фергану и опечалившего падишаха тем самым настолько, что Бабур занялся литературной деятельностью и накатал с помощью дабиров 347  автобиографию свою "Бабур-наме", повторив тем самым подвиг Хромца Тимура 348 .

Имени белого осла, прогнавшего из наших мест Бабура и заставившего его отправиться фактически в изгнание, в рукописи не значилось, только звание осталось - Великолепный, но в тексте неоднократно отмечалось, что осел белого света был на весь Восток один, что тюрки Турана его обожествляли, а персы, таджики и афганцы боялись гнева ослиного и звали земным воплощением Ахримана 349 .

Описана была в той рукописи также смерть белого осла, случившаяся на одном из перевалов Гиндукуша, случившемся из-за лавины, организованной лазутчиками Шейбани-хана с целью похоронить войско Бабура под горой камней. Белый осел спас будущего великого поэта, но сам оказался заваленным под этими камнями. Но Бабур, как это всегда водится с властелинами народов, не придал подвигу белого осла никакого значения и эпизода этого со своим чудесным спасением в автобиограии не упомянул.

"О, Государи! Как вы неблагодарны!" - воскликнул автор древней рукописи на древнетюркском языке, лежа передо мной на покрытом зеленым сукном столе со старым чернильным пятном на нем и надписью шариковой ручкой: "Я тибя люблю".

"Нет повести печальнее на свете..." - ни к селу, ни к городу припомнил я Шекспира в ответ давно умрешему дабиру, и вернул рукопись в книгохранилище.

Вернувшись же в гостинницу, задумался: отчего это так не любят накркоторговцев и наркоманов те, кто смотрит в лицо солнцу 350 ? Отчего белым ослам те, кто дурманящими травами торгует, присваивают имя Шахримана - главного врага людсокго и врага Бога света Ормузда? Отчего большинство людей верят не Куанам, а их врагам и считают вполне искренне, что за наркоманами и наркоторговцами стоит Бог света Ормузд?

Мухтар Ниязович Ниязов - бывший директор Каскеленской школы, умерший в 2006 году, сказал мне в 2002-ом, что ни он, никто иной в Каскелене не знают чуждых казахам персидских Богов Ормузд и Ахриман, хотя все они видели советские таджикские фильмы, поставленные по произведениям Фирдоуси 351 . Для каскеленцев эти чужие Боги - такие же мало что для них значащие персонажи иноземного фольклора, как русский лентяй Иван-дурак, умеющий "одним махом всех побивахом" счастья достичь, как любовник коварной Далилы простодушный еврей Самсон, либо как зловещие Боги инков и атцеков с птичьими лицами, которые любили человеческие приношения.

- У казахов есть свои Боги, - сказал Заслуженный учитель Казапхской ССР, - и нам их достаточно. Вы вот думаете, Валерий, казахи - мусульмане? Если скажете так, то ошибётесь. Для нас и Маркс, и Ленин, и Аллах, и Саваоф, и Иегова, и даже раскинутые по всей нашей степи каменные балбалы - это чужие Боги, завезенные к нам (или, как сказал бы Бауржан, интродуценты) из экзотических для нас краев (Германии, России, Аравии, Израиля) и живущих рядом с нами неуютно. Мы - люди совершенно иной культуры и иного менталитета, чем персы, чем русские, чем евреи или чем какие-нибудь там среднестатические американцы, заселившие земли чужих им Богов по праву лишь сильного. Пока вы сильны и богаты, мы - казахи - молимся вашим Богам, вслух признаем их и своими. Но в душе!...

Мухеке подвел меня к запыленному и давно не мытому окну, смотрящему на запущенный сад, где у всех четырех яблонь были ообглоданы скотом стволы и нижние ветки, где на выбитой копытами земле не было ни травинки и оставшиеся без воды листья висели вяло 352 .

- Видишь это? - спросил он.

Я кивнул.

- Вот так мы живем без ваших Богов. По-своему.

Я согласно кивнул. То, что мне сейчас показал бывший учитель и не высказал вслух, говорили мне тысячи человек до него - люди совердненно разные. Одни сердились на то, что казахи так бестолково и бесхозно относятся к главному своему богатству - земле. Другие отвечали, что как они живут - это их личное дело, и русские либо немцы - им не указ. Потому что так жить казахам удобно.

- А там... - сказал учитель, показывая в сторону противоположной стены без окна, - рсла с 1965 года Аллея Победы, посаженная уже после смерти Куана. Ты помнишь ее? - Я кивнул. - Сейчас там нет даже пеньков. Их все выкорчевали и, как всю и Аллею, столпили в печах сразу после обретения нами независимости. И сад колхозно-совхозный весь спилили и выкорчевали. В 1995 году на рынках Алма-Аты дрова каскеленские яблоневые, сливовые, вишневые, урючные и персиковые были самыми дешевыми. Потому что было их много. И рамы оконнные, деревянные полы, перекладины, пермычки, еще что-то там строительное из дерева продавалось в Алма-Ате лет пять подряд только наше - каскеленское. И железа мы сдали китайцам на металлолом столько, что можно Магнитке целый год работать.

Я всё это знал. Потому молчал.

Мухеке сел за стол, усадив меня напротив, и сказал, гладя мне прямов глаза:

- Великий Абай 353  был прав, когда в "Словах назидания" своих написал, что казах - вор по натуре своей природной. Но он ошибался, считая, что воры - только казахи. Русские точно такие же воры и пьяницы, такие же лентяи. Тот разор, что ты видел здесь, наблюдается и по всей Руси, которую оставшиеся русские по инерции зовут великой. Когда мы жили вместе, когда был среди нас Куан, мы не знали почему мы живем по-советски, но мы жили правильно. Потому что мы помогали друг другу. Помнишь, как мы вместе спасали пруд? И помнишь, как первым пробил тревогу Куан?

Я кивнул. Конечно я помнить этого не должен, ибо про самого-то Куана узнал лишь через двадцаь лет после его смерти, но говорить сейчас, что я не помню, как спас Куан село, было бы ложью.

- И знаешь, почему мы сумели остановить всекаскеленский потоп и не дали плотине разрушиться? Знаешь, почему тревогу забил именно Куан?

- Нет, - ответил я честно.

- Потому что мы были тогда вместе. Все каскеленцы. Как во время войны. В последний раз были мы по-настоящему вместе, когда спасали плотину 354 . И после победы над стихией тоже сидели за общим столом в последний раз всем селом вместе. Без байги, без богатырских ристалищ, а просто так: поработали вместе и вместе сели отдохнуть. Ибо в сплоченности и единстве - сила. А по отдельности все мы - тьфу, содружество независимых и нищих, разворованных и обворовываемых государств 355 .

- А Куан? - репшил я вернуть затуманенный взор старого учителя к действительности.

- Куан? - встрепенулся бывший директор школы, и тут же порывисто вскочил на ноги. - Пошли. - и сделал шаг к окну, в которое мы только что смотрели, а потом сидели, отвернувшись от него и от стены, за которой росли когда-то тостые деревья Аллеи Победы и роскошного сельского парка с настоящим фонтаном, с летней эстрадой, с каруселью, с качелями и с двумя детскими площадками, а теперь там был бурелом из несъедобной даже ослами травы с проплешинами от травы все-таки выеденной. - Видишь?

За мутным окном вновь умирал старый сад с одиноко стоящими за поваленной и дырявой оградой пятью яблонями, с двумя жалкими кустиками серой джиды 356  и со старым У-образным карагачом в дальнем углу, растущем возле давно уже высошего магистрального арыка, превращенного в свалку. На карагаче том я разглядел несколько трепещущих на ветру старых лоскутков и всунутый в центральную развилку большой осколок фаянсовой тарелки, пускющий солнечный зайчик в небо.

- Видишь? - повторил вопрос старый учитель.

- Вижу.

- Понял?

- Понял, - опустил я голову.

- Ты понял, - согласился старик. - Ты смотришь в лицо солнцу.

После этого мы еще посидели несколько минут за столом в прохладной комнате дома бывшего директора, подаренного ему колхорзорм имени Сталина, а затем выкупленного им на всякий случай у совхоза во время ликвидации его вместе с советской властью. Молча посидели. Потому что главное было уже Мухеке сказано.

Встали, пошли к ждущим нас за достарханом на дворе остальным гостям...

Там мы пили чай и слушали воспоминания пьяных каскеленцев о белом осле Куане.

При прощании в тот вечер изрядно нагрузившийся старый учитель сказал мне:

- Если понял, то не забудешь. И расскажешь другим.

И вот теперь, исполняя данное старейшему учителю Каскеленской школы, кавалеру медали "За доблестный труд" и медали "Ветеран труда" Ниязову Мухтару Ниязовичу, я попытаюсь обхяснить людям с европейским мышлением и с их великим самомнением, цверенностью их в том, будто они во всех спорах народов являются обладателями истины в последней инстанции, то, что мне фактически без слов сказал и что объяснил человек, который хорошо знал и Куана, и Бауржана, и Петьку, и меня, который в течение многих лет старался изменить себя и старался быть похожим на русских, но так и остался сыном земли своей, понимающим порождаемую ею Истину единственную и непреложную...

Те веревочки, тряпочки на старом карагаче и осколок тарелки были самыми настоящими приношениями настоящим Богам Великой Степи - тем, что олицетворяют собой природные явления, происходящие на этой земле и порождающие белых ослов. Такие тряпочки я видел и в детстве, и во взрослом виде в казахстане, развешанными на деревьях, на кустиках, на камнях и под камнями, возле речек, озер и родников, в Священной роще на берегу озера Бийликуль, озера Балхаш и даже в пещерах во всех хребтах Тянь-Шаня, на старых саксаулах в пустыне, возле колодцев там же и на кабаньих тропах в тугаях.

Искусственно возникшие?посаженные по плану и в утилитарных целях деревья в Аллее Победы и в парке Каскелена исчезли с лица земли не потому, что каскеленцы такие жадные и неумные.

Так хотели Боги.

Именно Боги Великой Степи содержали эту землю так, что она была по весне сказочно красива и поражала глаз разноцветием красок, чтобы уже в начале июня всему по-настоящему сущему здесь суждено созреть и к середине месяца умереть, превращая землю сезона шильде в избитую копытами сухую и пыльную корку, осенью расквашивая в грязь, а зимой покрывая мертвую на первый взгляд почву толстым слоем снега с живущими под ним грызунами и охотящимися на них мелкими хищниками.

Такова была настоящая земля Куана, не "облагоображенная" человком, не превращаемая ежедневными трудами декхан в сказочный "Чудесный сад" 357 , а та самая почва, что держала на себе то появляющиеся здесь, то исчезающие цивилизации, предоставляла свои дороги для прущих сквозь нее всегда с огнем и мечом завоевателей в лице саков, гуннов, китайцев, монгол, русских, приносящих в Великую Степь своих Богов, свои понимания о мире и справедливости, свои законы, и всегда утверждающих, что именно их законы, порядки и Боги - самые правильные и самые нужные тем, кто живет здесь целыми тысчелетиями, меняя друг другу из поколения в поколения лишь в качестве личностей, а не в качестве народов, умеющих жить естественно в естественных для этих условиях проживания 358 . То есть, по сути, народ казахский являлся и является артефактом Великой Степи, кровью от крови ее, плотью от плоти. И Боги у него свои собственные.

А интродукценты - это так... все они временные... на сто лет... на двести,.. на пятьсот - то есть на миг в истории жизни Великой Степи, на то время, пока пришедшие сюда завоеватели сильны, пока у ннх достаточно денег на то, чтобы сордержать казахский народ в безделии и в нежелании преобразовывать окружающую казахов природу.

И потому на смену одним Богам здесь приходят другие молодые Боги, живущие тожэе миг и не подозревающие, что на самом деле Боги здесь другие - по-настоящему бессмертные и вечные:

- тот самый карагач, выросший сам по себе на берегу магистрального арыка невесть сколько лет тому назхад и принимающий подношения в виде вервочек и лосутков,

- вылезший сапо себе из-под земли на углу улицы Маншук Маметовой и Ленина камень, через который каждый настоящий каскеленец обязательно хотья раз, да споткнулся, упав лицом в грязь, а чужаки - ни разу,

- белый осел Куан, который успел за пять лет жизни потрясти сорзнание селоьчан так сильно, что остался в памяти их не просто ослом, а мыслителем, волшебником и мудрецом.

- даже сооруженный человеческими трудами, а не природной стихией, пруд - и тот сам по себе стал божественным в сознании каскеленцыев, каждый из которых каждую весну обязательно бросал в него монетку.

- Чтобы была все лето вода, - говорили они при этом незамысловатую свою ворожбу.

Нет, на самом деле, казахи так и не стали мусульманами, не стали и Свидетелями Иеговы, хотя и понастроили на своей земле мечетей и молельных домов больше, чем жилья для себя.

Массово убегая из сел, оделись они в тараканьей расцветки костюмы с галстуками, стали разговаривать на родном языке с примесью слов английских купеческих и русских матерных, стали есть неказахскую, сурогатную пищу и пить искусственное вино.

Но все равно...

... они были и останутся каскеленцами...

... до тех пор, пока будт верить казахи в то, что на их земле жил и совершал свои подвиги, творил чудеса вовсе не выдуманный Свидетелями Иеговы могучий смлоноподобный батыр Куаныш, а вполне реальный, добрый и умный белый казахстанский ослик бухарской породы, которого босоногий казахский мальчишка назвал Куаном.



POST SKRIPTUM:

Не знаю, правда ли это, но говорят, что когда Куан устроил два пожара на Каскеленском базаре, то в огне спалилось в обоих случаях по двести мешков чистейшей анаши.

Но я точно знаю, что в годы жизни Куана не было в Каскелене ни одного наркомана. Даже широко распространенный в Южном Казахстане насвай там никто не употреблял, а появившиеся после его смерти заросли дикой конопли люди выкашивали и сжигали.

Пьяницами почитались при Куане люди, выпивавшие в день до одного стакана водки, да и то не каждый день. Прозванный алкашом заведующий ветеринарной аптекой Айболит в сравнении с тем, сколько пьют сегодня подростки Каскелена, может показаться трезвенником - он потреблял лишь вино не выше 18 градусов крепости и не более чем одну бутылку в два дня. И, несмотря на исходящую от него алкогольную вонь, все животные признавали его, подпускали к себе, а бродячие собаки охраняли Звягинцева Ивана Андреевича, спящего где-ниудь вне дома, от злых людей.

Наркоманы и наркоторговцы Алма-Аты - об этом рассказывали мне уже ветераны МВД Казахской ССР, - услышав, что со стороны Каскелена движется к столице Казхахстана белый осел в сопровождении черноголового и рыжеголового мальчишек, прекращали торговлю, прятались по подвалам и не продавали наркоту до тех пор, пока беспроволочный телеграф не сообщал им о том, что Куан возвратился в Каскелен.

Люди рассказывают так.

И я им верю.

Потому что по-настоящему бороться со Злом можно только силой.

Добрых слов Зло не понимает.

А наркотики - это Зло.



КУАН и СВИДЕТЕЛЬ ИЕГОВЫ

Первым Свидетелем Иеговым, попавшим в Каскелен, был Мырзагалиев Рустем - выходец из Ташкента, родственник Шарафа Рашидова, создавшего самое мощное в СССР корумпированное сообщество, укравшее у народов страны сотни миллионов золотых рублей, перекачиваемых в течение тридцати лет в зарубежные банки. Во всяком случае, в качестве родственника Рашидова этот Рустем в памяти каскеленцев и остался. А был ли он родственником крупного партийного чиновника и даже члена Политбюро на самом деле, да и был ли вообще узбеком, сказать точно и ответственно сейчас нельзя, как никто ничего как следует не может сказать об этой самой таинственной и самой зловещей религиозной секте современности, распространившей свои щупальца по всему миру и влезшей в правительства фактически всех современных государств 359 .

