Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ

Наши проекты

Цитотрон

   
П
О
И
С
К

Словесность


Про ворону, котов и собаку



ВОРОНА  И  ТОПОЛЯ


Эту историю мне рассказала старшая дочь, у которой теперь две собственные дочки, мои внучки. Дело было во дворе ее дома на Гаванской улице Санкт-Петербурга. Там стоят большие старые тополя, от которых столько пуха в июне. При шквальном ветре с залива, а он рядом, они валятся первыми - дерево ломкое, нестроевое. Пару лет назад таким тополем убило женщину на Большом проспекте Васильевского острова. Все чаще я вижу огромные свежие пни от старых тополей во дворах и на братском кладбище, стихийно возникшем во время блокады по эту сторону реки Смоленки - как бы само Смоленское кладбище, где есть часовня блаженной Ксении Петербуржской, шагнуло на эту сторону. Я говорю "эту", потому что здесь и живу, то есть на острове Декабристов, когда-то называвшемся Голодай, то бишь Холидей. В часовню нескончаемый поток людей - считается, Ксения и теперь исцеляет и печали гонит. По мне это лучшее место в Питере: рядом залив, всегда свежий воздух - летом чуть прохладнее, зимой чуть теплее.

Но я от тополях... Да, они, красивы, несмотря ни на что (Пастернак как-то совсем по-девически увидел в их пухе признак разврата). А как пахнут их почки и листья после грозы, а эти рыжие клейкие почечные колпачки, усеивающие почву под деревом и прилипающие к подошвам...

В одном из этих тополей, высоко, на высоте пятого этажа "сталинского" дома запуталась ворона. Видно, там была какая-то леска от лопнувшего воздушного шара, и ворона ее не заметила. Она попала крылом, как в капкан, в петлю этой лески и чем дольше билась, тем больше запутывалась. Свидетелем ее мук были жильцы всех пяти этажей с окнами во двор и еще жильцы соседнего дома, расположенного под углом девяносто градусов к тому, где живет моя дочь. Началась эта драма с утра в субботу и вот, продолжалась... Ворона то билась, стараясь освободиться, то затихала и неподвижно повисала на своем распростертом крыле, словно собираясь с силами и обдумывая свое плачевное положение. Сначала вокруг нее летали сородичи, каркали, суетились, но помочь ничем не могли. Хотя ворона и считается одной из самых разумных птиц, но перекусить леску, никто из них не догадался. Да, наверное, и не смог бы...

Погибни ворона, было бы не так тягостно, но она время от времени подавала признаки жизни, снова начинала кричать и хлопать свободным крылом. А потом замирала, и это свободное крыло опускалась на всю свою длину вниз, отчего перед жильцами возникал почти канонический образ распятья, только птичьего. Никто не знал, что делать. Дети плакали. Пришлось опустить шторы на окнах, чтоб не видеть эту душераздирающую картину. А дальше что? Так ведь и останется висеть перед глазами ее пернатый труп, а потом ее голый скелет...

Ближе к вечеру во двор въехала машина службы спасения МЧС, вышли спасатели в куртках с большими буквами, приставили лестницу к стволу тополя и полезли к вороне. Но не долезли. Тополь, в котором ворону угораздило запутаться, был слишком высок, и первые толстые ветки его начинались на уровне третьего этажа, ветка же, на которой висела ворона, была и вовсе недосягаемой. Не вертолет же вызывать? ...Короче, повозившись с петлями, крючьями и лестницами, эмчээсовцы уехали. А ворона так и осталась висеть.

Утром после ночных заморозков ворона висела неподвижно, и все решили, что она умерла. Попробуй-ка при минусовой температуре всю ночь провисеть чуть ли не вниз головой. Но выглянуло солнце, повеяло теплом, и ворона вдруг зашевелилась - а потом и вовсе ожила и принялась биться в проклятой петле и орать во все воронье горло. Смотреть на это было невыносимою. Дети снова заплакали, а взрослые нахмурились. Одно дело скотобойня или там загубленная курица на обед, и совсем другое дело - медленная и мучительная смерть вольной птицы... Хоть и говорят, что на миру и смерть красна, но это был не тот случай...

Впрочем, днем приехал на красной пожарной машине пожарный расчет и стал вытягивать свою складную лестницу. Лестница эта была устроена так, что ей требовалась опора. Опереться же она смогла только на ствол, а до той проклятой ветки, с которой свисала ворона, было еще ох как далеко. Тогда пожарники развернули свой брандспойт, включили воду и направили на ветку мощную струю воды. Что тополиная ветка - она ломкая и рыхлая, как старческая кость, но тут не пошло. Струя била, ветка гнулась и моталась, ворона возмущенно орала, захлебываясь и считая, что ее убивают, - ничего хорошего из этой смекалистой затеи пожарников не получилось. Разве что ворона вымокла насквозь и, обессилев снова замерла, распятая...

Так прошли день и ночь, а наутро во двор въехало чудо спасательной техники - нечто огромное, все в огнях, с телескопической лестницей на вращающейся платформе. Эта лестница, прицелившись, поползла прямо к висящей вороне, которая при виде красивых вращающихся огней под собой от удивления снова закаркала, тем самым давая знать, что она все жива.

И вот по этой чудо-лестнице поднялся вверх чудо-человек, бережно взял ворону в охапку и перерезал чертову леску. А потом осторожно спустился и передал ворону тому, кто все эти двое суток, видимо, больше других переживал за нее. Это был грек, живущий, в том же доме на третьем этаже, владелец какой-то компании, богатый человек. И все вздохнули с облегчением, уверенные, что теперь и ветеринара к вороне вызовут.

Хорошо быть богатым.




© Игорь Куберский, 2005-2022.
© Сетевая Словесность, 2005-2022.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
"Полёт разборов", серия 70 / Часть 1. Софья Дубровская [Литературно-критический проект "Полёт разборов". Стихи Софьи Дубровской рецензируют Ирина Машинская, Юлия Подлубнова, Валерий Шубинский, Данила Давыдов...] Савелий Немцев: Поэтическое королевство Сиам: от манифеста до "Четвёртой стражи" [К выходу второго сборника краснодарских (и не только) поэтов, именующих себя рубежниками, "Четвёртая стража" (Ridero, 2021).] Елена Севрюгина: Лететь за потерянной стаей наверх (о некоторых стихотворениях Кристины Крюковой) [Многие ли современные поэты стремятся не идти в ногу со временем, чтобы быть этим временем востребованным, а сохранить оригинальность звучания собственного...] Юрий Макашёв: Доминанта [вот тебе матерь - источник добра, / пыльная улица детства, / вот тебе дом, братовья и сестра, / гладь дождевая - смотреться...] Юрий Тубольцев: Все повторяется [Вася с подружкой ещё никогда не целовался. Вася ждал начала близости. Не знал, как к ней подступиться. Они сфотографировались на фоне расписанных художником...] Юрий Гладкевич (Юрий Беридзе): К идущим мимо [...но отчего же так дышится мне, / словно я с осенью сроден вполне, / словно настолько похожи мы с нею, / что я невольно и сам осенею...] Кристина Крюкова: Прогулки с Вертумном [Мой опыт - тиран мой - хранилище, ларчик, капкан, / В нём собрано всё, чем Создатель питал меня прежде. / И я поневоле теперь продавец-шарлатан, / ...] Роман Иноземцев: Асимптоты [Что ты там делаешь в вашей сплошной грязи? / Властным безумием втопчут - и кто заметит? / Умные люди уходят из-под грозы, / Я поднимаю Россию, и...]
Словесность