Словесность

[ Оглавление ]





КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ


   
П
О
И
С
К

Словесность




"БУДЕТ ВЕСЕЛО"

О книге Александра Цыпкина "Женщины непреклонного возраста и др. беспринцЫпные рассказы"


Замечательный Евгений Рейн написал: "Мне скучно без Довлатова". Думаю, что с ним солидарны миллионы читателей, любящих и ценящих талантливую прозу Сергея Довлатова, даже если они, в отличие от Евгения Борисовича, не имели счастья личного общения с остроумнейшим и оригинальным автором "Чемодана", "Заповедника", "Соло на ундервуде" и других незабываемых и неповторимых повестей и рассказов. Невозможно повторить стиль и талант, но попробовать продолжить традицию, реализовать себя в литературном творчестве, вкладывая в него собственное дарование, ощущение, манеру - почему нет? Так думают, если не миллионы, то сотни тысяч, и пишут, пишут, и потому скоро число пишущих вполне может сравняться с числом читающих, и, всё же... Как сказал когда-то неистовый критик Виссарион Белинский, "У настоящего таланта каждый тип для читателя есть знакомый незнакомец". О знакомых незнакомцах пишет талантливый (можно смело сказать модный) питерский писатель Александр Цыпкин, в каком-то смысле продолжающий стиль и интонации довлатовской прозы. И потому поклонникам этой прозы, возможно, ещё по-прежнему скучно, но уже в меньшей степени. Ибо есть, что почитать. И чтение это увлекательное, а автор полон остроумия, веселости и обаятельной жизнерадостности, в которой, тем не менее, отчетливы интонации философской грусти, что, само по себе, достоинство и немаловажное. Не зря рассказы Цыпкина читают со сцены такие известные артисты, как Константин Хабенский и Данила Козловский. Таланты обладают свойством взаимного притяжения (иногда наоборот - отталкивания). Слушать рассказы в таком исполнении, конечно, чудесно. Но читать - это наслаждение, которое заменить ничем невозможно. И тут уместно вспомнить любимого всеми нами Довлатова, который чтение приравнивал к литературной работе:

"Ни одной минуты жизни не стану тратить на починку фановой трубы или утюга, потому что у меня полно литературных дел, и чтение - это тоже мое литературное дело!"

Книгу Александра Цыпкина "Женщины непреклонного возраста и др. беспринцЫпные рассказы" я начинал читать с осторожностью и некой предвзятостью. Уж больно много восторженных отзывов я услышал, и это рождало упрямое желание оценивать "от противного" (противное желание). Но оно быстро прошло по мере чтения и наслаждения прочитанным. На мой взгляд, это хорошая, стильная проза, отражающая и современные реалии жизни, и блестящее умение наблюдательного автора, заметив их, преобразовать в небольшие и увлекательные произведения искусства, ироничные, оригинальные, иногда пикантные, а иногда, как принято нынче говорить, "прикольные". О чем эта книга? Мне понравилось, как на этот вопрос ответил мой знакомый: "О жизни". Коротко и ясно. И, главное, точно. О жизни, в которой, к примеру, случаются ситуации, проявляющие характер героини, очень точно названной Кимченырой:

"...моя подруга - живое воплощение классического афоризма: "В нашем доме все решает папа, а кто папа - решает мама". Причем муж ее отнюдь не коала, но все равно в правах ограничен. А вот дети (по-моему, 13 и 16) - так те совсем строевые, дышат по расписанию. При этом Ира, разумеется, считает себя мягким человеком с прекрасным характером и очень обижается, когда ее называют Кимченыра... В восемь вечера Ира в обществе коньяка вернулась с работы домой. Шесть тревожных глаз встретили ее в прихожей. Шесть дрожащих рук пытались помочь снять пальто. По-мужски себя вела только кошка Дуня. Ее единственную и наградили теплым взглядом и хоть каким-то словом. Далее без предварительных ласк состоялся суд. Ира, по старой российской традиции, одновременно выступала в роли прокурора, судьи, адвоката, следователя, свидетеля и палача. Дуня - секретарь суда. Муж, сын и сын - обвиняемые. В начале разбирательства мать сообщила об абсолютной бессмысленности существования всех троих мужчин в ЕЕ доме. Все тянет она, никто ни хрена не делает и ни о чем не думает. Все абсолютные эгоисты и беспомощные бездельники. Кстати, Ирин муж - врач с именем и совсем не бедствует. Но это так, для справки".