Наше дело тут не анализировать деятельность Свидетелей Иеговы и не вмешиваться в многочисленные судебные процессы, идущиме по всему миру против активистов и руководителей этой организации, финансируемой Конгрессом США и сотрудничающей с разведслужбами этой страны. Мы рассказываем о белом ишаке Куане и его земляках-каскеленцах, о трагедии ослов Казахстана - и не наша вина в том, что могила белого осла бухарской породы была осквернена именно Свидетелями Иеговы. Будь это другая секта, писал бы я о другой, не было бы секты вообще - не говорилось бы каскеленцами и мною о Боге ни слова. И история жизни Куана превратилась бы в веселую добрую повесть для детей, в которой все были бы счастливы и довольны собой и друг другом.

Но если писать правду, если быть честным перед потомками своими и детьми моих оставшихся в Казахстане учеников, то надо смотреть на мир честно и признать, что в зиму 1961-62 гг было произведено казахстанцами тотальное истребление ишаков, а единственный спасшийся от смерти осел выжил по трем причинам:

- из-за особого окраса шерсти, позволяющего отличать его издали от остальных ослов;

- из-за принадлежности своей депутату Верховного Совета Казахской ССР;

- из-за корумпированности полковника Советской Армии.

Но, даже спасшись от ровно одной тысячи пуль, выстреленных офицером Советской Армии, Куан все равно спустя несколько месяцев был убит самым что ни на есть мучительным способом от руки сторонника рыночных отношений в экономике 360 .

Это - факты. И их не оспоришь. Их следует принять, как независимую от наших желаний данность.

И то, что груду бытового мусора над трупом Куана назвали могилой батыра Куаныша - это тоже факт.

Вопрос только в том, знал ли сам Куан о своей участи исчезнуть из памяти каскеленцев, которым он всю жизнь верно служил?

Каскеленцы утверждают: да, знал.

Нет, не в том смысле, что осёл предвидел приход Куаныша на свое место и забвение людьми того, кто спас их плотину, их дома и их самих. Это было бы слишком просто, согласовалось бы с массой религиозных чудес и сплетен об "очевидном и невероятном", принизило бы Куана до уровня какого-нибудь там заурядного мошенника, делающего башли на вере людей в сверхестественные силы. Забывать сделанное для них добро каскеленцам столь привычно, что всякий раз напоминать им об этой способности также бесполезно, как пукать на ветру в степи, - всё равно никто не услышит и не почует вони.

Осёл не только спас плотину от прорыва, но и избавил Каскелен на несколько лет от наплыва Свидетелей Иеговы, убив Мырзагалиева Рустема без отчества 361 . И произошло это так...

Рустем любил остановить спешащего (спешащую) по своим делам и с мыслями о собственных заботах каскеленца (какселенку) с тем, чтобы огорошить его или ее вопросом:

- Вот как по-вашему, всё, что вы видите вокруг себя - весь этот мир кто создал?

- Чего? - отвечал ошарашенный, например, каскеленец, у которого, например, заболела коза и он спешил за ветеринаром.

- Ведь всё сначала надо изготовить, а потом уж использовать, - продолжал с невозмутимым видом Рустем своим мягким бархатистым и удивительно красивым голосом, смотря своими большими карими глазами в опушении огромных, красиво изогнгутых ресниц в лицо собеседнику. - Вот эти горы, эту степь, это солнцце, вас самого (саму), наконец.

- Да пошел ты знаешь куда! - отвечали одни каскеленцы.

Другие принимались спорить, доказывая, что что все окружающее нас - это материя, данная нам в ощущениях.

Третьи пытались высказывать свои суждения о том, отчего и зачем появился мир и он сам в этом мире.

Некоторые продолжали слушать...

И как-то незаметно оказалось, что через две недели к занятым людям стали приставать с этим вопросом еще несколько человек - в основном, женщины, которые сами на вопрос не отвечали, а ласковыми голосами предлагали обратиться за разъяснениями к Рустему, который уж точно знает, откуда и зачем появилась Вселенная, по которой уже летают космические корабли и в кораблях тех сидят космонавты - всегда офицеры, но занятые при этом почему-то изучением мирного, как тогда говорили, космоса.

Словом, появились темы для споров среди каскеленцев, вопросы, которые ранее не волновали никого в селе. Ибо до приезда Р. Мырзагалиева жившие лишь поблемой выживания в борьбе с мировым империализмом и строительством коммунизма каскеленцы говорить принялись о том, кого они никогда не видели, никогда не щупали, голоса не слышали и о ком они просто не задумывались - о неком среднестатическом, бесполом и невидимом Боге, который жутко гневлив и вездесущ, как окруженный стукачами уполномоченный НКВД Харитонов, два месяца повластвовавший над Каскеленом в 1939 году, а потом и сам севший за "ежовщину".

Абстрактный Бог был каскеленцам непонятен, Харитонов памятен, потому оценивали они мырзагалиевского Бога по харитоновским меркам, то есть население разделилось где-то напополам по принципу: на тех, кто считал Бога существом правильным, которому дозволено делает все, что заблагорассудится - и на тех, кто верил в справедливость и считал, что "сколько веревечке не виться - конец всегда будет".

Далее начиналась сплошная метафизика: мырзагалиевцы утверждали, что Иегова всемогущ - и именно потому справедлив, каскеленцы возражали, говоря, что Бога нет, потому Бог несправедлив. И при этом ни та, ни другая сторона не понимали, что сам процесс такого рода споров является признанием существования Иеговы и молитвой Богу весьма конкретному - Золотому тельцу, скрывающемуся до поры до времени под именем Иеговы.

Никто этого не понимал. И все каскеленцы перессорились между собой.

Кроме Куана.

Дети в те дни уходили от родителей, родители бросали дерей, жены требовали от мужей развода, два молодых мужа бросили молодых жен с детьми и отправились на поиски счастья в Алма-Ату, старики перестали оказывать помощь детям, дети стали отказывать старикам в помощи. Дошло до того, что из-за спора об Иегове одна женщина ударила своего соседа по голове тяпкой - и тот попал в больницу с отрубленным ухом и с трещиной в черепе. А приехавшщий на пару дней домой депутат Умурзак-ага впервые в жизни услышал от соседки замечание по поводу жены его Айши.

- Ты хоть и депутат, хоть и уважаемый человек, - заявила ему прямо в лицо Евдокия Ивановна Потёмкина, - а все равно - черствый и неблагодарный бай, бросивший жену и детей в деревне, когда сам жируешь в Алма-Ате, пьешь там коньяк, а она тут одна на копейки тащит на себе семью.

- Тебе-то какое дело? - спросил добродушный по натуре Умурзак-ага. - У тебя семьи нет - не тебе учить меня, женщина.

- Ужо погоди! - пригрозила в ответ Потёмкина. - Вот будешь перед отцом Рустемом ответ держать - поймешь, кто тебя учить должен. Покайся, нечестивец! Добром советую... - и пошла прочь, гордо выставив перед собой свою могучую, охваченную крест-накрест пуховым платком в жару грудь и плавно покачивая бедрами.

Куан весь этот разговор слышал и был явно удивлен спокойствию хозяина.

На следующее утро белый осел пришел на площадь перед каскеленским клубом, где собиралась бригада свекловичниц, ожидающая машины, на которой их должны отвезти в поле, а покуда многострадальный ГАЗ-51 не прибыл сюда из гаража, разгорался очередной бессмысленный и беозтветственный спор Мырзагалиева и его прихвостниц с мужской частью селян, должных на той же машине отправиться дальше - на дальние покосы.

Кун молча простоял за спинами земляков около получаса, а потом, растолкав людей, подошел к "проповеднику отцу Рустему", как уже называли Свидетеля Иеговы решившие платить ему одну десятую часть своих доходов дамы в сапогах и телогрейках, развернулся к родственнику самого Рашидова задом и...

... взбрыкнув, сдвоенным ударом копыт отправил Мырзагалиева к праотцам.

Так утверждает милицейский протокол, оставшийс в архиве районного УВД, где приведены показани двадцати восьми очевидцев этого происшествия. И не доверять этому документу нет у меня причин.

Ибо среди свидетелей были и пять последовательниц Мырзагалиева, в том числе и гражданка Е. Потёмкина, добавившая в своих показаниях такие слова:

- Бог покарал. А мы этому поганцу поверили.

Логики в этом заявлении известной каскеленской скандалистки нет никакой, да и непонятно, кого она назвала поганцем. Но и нет сомнения в том, что она именно сказала именно так, ибо милицейский протокол ею был подписан собственноручно, а подпись заверена печатью. Каскеленского сельсовета со словами: "С моих слов записано верно"

К тому же, после столь бесславной и неожиданной гибели Мырзагалиева ни одна из четырнадцати завербованных "отцом Рустемом" в Свидетели Иеговы каскеленок не платила десятину в кассу ни в одно из отделдений этой секты еще несколько лет. Даже после смерти Куана долго не решались каскеленские женщины вернуться в лоно Свидетелей Иеговы.

- Куан покарает, - говорили междду собой они.

Первой каскеленской сектанткой стала всё та же вздорная и со всеми в селе перессорившаяся по двадцать раз тетя Дуся Потёмкина. Да и та в дни молений отправлялась в Алма-Ату, а пропагандой Иеговы в Каскелене не занималась до самой смерти. А на могилу Куана, как утверждали каскеленцы в 1982 году, Евдокия Ивановна приносила цветы каждое 9 Мая до самой своей смерти.

- Иегова - он, конечно, Бог, - объясняла она женщинам несколько раз по пьяному делу, - но Куан - он тоже... о-го-го! - и поднимала вверх палец. - Осёл - он всё видит!

Арестовывать, отправлять в следственный изолятор и судить по строгим советским законам за убийство гр. Р. Мырзагалиева никто осла не стал.

Исходя из показаний свидетелей, сначала участковый, потом следователь из районной прокуратуры пришли к выводу, что на площади перед каскеленским клубом в присутствии 28 свидетелей произошел несчастный случай, в результате которого погиб некий гражданин Рустем Мурадович Мырзагалиев 1932 года рождения, по национальности узбек, прописанный в селе Каскелен Карасайского района Алма-Атинской области в доме 11 на улице "Имени 26 бакинских комиссаров", неработающий (в скобках - "тунеядец?"), беспартийный, холостой, бездетный.

К обоим, повторяющим друг друга слово в слово заключениям участкового и следователя были пришпилены на скрепках два отпечатанных на машинке через синюю копирку заключения временно исполняющего обязанности ветеринарного врача в совхозе "Каскеленский" Звягинцева И. А. по прозвищу "Айболит", из которых дважды явствовало, что белый осел бухарской породы по имени Куан не сошел с ума, потому что ослы бешенством не болеют никогда, зато с людьми это случается постоянно и без видимых на то причин.

- Когда ослы скачут по весне, брыкаются, норовят сорватья с привязи, - объяснили мне каскеленцы, - к ним лучше не подходить сзади - зашибут. Это у нас любой ребенок знает... - задумывались на секунду, делали вывод. - И киргизы это знают, и узбеки знают... А дети больших начальников могут не знать, - и делали вывод. - Потому что они - ни казахи, ни киргизы, ни узбеки, ни русские, а так... дети начальников.



POST SKRIPTUM:



В 1982 году я пытался найти могилу Рустема Мырзагалиева на мусульманской половине каскеленского кладбища - и не обнаружил даже следов ее.

- Зачем тебе этот собака? - спросили каскеленцы.



КУАН и ГОРБАЧЁВ

Историю эту я впервые услашал задолго до перестройки, году так то ли в 1981-м или в 1982-м, то есть когда М. С. Горбачев был только-только внедроен мировой наркомафией в Политбюро ЦК КПСС в качестве полноправного члена тамошнего археопага и стало всем ясно, что именно его собирается мировая закулиса кооптировать на должность Генерального секретаря ЦК КПСС, то бишь царя и самодержца всея Руси, стремительно убегающей от социальных завоеваний 1917 года.

За пару лет до этого роман мой "Прошение о помиловании" - первый из серии социально-политических романов о грядущем исчезновении советской цивилизации - был арестован КГБ СССР, второй роман "Стеклянные колокола" из той же серии я только начал, третий - "Истинная власть" - лишь березжил в мечтах. Мне показалось особо интересным услышать мнение каскеленцев о том, кто будет "володеть" ими после того, как ставший с 1975 года практически беспомощным царь Брежнев окочурится.

Ибо в столицах, в городах и промышленных центрах СССР того времени интеллигенты слаженным хором уверяли друг друга, что вот скоро встанет во главе страны молодой и энергичный Михаил Сергеевич, повернет в государстве все с головы на ноги - и ничего не сделавший для себя советский народ тут же станет жить сыто и счастливо. Эту мысль они втолковывали и смотрящим в рты интеллигенции остальным горожанам: рабдочим, люмпенам и торговцам на рынках.

В селах же, в деревнях, кишлаках, аулах, хуторах мнение как у работных людей, так и у начальства и учителей, мнение было иное: человек "с меткой дьявола" на черепе страну разрушит, миллионы советских людей погубит, экономику превратит в прах.

И лишь каскеленцы знали Истину.

Потому что "Печать Шайтана" на самом деле поставил на черепе Горбачева за двадцать лет до этого не мифический восточный дьявол, а вполне реальный Куан.

И о том, как это произошло, я собраз за последующие двадцать лет 27 различных версий, из которых тут поведаю наиболее достоверную и наиболее полно отображающую все остальные истории о том, как...

Горбачев, будучи официально всего лишь парторгом крайкома КПСС Ставропольского территориально-производственного колхозно-совхозного управления и зятем бывшего генерал-лейтенанта НКВД, руководившего АлтайЛАГом, был послан шефом кавказского отделения международного наркокартеля по кличке Ахмет в Алма-Ату для поверки качества содержания и распаковки поступающего с маковых полей Киргизии опиума и из Чуйской долины марихуаны, носящей в Казахстане название анаши. То была рядовая инспекторская проверка мафией честности работы посредников, имеющая целью отлов и последующее уничтожение тех, кто сует руку в карман "общака" с целью личного обогащения. Обычная инспекторская поездка представителя северокавказской наркомафии в место складирования и расфасовки товара, который должен был потом через систему потребсоюза доставлен на Урал, в Сибирь, в Европейскую часть СССР и далее в страны социалистического лагеря и загнивающего капитализма, была и проверкой лояльности Горбачева мафии.

Хотя сам Михаил Сергеевич о том, что его могут проверять, не знал. Он как раз по заданию Ахмета написал свое первое заявление на перевод в КГБ, в отдел борьбы с наркотиками 362  и ждал соответствующего приказа из Москвы. Потому был уверен, что репутация его в глазах мафии безукоризнена 363 .

Поездка эта совершалась под видом дней дружбы, братства и культуры народов, населяющих Ставропольский край и Алма-Атинскую область. Во главе северокавказской делегации и Ансамбля песни и пляски терских казаков был тридцатилетний руководитель Ставропольского совнархоза, миловидный, похожий на херувимчика с ясным взором и с кудряшкакми у висков, пухленький любимчик пресыщенных женскими ласками гомосексуалистов из московского Кремля Мишенька Горбачёв. В сопровождении своей жены - дочери оставного генерала-лейтенанта МВД Раечки, с ее миловидным любовником Аликом Покровским 364  и с другими приближенными лицами.

Ничто не предвещало нечастья...

