|
ЯЗЫК ПРОГРЕССА
В кровожадной утробе цивилизации варился прогресс, соловьи усердно употребляли бабочек, факты существования справедливости в ускоряющейся проекции таяли на глазах последнего человека в популяции роботов, а гений нравственности, задрав ноги на стол и слегка откинувшись назад на спинке стула, писал трактат о морали.
Весело было жить в новейших условиях: последний человек был везде обязан следовать установкам времени. Заведенный часовой механизм прогресса безотказно выполнял шутливые поручения гения. Человек обязан был моментально лечить зубы, если вдруг чувствовал тонкое поламывание в десне, даже если это были ложные боли от простой человеческой усталости. Все полисы и прополисы мира сконцентрировались на этом, последнем человеке, не вытесненном роботами демократии, активно по 24 часа в сутки обеспечивающих процветание и комфорт ушедшей нации, но часто вспоминаемой по телерадиовешанию на уши новонаваренной лапши для простившегося с планетой человечества.
Пчелы делали свой мед, трубы варили жесть и стабильно пускали в воздух уничтожившую людей смесь химикатов, которую не успело закопать поглубже вместе с отходами цивилизации роботизированное поколение ночей искусств и музеев, некогда созданных людьми. Людьми, созданными по образу и подобию Бога, не стоящими по 12 или 24 часа на своих человеческих ногах с целью выкупа из клана безработных. Свежий пункт правил и установок цивилизационного подхода к современности красовался на пластиковых скрижалях и транспарантах рекламы для успешных и переразвившихся в железных дровосеков бывших представителей планеты Земля. Землян уже оставалось мало еще в прошлом веке, когда перестройка жизни и социальных сфер нарушила внутриутробную жизнь страны советов старших младшим, и потекла кровь сотворивших мир для людей, смывая постройки добрых поисков настоящего.
А началось все с рекламы, опорного пункта человечества, как считал имевший счета в банке и растящий лианы процентов, спрут. Дело было так: зачесалась от аллергии на ярко-зеленые яблоки десна, поинтересовался он стоматологией, и ему во весь телефон высветились челюсти с ввинчивающимися в цемент, пломбирующий каналы, винтиками-шурупчиками, внутри человеческой челюсти располагающимися. А другой огрызок цивилизации поинтересовался в тот момент словом "проктология", и на его телефонном экране после оптимизации возникало отверстие, похожее на воронку, и владелец нежелательного кино вырулил на соседнюю трассу, уничтожая изображение точки, на которой он сидел.
Так ускорение развития порождало грабли, мгновенно бьющие по лбу наступающего на них, и мозги вышибло всем, так что идиотов оказалось чуть больше ожидаемого. Умники тем временем сидели чинно в креслах и сочиняли трактаты ценностей для стоящих, по 12 и затем по 24 часа, на ножных подпорках элементов клана работящих двигателей прогресса. Поначалу никто не заметил этого попустительства, когда человека начали называть двигателем. Это и были зарождения цивилизации роботов. Галактика людей оказалась выбита роботом Васей, не рассчитавшим удара в состязании метателей молотов. Однажды уже погибала греческая цивилизация, как вдруг вежливым и колким ценителям налаженной жизни понадобилась олимпиада по метанию молота. Не знали, куда метнуть? Знали, но когда метали, оказалось, что у половины спортсменов косоглазие и астигматизм: выпускники медицинской академии перетрусили на экзаменах, и подстраховались шпорами от общества провидцев, последователей бабы Ванги. Прорицательница всегда попадала в точку отсчета новой цивилизации, недаром из-под прессы вынули журнал "Недолёт-перелёт", и точным попаданием упал молот на маленький муравейник. В тот момент не всех еще муравьев извели на кислоту для промывания суставных отсеков роботов.
