|
КАК ПРИРУЧИТЬ ТОТЕМНОГО ЗВЕРЯ
"Уйти. Остаться. Жить"
Антология литературных чтений "Они ушли. Они остались". Т. III
Сост.: Б. О. Кутенков, Н. В. Милешкин, Е. В. Семёнова.
М.: Выргород, 2023
Рассказывая об этой книге, невозможно обойтись без борхесовского перечисления. Олег Чертов (1958-1996, убийство) – автор единственного на сегодняшний день перевода труда Эразма Роттердамского "О приуготовлении к смерти" с латинского на русский язык. В стихотворении Александра Сопровского (1953-1990, сбит автомобилем) читаем:
Юность самолюбива.
Молодость вольнолюбива.
Зрелость жизнелюбива.
Что ещё впереди?
Только любви по горло.
Вот оно как подпёрло.
Сердце стучит упорно
Птицею взаперти.
|
Знаменитое "Придет вода" Янки Дягилевой (1966-1991, официальный вывод следствия – утопление в результате несчастного случая) знают все, кто знает, что такое русский рок. Родившийся в 1962 году Михаил Квадратов, чьи стихи представляют собой настоящую энциклопедию быта мертвых существ, не войдет в эту антологию. Не войдет в нее и родившийся в 1969 году Андрей Чемоданов, говорящий со смертью не просто на "ты", а на "ты, братан". От чего антология "Уйти. Остаться. Жить" отучает в первую очередь (даже когда попадаются критические статьи, авторы которых желают доказать обратное) – от мистического отношения к смерти. Она, смерть, как раблезианский монах-телемит предлагает поэту: "Делай, что хочешь!". Пиши о разрыве ткани мироздания или о бегемоте. Издавай книги или складывай стихи в ящик стола. Пей или не пей. Храни свой рассудок или не храни. Магия поэзии лежит в другой области. А смерть приходит раньше или позже, быстро или медленно, страшно или буднично, согласно своей автономной логике. Нам остается лишь результат.
Составители многотомника "Уйти. Остаться. Жить" – литературных чтений "Они ушли. Они остались", посвященных наследию рано ушедших из жизни поэтов – не только выполняют важную литературоведческую работу, но и осуществляют маленький культурологический подвиг. В эпоху, когда тему смерти в цивилизованном обществе принято всеми доступными орудиями загонять в кабинет психотерапевта и выпускать оттуда только на Хэллоуин, они словно предлагают забыть ненадолго и о культуре "снежинок", и об архаичном правиле "не называй тотемного зверя по имени", и немного пожить в той эпохе, когда смерть, наряду с другими важными явлениями реальности, являлась достойной и интересной темой для размышлений и бесед.
Третий том антологии посвящен поэтам, умершим в 90-е. Условным возрастом "смерти в молодости" выбраны 40 лет (по классификации ВОЗ это даже слишком мало – молодым человек считается до 44 лет). Тридцать пять поэтов, подборки четырнадцати сопровождаются критическими статьями. Причины этого емко характеризует в своей статье Данила Давыдов: "Создание сводной истории русской поэзии второй половины минувшего века натыкается на множество вряд ли успешно преодолимых проблем (и потому мало надежд её когда-нибудь дождаться). Неподъёмен материал, образы стихотворцев и их тексты не только разбросаны по архивам, эфемерным публикациям, воспоминаниям выживших свидетелей, но и размазаны по самому пространству-времени. Да и зазор между "официальной" литературой и "институционализированной неподцензурной культурой", например ленинградской, необычайно велик, и туда проваливаются многие имена. Иными словами, гигантское слепое пятно, а не просто белые пятна на карте". Лишь шестеро – женщины (что, несомненно, свидетельствует о межгендерных различиях, причем в пользу обладательниц двух хромосом Х). Лишь двое авторов писали не на русском (и это среди людей, живших на пространстве бывшего СССР – статистически печально даже в "смертельном" контексте). Среди указанных причин смертей уверенно лидируют вневременные – болезни и несчастные случаи на дорогах (из транспортных средств, под колесами которых гибнут поэты, можно составить макабрический игровой набор). Но есть и иные смерти. Страшные фирменные смерти 90-х. Писавший стихи, вдохновленные мировидением позднего Средневековья и Возрождения, и при этом активно занимавшийся политикой Олег Чертов стал первым в череде жертв заказных убийств, потрясших в 90-х Омск. Гибель Виталия Владимирова Георгий Квантришвили описывает так: "Предпоследнее известие: Виталик продаёт жильё в городе, переезжает в деревню. С доплатой. Последнее: покупателю оказалось дешевле не платить доплату, а заплатить деревенским, чтобы они зарубили Виталика". Смерть Ильи Кричевского навсегда вписана в новейшую историю России – во время августовского путча он стал одним из трех погибших защитников Белого дома. Возможна ли сегодня трагически нелепая гибель Александра Егорова, замерзшего насмерть, заснув в неотапливаемой электричке? Скорее всего, нет. А гибель Романа Барьянова – о ней Алексей Сосна вспоминает так: "обдолбанные на Новый год прокурорские работники просто тупо и беспричинно обстреляли на дороге машину, в которой находились он и его семья"? Скорее всего, да.