Празднования международной дружбы, только что начавшие входить в моду по всему Советскому Союзу, оказались на редкость пышными и успешными. Выступление терских и гребенких казаков, уничтоживших на сцене Дворца культуры Алма-Атинского камвольно-прядильного комбината имени Ленина по две пары туфелек и сапог каждым актером и актрисой вызвали восторг казахстанской публики, состоящей из казахстанского партийно-хозяйственного бомонда, директоров крупных предприятий, дирепкторов совхозов-миллионеров, заведующих магазинов, складов готовой продукции, торговых баз, рынков и их супружниц с детьми. Прибыли все секретари обкомов и райкомов республики со своими помощниками, секретарями, женами, любовницами и родственниками любовниц. Так что зал был и вправду переполнен, артистам русского драматического тетра имени М. Лермонтова пришлось стоять, прислонясь плечами к стенкам либо сидеть на ступенях возле кресел.

Зал аплодировал стоя и так долго, что у некоторых из дам случились от духоты обмороки. Из партера под действием массовой истерии, случившейся во время оваций, раздалось совсем неуместное здесь:

- Да здравствует товарищ Сталин! Ура-а!

И зал подхватил это "Ура!", заглушив тем самым последующие восторги по поводу опального Генералисимуса 365 .

Словом, был успех и было множество предложений повторить выступление ставропольского ансамбля на других площадках.

Пришлось казакам помотаться по грязным и неуютным Дворцам Культуры и клубам казахстанской столицы с щелястыми и гнилыми полами. Там, где зрителей не хватало, приглашались войска - и солдаты с чинным видом занимали все свободные места в зале, будучи не допускаемыми лишь в партер. Горбачев всегда сидел на самом главном месте, широко и красиво улыбался, привлекая внимание как женщин, так и склонных к содомскому греху мужчин.

Раиса (тогда еще не Максимовна) с Аликом и сопровождающими их защитниками Родины выступлений своего ансамбля не смотрела. Её больше волновали виды стройных ног юных казахстанских болеро из молодого алма-атинского балета и то, что оставленные в ломбардах казахстанской столицы еще беженцами Великой Отечественной войны из Москвы и Ленинграда изделия из драгоценных металлов стоили в сравнении с ювелирными изделиями Москвы раза в три-четыре меньше. Она вовсю занимала деньги у алма-атинской аристократии, обещая вернуть с процентами по выозвращению домой, носилась по рынкам, забегаловкам и притонам в поисках украшений. А за ней несся хвост приближенных самого Михаила Сергеевича и покупал все, что после Раисы оставалось 366 .

Словом, после отъезда ставропольской делегации в Алма-Ате прочно укрепилась совсем несвойственная потомкам нукеров Чингис-хана русская поговорка "Как Мамай прошёл". Ибо даже четырех алма-атинских проституток увезли ставропольцы с собой, оставив взамен лишь двух танцовщиц из своего ансамбля песни и пляски да увеличив число клиентов местного и республиканского кожно-венерических диспансеров в четыре раза.

Так рассказывали каскеленские хранители памяти о советском Казахстане первую часть этой истории. Она полна такими подробностями, что просто не выдерживают критики, ибо более поздняя разгульная жизнь командировочных партийных чиновников в Алма-Ате затмила истинные такого рода скромные события при первом приезде будущего главы советского государства. Так, например, существует версия, что Горбачев самолично расстреливал похитивших шесть "косяков" из "общака" наркодиллеров. И еще говорят, что плотина под озером Иссык, рухнувшая в 1963 году, как и предупреждал Умурзак-ага, из-за неумного строительства зоны отдыха в горах, была взорвана теми самыми "и другими официальными лицами" при погонах из окружения Раисы Максимовны Горбачевой, подложивших за год до этого события минные заряды.

Но все это, на взгляд, каскеленцев, все-таки походит на досужие выдумки досужих алма-атинцев, развращенных беженцами из Москвы и Ленинграда в 1941-45 годах, и к Куану отношения они не имеют.

Вторая же часть этой истории касается Куана.

В то лето белый осел, Бауржан и Петька отправились в Алма-Ату с грузом продуктов для родственников и с намерением посетить зоопарк, где тогдашний директор зверинца и выдающийся казахстанский писатель Максим Дмитриевич Зверев 367  выставил на обозрение публике первую пару обезьян-носачей 368  из Южной Америки, о которых никто прежде в Казахстане даже не слышал

Но случился понедельник, зоопарк оказался закрыт - и мальчики с ослом решили отправиться вновь на дачу бауржановских дедушки и бабушки. Полакомиться пусть еще и зеленым, но все равно вкусным алма-атинским апортом.

Сказано - сделано. Три каскеленских мушкетёра прошли горной, тогда еще не заасфальтированной и изрытой колеями дорогой до дач, пролезли сквозь дыру в заборе из сетки-рабицы на территорию Пригородного лесничества, проникли в сад и налопались апортом так, что животы их вздулись, а из противоположных головам сторон засвистели сначала ветры, а потом и полился понос.

Вылезли в дыру сквозь рабицу и, чтобы не загаживать двор родственников, помчались в сторону дороги, где дожди и машины разнесут в пыль любую грязь...

... И наткнулись на милиционера с полосатой палочкой в руке и при темно-синем с красной полосой мотоцикле.

- Эй, вы! - крикнул сержант в белой, как снег, гимнастерке 369  с мокрыми от пота подмышками и с висящим на его груди на грязной веревочке ярко-красным свистком. - Сюда нельзя!

- Почему?! - завопил рыжий Петка, который взегда гневался и поднимал крик до небес, если видел какую несправедливость. - Это наша дорога!

- Иди отсюда, пацан, - сказал в ответ сержант ленивым голосом. - Тут нет ничего твоего. Понял? Тут всё - советское. Сейчас советская власть сюда придет - и увидишь, чья эта дорога.

Уствший после ночной смены сержант говорил иносказательно от скуки и злости на начальство, окторое заставило его дежурить лишние часы, оплачивая их всего лишь с наценкой в пятьдесят процентов, которые все равно вычтут на налоги. Но мушкетеры-то поняли слова блюстителя закона в погонах и с лычками дословно и прямолинейно.

У них тут же в трех мозгах мелькнула одинаковая мысль увидеть советскую власть собственными глазами. А то вон говорят о ней много по радио и по телевидению, пишут в газетах каждый день по несколько раз, взрослые вспоминают ее ни к селу, ни к городу вообще несчетное число раз. И никто из знакомых мушкетерам людей в глаза эту самую советскую власть не видел.

А тут советская власть сама придёт. Вот по этой самой дороге.

Потому далее препираться с милиционером они не стали, а поднялись на пару метров по склону горы вверх, вступили на тропу, по которой истари гоняли тут отары нак горные пастбища, и пошли по ней вдоль дороги, поглядывая вниз с надеждой увидеть настоящую советскую власть, живую, не из учебников.

И увидели..

Шла жидкая толпешка одетых скорее модно, чем торжественно, людей различных возрастов и полов во главе с широколобым, яснолицым и тонкогубым человеком со слегка курчавой головой в белой рубашке с короткими рукавами и в темно-серых брюках, при стягивающем надутое брюшко тонким кожаным ремешком.

Люди, как люди. В Шамалгане тоже есть такие парни с брюками-дудочками, в цветных рубашках и со шнурками вместо галстуков. И маленькие радиолы на батарейках у шамалганских стиляг есть, и музыка из них такая же звучит - визгливая и громкая, и пести такие же истерические. Там все это какой-то Свидетель какой-то Иеговы шамалганцам продает. Хотел было в Каскелене продать, да старики его в село не пустили, сказали:

- Пусть твой Иегова эту гадость слушает.

"Трём мушкетерам" стало ясно, что молодой, рыхлотелый мужчина, одетый по-человечески и идущий впереди раскрашенного стада мартышек - и есть советская власть. Потому что все сбоку и сзади него идущие смотрели в его сторону так, как смотрят первоклашки пялятся на учительницу первую свою.

- И-а! - заорал Куан от удивления.

Советская власть остановилась. Вслед за ней остановилось и стиляжье стадо.

Милицейский сержант торопливо сунул свисток в рот, надулся, как индюк, и, грозя "мушкетерам" кулаком, засвистел так, что с растущего на склоне кривобокого боярышника слетела стая молодых розовых скворцов и взмыла в небо, а "три мушкетера" торопливо повернулись на сто восемьдесят градусов от олицетворения советской власти и его приспешников.

На этом бы месте инцидент и закончился бы, не оставшись в памяти всех присутствующих при этой сцене, да тут скопившиеся за время вынужденного сдерживания в желудке Куана газы пробили брешь в белом осле - и...

Раздлался гром среди ясного неба!

Горы задрожали, послышался шум каменного обвала со стороны Медео, а в самой Алма-Ате люди решили, что где-то неподалеку в Заилийском Алатау случилось очередное маленькое землетрясение, о количестве баллов которых обязательно сообщит московский гидрометеоцентр по радио завтра.

Стоящие же на дороге стиляги все разом решили, что раздался взрыв, что на их дорогого Михаила Сергеевича кто-то совершает покушение - и им тоже достанется на орехи. Потому всей толпой, в том числе и Раиса Максимовна с Аликом, рухнули лицами на землю, а Михаил Сергеевич умудрился подвернуть ногу и развернуться в падении так, что хряпнулся он о разбитую грузовиками дорогу затылком и плашмя всей спиной, уставя помрачневший от ужаса взгляд в голубую синь с медленно плышувшим по небу обласкоми, похожим на его собственный профиль со странным прозрачным пятном на лбу и темени.

Тотчас после вырвавшегося из белого осла воздуха в сторону дороги вылетела мощная струя ослиного кала, который частью попал на земю и на камни, окрасив их в черный цвет, а частью плюхнулся на башку Михаила Сергеевича Горбачева, повторив собою все точки и все игибы того самого прозрачного пятна в облаке в виде профиля будущего лжепрезидента СССР 370 , что гнали Боги Великой Степи по небу над Алма-Атой, предупреждая народы о том, что на казахскую землю припёрся Анчутка 371 ...

Пока советская власть валялась на земле с мордой, унавоженной калом белого осла, издавая возмущенные вопли и грозя виновникам своего позора всеми казнями египетскими и китайскими одновременно, "мушкетеры" стремглав неслись по овечьей тропе прочь от места террористического акта своего.

Свернули по ней вдоль откоса направо, пробежали еще пару километров, посидели, прислушиваясь к звукам погони, отдышались. После, узрев текущий по ложбинке из-под скалы ручей, спустились к нему, напились и, повалившись на траву под дикой грушей-бергамотом, решили отдохнуть.

Идти в город к бабушке и дедушке было опасно - могли на половине пути поймать, а там... что будет потом, они представляли себе смутно, но были уверены, что ничем хорошим им встреча с советской властью им не светит. Решили дождаться вечера и пробираться сразу домой.

Обойдся с одной лишь ночевкой в степи Алма-Ату, направились в Каскелен, где все уже знали о случившемся с мальчиками приключении и встречали Куана, Бауржана и Петьку, как встречали римские граждане Цезаря после возвращения того из Галии. И больше всего похвал досталось Куану:

- Самого Горбачева обосрал! - восхищались каскеленцы 372 .

Так утверждают устные каскеленские хроники и каскеленские аэды 373 .

Но мне думается, что хроники и акыны допустили тут некоторые преувеличения. Ибо обгаженный Горбачев, как утверждает милицейский протокол за номером 713 от 2 июля 1962 года, хранимый сейчас в архивах Республили Казахстан в качестве главного свидетельства причастности казахстанского народа к развалу СССР и доказательства того, что весь казахский народ, как один, боролся за суверинитет страны и за освобождение нации от ига большевиков, после того, как его обгадил осел, шесть дней подряд не выходил из бани цэковской дачи на Медео, оттирая со лба и с головы свидетельство того, что он помечен Богами Великой степи, как Анчутка.

Но пятно не смывалось. Волосы вылезли - и пятно стало еще более заметным, чем раньше.

Не помогли никакие операции в ФРГ и США, куда Михаил Сергеевич за деньги наркомафии летал несчетное число раз, поднимаясь при этом по служебной лестницев СССР и вырастая до главного безликого лица в стране, который после встречи с президентом-клоуном США Р. Рейганом в городе Рейкъявике показался "отмеченному Куаном" Анчутке недостаточным для его портрета - и он с помощью карманных депутатов Верховного Совета СССР самоназвался Президентом страны, у которой в Конституции не было этого звания.

Вскоре рухнул гнилой трон обосранного 374  ослом человека, а с ним распалась и страна, в которой не осталось Куана...



POST SKRIPTUM:

Материальных свидетельств этого предупреждения Богов советскому народу осталось меньше, чем свидетельств существования древнеримской цивилизации. Там хоть Апиева дорога осталась, развалины Помпей с полостями от сгоревшгих в вулканическом пепле людей, Колизей, монеты, статуи, акведуки, речи Цицерона, два Плиния, Плутарх, Гай Лукреций Кар и прочие артефакты. Я в Германии ходил по построенной римскими легионерами дороге и видел развалины древнеримской бани для солдатни, охраняющей эту дорогу две тысячи лет тому назад от рвущихся пограбить Рим древних германцев. Музеи Италии и бывших древнеримских провинций забиты изображениями Богов античного времени - и поклонники Муссолини по сию пору почитают этих идолов свидетельством своего личного величия 375 .

От "чуда Куана при Горбачеве" ничего практически не осталось.

Облако с профилем М. С. Горбачева сразу после обсирания Горбачева растаяло и улетело.

СССР распался на 15 взаимоненавидящих друг друга государств, из которых лишь Казахстане не опустился до межнациональных конфликтов и войн 376 .

Дорога, на которую низвергнулся кал из плохо переработавшего алма-атинский апорт чрева белого осла, оказалась заложенной бетонными плитами и заасфальтирована для того, чтобы толпы праздношатающихся туристов проехали по ней до высокогорного катка "Медео", где после полного уничтожения советской власти в СССР уже не проводят чемпионатов, но зато действуют под видом саун и массажных кабинетов публичиные дома и неплохо зарабатывают "крышуемые" Свидетелями Иеговы проститутки.

Осталась только испачканная ослиным калом голова лауреата Нобелевской премии мира, которая по-прежнему потребляет пищу, рыгает и блюет, а также изрекает глупости, которые никто не слушает, хотя для пропаганды их на телевидении в СМИ и в Интернете Конгресс Соединенных Штатов Америки, финансирующий Свидетелей Иеговы, тратит изрядные суммы долларов, отнятых у народов мира.

Впрочем, на краю пустыни Муюн-Кумы есть стоящая за много километров от хребтов Тянь-Шаня одинокая гора Жамбыл, которую древние индейцы и тюркские воины основателя Империи Великих Моголов поэта Бабура звали Шамбалой. Гора эта была священной в течение тридцати тысяч лет у всех народов, живших на территории Великой степи.

С горы той во все стороны стекают каждую весну семь рек. Стекают - и прячутся под землю, уходя в то самое подземное пресное море, в котором живут Золотая рыбка и Большой сом. Есть там и ручей с именем Куан. Веселый, прозрачный, с водой вкусной, стремительной. Эту воду особенно любят живущие в тех местах одичавшие лошади - мустанги Казахстана. Туда приходт изредка чабаны и не ставшие мусульманами паломники. Над горой летают белоголовые сипы, в тамошних ущельх живёт множество дикой живности, занесенной в Красную Книгу Республики Казахстан и другие многочисленные Красные книги планеты, а в ручье жирует совершенно невозможный в этих условиях пятнистый чешуйчатый осман 377 .

