|
МЕТРИЧЕСКАЯ СИСТЕМА МЕР
Французский метр завоевывал европейский
континент, не пощадив даже Британии с ее пинтой. Альберт Эйнштейн к тому времени
еще не родился, и поэтому некому было образумить французов и сказать, что
результат измерения зависит не от размеров измеряемого объекта, а от от
намерений измеряющего субъекта . Сократ же к тому времени уже умер, успев только
сказать, что человек есть мера всех вещей, но не сказав самого главного -
как укладывать человека при измерении вещей: вдоль вещи или поперек. Люди
того времени были очень конкретны, и метр представлялся им не абстрактной
единицей измерения, а шершавым деревянным бруском с делениями, нанесенными
химическим карандашом. Простой польский крестьянин и вовсе не мог представить
себе метр, ибо его душа состояла всего приблизительно из тридцати сантиметров
- тридцати неструганых занозистых брусочков, большая часть которых была
привязана к дому и к натуральному хозяйству. И только два, пусть еще нескладных,
суковатых метра величественной души польского ученого Николая Коперника
располагались на крыше в любую погоду, где он разглядывал солнце, луну, звезды и
другие небесные тела в примитивный телескоп, построенный из дождевой трубы и
бычьего плавательного пузыря. Он думал о прошлом, настоящем и будущем, о том,
что настоящее - это всего лишь место, где будущее затаптывает следы
прошлого, и от этого пыль поднимается столбом и заслоняет небесные тела от
взоров ученых. В это самое время другие ученые роются в этой пыли, выкапывают
окаменевшие кости доисторических рептилий и по ним точно восстанавливают место,
время и детали исторических событий, таких как распятие Христа, взятие Бастилии
и Трафальгарская битва. Другие ученые выкапывают нехитрую утварь прошлых
столетий, такую как золотые украшения, гробницы, мумии, скафандры пришельцев,
ковбойскую шляпу Мономаха, фрески, свернутые в пыльные рулоны, и многое, многое
другое. Коперник вспомнил, что так и не побывал на докладе группы археологов,
нашедших прекрасно сохранившуюся противотанковую мину. Доклад не состоялся в
связи с тем, что ученые не смогли сохранить бесценный экспонат. Стоя на крыше,
Коперник поеживался от холода и утешал себя тем, что ему не так жарко как
коллеге Джордано Бруно. В то время как одни ученые по костям и черепкам пытались
восстановить прошлое, а политики - склеить его с настоящим, Коперник
вычислял по траекториям небесных светил будущее планеты Земля, и ничего хорошего
в этом будущем не находил, что впрочем, совпадало с исследованиями археологов,
согласно которым от древних рептилий остались одни лишь окаменевшие кости, от
Трои - золотые украшения, от Помпеи - пепел, а от многого чего
другого и вовсе ничего не осталось. Все это доказывало, что французы изобрели
свой метр в высшей степени зря, потому что что им не меряй, все равно оно от
этого никак прочнее не станет и дольше на Земле не продержится. Впрочем,
французы всегда были вздорными людьми, не в пример англичанам, которые изобрели
пинту не по вздору и не по праздности, а по здравомыслию, потому что надобно же
человеку знать, сколько ему положено выпить, чтобы не думать о мрачных
перспективах и ждать своего конца весело, с удовольствием, ну и не без пользы,
конечно.
© Александр Шленский, 1999-2026.
© Сетевая Словесность, 1999-2026.
| НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" |
|
 |
| Борис Бюргер. Айфон. Петербургская повесть. [...А где-то через полгода по Юго-Западу поползли очень странные слухи: якобы некий плюгавенький клерк (ростом, правда, в три метра) отбирает у...] Вахтанг Чантурия. Двери открываются. Рассказ. [Поезд дальше не пойдёт, ибо мир кишит змеями в самых разных обличиях их...] Лев Ревуцкий. Ещё раз о женской любви и коварстве, или почти реальная история Дульсинеи из Тобосо. Рассказ. [...история их любви, как и история Ромео и Джульетты, Орфея и Эвридики, Тристана и Изольды, навсегда войдёт в историю.] Ингвар Коротков. Соевая конфета в красивом фантике (О премии "Слово"). Статья. [Давайте посмотрим, кого же выбрали нам эксперты – мэтры поэтического слова – во втором сезоне "Слова". И какие поэты олицетворяют для нас, читателей,...] Наталья Перстнёва. Медленный город. [Будет дождь, будет ливень с июньской грозой, /
Хлынут реки, исчезнут дороги. /
Мы пойдём по реке, мы вернёмся домой /
По воде, как последние...] Георгий Чернобровкин. Горсть времени. [О, если б только знать, как дышится легко, /
когда вслед немоте встаёт за солнцем слово /
и льётся облаков парное молоко /
над родиной, и свет,...] Елизавета Григ. Счастье улицы Эйнштейна. Рассказ. [Есть такие двери, что остаются под замком всю жизнь. Одну я неожиданно открыла, решив перейти улицу, и застряла на дороге...] Яков Каунатор. Реинкарнация (Борис Рыжий). Эссе. [О жизни, времени и творчестве Бориса Рыжего - эссе из цикла "Пророков нет в отечестве своём...".] Борис Кутенков. Об одном стихотворении Александра Куликова. Статья. [Нехитрое и даже традиционное по форме, оно даёт повод для рефлексии на разные темы: и об интертексте – давно волнующей нас проблеме реминисцентного...] Владимир Буев. "Я им не какой-то недоумок деревенский. Всех их обману!". Рецензия на книгу Евгения Попова и Михаила Гундарина "Василий Макарович". [Сам бог велел по поводу книги Попова и Гундарина отписаться, что я и сделал (в этом месте можно улыбнуться).] Евгения Ушенина. Святому Франциску. [я говорю: /
в этой земной глуши не стой у меня за спиной /
давай лицом к лицу когда не просят за себя /
а перечисляют всех даже тех кто не...] Анна Стрельникова. Пурпур ночной. [внутри поэта подклад из кренделей /
с присыпкой из стекла перебитого: /
одна строка насильно милует /
другая вышивает на погребах кресты] |
| X | Титульная страница
Публикации: | Специальные проекты:Авторские проекты: |
|