Уэльбек не зря сказал, что "жизнь без чтения опасна: человек вынужден окунаться в реальность, что рискованно. А примирить с несуразностью окружающей жизни может помочь чтение хорошей книги". Думаю, он прав. Примиряет. Особенно, когда книга написана так ярко и остроумно, что талант рассказчика действительно помогает не только отвлечься от невеселых мыслей, но и поверить в небеспросветность существования.

"По натуре мой друг аферист, причем очень талантливый, но приличные еврейские родители приделали к его голове радиатор и регулярно заливают туда тосол. В результате охлаждения мозгов аферы у парня получаются не очень опасные, а в свободное от обувания доверчивых граждан время он даже сделал неплохую для двадцати четырех лет карьеру в медийной отрасли. Зовут героя Яша Кац, и фамилия вытатуирована на его физиономии как принадлежность к КГБ на лике сами знаете кого...

...Обалдевший от скорости происходящих событий всеобщий племянник примчал в Москву, нашел замаскированное под тюрьму здание "отличного места для своих", сделал шаг в будущее, но уперся в проходную. Для проникновения в здание требовался паспорт, сдача норм ГТО, флюорография и справка из психдиспансера. Яша справился. Коридоры, заключенные, вольноотпущенные, коридоры, приемная. Секретарша, бравшая Зимний, недоверчиво посмотрела на Яшу и без приветствий клацнула:

- Кац?

- Да.

- Ждите.

Яше не давала покоя мысль: "Если у Моисея Хаймовича такие "свои", интересно - какие "чужие"?" Секретарша подняла трубку, перенастроила голос и излилась медом:

- Николай Кузьмич, к вам Кац, - и тут же другой голос изнутри одушевленного шлагбаума прошипел: - Заходите".

Судя по цитатам, можно подумать, что книга - сборник юмористических рассказов для чтения с эстрады. На мой взгляд, это будет ошибочное мнение. Рассказы разные, не обязательно смешные, но обязательно любопытные. Даже своей географией, которая обозначена в книге своеобразными разделами, где "Код петербуржца" сменяется "Рассказами израильских таксистов о любви", а те - рассуждениями о том, что и как "made in Москва" и неутешительными впечатлениями от путешествия по Волге. Отдельно радуют орган зрения и чувство юмора цитаты из Твиттера. Но есть и короткая повесть "Томатный сок", возможно, главная часть книги, пронзительная и трогательная, даже с учётом наличия традиционных для автора смешных абзацев. Повесть о быстротечности жизни, в которой важно успеть всё сделать вовремя, в том числе проявить любовь и заботу. Особенно, если это касается близких сердцу родственников и друзей.

"Час беседы с Лидией Львовной заменял год в университете с точки зрения знаний энциклопедических и был бесценен с точки зрения знания жизни. Чувство собственного достоинства соперничало в ней лишь с тяжестью характера и беспощадностью сарказма. Цитатник этой женщины можно было бы издавать, но мы, болваны, запомнили не так много: "Докторская диссертация в голове не дает право женщине эту голову не мыть". Мы с Семеном соглашались. "Деньги полезны в старости и вредны в юности". Мы с Семеном не соглашались..."

Не знаю, как Семен, а я согласен, что и в юности, и в старости чтение хороших книг одинаково полезно и приятно. Для настроения - точно. А может, и для здоровья, ведь добрая улыбка омолаживает организм, а заодно повышает иммунитет, пусть не от гриппа, но от глупости и равнодушия - бесспорно. Вполне естественно, что прочитанным хочется поделиться с друзьями и знакомыми. Чтобы и у них настроение стало чуть лучше. Делюсь короткими зарисовками из книги А.Цыпкина:

Врач

- А изнутри вы мне нравитесь гораздо больше, чем снаружи. Скажите, а вы свечами пользовались?