Ручейку этому преграждает путь на простор огромный чёрный камень очертаниями похожий при взгляде на него с вершины горы на пятно родинки на голове Горбачёва. И ручеёк Куан за этим камнем исчезает с поверхности земли, уходит под землю.

Не верните? Съездите - посмотрите.

Когда в 1983 году мы с Бауржаном в первый раз посетили это место, то обнаружили там великое множество невысоких, крепкоствольных ясеней, розовоствольных "пламенных" берез, боярышников и других не объеденных овцами деревц, усыпанных веревочками, бантикам, наколотыми на колючки бумажными деньгами. Усыпанными металлической денежной мелочью были не только ручьи и речки, но даже слаборазличимые тропинки.

Было удивительно тихо, не жужжали мухи. Не пели птицы, не звенели цикады, даже лёгкий ветерок не мешал нам слышать происходящее далеко-далеко от нас: недовольный клекот орла-могильника, свившего свое гнездо на стоящем в паре километров от горы склоненном от ветров саксауле, например.

- Знаешь, Валерий, - сказал мне Бауржан, подождав, пока я затушу сапогом зажженный здесь нашим бестолковым шофером костёр. - Вот сейчас, глядя на этот камень, я отчетливо услышал, как голос Куана сказал мне: "На сём камне Иегова воздвигнет церковь свою". Что это значит?

- Не знаю, - пожал я плечами, пнимая, что говорю не так, как должно отвечать на этот вопрос.

Потому что я действительно тогда не знал, о чем предупреждал нас Куан.

Теперь знаю.



БОЛЬШОЙ POST SKRIPTUM

Существует два парадокса, обнаруженных мною при изучении жизни и великих деяний белого каскеленского осла Куана. Оба они необъяснимы каждый сам по себе, но при внимательном изучении их в совокупности оказывается, что никакой тайны и никакого фактически парадокса в них на самом деле нет.

Во-первых, всех всегда удивлял тот факт, что Куан, в течение всей своей жизни живший свободно и не уходящий из семьи Бауражна по своей воле никуда далее двух километров (на самом деле, уходил он только в в погони за ослицами, но всегда возвращался после сезона любви), в самый опасный для всего ослиного рода и его самого лично момент покинул родной дом и ушел на верную смерть в пургу и мороз, под выстрелы охотников - туда, где он оказался предоставлен сам себе и должен был выжить напряжением всех своих сил и благодаря лишь удаче. Ни один нормальный человек так бы не поступил.

Если осмысливать эту проблему беспристрастно, то можно придти к выводу, что Куан решил пожертвовать собой ради соплеменников, ради спасения ослов Казахстана, как вида 378 .

Но, если признать такого рода версию за основу (а другой придумать трудно), то надо придти к выводу, что Куан был существом не просто мыслящим, но и благородным, да еще способным анализировать создавшуюся в Казахстане социально-политическую обстановку зимы 1961-62 гг., прогнозировать действия и решения правительств Москвы и Алма-Аты, а после этого найти оптимальный выход для спасения вида путем организации ослиного стада и, возглавив его, в течение практически всей зимы руководить набегами ослов на устроенные людьми запасы сена. Прямо Чингис-хан какой-то, а то и Гитлер, сумевшие из человеческого мессива индивидуальностей едва ли не мгновенно сварганить четко действующие, как механизмы, государственные и карательные структуры, производить набеги на соседей и забирать у тех, в чем сами нуждались 379 .

Но с таким уровнем очеловечивания образа обычного в те годы среднеазиатского тяглового животного не согласится большинство людей, не говоря уже о чиновниках, редко достигающих таких высот понимания смысла своего существования в государстве, или ученых специалистов по поведению животных, которые все свои выводы притягивают за уши для доказательства ими же выдуманного тезиса, будто животные думать не умеют, а поступают согласно заложенных в них природных и благоприобретенных инстинктиов строго по учению академика и нобелевского лауреата И. Павлова.

Для сотен миллионов, а то и для полного миллиарда людей этой планеты признать Куана существом мыслящим означает признание себя мыслящими хуже осла 380 . Это оскорбляет их и ставит множество людей нашей планеты в положение весьма незавидное, вызывающее в их душах внешне немотивированную агрессию. А это не может привести к положительным результатам при анализе парадокса белого каскеленского осла.

Согласимся с мнением этих людей и мы: да, любой осёл глупее любого человека, а любой человек (даже если он клинический идиот) умнее любого осла, пусть даже это - осел Ходжи Насреддина. Почему бы и нет? - если это прекратит кровопролитие.

Второй парадокс заключен в том, что полковник Расторгуев в охоте на белого ишака в ту зиму расстрелял ровно тысячу патронов из карабина СКС-6 и, будучи отменным стрелком, выбивающим на стрельбище 100 очков из 100 возможных в любую погоду и при любой интенсивности ветра, израсходовал все свои заряды, как утверждают легенды Каскелена, вхолостую, а Куан после полного расхода боеприпасов полковником спокойно вернулся домой и встал в родное стойло.

То есть здесь мы вновь приходим автоматически к выводу, что Куан узнал каким-то образом, что люди будут в эту зиму уничтожать ослов в неимоверных количествах и что основную обязанность по приведению приговора Хрущева на территории Карасайского района в исполнение возьмет на себя полковник Советской Армии А. П. Расторгуев. Обратите внимание: осёл, согласно этой версии, обладал информацией стратегичесокго характера и уверенно оперировал ею, а также считал число произведенных полковником выстрелов.

Потому Куан, следует из этого, был зело хитроумен, ибо, стараясь спасти ишаков от пуль Советской Армии, делал это так, чтобы ни одна из 1000 пуль, выпущенных из ствола карабина полковника, не попала в него лично. И совершил сей подвиг не на арене цирка, а в степи, в пургу и мороз, без всяких там страховок и фокусов и без аплодисментов владеющих членораздельной речью зрителей, без всякой надежды получить за это награду ни при жизни, ни посмертно.

То есть, хотят того ословеды и профессиональные военные признавать или нет, но Куан показал себя выдающимся стратегом в пониманиии этого слова древними китайцами, которые считали, что всякого победителя во всякой войне надо встречать не с восторгом, но со слезами горя и плачем по поводу погибших в той войне защитников Отесчества, а истинными героями признавали не тех, кто убил больше врагов, а тех, кто спас больше человеческих жизней - своих и вражеских тоже.

Тут мы должны придти ко второму выводу: обычный деревенский осел-альбинос из Южного Казахстана хорошо знал древнекитайскую философию и придерживался мировоззрения великого Лао-Цзы, основателя философской школы Дао и был умнее не только всех каскеленцев вместе взятых, но и умнее всех членов Академии Наук Казахской СССР, скучавших на своих заседаниях по поводу назначения им равными всевозможных партийно-хозяйственных руководителей СССР 381 . Ибо никто из них, даже разбираясь в даоизме, не пришел к выводу, что ослов надо спасать, и решение это осуществлять следует практически, а не путем написания жалобных писем в Москву с мольбами исправить совершенную Хрущевым ошибку.

Два вывода... два взаимоисключающих и одновременно таких одинаковых вывода: в мире лжи, пришедшей в СССР вместе с Никитой Сергеевичем на смену идеи строительства социализма, Куану не суждено было выжить.

Если оба эти вывода объединить, то получится, что - в противовес первому из сделанных тут выводов - всякий осел умнее всякого человека или, по крайней мере, умнее любого человека в погонах только потому, что он - осел и думает самостоятельно, а не так, как ему приказывает некто более высокий, чем он, по должности, которая является, по сути понятием надуманным, ложным и абсолютно алогичным. Ибо право одних людей помыкать другими приводит к трагедиям народов, как это случилось с народами СССР, вопреки воле которых, проголосовавших за сохранение Советского Союза 85-процентным большинством на общенародном референдуме, партийно-хозяйственный актив аппарата ЦК КПСС страну развалил на 15 взамно озлобленных кусков 382 .

Но с этим выводом опять-таки не согласятся вышеперечисленные категории населения Земли плюс еще около миллиарда людей, которые искренне заблуждаются в том, что они живут не по чужой указке и мыслят совсем не самостоячтельно. И эти два миллиарда людей вполне логично выступят против этого вывода и против меня, как человека, этот вывод озвучившего. И массой своей просто задавят меня, сотрут в порошок и не дадут мне возможности прожить оставшиеся годы спокойно, без треволнений и забот, поразмыслить о судьбах человечества.

Потому я легко соглашаюсь с мнением тех, кто считает, что на самом деле Куан не был убежденным даоистом и не имел выдающихся стратегических и тактических талантов, приравнявших бы его к Александру Македонскому, Наполеону и даже к непобедимому генералу Лебедю 383 , но спасшийся от летящих в него ровно одной тысячи пуль, от голода и от буранов с метелями только потому, что был удачлив. Согласимся с мнением военных специалистов по массовому уничтожению людей, что белому ослу повезло 384 .

Остается еще один вариант объяснений - тот самый, что выбрали каскеленцы, объединившие воедино не ответы, а вопросы: отчего Куан убежал? - и отчего Расторгуев не попал в него?

Начнем с того, что у ослиных самок длинноухой бухарской породы случаются течки не обязательно летом, но и зимой. Потому осёл Куан бросился за соседской ослихой Дурой, оказавшейся в деликатной ситуации потребности ею в самце именно в тот день, когда вышел Указ Правительства СССР о введениии налога на всю живность, обитающую на крестьянском и декханском дворах. Связь простая, закономерная. Случайно в ней лишь совпадение в дате выхода хрущевского закона и жизненного цикла ослицы, услугами которой Куан раньше пренебрегал из-за молодого возраста оной.

Закономерно, что, едва только все газеты Советского Союза опубликовали этот Указ 385 , каскеленцы (как и все остальные казахстанцы) в тот же час выгнали всех своих ослов и ослиц вон со дворов своих, сделав их бездомными. 386  Ни в одном из 463-х в ту пору дворов Каскелена не осталось ни одного осла, ослёнка или ослихи. Заплатившие за коров по пять рублей налога владелицы крупнорогатого скота повысили цену молока на рынке до уровня государственной, то есть стали продавать его по 24-х копеек за литр (в сравнении с 20 копейками до Указа) и даже на некоторых рынках - до 25 копеек. Соответственно поднялись цены и на другие молочные и кисло-молочные изделия. Даже дешевые сорта мороженного практически исчезли с прилавков, а ранее мало покупаемый дорогой сливочный пломбир (19 копеек - стаканчик) стал единственным доступным населению продуктом с таким названием. Впрочем, иногда продавалось и мороженное просто "Сливочное" по 13 копеек за стаканчик 387 .

То есть белый осел убежал за самкой и не вернулся назад сразу после случки не из высоких целей и идей, а потому, что для самки той путь домой был закрыт. Если отказаться от теории ослиной любви и рыцарской чести, которую, однако, воспевали древнегреческие и восточные поэты, средневековые европейские трубадуры, то мы имеем дело с обычной ослиной похотью или, если хотите, с иллюстрацией к теории австрийского ученого конца 19 века Зигмунда Фрейда - и только 388 .

Вопрос о причнах возвращения белого осла домой автоматически закрывается тем же самым фрейдиским объяснением: самку Дуру, из-за которой убежал Куан в степь, убил во время своей истерической охоты полковник Расторгуев - потому оставаться в зимней степи домашнему белому ослу не оставалось смысла.

Что до полковника Расторгуева, не только расстрелявшего эту чертову уйму патронов за неполных трое суток, но и положившего ими всех бродячих ослов и бродячих собак Карасуйского района (кроме Куана, который не мог числиться бродячим по той причине, что за него отец Бауржана заплатил налог на два года вперед 389 , ибо в кассе сельсовета не нашлось сдачи, а потому бродячим он не числился - и отстрелу не подлежал), то гордость полковника пострадать не должна. И вот почему...

Полковник в одиночку за несколько дней совершил то, что не могли сделать все охотники района в течение всей зимы - он уничтожил представляющее серезную опасность для жизни людей и приносящее основательный ущерб сельскому хозяйству ослиное стадо. Это был тот редкий случай в мировой истории войн, когда массовое уничтожение противника может оцениваться, как благо для человечества, и опровергает морально-этические принципы философии древнекитайской школы Дао 390 .

Мне думается, что руководствуясь именно этим принципом, полковник в качестве поощрения был переведен по ходатайству Правительства Казахской ССР из села Каскелен Алма-Атинской области в город Аягуз области Семипалатинской на генеральскую должность командира дивизии с тем, чтобы вышел он в отставку в генеральском звании, пробыв в генералах (согласно договоренности с тем самым генерал-лейтенантом, что служил когда-то под началом расторгуевского тестя и хаживал в расторгуевскую баньку в Расторгуевке) семь месяцев и три дня.

Последнего факта каскеленцы знать не могли - и потому у них о полковнике осталось несколько превратное мнение. Будто Анатолий Петрович и патроны расстрелял вхолостую, и в Куана не попал потому, что Куан был заговоренным, и вообще будто бы служил Расторгуев под каблуком у своей взбаламошной и жадной до денег и барахла жены.

На самом деле, полковник не целил в Куана.

Зачем полковнику геморой в виде скандала с депутатом Верховного Совета Казахской ССР и со стоящими за спиной семьи Абдугуловых верящими вместе со всем казахстанским народом в необычность белого осла руководителями республики?

Будь даже за Куана не заплачено Умурзаком-агой налога в сельсовет, винтовка в руках полковника смотрела бы мимо белого осла в чистом поле всегда. Расторгуев именно потому изжёг вместо пятидесяти штук целую тысячу патронов, что белый осел слишком часто оказывался на линии выстрела и мешал ему палить по серым ишакам.

Таким образом, во всём случившемся с Куаном на самом деле нет ничего необычного, всё объясняется просто.

Надо только правильно поставить вопросы и расставить акценты, видеть происходящие процессы сразу вместе, а не по отдельности, и быть честным при осмыслении их. Тогда окажется, что никакой особой мистики вокруг нас и нет, что Куан - всего лишь белый осёл, что Свидетели Иеговы налезли в Каскелен не потому, что они более сильны, чем Боги Великой Степи, а потому что в жизни проживающих на ее территории людей образовалась вдруг пустота - и эту пустоту тотчас заполнила черная, безликая масса, не способная породить своего собственного героя и святого, а потому выдумавшая Куаныша и установившая фальшивого батыра на чужое место, как некий суррогат Бога, который все равно исчезнет из этих мест, уступив со временем место другому.

Боги знают, что все в этом мире взаимосвязано. Боги предупреждали людей о том, что Горбачев - оборотень, что верить ему нельзя.

Но люди не услышали ни Богов, ни Куана.

Не услышат, как знаю я заранее, и меня...



* * *

То есть в биографии каскеленского белого осла на самом деле нет ничего чудесного и удивительного, опровергающего материалистическое учение К. Маркса, Ф. Энгельса, их предшественников и последователей.

Однако, при внимательном ознакомлении со всем, что лично я знаю о Куане, возникает ряд вопросов, ответ на которые может означать лишь то, что вокруг осла чудеса все-таки происходили.

Во-первых, пятилетний Бауржан назвал новорожденного осленка Куаном, абсолютно не подозревая, что где-то за пятьсот километром от Каскелена к северу стоит посреди пустыни отдельная гора, называемая древними индусами Шамбалой, с которой течет удивительной чистоты и свежести родниковый ручеек с усыпанным приношениями живущих на территории Великой степи народов 391 , который зовется тоже словом Куан.

