Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность



ПЧЕЛИНЫЙ ПУТЬ


 


      ИОНА

      Над землёю - под чёрными арками -
      Пролетает, отбившись от стаи,
      Птица ночи с огнями неяркими
      Под крылами из матовой стали.

      В металлическом чреве запрятанный,
      Человек по прозванью Иона
      Разлагает планету на атомы
      И тасует сознанья законы,

      И во тьме своего заточения
      Он опять не находит намёка
      На ликующее свечение,
      Охватившее небо с востока.

      _^_




      СТАРАЯ БАШНЯ

      Река забвенья сносит сети,
      Лишает воли и ума.
      Там, где тепло, всё тонет в Лете,
      Ну, а у нас стоит Зима.
      Она засыплет створ у башни,
      В которую когда-то мы
      Искать ходили день вчерашний,
      Пугаясь призраков и тьмы.
      Под сводами металось эхо,
      Там пятый век шёл смертный бой,
      И сверху сыпались в прореху
      Потоки крупки ледяной,
      Колючие, как струйки крови,
      Давно замёрзшей в облаках.
      Скрипели доски ветхой кровли
      И сковывал животный страх,
      Гнетущий, застарелый, вязкий,
      Застрявший здесь с тех самых пор,
      Когда в кровавой свистопляске
      Сёк ляхов боевой топор.
      Пространство начало сужаться.
      И чтоб не сгинуть, не пропасть,
      Нам оставалось - целоваться,
      Впервые в жизни пылко, всласть.
      С испугу - не по зову плоти -
      В тот вечер испытали мы
      Мощнейшее оружье против
      И страха смерти, и зимы.

      _^_




      * * *

            "И пустая клетка позади".
              Осип Мандельштам

      Катись, мой клубочек серебряных нитей,
      Сквозь ушко игольное, землю, мытарства,
      По жгучим пескам, облакам, по наитью
      В неведомый край, в тридевятое царство.
      Пусть там обнулятся все коды и тропы,
      Все дихотомии с их мелким лукавством,
      Поднимется ветер, натянутся стропы,
      И я полечу налегке в беспространстве.
      И яблочком райским водила по блюдцу
      И, путь отмечая, бросала монетки,
      Мне было бы просто на Землю вернуться,
      Но я не вернусь в опустевшую клетку.

      _^_




      * * *

      Жизнь моя - сплошная аномалия,
      Ну, а проще - недоразумение.
      Но цветёт в ней белая азалия,
      Мне на радость, всем на удивление.
      Я не вижу грустные реалии
      И проблем бесчисленное множество,
      Потому что белая азалия
      Затмевает пошлость и убожество.
      И полна святого благодушия,
      В пору её долгого цветения
      Бранных слов не слышу и не слушаю,
      Слышу только ангельское пение.
      Так вот и живём с ней в беспечалии,
      Любованьем счастлива на деле я,
      А как только отцветёт азалия,
      Зацветёт сестра ее, камелия.

      _^_




      ПЧЕЛА

      Восходит к небесам Пчелиный путь,
      За роем мыслей тянется забвенье
      Сирен небесных сладкогласно пенье
      И манит, чтоб на рифы рифм толкнуть.
      Дыханье жизни или проводник
      В загробный мир, где царственный Вергилий
      Плетёт венки из белоснежных лилий,
      И падают они в живой родник.
      Над ним клубится животворный пар
      В дремучих зарослях густой мелиссы
      Неслышно зреют замыслы и смыслы
      И пчёлы собирают их нектар.
      Жужжит в прохладной чашечке цветка
      Упорная добычливая жрица,
      Пусть жизнь её одно мгновенье длится,
      А вечность, словно память, коротка.

      _^_




      ГОРОД РУСАЛОК

      Это не город, а водоём,
      И у дождей в плену
      Люди, как рыбы, плавают в нём
      Или идут ко дну.
      Кровью холодной из синих жил
      Северных стылых рек
      Город накрыло, и всех, кто жил
      В нём. И строил Ковчег.
      Серое небо над головой
      Сеет унылый свет.
      Твари по паре спасает Ной,
      Ну, а непарных - нет.
      Город русалок щерит зубцы
      Старых дворцов, домов.
      Всяк одинок - и в воду концы,
      Сгинул - и был таков.
      Люк Ковчега задраен давно.
      Дождик снаружи сник.
      Слышно только: скребётся о дно
      Острый рыбий плавник.

      _^_




      * * *

      Я не гоню непрошеных гостей.
      Они, как судьи, судят, нужно ль время
      Мне для моих подержанных страстей,
      Тревог, высокомерий, треволнений.
      И пусть сидят до первых петухов,
      Я каждому из них придам значенье,
      Я всех приму душой, хоть без грехов
      Нет никого, и я не исключенье.
      Пусть для кого-то гость - что в горле кость,
      А я кочевница, мой дом - повозка.
      Любой захожий - это плеть и гвоздь,
      И цепь, и якорь, и печать на воске.
      Я не гоню непрошеных гостей,
      Гость промелькнет, как миг, как век короткий,
      Уйдёт, оставив горстку новостей.
      Их можно до утра перебирать, как чётки...

      _^_



© Вера Суханова, 2019.
© Сетевая Словесность, публикация, 2019.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Сезариу Верде, Лирика [Именно благодаря Сезариу Верде (1855-1887) в португальскую поэзию вошли натурализм и реализм; более того, творчеству Верде суждено было стать предтечей...] Александр М. Кобринский: Версия гибели Домбровского [Анализ <...> нескольких вариантов возможной взаимосвязи событий приводит к наиболее правдоподобной версии...] Ян Пробштейн: Из книг "Две стороны медали" (2017) и "Морока" (2018) [Соборность или подзаборность, / совознестись или совпасть - / такая в этом благодать / и единенья иллюзорность...] Сергей Рыбкин: Между словом двоящимся нашим [и гасли фонари и ночь чернела / мелькали руки теплые - / огни / изломанного нами чистотела / на грани окончания земли] Максим Жуков: За Русский мир [Я жил в Крыму, где всяк бывает пьян, / В той части, где является он плоским... / Но я рождён на торжище московском, / Переведи меня через майдан...] Алексей Смирнов: Тайный продавец [Гроза персонала фирменных салонов и магазинов, гордость Ведомства Потребления, мастер перевоплощения и тайный покупатель Цапунов неуловимо преобразился...] Елена Крадожён-Мазурова, Легче писать о мёртвом поэте?! Рефрен-эпифора "... ещё живой" в стихотворении и творчестве Сергея Сутулова-Катеринича [Тексты Сергея Сутулова-Катеринича не позволяют читателю расслабиться. Держат его в интеллектуальном тонусе, кого-то заставляют "встать на цыпочки", потянуться...] Сергей Сергеев, Знаковый автор [В Подмосковном литературном клубе "Стихотворный бегемот" выступил Александр Макаров-Кротков.] Алексей Борычев: Оранжевый уют [О чём же я!.. ведь было лишь два дня: / День-гробовщик и подлый день-убийца. / А между ними - чья-то воркотня, / Которая нам даже не приснится!...] Соэль Карцев: Истина [Я когда-то был со страной един: / ералаш в душе, но хожу ухоженный. / Наша цель - дожить до благих седин, / стырив по пути все слова расхожие.....]
Словесность