- Только в церкви...

- Продолжайте, но добавим с диклофенаком.


Стерли

Модное место. Лифт. Еду. Гламурные девушки улыбаются. Спрашиваю:

- Какое здесь ближайшее метро?

Физически ощутил свое исчезновение из их реальности.

В отличие от гламурных девушек, мы оставляем в памяти и автора, и его книгу, которая завершается весёлым и одновременно грустным рассказом о любопытном круизе по Волге, где, кажется, время замерло, не ощутив разительных перемен последних десятилетий.

В Рыбинске экскурсовод сообщил, что мы едем смотреть памятник "Ленин в Зимнем". В нашей группе у многих разыгралось воображение: как же выглядит такой монумент в Рыбинске? Автобус остановился, мы вышли и увидели... обычного Ильича в зимней шапке и в пальто с воротником. Браво, рыбинцы!

Из высказываний руководителя круиза

"Завтра мы поедем в деревню N. На экскурсию. Можете не брать еду с собой, там угостят топленым молоком и солеными огурцами. Будет весело".

Будет весело! Это ключевые слова, описывающие настроение, которое возникает при чтении книги Александра Цыпкина. И это хорошо, потому что невесёлых ощущений в жизни и так больше, чем надо. И потому рекомендую для чтения. ПринцЫпиально.




© Владимир Спектор, 2019-2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2019-2026.
Орфография и пунктуация авторские.





НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Екатерина Вольховская. Львиная доля. Рассказы. [Есть такие совершенные создания, которым всё идёт и всё прощается. Их любят абсолютно все женщины и большинство мужчин...] Владимир Алейников. Сокольники. Эссе. [И погода была – хорошей, и нисколько не уставала все красоты поры осенней, вместе с явными чудесами, нам, друзьям, собравшимся вместе, здесь, на воле...] Надежда Гамильнот. Бунт как искусство (О книге Анны Горенко "Королевская шкура шмеля"). Рецензия. [О новой книге из мемориальной серии "Уйти. Остаться. Жить", посвящённой поэтам, ушедшим молодыми во второй половине XX - начале XXI веков.] Евгений Толмачёв. "Пора дать писателю официальный социальный статус". [Интервью с поэтом, прозаиком и публицистом Станиславом Минаковым. / С писателем мы поговорили о блеске и недугах современной русской...] Сергей Сутулов-Катеринич. 17 мгновений войны. Асимметричный цикл стихотворений. [Любая бойня – мимо воли Божьей: / Помимо, но во имя сатаны. / Прапрадед правнучонка уничтожит – / Мальчонку, не пришедшего с войны...] Алексей Григорьев. Не далее как в этом январе. [бублики, бараночки, конфеточки, / водочка, водичка, колбаса. / были мы смешливыми поэтами, / стали мы (ненужное – вписать)...] Михаил Ковсан. Радость большая. Рассказ. [А у соседей снизу радость большая. Не веселье, конечно, и тем не менее. Груз с плеч. Камень с души. Не сравнивая, что очень понятно, но груза кусок,...] Татьяна Горохова. Донкихоты духа. Эссе. [О Володе Курдюкове и его сыне Никите Кникта. / Владимир Курдюков – художник, который всю свою жизнь посвятил искусству, очень много работал:...] Юлия Великанова. Книга, пугающая с пользой (О романе Эдуарда Резника "Мой маленький Джей"). Рецензия. [Ещё одно понятие сейчас добавилось в нашу реальность – коллективное исцеление психики. Свою лепту роман в это наиважнейшее дело вносит.] Литературные хроники: Антон Ровнер. Пять поэтов, хороших и разных. [18 серия цикла "Вечер авторов хороших и разных" в Культурном центре академика Д.С.Лихачёва в рамках арт-проекта "Бегемот Внутри".] Марина Намис. Травяные наречия. [Ночь пока вселяется в нас, / пока / я снимаю азбуку с языка, / вьюга снежным кругом обводит дом, / говори на белом, на небылом...] Евгений Степанов. Будь что будет. [Я жил без пустословья. / Любовь текла по венам. / А то, что не любовь, – я / Считал второстепенным.]
Словесность