Во-вторых, нельзя объяснить почему ослиный кал так плотно припечатался к голове Горбачева, что стал практически единым с его организомом и был официальной медициной признан за родимое пятно, хотя ни при рождении в 2 марта 1931 года в селе Привольное, ни при последующих 30-ти годах его жизни пятна этого на башке Горбачева никто не замечал, а после появления его Михаил Сергеевич стал стремительно лысеть -и вылинял ровно настолько, чтобы была видна эта псевдородинка, но не более того. Объяснений этому феномену нынешняя материалистическая философия и наука не дает.

В-третьих, отчего форма этой родинки, столь неровная и странная по своим очертаниям, не похожая ни на что более в мире, повторяет до последней черточки форму черного камня, лежащего под горой Жамбыл (Шамбала) и погребающего под собой светлый ручей Куан?

Ведь существует свидетельство космонавта В. Рюмина 392 , окончившего мой родной Московский лесотехнический институт и признавшегося на встрече с однокашниками, что при космическом картографировании поверхности Казахстана он видел из космоса этот самый черный камень, который был абсолютной копией того пятна на голове Горбачева, которое в годы его правления страной по имени СССР на официальных портретах тщательно затушевывали, превращая Генерального секретаря ЦК КПСС в пустоголовую бестию?

Материалистических ответов на эти вопросы не существует, а вот мистических сколько угодно. Если воспользоваться ранее предложенной здесь методикой объединения разных с виду вопросов в один, то и ответ получится один и достаточно полно отвечающий на эти три и многие другие вопросы, касающиеся прошлого, настоящего и будущего Республики Казахстан, независимой от России официально с момента провозглашения своей независимости 17 декабря 1991 года, а на самом деле - с момента замены здесь рубля на тенге, то есть с ноября 1993 года. И вывод сей каскеленский гласит так...

В 1958 году Боги Великой степи, зная, что на смену Богу Ленину 393  рвется Бог Иегова, ниспослали в рядовой казахский аул белого осла с тем, чтобы тот предупредил казахский народ о грядущих переменах в его судьбе и в жизни миллионов граждан СССР. Но Иегова оказался коварен и хитер, он застил глаза казахстанцам, поманив их фальшивым золотом эфемерной независимости от толстосумов России, Европы и Америки - и казахстанский народ предал своих Богов, отдал свою землю, свои недра, свои трудовые руки и самое жизнь, свои судьбы тем, кто молится чужим Богам и питает Идолище поганое 394  по кличке Золотой телец кровью проживающих на территории Казахстана народов.

Так говорят каскеленцы.



* * *

Почему именно Н. А. Назарбаеву и каскеленцам посвящен этот роман? Вопрос этот регулярно задают читатели "Куана". И вот вам целый список причин...

Во-первых, литературные произведения на территории Великой Степи всегда посвящались писателями и поэтами владыкам государств в расчете на вознаграждение за труд и талант свой. То есть, заранее предполагая, что никакой благодарности от президента Казахстана мне не дождаться, я делаю это посваящение согласно древней восточной традиции, ибо следовать старым традициям советовал четыреждывеличайший Куан.

Во-вторых, я действительно испытываю пиетет к Президенту Назарбаеву, как всякий бывший ремесленник уважающий бывшего ремесленника, достигшего высоких административных чинов.

В-третьих, я с глубоким уважением отношусь к единственному главе одного из 15 суверенных государств, образовавшихся на территории распавшегося Советского Союза, который сумел, получив в руки государство с межнациональными проблемами 395 , сохранить и статус-кво оного, и не допустить межнациональных конфликтов и гражданских войн внутри страны.

В-четвертых, вооруженный конфликт с соседним Узбекистаном именно Н. Назарбаев разрешил территориальной уступкой во имя мира и дружбы между народами.

В-пятых, Президент Назарбаев на протяжении четверти века противостоит издавна существующей на территории Казахстана традиции крупных административных чиновников и богатых воров развалить страну на части и создать самостоятельные государства, спасает страну от межусобиц сугубо клановых. То есть спасение Казахстана от распада на три-пять маленьких государств есть продолжение его личной позиции и его политической программы.

В-шестых, именно Назарбаев был единственным главой советской социалистической республики, входящей в состав СССР, который был против распада страны - и позиции этой придерживался честно до самого последнего момента в виде силового решения Б. Ельцина и его окружения на выброс Казахстана из рублевой зоны 396 .

В-седьмых, Н. Назарбаев вызвал шквал нападок на него со стороны так называемых "казахстанских олигархов", недовольных его политикой восстановления торгово-промышленных и культурных взаимоотношений с бывшими братскими республиками СССР, инициативой создания евразийского государства, его активной борьбой с корупцией во всех ветвях государственной власти, стремлением вернуть государству украденные у казахстансских народов в период перестройки и последующего десятилетия беспредела национальные богаства.

И потому я, как бывший казахстанец, искренне любящий эту землю и населяющих эту страну людей, посчитал своим долгом поддержать эти и многие другие инициативы первого Президента Казахстана всеми имеющимися у меня средствами.

А если кому и не угодил этим, то пусть жалуются на меня и на Куана хоть в ООН, хоть в Ассамблею Богов, хоть продажным судьям Берлина.

Что же касается посвящения каскеленцам, то если уж Куан позволил себе появиться на свет именно в этом кишлаке, то кто я такой, чтобы его воле перечить?



Православное Рождество - Православная Пасха 2012 года
г. Берлин



Предисловие. Оглавление


    ПРИМЕЧАНИЯ

     1  МЁРТВЫЕ УЧАТ ЖИВЫХ (латинская поговорка).

     248  Историй о Куане слышал я много больше, но выбрал именно эти. Почему? Подробно на этот вопрос будет дан ответ в конце этого приложения к роману "Ишаки".

     249  Почему именно четырежды, а не величайшего кратно другим цифрам, история умалчивает. Однако, существует версия, высказанная еще в 1982 году бывшим секретарем партийной организации совхоза "Каскеленский" Исламбеком Касымовым, что знакомый ему, жителям Каскелена, а также многим известным людям Куан являлся четвертым воплощением белого осла на земле, сниспосланного нам высшими силами. По-видимому, именно эта версия достигла ушей иранского шахиншаха (царя царей) Мохамеда Реза Пехлеви, который и присвоил Куану имя четыреждывеличайшего высочайшим своим повелением, приравняв тем самым каскеленского белого ишака к рыцарям, сэрам и пэрам Англии, о чем подробно поведано в историях, именуемых "Куан и шахиншах" и "Куан и Хрущев".

     250  Консультант - старший научный сотрудник НИИ этнографии и национальной промышленности при Академии наук Казахской ССР, кандидат исторических наук, ныне пенсионер, руководитель народного проекта "Куанышеведение", функционирующего без соучастия криминальных структур, правительств, фондов и миоровой закулисы, великий сын казахского народа Сейтгазы Жиенгалиев.

     251  Брат Сатаны, Бог пыток и боли у древних финикийцев.

     252  Как это случилось с римской церковью, например, после реформ Лютера в Западной Европе. Доходы папы римского ополовинили реформаторы, а после и вообще повалили всякого рода секты, как из Рога изобилия.Сейчас в мире уже несколько тысяч сект - и служители культов тянут из паств своих от 10 до 100 процентов доходов, а то и велят за веру расплачиваться своими и чужими жизнями. Религия - выгодный бизнес. И удобный способ общения владык государств со своими поданными, манипуляции сознанием всегда ирационально мыслящих масс.

     253  В переводе с блатного, выражение Златого тельца означает: "Если ты берешь у бандитов деньги, то должен служить им верно, не то "поставят тебя на счетчик" - и хана тебе и твоим близким.

     254  Валух - кастрированный бык.

     255  То есть осел просто-напросто решил пописать и покакать - заняться обычным физиологически необходимым всему живому на земле делом, описывать которые в русской литературе 19-20 веков почиталось непристойным, но с обретением Россией независимости от собственных колоний в период Криминальной революции 1985-1993 годов стало нормой в новорусской литературе. В восточных же культурах, не замутненных христианскими предрассудками, а в данном случае, в мифотворчестве казахов, естественно происходящие процессы никогда не находились в положении табуизированных, тамошние фольклорные источники прямо-таки пестрят описанием испражнений и половых актов, совершаемых народными персонажами.

     256  Биомасса насекомых, кстати, значительно больше биомассы человека прямоходящего, и многие из насекомых питаются челдовеком и его выделениями точно так же, как человек питается насекомыми и медом, например.

     257  Иногда в рассказах каскеленцах об ишаке Куане присутствуют в этом месте автомобили с другими названиями, в том числе и иномарок, но подобные анахронизмы типичны для мифотворчества всех народов. В 1958-1962 годах по дороге на Каскелен из грузовиков ездили лишь "ГАЗ-51" и "Урал", потому мы тут делаем этого рода редакторскую правку.

     258  Полковник переврал слова знаменитой еще до Великой Отечественной войны советской песни, начальные слова которой были такими: "Если завтра война, если враг нападет, если грозная сила нагрянет,..", но в военном училище, где учился в свое время Расторгуев, остряки переделали слова этой песни, превратив ее из патриотической в пакостливую - и в результате слова именно измененной песни навеки остались в голове полковника. Потому как профессиональные военные служат вовсе не из патриотических побуждений, не в ожидании войны и прочих бед, а... чтобы не работать. Полковник еще с курсантских пор понял, что в случае нападения врага, Отчизну спасет народное ополчение, а вовсе не красиво марширующие на парадах и корчащие строгие рожи командиры.

     259  В то время только на Кубе и в Израиле была всеобщая воинская повинность, распространенная и на женщин призывного возраста.

     260  Сразу после завершения 22-го съезда КПСС в СССР вдруг стала чрезвычайно популярной тема построения коммунизма к 1980-году и тезис В. Ленина о том, что возможно построить великую мечту человечества социализм в отдельно взятой стране. Куан, по-видимому, был грамотным и читал огромные транспоранты, развешанные по всей стране, с которых на каждом шагу вещали эти две основные свои мысли московские администраторы, а граждане СССР понимали их, как обещание всем советским людям через 20 лет "жить на халяву".

     261  Словосочетание "барбосское отродье" стало модным в рядах Советской Армии после того, как в СССР прибыли на обучение во всевозможные военные Академии кубинские барбудос, заняв там места выстроившихся в очередь за получением новых звездочек на погоны советских офицеров, большая часть которых в результате этой благотворительности Н. Хрущева так и не стали не то, что генералами, но и полковниками и даже майорами. Обзывать солдат барбосами в то время поэтому было среди офицерства и хорошим тоном, и модно. Ибо во всякой армии, как нигде в ином сообществе двуногих, особо развит закон курятника: подтолкни ближнего, нагадь на нижнего, угоди сидящему на верхнем шестке.

     262  Сдерства массовой информации.

     263  Таково было свойство советстких офицеров: воровать всё, что ни попадется под руку, называя это деятельностью по защите Отечества. Тридцать ящиков тушонки полковник получил на складе пехотных мин в Алма-Ате лично из рук начальника тамошней военной хозчасти в обмен на два рулона двужильного алюминиевого провода, а вывез ее по накладной, в которой значилось, что в ящиках находится тот самый динамит, который начальник хозчасти давно уже обменял на двадцать литров спирта у директора Джамбулского спиртзавода, большого любителя рыбалки на озере Бийликуль. Тушонку ту жена полковника Расторгуева продавала из-под полы в двух сельпо: в Каскелене и в Каракунузе. Потому что ей очень хотелось приобрести норковую шубу, а зарплаты полковника при бесплатном питании их обоих в офицерской столовке и отсутствии расходов на мужскую одежду на столь шикарную и ненужную в среднеазиатском климате одежду было для такой покупки недостаточно. Потому воровала она из воинских запасов и продавала налево все, что могла сама достать и что добудет ей муж. К примеру, однажды она сумела каким-то образом провести по документам, как списанный, новый "УАЗ"-ик, который тут же продала одному из огородников-дунган из Масанчина, а на полученные деньги купила себе еще одну шубу, на этот раз из соболиных шкурок. А полковник продолжал ездить на старом "УАЗ-469".

     264  Это восклицание у некоторых читателей вызовет подозрение, будто полковник был родом из сельской глубинки. Но это не так. Совсем не так. Полковник Расторгуев был родом из города Кургана, до прибытия на командование отдельным гарнизоном при Каскелене никогда в в селе не был. Он просто воспользовался одним из множества идиоматических выражений, имевших хождение среди офицерства Советской Армии. В нём ему больше всего нравилось слово "блудливой" - и потому его полковник произносил с упором.

     265  Персонаж древнегреческого мифа, наказанный Богами Олимпа за строптивость вечным исполнением бесмысленных и бесполезных действий.

     266  Конкурса такого, разумеется никто никогда не проводил, но каскеленцы были абсолютно увекрены, что если бы подобные соревнования были осуществлены, то Расторгуев занимал бы на них всегда первое место.

     267  В Советской Армии была традиция называть уважаемых командиров полков Батями, а неуважаемых - Полканами.

     268  Все происходило именно в такой последовательности в Советской Армии - бензобаки заправляли с живым грузом на борту, не прогоняли оттуда солдат. Пободное отношение к людям даже поощрялось, ибо доказывало, что любой приказ любого командира важнее человеческих жизней.

     269  Песня В. Шаинского и В. Харитонова "Не плачь, девчонка" была искренне любима военнослужащими всех званий в Советской Армии, но написана она была 10 лет спустя после смерти Куана. Однако, народ в воспоминаниях о белом осле непременно утверждал и продолжает утверждать, что солдаты части полковника Расторгуева пели именно эти слова. Потому согласимся и мы с этим анахронизмом. Ибо развитию сюжета он не мешает, а образу советских солдат придает вес.

     270  Главный герой одноименного фильма, лидер проката 1956 года.

     271  Такая каша и непоследовательность во взглядах была типичной для всех военнослужащих Советской Армии, потому вызывать удивление не должна. Достаточно прислушаться к высказываниям современных военнослужащих, чтобы убедиться, что основным отличием военнослужащих от гражданских и сейчас является отсутствие морали и твердых принципов у военнослужащих.

     272  Рожденных в 1939-1941 годах, получается. Ведь тогда в наземных войсках солдаты служили по три года, а в военно-морских силах - по четыре.

     273  Фильм производства 1950-го года, очень популярный в Советском Союзе, да и сейчас смотрящийся молодежью с интересом.

     274  Дословное выражение, имевшее хождение в то время по всему Советскому Союзу.

     275  По-русски: просрали.

     276  Тут - тоже анахронизм. В сталинское и послесталинское время солдат кормили довольно-таки каллорийно, повара и офицеры не очень-то обкрадывали их, ибо за тем, чтобы солдаты были сыты, следило само Министерство обороны СССР. Достаточно было любому солдату послать телеграмму министру обороны, что он по вине командира остался в течение суток лишен питания, как в часть прибывала комиссия - и. если донос подтверждался, командира части и виновных офицеров отправляли под трибунал. Порядок этот действовал безотказно. Только с перепройкой, то есть при Горбачеве, его нарушили основательно - и в некоторых частях Советской армии порой доходило до массовых голодных обмороков у солдат срочной службы и даже - по слухам - до людоедства. Ну, и потом, при Ельцине, конечно, воровство в армиии приобрело катастрофический характер, а случаи людоедства стали настолько часты, что порой можно было их признавать и нормой в отдельно взятых частях либерально-демократической России.

     277  Один из парадоксов офицерского лексикона - чем глупее и бессмысленнее действие, вызванное приказом, тем увереннеее офицер называет его работой.

     278  Дословное утверждение военного министра Милютина при правительстве русского императора Александра Второго, напрочь забытое при Генеральном секретаре Л. Брежневе и министре обороны СССР. А. Гречко.

     279  Одна из стойко продержавшихся полвека легенд Второй мировой войны, не опровергнутая и поныне, несмотря на гигантские финансовые вливания заинтересованных в изменении этой версии лиц и зарубежных банков.