А что же стихи? Это верлибры и силлабо-тоника. Метаметафорические медитации и хулиганские примитивисткие объекты. Тексты, написанные "из-под маски", и речь "человека без кожи". Это стихи "водораздела", как пишет Ольга Балла. Стихи страшной, смутной и богатейшей на смыслы эпохи, когда заново открывался Серебряный век с Мандельштамом и футуристами (некоторые поэты антологии ухитрились прийти к футуризму даже в обход Хлебникова), когда осваивался внешний мир со своей культурой и в строках Вячеслава Литусова "за окном догорает Помпея / и Венеция плещется в дверь" не было ни пошлости, ни особой позы. Когда русский рок еще был Русским Роком. Удивительно наблюдать за собственным сознанием, в котором укладываются в единый ландшафт тексты, давно ставшие легендой, и тексты, случайно обнаруженные среди вещей автора после его ухода. Любопытно следить за мыслью критиков, осторожно нащупывающих подход к "тотемному зверю" – кто-то углубляется в текстологический анализ, кто-то – в биографию, кто-то – ищет удачные сочетания первого и второго, некоторые отважно говорят о философии. Что можно понять о смерти, прочитав эту антологию? Наверное, что она уравнивает и одновременно навеки закрепляет в неравенстве всех, но поэтов – особенно.
© Мария Мельникова, 2023-2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2023-2026.
Орфография и пунктуация авторские.
| НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" |
|
 |
| Екатерина Вольховская. Львиная доля. Рассказы. [Есть такие совершенные создания, которым всё идёт и всё прощается. Их любят абсолютно все женщины и большинство мужчин...] Владимир Алейников. Сокольники. Эссе. [И погода была – хорошей, и нисколько не уставала все красоты поры осенней, вместе с явными чудесами, нам, друзьям, собравшимся вместе, здесь, на воле...] Надежда Гамильнот. Бунт как искусство (О книге Анны Горенко "Королевская шкура шмеля"). Рецензия. [О новой книге из мемориальной серии "Уйти. Остаться. Жить", посвящённой поэтам, ушедшим молодыми во второй половине XX - начале XXI веков.] Евгений Толмачёв. "Пора дать писателю официальный социальный статус". [Интервью с поэтом, прозаиком и публицистом Станиславом Минаковым. / С писателем мы поговорили о блеске и недугах современной русской...] Сергей Сутулов-Катеринич. 17 мгновений войны. Асимметричный цикл стихотворений. [Любая бойня – мимо воли Божьей: /
Помимо, но во имя сатаны. /
Прапрадед правнучонка уничтожит – /
Мальчонку, не пришедшего с войны...] Алексей Григорьев. Не далее как в этом январе. [бублики, бараночки, конфеточки, /
водочка, водичка, колбаса. /
были мы смешливыми поэтами, /
стали мы (ненужное – вписать)...] Михаил Ковсан. Радость большая. Рассказ. [А у соседей снизу радость большая. Не веселье, конечно, и тем не менее. Груз с плеч. Камень с души. Не сравнивая, что очень понятно, но груза кусок,...] Татьяна Горохова. Донкихоты духа. Эссе. [О Володе Курдюкове и его сыне Никите Кникта. / Владимир Курдюков – художник, который всю свою жизнь посвятил искусству, очень много работал:...] Юлия Великанова. Книга, пугающая с пользой (О романе Эдуарда Резника "Мой маленький Джей"). Рецензия. [Ещё одно понятие сейчас добавилось в нашу реальность – коллективное исцеление психики. Свою лепту роман в это наиважнейшее дело вносит.] Литературные хроники: Антон Ровнер. Пять поэтов, хороших и разных. [18 серия цикла "Вечер авторов хороших и разных" в Культурном центре академика Д.С.Лихачёва в рамках арт-проекта "Бегемот Внутри".] Марина Намис. Травяные наречия. [Ночь пока вселяется в нас, /
пока /
я снимаю азбуку с языка, /
вьюга снежным кругом обводит дом, /
говори на белом, на небылом...] Евгений Степанов. Будь что будет. [Я жил без пустословья. /
Любовь текла по венам. /
А то, что не любовь, – я /
Считал второстепенным.] |
| X | Титульная страница
Публикации: | Специальные проекты:Авторские проекты: |
|
