|
Лиха беда начало
Воробьиная ночь
Приближалась ночь, а грозы все не
было. Темнота и духота объединились против нас и
сдавили узкие коридоры больницы. Свет потушили
везде, и только столик сестры был слабо освещен,
как островок спасения. Я бродил в темноте, среди
стонов и тяжкого дыхания. Здесь люди умирали от
рака, и я, молодой и здоровый, каждый день умирал
вместе с ними. Я представлял себе раньше жизнь
как борьбу, и в конце - славную смерть, а здесь
увидел, какое грязное и унизительное дело -
умирание. Чем я лучше их, и внутри у меня все
также, кровь и зловоние, и все так хрупко и
непрочно, что страшно двигаться, есть, пить,
дышать, страшно за сердце, которое чудом каким-то
приведено в движение и беспрерывно бьется... и за
любое место в теле, которое может внезапно
взбунтоваться и стать безобразной язвой или
наростом, разрушающим все вокруг... Как можно
жить?.. Моя вера в устойчивость жизни была
поколеблена.
Белый халат был виден из палаты, и
меня окликнул кто-то. Звала старуха, которая
лежала у двери. "Молодой человек, помогите
подняться повыше..." Она почти ничего не весила и
неизвестно, как еще жила. Теперь она почти сидела
и смотрела в окно. Я спросил, нужно ли ей
что-нибудь еще. "Если переживу эту ночь, то и день
проживу... Дышать нечем, а грозы нет и не будет.
Смотрите туда..." Я посмотрел в окно. На горизонте
вспыхивали и гасли огни, судорожно разгорались -
и гасли снова, а над нами простерлось огромное
черное небо. "Это воробьиная ночь, - она
сказала. - В такую вот ночь пришли и увели моего
мужа. Он сказал мне - живи, только живи... Я
жила, сколько могла, еще сорок лет..." Я
поправил постель и почувствовал, как ее пальцы
держатся за край одеяла - мертвой хваткой. "Я
жила, - она повторила,- а теперь такая же ночь. Вы
молодой, живите долго, живите..."
Меня позвала сестра и я ушел в
другую палату. Утром старуха спала, и днем тоже, а
вечером тихо умерла во сне. Я был рад, что она
умерла легко, не сознавая этого. Хорошо бы так
умереть, когда придет время, и, может быть,
сказать кому-нибудь: "Живите, только живите..."
Оглавление
Следующий рассказ
© Дан Маркович, 1991-2026.
© Сетевая Словесность, 2002-2026.
| НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" |
|
 |
| Борис Бюргер. Айфон. Петербургская повесть. [...А где-то через полгода по Юго-Западу поползли очень странные слухи: якобы некий плюгавенький клерк (ростом, правда, в три метра) отбирает у...] Вахтанг Чантурия. Двери открываются. Рассказ. [Поезд дальше не пойдёт, ибо мир кишит змеями в самых разных обличиях их...] Лев Ревуцкий. Ещё раз о женской любви и коварстве, или почти реальная история Дульсинеи из Тобосо. Рассказ. [...история их любви, как и история Ромео и Джульетты, Орфея и Эвридики, Тристана и Изольды, навсегда войдёт в историю.] Ингвар Коротков. Соевая конфета в красивом фантике (О премии "Слово"). Статья. [Давайте посмотрим, кого же выбрали нам эксперты – мэтры поэтического слова – во втором сезоне "Слова". И какие поэты олицетворяют для нас, читателей,...] Наталья Перстнёва. Медленный город. [Будет дождь, будет ливень с июньской грозой, /
Хлынут реки, исчезнут дороги. /
Мы пойдём по реке, мы вернёмся домой /
По воде, как последние...] Георгий Чернобровкин. Горсть времени. [О, если б только знать, как дышится легко, /
когда вслед немоте встаёт за солнцем слово /
и льётся облаков парное молоко /
над родиной, и свет,...] Елизавета Григ. Счастье улицы Эйнштейна. Рассказ. [Есть такие двери, что остаются под замком всю жизнь. Одну я неожиданно открыла, решив перейти улицу, и застряла на дороге...] Яков Каунатор. Реинкарнация (Борис Рыжий). Эссе. [О жизни, времени и творчестве Бориса Рыжего - эссе из цикла "Пророков нет в отечестве своём...".] Борис Кутенков. Об одном стихотворении Александра Куликова. Статья. [Нехитрое и даже традиционное по форме, оно даёт повод для рефлексии на разные темы: и об интертексте – давно волнующей нас проблеме реминисцентного...] Владимир Буев. "Я им не какой-то недоумок деревенский. Всех их обману!". Рецензия на книгу Евгения Попова и Михаила Гундарина "Василий Макарович". [Сам бог велел по поводу книги Попова и Гундарина отписаться, что я и сделал (в этом месте можно улыбнуться).] Евгения Ушенина. Святому Франциску. [я говорю: /
в этой земной глуши не стой у меня за спиной /
давай лицом к лицу когда не просят за себя /
а перечисляют всех даже тех кто не...] Анна Стрельникова. Пурпур ночной. [внутри поэта подклад из кренделей /
с присыпкой из стекла перебитого: /
одна строка насильно милует /
другая вышивает на погребах кресты] |
| X | Титульная страница
Публикации: | Специальные проекты:Авторские проекты: |
|