     280  Как показывают архивные изыскания, жена полковника Расторгуева по кличке Торгуиха была за границей по туристическим путевкам дважды: в Чехословакии в 1958 году и в Финляндии в 1961 году. Исходя из перечня товаров, привезенных ею в Каскелен, речь может идти о поездке 1961 года.

     281  Как дела? (каз.).

     282  Кураем называют в Казахстане древесный мусор в виде сухих колючек, малорослых кустарников и травянистых многолетников, который скатывают в большие шары, держат во дворе, под навесами, а зимой им топят печи.

     283  Идиотизм, имбицильность, дебилизм - три стадии слабоумия человека, широко распространенные заболевания среди политических руководителей и глав государств всего мира. Ярчайший пример имбицила - первый президент Российской Федерации Б. Н. Ельцин.

     284  Еще одна стойко утвердившаяся в цирковом мире легенда, усвоенная каскеленцами, как истина, а потому и породившая всю нижеприведенную историю. На самом деле, ни Фурцева, ни Хрущев к присвоению Олегу Попову звания Народного артиста СССР отношеничя не имеют. Звание это получил "солнечный клоун" аж в 39 лет, то есть в 1969 году при правлении страной Брежневым.

     285  Инопланетяне.

     286  Космические корабли пришельцев с других Галактик.

     287  В то время - правительственный автомобиль.

     288  Все перечисленные затраты государства на создание одной-единственной трехминутной репризы, предназначенной для показа в трехчасовом концерте, поставленном в честь семидесятилетия Н. Хрущева, - не выдумка каскеленцев, а исторический факт, задокументированный в сотнях бумаг, хранящихся в архивах Москвы, Алма-Аты и столиц других бывших советских республик. Тогда еще Председатель Президиума Верховного Совета СССР Л. Брежнев велел "денег не жалеть" на проведение этого "всенародного праздника" - и страна денег для будущей всесоюзной пьянки в честь "дорогого Никиты Сергеевича" не жалела. Дошло до того, что всех, кто критиковал этот безудержный разгул воровства в государственном масштабе, обвиняли в сталинизме и снимали с должностей.

     289  Каскеленцы по сей день гадают, отчего О. Попов поехал в село, не поговорив предварительно о покупке осла с живущим в это время У. Абдугуловым. "Сильно хитрый, - говоорили они.- Думал, что ребенка легче обмануть".

     290  Тут надо отметить одну немаловажную деталь, о которой не просто не знали гости-покупатели Куана, но даже не могли о ней догадываться. По-настоящему уважаемых гостей в домах казахов не принимают в отсутствии хозяина дома - это во-первых. Во-вторых, для по-настоящему уважаемых гостей готовят блюда из свежей баранины. В третьих, мясо это должно быть от овцы, принадлежащей хозяину дома, а овца должена быть зарезана самим хозяином дома. В-четвертых, при приеме уважаемого гостя баранину едят не сразу в виде бешбармака, а сначала в виде блюда под названием каурдак, а бешбармак подают уже ближе к концу застолья, как апофеоз пиршества с соответствующими церемониями в виде передачи гостю почетного прева отрезать от бараньей головы положенные каждому присутствующему части с соответствующими словами и пожеланиями. Просто же, напсех приготовленный в середине дня бешбармак подается гостю незванному-непрошенному, навязяавшему свое присутствие силой, вопреки желания хозяина дома. Москвич Олег Попов и давно уж обрусевший алма-атинский работник аппарата Министерства культуры Казахской СССР не могли знать подобных тонкостей и потому чуствовали себя в доме нежелающих видеть их людей весьма комфортно. Ибо во всем остальном гость в казахском доме остается гостем.

     291  Данная деталь лишь подтверждает, что бытующая ныне версия о том, что в СССР не было корупции, ложны. Корупция в СССР была. Если бы не было ее, не было бы нам известно имён Андропова, Горбачева, Ельцина, Черномырдина, Чубайса и других "локомотивов перестройки". Подробнее об этом читайте в романе В. Куклина "Истинная власть" (г. Москва, 2004 год). И был бы жив СССР.

     292  При Хрущеве (даже после реформы 1961 года) ценовая политика в стране оставалась сталинской, щадящей население: коробка спичек тогда стоила 1 копейку (семь копеек по-старому стоила она при Сталине), бутылка водки - 2 рубля 52 копейки, проезд в трамвае - 3 копейки, на тролейбусе - 4 копейки, на автобусе и в метро - 5 копеек, черный хлеб - 11 копеек (при Брежневе - 14), серый - 12 копеек (при Брежневе - 16), белый - 15 копеек (при Брежневе - 20-25) при минимальной месячной зарплате в 47 рублей (при Брежневе - 70) и при стоимости жилья в 5-11 рублей в месяц. В кооперативной торговле цены были на 10-20 процентов выше, то есть практически базарные. При Брежневе хлеб уже стоил от 14 до 25 копеек, а водка достигла 3 рублей 62 копеек, при Горбачеве цены взвинтились в десятки раз, при Ельцине - в десятки тысяч. Чем больше демократии - тем несчастней народ.

     293  Текст скетча для клоунов в те времена стоил в десятки раз больше того, что зарабатывал на них артист.

     294  Тут надо сделать скидку на войну, на то, что немцы подошли к Москве в 1941 году, а в 1944 году Олег Попов поступмил в цирковое училище, чтобы стать эквиблиристом. То есь у мальчика с десяти лет не было возможности получать нормальное образование. Умение бросать и ловить предметы стало для него более важным, чем умножать, делить цифры.

     295  Когда Бауржан прочитал в газете про этот диалог О. Попова с американским тостосумом, то сказал мне: "Вот видишь, Валерий, оказывается, мы с Куаном были неплохими педагогами".

     296  Европейские понятия о том, что давать животным имена человеческие нельзя, в Казахстане так и не прижились за все время господства там России. Я, например, встречал не только коня Германа и Германа-петуха, но и кобеля Куттыбека - тезку начальника районного паспортного стола, Анжелику-корову и множество Анжелик-девушек, а уж боровов Борек или свиней Марусь было там видимо-невидимо; дворовых сучек Лада, Хакамада и кобелей Рейган, Путин, Ельцин тоже встречал немало в 2002 году. Во время прохождения первого саммита глав СНГ в Бишкеке я встречал собаку непонятной породы и непонятного пола по кличке Гайдар.

     297  Суслов уже тогда имел репутацию "серого кардинала" советского руководства, гнев его был страшен для всей советской партийно-хозяйственной номенклатуры, ибо гев его всегда означал потерю поста и соответствующих привелегий. И только. В тюрьму он никого не сажал, к стенке не ставил, уволрованное не отнимал. Будучи главным идеологом КПСС, безделием своим, бездействием и вечно хмурым ликом всемерно способствовал застою процессов развития марксистско-ленинского учения, загниванию общественно-политической жизни в стране.

     298  Алибеков так и сделал. Но Кочемасов все-таки сбежал с пастбищ за водкой, там с горя перепил хмельного, да и умер в корчах, крича на все село: "Только не Куан! Пусть хоть Герман! Пусть хоть Геринг! Пусть хоть Гитлер! Только не Куан!" А более двадцати телят в порезали волки.

     299  В период Великой Отечественной войны в Казхахстане "сельскохозяйственных работников тыла" арестовывали и осуждали на срок от одного до двух лет исправительных работ в "трудовой армии" в оборонной промышленности за всякого рода провинности, среди которых самой популярной было обвинение крестьян в хищениях с полей хлебного зерна. Пойманные на такого рода кражах, как правило, заявляли, что это зерно было ими собрано с земли, то есть было оно потерянным при уборке и не принадлежало никому - и, если человек сумел доказать отсутствие своей вины, его не наказывали. Впрочем, на самом деле, подобных судебных процессов было немного - о том говорит практиически полное отсутствие их в архивах СССР. Из воспоминаний же каскеленцев следует, что Алибеков только на словах запрещал им "собирать колоски", а на деле это именно он посоветовал в то время колхозникам увеличит себе в штанах карманы до самых щиколоток - и таким образом выносить с поля зерно домой. А уполномоченный НКВД их всех покрывал.

     300  В тот год железнодолрожную ветку от станции Чу до станций Алма-Ата-1 и Алма-Ата-2 все еще обслуживали паровозы. Тепловозную тягу введут там только в конце 1960-х.

     301  Однажды Куан сильно ударил Жиеримбая; и ударил, по мнению каскеленцев, за дело. Жиеримбай обиделся на белого осла - и пообещал прилюдно жестоко отомстить Куану, а то и убить.

     302  Как было уже в романе "Ишаки" объявлено, имя Ваха является нарицательным и не указывает на какое-то определенное лицо, дабы не возбудить в олигархе стремление к личной мести в отношении каскеленцев и к членов проекта "Куанышеведение", и также удовлетворить жажду крови со стороны криминальных структур Казахстана и написанию ими судебных исков, как это произошло с В. Куклиным в ФРГ, когда он в российской прессе назвал владельца "Еврейской газеты" Нихаласа Вернера бандитом.

     303  Подробней о попытках отарцев украсть из Каскелена Куана читайте в романе В. Куклина "Ишаки".

     304  Бывший аул Акмола, потом Целиноград, потом опять Акмола, опять Целиноград, еще раз Акмола - и, наконец, Астана, что в переводе с казахского - Столица.

     305  Почему именно украинским словом "быдло", а не каким-нибудь другим из словарей 149 народов СССР назвал каскеленцев Ваха по приобретению им власти над ними, можно понять, прочитав историю "Куан и Хрущев".

     306  Откуда взялось стойкое убеждение каскеленцев в том, что династия Реза-Пехлеви происходит от Саманидов, не ясно. Но мнение такое у каскеленцев твердое, а потому в истории этой мы ее опровергать и изменять ход событий, связанных с Куаном, не будем.

     307  Подробней о том, как и почему Куан получил звание четыреждывеличайшего, можно прочитать в "post SKRIPTUM" истории "Куан и Хрущев".

     308  Артефакт - лицо либо предмет, существование которого в наблюдаемых условиях в естественных условиях невероятен либо невозможен. Если верить версии каскеленцев, то прямой потомок царственных современников Александра Македонского из династии Ахменидов М. Реза Пехлеви, без всякого сомнения, удовлетворял всем этим признакам.

     309  Шахиншах был официально женат трижды, имел дочь от первого брака и сына от третьего.

     310  Исторический факт. Однако, и здесь наблюдается нередкий в историях о Куане анахронизм. Людоед Жан Бодель Бокасса был правителем ЦАР с 1966 года по 1979 год, а Куан скончался в 1962 году, потому завидовать центральноафриканскому императору шахиншах в годы жизни Куаана не мог, но, по-видимому, когда Бокасса пришел к власти и принялся заниматься людоедством, шахиншах ему действительно позавидовал.

     311  Глубокие колодцы в земле для содержания там узников - типичная тюрьма на Востоке.

     312  Пророком Исой в мусульманской религии называют Иисуса Христа, признанном в христианской религии одним из воплощений Триединого Бога.

     313  Шахиншах, по-видимому плохо знал и Новый Завет, и Коран. На самом деле, Иисус Христос (пророк Иса) въехал в Вифлеем верхом на ослице (осляти), а не на осле.

     314  Мохаммед Реза Пехлеви (1919-1980 гг) - последний шах Ирана был свергнут в результате Исламской революции 11 февраля 1979 года, то есть через 17 лет после смерти Куана. А так как ослы живут не более 15-20 лет, Куан не мог дожить до этого дня и чем-либо помочь шахиншаху в многолетней его борьбе с собственным народом за родительский Престол. То есть усилия М. Реза Пехлеви по поиску защиты своей персоны белым ослом были изначально напрасными. Законы истории неумолимы. Но каскеленцы по сей день считают иначе.

     315  Один из самых распространенных фразеологизмов в СМИ СССР, означающий обычную летнюю страду.

     316  Очень популярная тогда песня на слова П. Когана "Бригантина", исполняемая везде и всеми, под музыку Г. Лепского и как попало, но всегда от души.

     317  Легенда о поющих под Алма-Атой горах просуществовала до самой суверинизации Казахстана, а потом была запрещена Свидетелями Иеговы, как свидетельство существования Куана.

     318  Наглядный пример - СССР, созданный на славянской и тюркской земле по воле немецкого еврея Карла Маркса и грузина Сталина, не прожил и века. Едва только идея социальной справедливости и равенства людей рухнула, как остатки былой единой атеистической страны оснастились. церквями, мечетями, синагогами и молельными домами, право одних людей жить за счет других стало непреложным, преступность стремительно увеличилась и укрепилась, появилась армия бездомных детей, проституток и другие приметы развитого демократического общества. Но все это не говорит о том, что народы СССР вернулись к своим истокам. Просто на места Маркса и Ленина пришли новые Боги, тоже чужеродные: Баал, Бахус, Кали. И они освобождают земли бывшего СССР для своей паствы.

     319  Пеньковский Олег Владимирович - полковник советской внешней разведки (ГРУ Генерального штаба Министерства обороны СССР) в 1963 году был обвинен в работе в пользу разведок США и Великобритании и измене Родине. Расстрелян по приговору Военной коллегии Верховного Суда СССР.

     320  Любимое выражение Н. Хрущева, произнесенное им даже на заседании Генеральной Ассамблеи ООН.

     321  После смерти И. Сталина "верные соратники Иосифа Виссарионовича" начали грызню за единоличную власть, в результате которой образовалась группа членов Политбюро, которая сумела арестовать, наскоро судить и расстрелять своего самого опасного конкурента - Л. П. Берию, бывшего одновременно главой и МВД и МГБ, а также внешней разведки. Берию обвинили без каких-либо доказательств англо-американским шпионом и в том, что он пытался организовать заговор против "верных сталинцев", которые затем - спустя три года - внезапно "разоблачили культ личности И. Сталина" и стали зваться антисталинистами. Тёмное дело это имеет массу интерпретаций, но нашего повествования не касается. Главное в нем то, что после этого политического спектакля руководство СССР перестало доверять друг другу и потому было решено охранять их и Ркмль не одними войсками МВД, как раньше, а представителями трех видов войск, руководство которых подчинялось непосредственно трем разным, независимым друг от друга командирам.

     322  Тем самым Никита Сергеевич предугадал главную тему будущего романа братьев Стругацких "Обитаемый остров" и методики оболваниваня населения перед выборами президентов после "парада суверинитетов".

     323  Казахское Телеграфное Агентство - главный правительственный орган информации в Казахской ССР.

     324  Нравы тогда даже в высшей системе власти были патриархальными, и просто так, на глазах охраны, как при Брежневе и сейчас, проституток партийно-хозяйственные руководители в постель не затаскивали, если и блудили когда, то тайно, ибо были случаи, когда за нескромное поведение снимали с должностей и чины высокие. Хрущева снять никто, кроме съезда, не мог (согалсноу става партии), но и слышать ехидные шептания за своей спиной ему тоже не улыбалось. Потому в поездке этой он дважды отказывался от услуг приготавливаемых ему в обкомах партии проституток, о чем слух пролетел дальше, впереди спецпоезда - и далее Актюбинска никто уже не рисковал услышать сердитую насмешку в ответ на пожелание развлечь главу государства самым естественным образом.

     325  Быдло (польск.) - скот, так в период владычества Польши над украиной называли польские паны украинцев.

     326  Говорю так потому, что у меня осталось две фотографии того периода: на одной я сфотографирован для училищной стенгазеты "Колючка" с полной ворованных зеленых яблок пазухой, на другой держу на коленях огромный баян и весело скалюсь в фотокамеру. На них я выгляжу вызывающим доверие пареньком.