Муравьи поползли кругом, как люди из столичного метро. Планета существовала, когда они ползли: многотриллионные лапки массажировали пласты Земли во избежание карстовых провалов планеты, и цивилизация не дремала: расходовала свои плетеные стульчики для читателей прессы, согревая хижины и воплощая идеи уюта. И пришел Мойдодыр. Мыльные пузыри в виде пара из ноздрей вились вокруг фигуры домомучительницы. Пропеллеры семьи Карлсонов после пробежки по парку смещали Розу ветров еще далее на Запад, к безголовым истуканам, уложенным в усыпальницы их взглядов. Имея глаза, они не пользовались ими в привычных для людей целях, потому как повсеместно устраивались и утраивались олимпиады по открыванию пробок разными частями тела, раз уж тела существовали и пробками закупоривали емкости с напитками. Так один раз увидал Вася стоящую на подоконнике в подъезде бутыль, взял ее в руки, хотел было откупорить, а там глаз вместо пробки: какой-то сосед уже "откупорил". Цивилизация закончилась, когда люди стали использовать глаза в качестве открывалок, перестав читать. Так что Мойдодыру делать уже нечего оказалось. Посидел на веранде в Переделкино – и потек краном.
11 ноября 2022 г.
© Елена Сомова, 2022-2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2023-2026.
Орфография и пунктуация авторские.
| НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" |
|
 |
| Игорь Муханов (1954-2025). Рассказы колонковой кисти. Книга миниатюр. [Ты знаешь, мне кажется порой, что мысли мои способны заглянуть в будущее. Придать ему форму и оживить, как это делают волшебники. И показать то, что...] Алексей Мошков. Ангельская строгость препарации (О книге Бориса Кутенкова "Критик за правым плечом"). Рецензия. [Это не просто записки "от скуки" либо "у изголовья", но совокупность фрагментов, то есть, исходя из их внутренней логики, законченных либо...] Виктория Измайлова. Черная курочка. [А Тот, ступающий по водам, /
Забытый мной незнамо где, /
Следит ли он, как год за годом /
И я – шагаю по воде?..] Мила Борн. Пробелы важнее. [я приеду к тебе самозванкой в ночи /
с чемоданом, грохочущим по мостовым, /
и останется только – в кармане ключи /
перебрать и найти тот, что...] Юрий Метёлкин. Окрик. [... я за поэзию в оплату жизни, /
за достоверность, эшафот листа, /
за спазмы горла, муку рифм капризных, /
за дух бессонный на краю моста...] Дмитрий Аникин. Из Андрея Шенье. [Мои стихи пошли б народу /
для песен радости земной! /
Но пережил свою свободу, /
и правды больше нет со мной...] Евгений Антипов. Ракурсы. Цикл эссе. [Как ни странно, чтобы творческому человеку достичь стадии фантастического обожания окружающими, ему нужно быть фантастическим эгоистом...] Муминат Абдуллаева. Что такое поэзия? Эссе. [Это было задолго до понимания чего-то о себе. Из тех лет, когда тебе ещё не нужно понимание о себе. Когда эхо – не повторение твоего голоса. Когда у...] Юлия Великанова. Каким замыслил его Бог... (О романе Эдуарда Резника "Терапия"). Рецензия. [Прочтите роман, и автор раскроет вам причину и смысл всех войн. Почему это происходит с нами снова и снова.] Ольга Оливье. Премьера Марка Розовского "Кто убил Симон-Деманш" в театре у Никитских ворот. Рецензия. [Спектакль посвящён судьбе великого русского драматурга Александра Васильевича Сухово-Кобылина, обвинённого в убийстве француженки, с которой он был в...] Дмитрий Зотов. Свет мой. [Вновь судьба тебе серебрит гортань, /
Оставляя золото немоте, /
Слово – камень, но, рифмой шлифуя грань, /
Ты увидишь ангела в темноте...] С. К. К. (Сергей Кудрин). Пневматические блуждания. [Резвиться посреди Бермудского треугольника.] |
| X | Титульная страница
Публикации: | Специальные проекты:Авторские проекты: |
|