     327  Вождей за этим столом заседало всего три: сам И. Сталин, Г. Маленков и Н. Хрущев. Брежнев отказалсмя от путешествий в этом поезде, долгое время простоявшем потом в Мытищинском депо, а затем вдруг исчезнувшем оттуда, то ли оказавшись проданным кому-то из иностранных коллекционеров, то ли распиленный на металлолом. Но некоторые из вещей - в том числе и серебряные подстаканники из вагона-кабинета - можно было еще в конце 1970-х годов купить в московских антикварных магазинах.

     328  Как видно из этого двухдневного монолога Н.Хрущева, после долгих и мучительных раздумий он после встречи с Куаном пришел к совсем иному выводу, чем Ваха. Но Ваху нынче слышат все, а мнение Хрущева о нас забыли. Неблагодарность твое имя - бывший советский народ!

     329  Исторический факт.

     330  Ак-Бота - дословно Белый верблюжонок, имя женское в Казахстане довольно частое до войны и после войны, посвященное одному из самых милых персонажей казахского фольклора, сейчас почти забытое.

     331  После распада СССР на независимые государства хашары и толоки исчезли повсеместно и в Казахстане, и в Украине, и в России.

     332  События "Пражской весны" подвели черту под "сталинским интернационалистическим путём развития СССР", явили собой ту самую границу, с которой началась катастрофа страны, до сих пор никем как следует не изученная и честно не осмысленная. Поголовная измена нации в пользу Иеговы началась именно отсюда и тогда, то есть шесть лет спустя по смерти Куана.

     333  В то время на картах село и станцию эти называли Чемолганом, но каскеленцы звали всегда Шамалганом - и все тут. По приообретению независимости Казахстана от России произошло изменение: на картах стал писать: "Шамалган". Но... теперь каскеленцы всё чаще называют Шамалган Чемолганом, Шымкент - Чимкентом, Шу - Чу и так далее.

     334  На самом деле, термин honoris causa звучит, как видно из латинского написания оного, несколько иначе, означает он приставку к ученому званию человека, получившего ученую степень без защиты, за выдающшийся практический вклад в науку и развитие научной мысли.

     335  Бутылка такого рода виноградных вин местного производства в тот год стоила 92 копейки и 1 рубль 2 копейки при цене самой бутылки в 12 копеек. Закуску же каскеленцы привезли с собой. То есть в командировки тогда брали от силы 10 рублей, получая суточные по 2 рубля 40 копеек и "гостинничные" по 80 копеек в день. Пей - не хочу!

     336  Новый шикарный, многоместный стадион имени Ленина начнут проектировать только через десять лет, и строить будут столько же, а потом ремонтировать, достраивать и устранять проектные и строительные недоделки 10 лет, чтобы по приобретении Казахстаном независимости махнуть на все это рукой и согласиться с высказанной каскелденцами еще за тридцать лет до этого мыслью: "Как есть, так пусть и будет. Значит, так было Аллаху угодно".

     337  В те годы на футбольных матчах в Казахстане люди заранее делили трибуны между болельщиками обеих команд поровну и садились так, чтобы в процессе матча в момент наивысшего взлёта эмоций не возникло намерения наброситься друг на друга, чтобы даже случано никто никого не только не ударил, но и не обидел. После массового появления телевизоров в домах и слежения с телеэкранов за игрой иностранных команд и поведением их болельщиков, традиция эта пришла в забвение в республике - и теперь казахстанские болельщики мало чем отличаются от английских либо итальянских фанатов. Разве что не стреляют пока из пистолетов в противников и не бьют друг друга арматурой по головам. Но СМИ говорят, что Казахстан "цивилизуется усиленными темпами", потому следует ждать, что вскоре казахстанские болельщики по хулиганским выходкам догонят и перегонят своих коллег с цивилизованного Запада, начнут приносить на футбол гранатометы и установки залпового огня. Даром, что на черном рынке Алма-Аты, как утверждают специалисты, этот товар достать можно и стоит он не дорого.

     338  Арифметика странная, но для футбольных болельщиков всего мира понятная. Потому как однажды приехавший в Алма-Ату после уже ухода на покой великий бразильский футболист Пеле, услышав эту историю, с мнением каскеленцев согласился: "Судьи все - уроды! - сказал он. - Нихрена ничего не понимают - а судят".

     339  "Голос народа - голос Бога" - крылатая фраза, принятая в юриспруденции для болтовни на суде, но самими юристами не принимаемая за руководство к действию, ибо она не включена ни в один из законов ни одной из современных стран по причне ненависти всех законников ко всем народам. Авторство этой фразы на Западе приписывается и латинскому философу 1 века н. э. Гаю Лукрецию Кару, и английскому историку 13 века Вильяму Мальмсберийскому. Эквивалент русской поговорки времен существоания на Руси народных Вече "Глас народа - глас Божий".

     340  Простые русские слова, но русские люди после развала СССР их забыли, заменили словом корупция, даже президент РФ стал пользоваться этим иностранным аморфным аналогом точных русских определений.

     341  Рыба семейства осетровых в недавние еще времена бывшая в ряде водоемов Казахстана в изоблии. Я, например, сам покупал копченного шипа в магазинчике на углу улиц Пушкина и Щербакова в начале 1980-х годов по 12 рублей 50 копеек за килограмм, а в годы жизни Куана шипа продавали на алма-атинских рынках по 4 рубля за килограмм.

     342  Сомятины в городских магазинах того времени было так много, что она продавалась рубленными мясницким топром кусками на вес дешевле свинины в два раза. Особенно хороши были приготовленные из сомятины шашлыки. Да и пельмени с добавлением свиного жира были истинными деликатесами.

     343  На самом деле, жители Великой Степи до прихода туда Ислама с Аллахом звали Большого Сома Речным Богом, Богом питьевой воды, Богом воды сладкой, Богом воды живой, Богом воды, дающей жизнь всему сущему на Земле, и не ели сомов не потому, что считали, будто прекрасный пловец и богатырь сом, легко ловящий рыбу для своего пропитания, ест плывущих ему в рот лягушек, а потому, что, согласно верований истинных степняков, все сомы - дети Речного Бога, а питаться плотью Богов - грех. Но... русские стали есть сомов первыми, потом стали есть сомов казахи - и сомы вывелись. Ибо есть Богов и их пптомков не позволено даже человеку.

     344  Под этими псевдонимами скрывались ведущие поочередно утреннюю физзарядку для советских людей из Дома Радио в Москве, что расположен на улице Качалова, многие артисты с 1924 по 1991 год. Передача была очень популярна и просуществовала до самого негласного запрета советской власти, когда у государства Горбачева вдруг не оказалось средств на ее существование, как и на существование любимой всеми детской телепередачи "Спокойной ночи, малыши", отличной от возрожденной через 10 лет одноименной передачи тем, чтобы была она на редкость доброй и умной.

     345  Я помню время, когда в Южном Казахстане в арыки никто не только не мочился, как делают это сейчас, но никто даже не стирал в них белье. Да и грязную обувь люди мыли в стороне от проточной воды. Потому что из арыков брали воду для питья и стирки. И вода была в арыках такой чистой, что в берегах прятались в норах рыбы маринки и огромные зеленые раки. Но все это в прошлом. Теперь в арыках никто не живет, множество арыков засыпано мусором и всякой дрянью, мирабы, следящие за порядком ирригационных систем внутри городов и сел, исчезли, а если где вода где еще и течет по казахстанским каналам и рекам, то она грязная и вонючая.

     346  Термин, означающий бранное отношение народа к представителям праворядка (устаревш.).

     347  Дабир - писарь, писец, ярыга (древнетюркск.).

     348  Умерший от дизентерии владетель одного из самых больших и, пожалуй, самых многонаселенных государств того времени, падишах сей остался в памяти народной не своими подчас постыдными победами, а автобиографическим романом в стихах на тюркском языке "Бабур-наме" и несколькими стихами ностальгического характера, где сей воитель предстает перед читателем рефлексирующим, слабым и легким на слёзы человечком. Произведения Бабура стали очень популярны в среде гомосексуалистов Англии в 19 веке - и потому Бабур стал признан в Западной Европе великими поэтом.

     349  Ахриман - воплощение мирового Зла в зороастризме, наиболее ярко и доступно пониманию европейского человека описанный в книге Фирдоуси "Шах-наме".

     350  Подробней об этом термине читайте в социополитическом романе В. Куклина "Ишаки".

     351  Речь тут идет о фильмах 1960-х - 1980-х годов выпуска: "Знамя кузнеца", "Сказание о Рустаме", "Рустам и Сухраб", "Сказание о Сиявуше" режиссера Б. Кимягарова (бухарского еврея), в съемках которых наряду с таджиками принимали участие актеры и Казахстана, и Грузии, и Северного Кавказа. У интернационального коллектива получилось эпическое полотно настолько масштабное и одновременного глубокое по содержанию, что все американские блкбастеры с потугой на эпичность до сих пор бледнеют перед этим циклом таджикских картин. Именно потому эти фильмы после распада СССР практически не показывают по современному телевидению не только вместе, друг за другом, но и по отдельности. Среднестатический по художественны задачам и среднестатический по художественному воплощению амиериканский кинематограф не терпит художественно значимых конкурентов. Тем более, что Глолливуд являектся крупнейшим в мире отмывателем денег наркомафии (подробней яитайте в социополитическом романе: В. Куклин "Истинная власть", Москва - 2004 год).

     352  Я помню этот сад в 1982 году, когда был еще жив, но уже медленно умирал, Л. И. Брежнев, СССР воевал с крупнейшим в мире производителем наркотиков Афганистаном. Тогда облагороженный европейскими способами ухода за почвой Южный Казахстан жил летом так, что выглядел из космоса зеленым, - и главными сорняками здесь на полях, огородах и в садах были осот и... индийская конопля. Сад сей раньше состоял из 12 деревьев, и сорняков в нем было много, а вдоль арыков и каналов заросли конопли не позволяли добраться до воды. И только когда казахи вернулись к своему привычному способу ухода за землей, наркота убежала из Каскелена в пески. Боги Казахстана вздохнули спокойно - их земля перестала плодносить наркотиками. Что касается людей, то те, кто отвернулся от своих Богов, пользуется наркотой завезенной. И вымирает. Ибо быть беспощадными к человекам, отвернувшимся от своей земли, - это и есть единственный и непреложный закон всех Богов планеты Земля.

     353  Абай Кунанбаев - великий казахский поэт, мыслитель, первый переводчик А. Пушкина на казахский язык, прямой потомок Чингис-хана, сторонник сближения казахской и русской культур, казахсчкого и русского народов, остается до сих пор главным врагом казахских, тюркских и русских националистов.

     354  То есть когда отец Умурзака-аги устроил самый большой и самый богатый в истории Каскелена пир в 1937 году накануне своего ареста и на него явилась уйма народа, это в сознаниии старого учителя не означало "быть вместе в последний раз", а вот общая работа по латанию плотины именно таким событием в его памяти и осталась.

     355   Я, слушая Мухеке, подумал в тот момент, что и вправду следовало бы СНГ переименовать в СРОГ.

     356  Лох узколистый, мезоксерофильный полукустарник, фактически сорняк. Успешно используется в лесозащитных полосах, не поедается скотом.

     357  Старинная сказка тюрских народов, приписанная в советское время фольклористами за казахским народом, очень мудро обучающая слушающих ее детей тому, как надо бережно относиться к окружающей его природе.

     358  В настоящее время такими настырными утвердителями непреложности и величия своих законов, порядков, принципов и Богов стали США и Израиль, которые поучают все остальные народы, как им жить, а кто не соглашается с ними, тех уничтожают. И авангардом иэтих захватчиков Казахстана являются так называемые Свидетели Иеговы.

     359  Достоверность происхождения этого прохвоста из семьи Рашидовых подтверждается косвенными фактами. Иначе откуда бы он мог в то время иметь свободные средства и не работать (было ведь время активной борьбы советской власти с тунеядством, и каждый работоспособный человек был на учете), расходуя при этом довольно большие (по мнению селян) суммы на аренду, к примеру, четырехкомнатного дома, на покупку автомобиля "ЗиМ", дорогих подарком Е. Потемкиной, ставшей несколько лет спустя членшей алма-атинской секты Свидетели Иеговы вполне официально? Да и взятки участковому стоили немалых денег. Именно на купленном Р. Мырзагалиевым участке езмли со старой халупой умершего к тому времени Ахмета Исмаилова Свидетели Иеговы построили в 1969 году за полтора месяца свой молельный дом на неизвестно откуда взятые ими средства (в совокупности все их зарплаты и жалоанияя за год даже без вычетов налогов и алиментов были меньше сметной стоимости этого здания в 15 с половиной раз, а ведь они при этом и жили, то есть ели, пили, одевались, обувались не хуже остальных, а даже лучше, сами строились).

     360  Символично это как-то, точно таким ведь образом оказались, в конце концов, умерщвлены большинство бывших граждан СССР.

     361  На самом деле, отчество у Мырзагалиева было, но никто из каскеленцев не посчитал нужным упоминать его. Ведь отец не виноват в том. Что сын его - подонок.

     362  В сохранившемся заявлении М. Горбачева просьбу свою будущий лидер КПСС сформулировал так: "...желаю стать карающим мечом советского народа". Конечно, это обмолвка, но весьма характерная и даже предвосчхитившая выводы всех аналитиков деятельности Михаила Сергеевича.

     363  В тот раз шеф КГБ В.Семичастный, занятый подгтовкой к свержению Хрущева, посчитал ненужным брать в аппарат свой человека со стороны. Спустя 4 года мафия вторично предложила чекистам назначить М. Горбачева на должность начальника управления КГБ по Ставропольскому краю с присвоением ему генеральского звания, но Семичастный вновь отклонил эту кандидатуру, назвав Горбачева дураком. Еще спустя три года мафия выдвинула Горбачева на должность зама председателя КГБ СССР В. Андропова, но ставленник израильской разведки Мосад В. Андропов отклонил это предложение по той же причине, сказав: "Дураки нам в Политбюро нужнее".

     364  Аркадий Самуилович Покровский (Алик) погиб при невыясненных обстоятельствах на станции Тихорецкая Краснодарского края в 1969 году вскоре после написания им "клеветнического письма" В. Андропову о протвоправной деятельности четы Горбачевых и их свзях с западногерманской разведкой БНД.

     365  В репортажах из дворца имени В. Ленина, опубликованных по линии Каз-ТАГа во всех газетах Казахской ССР, выкрик про Сталина был заменен на: "Да здравствует великая дружба казахского и казацкого народов!" На журфаке КазГУ много лет после этого преподаватели объясняли студентам, что в этом случае следовало писать: "... казахского и казачьего народов".

     366  Как следует из воспоминаний известного алма-атинского ювелира И. Гершензона, изданных в Тель-Авиве в 1989 году, чета Горбачевых вывезла из столицы Казахстана ювелирных изделий на общую сумму в 2, 3 миллиона раннехрущевских рублей, то есть в 2012 году равных 25-38 миллионам долларов.

     367  Казахстанский писатель-натуралист М. Зверев написал более 120 книг, изданных несколькими миллионами экземпляров, и был певцом казахстанской природы. Ныне практически забыт в Казахстане.

     368  Носач, или кахау из семейства приматов подсемейства тонкотелых обезьян, обитает на острове Борнео, очень обаятельные животные. Пара их куплена была М. Зверевым для Алма-Атинского зоопарка на собственные деньги, полученные от гонорара за двухтомник прозы, и с помощью дипломатических работников МВД СССР. В 2002 году этих обезьян в этом зоопарке автор этих строк не встретил.

     369  В те годы летняя форма у казахстанских милиционеров была и впрямь белой и со стоячим, застегнутым на две желтые пуговички с гербом СССР воротником. Животы им стягивали широкие ремни с желтыми бляхами, а брюки-галифе были темно-синими с голубым тонким кантом, проршитым в строку. И все это запаковывалось в ярко вычищенные сапоги. Если учесть и белый верх фуражки, красный с золотой кокардой кант ее, то можно только удивляться, как это мальчишки не сразу завидели "дядю милиционера". Впрочем, милицию в те годы народ еще уважал и не боялся.

     370  Звание президента СССР было присвоено М. Горбачевым самовольно с помощью собранной им банды народных депутатов Верховного Совета СССР в нарушении Конституции СССР, то есть сугубо волюнтаристским способом, сугубо по-хрущевски и наплевав на мнение советского народа.

     371  Анчутка - бес в древнеславянской мифологии, впоследствии ставший зваться чертенком. В детские годы кличку эту носил М. Горбачев, так его в селе и называли - Анчутка, под этой кличкой он числился и в стукачах НКВД, а потом и КГБ, так звали его и во время руководства им комсомолькой организацией МГУ, да и в партийно-хозяйственных кругах Ставропольского и Краснодарского краёв его так называли до тех пор, пока не приклеилась ему кличка Жопик и Банщик. (Подробнее читайте в романе В. Кулина "Истинная власть").

     372  К сожалению, пришлось использовать тут в прямой речи персонажей слово, не утвержденное русской грамматикой в качестве литературного. Но, как говорится, из песни слов не выкинешь. Каскеленцы говорили это тогда именно так, именно этим глаголом, пересказывая мне эту историю, опредлеляли поступок Куана, да и Бауржан, первым рассказавший мне о том, как он лично видел этого самого новоявленного президента страны, говорил так: "Куан обосрал Горбачева".

     373  Аэд - профессиональный сказитель (древнегреческ.), аналог казахского акына.

     374  Еще одно извинение автора перед читателем за неприличное слово в тексте. Но раз можно каскеленцам использовать его в отношении обосранного М. Горбачева, то почему бы не попробовать сказать так честно, открыто, так демократично и так точно мне. Иначе, какая она демократия? Демократия - это когда можно всем и всё, когда ничего запретного, никаких табу нет, всё разрешено и всё доступно, когда развращены и писатели, читатели, а не только руководители государств.

     375  Как в РФ, где изменившие присяге и никогда не защищавшие Родины генералы уверенно заявляют, что это именно они лично остановили полчища Гитлера под Москвой и водрузили знамя (утаивая, что красное) над Рейхстагом, разбили Наполеона и завоевали для русских царей Среднюю Азию, так и в Италии сейчас говорят, что это они достигли в своих легионах Кавказа и Египта, склонили голову Клеопатре и перебили всех ручных слонов Карфагена.

     376  Может, потому, что во главе страны встал лично видевший в молодые годы Куана уроженец соседней Каскелену станции Шамалган Нурсултан Назарбаев? Других объяснений того факта, что Республика Казахстан сумела преодолеть все доступные суверенной стране кризисы без людлской крови, нет.

     377  Пресноводная рыба семейства карповых, считается, что обитает она только в высокогорных реках Тянь-Шаня, отстоящих от горы Жамбыл (Шамбала) на 500 с лишним километров. Тотем одного из древних родов Великой степи.

     378  Вот тут-то становится ясно, что такое на самом деле геноцид, понятие, которым так любят спекулировать в политиканских целях представители множества сущих на земле националистов. На самом деле, геноцид - это тотально истребление целого сообщества (национальной или религиозной, к примеру), а в природе - отдельного вида или породы (алма-атинского апорта, к прмиеру, или дюгоня, стеллеровой коровы, да и полное истребление американцами индейцев племени сиу - это геноцид). А массовое уничожение древникми персами древних евреев, недавними немцами - евреев или турками - армян, высылка Сталиным шести потенциально опысных для существования содружества 149 наций национальных меньшинств - это не геноцид, это - злодеяния, репрессии, которые на самом деле не привели к исчезновению этих наций и исчезновению генофонда их с планеты. Да и ослы бухарской породы хоть и сократились к настоящему времени в численности в тысячи раз в сравнении с переписью 1959 года, но все-таки окончательно не исчезли в Казахстане. Там, где не доступен по цене бензин и слишком дороги для кармана декханина мотоциклы с кузовами, ишаки до сих пор служат людям честно и добросовестно.

     379  Обиды в этом сравнении не может быть никакой. Чингис-хан и Гитлер захватили власть над униженными и оскорбленными народами, фактически лишенными даже намека на возможно объединяющую их идю и находящиеся в экономической пропасти, но сумели вдохновить монгол и немцев на завоевательные походы с идеей исключительности этих народоа и мыслью, что весь мир будет принадлежать монглоам либо арийцам. Чнгис-хан и Гитлер заставили воинов поверить, что быть великими это - хорошо, и начали стремительные военные походы, разрушающие цивилизации во имя мечты о том, что новая цивилизация на базе этой разрухи будет построена такой, что блеском своим зщатмит все предыдущие цивилизации. Отличие их государств от государства Ленина-Сталина заключалось в том, что СССР был занят исключительно созидактельной деятельностью - и в случае войны лишь защищался от многочисленных агрессоров. А как только интернациональная страна, спустя десять лет после нападения на Чехословакию, напала в 1919 году и на Афганистан, так сразу оказалось, что она уже не интернационалистическая и обречена на самоуничтожение.

     380  Реакция множества читателей романа "Ишаки" подтверждает это заявление.

     381  Практика в России осталась та же - Р. Хазбулатов, будучи главой депутатского корпуса при Ельцине, стал членом корреспондентом Академии Наук России по принципу "гонорис кауза" - и остался оным после расстрела Ельицным Верховного Совета РСФСР из танков, то есть "получил отсупные" от криминальной власти. И это - обычная практика в ккапиталистическом мире. Неудивительно, что Куан мог бы соревноваться в испытании уровня интеллектов с академиками, по мнению каскеленцев.

     382  Именно этим как раз-таки и подтвердив выдвинутый мною в годы ссылки (1979-1989гг) мысль о том, что после смерти И. Сталина КПСС превратилась в преступную организацию и что именно из ее недр появится будущий могильщик принципа социалистического гссударственного строительства..

     383  Сей генерал носил звание "боевого" от перестройки и до самой своей нелепой смерти, хотя на самом деле ни в одном из боев он никогда не участвовал, ни одной боевой операцией не руководил. Просто дважды изменивший присяге директор военно-десантного училища нужен был банде Ельцина с имиджем боевого. А то - президенгт - и без карманного генерала. Это - непорядок. С по-настоящему боевым-то генералом чеченцы бы мира не подпсиали для России позорного. А с Лебедем подписали. И поставили Россию на колени.

     384  Интересно, что все эти кабинетные стратеги и тактики всех военных Академий мира не могут решить ту проблему, что решил касекеленский осел - как спасти от физического уничтоженгия военщиной новобранцев? Ведь надо признать, что до тех пор, пока в армию брали лишь достойных служению Родине людей, а при Хрущеве вдруг было дано разрешение призывать даже урок, дедовщины в рядах Советской Армии не было. Законы тюремной камеры, привнесенные в армию-победительницу Гитлера, оказались сильнее всего офицерского состава и состоящих при них замполитов (а теперь - священников четырех конфессий). И произошло это потому, что уголовники - в отличие от работников от идеологии в армии - не лгут, вынуждают призванных на службу подростков либо выживать, либо ломаться, и работу по ломке характеров взваливают на уже сломавшихся старослужащих. Поэтому во всех СНГ дедовщина процветает и посегодня. Хотя в перестройку офицерьё и орало: не будет советской власти и замполитов - в армии будет порядок. Слом любой системы, любой машины и тем более государственной и армейской, лишенных человеческого начала, всегда оборачивается катастрофой. Генералы этого не понимают. Генеральные секретари - тоже. А как не понимают этого генреральские зятья! - это уже отдельная тема.

     385  Характерно, что в те времена государственные Указы и законы публиковались одновременно во всех СМИ без исключения и одновременно, потому не прочитавших в то утро такой жизнено важный для любого селянина закон не было в СССР.

     386  Сказался опыт 1930-го года, когда закон Сталина о коллективизации колхозники поняли буквально, ка приказ объединять свои хозхяйства вопреки воле и желанию своих - и под нож пошли миллионы голов скота, что, в конечном счете, привело в совокупности с неуражаем 1933 года, к голодовке в ряде районов СССР, в том числе и в лишенном в ту пору пахотных земель Казахстане. Остановила тогда людское каинство статья Сталина "Головокружение от успехов", а вот от Хрущева такого выступления так никто и не дождался. Все это заставляет сейчас подозревать, что Указ Хрущева о внезапном и необъяснимом увеличении налогов на сельхозпроизводство был заранее запрограммирован ближайшим окружением Никиты Сергеевича, заинтересованным в уничтожении советской власти и в захвате оной в свои руки и в руки своих детей. Достаточно обратить внимание на то, что сразу после ельцинского государственного переворота практически все руководящие должности в Кремле заняли потомки прислуги Сталинского и Хрущевского Политбюро.

     387  Но самое интересное, подорожали почему-то даже семечки, ибо именно тогда стали появляться стаканы с излишне толстым дном. И тут надо отметить, что стоимость стакана семечек весь 20 век была главным свидетельством и практическим доказательством девальвации советского рубля. Парпадокс это не изучен был ни одним из выдающихся экономистов мира, в том числе и Нобелевскими лауреатами, которые ипосыпались, как черти из-под печки, после смерти Куана только для того, чтобы постоянно доказывать несостоятельность плановой экономики и социалистического способа хозяйствования, защищая принцип необходимости грабежа народов и эксплуатации человека человеком. Других лауреатов Нобелевской премии в области экономики до сих пор не было.

     388  В переводе на русский язык вся теория З. Фрейда вкратце сводится к одной из русских поговорок: "скотина - она скотина и сеть".

     389  У Айши-апы сохранился корешок квитанции об этой уплате с припиской, что "в связи с безвременной кончиной ишака белого (одна штука) совхоз обязуется вернуть владельцу данного ишака деньги за непрожитый год в количестве 5 рублей 00 копеек". Только вот вернули те деньги или нет, Айша-апа не помнила.

     390  Возразить этому выводу могут лишь ослы. Но кто и когда их слушает?

     391  Дно ручья и впрямь успыано свидетельствами поклонения ему людей от эпохи неолита, оставленными ими каменными и костяными наконечниками стрел, медными и золотыми монетами древнекитайских империй и древнетюрскских каганатов, женских ювелирных украшений времен чингизидов и тимуридов, серебром и никелем монет русского и азиатского происхождений 19-20 веков.

     392  Валерий Викторович Рюмин (16 августа 1939, Комсомольск-на-Амуре) - советский космонавт - бортинженер космических кораблей (КК) "Союз-25", "Союз-32" ("Союз-34") "Союз-35" ("Союз-37") и орбитальной станции (ОС) "Салют-6", лётчик-космонавт СССР № 41, лётчик СССР, дважды Герой Советского Союза.

     393  Свидетельствами того, что казахским народом в 20 веке почитался Владимир Ильич Ленин Богом, можно считать не только великое множество задокументированных историй, сказок и других фольклорных произведений, не только написанные в советское время пьесы и проза, но и тот факт, что в селе Мерке в 1919 году (то есть при жизни В. Ленина) был сооружен первый в мире памятник "вождю мирового пролетариата", хотя до этого традиций ставить памятников у казахов не было, а сразу после смерти Владимира Ильича буквально весь Казахстан оснастился памятниками Ленину в течение трех-пяти лет. Портреты Ленина висели на видных местах в юртах казахов, затем в домах их на видном месте, рядом с фотографиями предков и до Великой Отечественной войны, и во время нее, и после ее окончания. До сих пор, спустя двадцать лет после того, как распался Советский Союз, в Казакхстане остаются и колхозы имени Ленина, и стоят ежевесенне ремонтируемые памятники ему с протянутой вперед рукой, указующей путь к Коммунизму.

     394  Одной из академических версий причины наименования некого абстрактного врага древней Руси Идолищем поганым некоторые из исследователей древнерусского фольклора и старинных былин называют наличие аналога статуи Золотого быка древних иудеев в чертогах главного врага Ильи Муромца, Добрыни Никитича, Алеши Поповича и других символических богатырей времен правления Киевом великим князем Владимиром Красное солнышко кочевников-хазар, исповедовавших иудейскую религию и совершающих бечисленные набеги на оседлые поселения славян. Воевали хазары и с тюрками, предками казахов. Но после разгрома их князем Святославом хазары лишились государственности и слились с окружавшими в то время их территорию расселения народами: с ногайцами, славянами, булгарами, с народами, населяющими современные Северный Кавказ и Азербайджан.

     395  Достаточно вспомнить ранее тут упомянутые события "Желтоксан" в декабре 1986 года и попытку устроить чечненцами межнациональную резню на плато Устюрт в 1987 году, чтобы признать Казахстан зачинщиком межнациональной свары на территории СССР в годы правления страной М. Горбачевым и понять, перед какой страшной проблемой стоял Н.nbsp;Назарбаев в начале своего правления Казахстаном.

     396  Кому-то покажется сейчас странным, но незадолго до "августовского путча ГКЧП" в Москве 1991 года Верховный Совет СССР вполне откровенно и открыто предлагал Н.nbsp;Назарбаеву занять место М. Горбачева и стать во главе СССР, спасти страну от гибели. Во всяком случае, участвовавший в этом преокте депутат от Украины в ВС СССР А. Челышев рассказывал мне об этом именно так.




© Валерий Куклин, 2012-2022.
© Сетевая Словесность, публикация, 2012-2022.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
"Полёт разборов", серия 70 / Часть 1. Софья Дубровская [Литературно-критический проект "Полёт разборов". Стихи Софьи Дубровской рецензируют Ирина Машинская, Юлия Подлубнова, Валерий Шубинский, Данила Давыдов...] Савелий Немцев: Поэтическое королевство Сиам: от манифеста до "Четвёртой стражи" [К выходу второго сборника краснодарских (и не только) поэтов, именующих себя рубежниками, "Четвёртая стража" (Ridero, 2021).] Елена Севрюгина: Лететь за потерянной стаей наверх (о некоторых стихотворениях Кристины Крюковой) [Многие ли современные поэты стремятся не идти в ногу со временем, чтобы быть этим временем востребованным, а сохранить оригинальность звучания собственного...] Юрий Макашёв: Доминанта [вот тебе матерь - источник добра, / пыльная улица детства, / вот тебе дом, братовья и сестра, / гладь дождевая - смотреться...] Юрий Тубольцев: Все повторяется [Вася с подружкой ещё никогда не целовался. Вася ждал начала близости. Не знал, как к ней подступиться. Они сфотографировались на фоне расписанных художником...] Юрий Гладкевич (Юрий Беридзе): К идущим мимо [...но отчего же так дышится мне, / словно я с осенью сроден вполне, / словно настолько похожи мы с нею, / что я невольно и сам осенею...] Кристина Крюкова: Прогулки с Вертумном [Мой опыт - тиран мой - хранилище, ларчик, капкан, / В нём собрано всё, чем Создатель питал меня прежде. / И я поневоле теперь продавец-шарлатан, / ...] Роман Иноземцев: Асимптоты [Что ты там делаешь в вашей сплошной грязи? / Властным безумием втопчут - и кто заметит? / Умные люди уходят из-под грозы, / Я поднимаю Россию, и...]
Словесность