Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность




НОЧНЫЕ  СЛЕЗЫ


Она как угорелая мечется по избушке: надо и приготовить, и за пятью детьми смотреть, и постирать, и чтобы кот ничего не стянул, и убрать за всеми... Но все валится из рук: еда пригорает, дети дерутся, повешенное для сушки белье падает с лопнувшей веревки в грязь и его опять стирать. В надежде отыскать вкусненькое на столе, кот разбивает любимую тарелку свекрови. Все плохо.

Она собирает волю в кулак и все исправляет: варит новую еду, укладывает детей, разбирается с бельем и выгоняет наглого кота.

Теперь можно и отдохнуть. Она садится, сморит на руки. Когда-то они были узкими, нежными, с ровными ноготками, а сейчас стали широкими, с выпуклыми венами и огрубевшей кожей. Она нагибается и вынимает из-за печки спрятанный от детей осколок зеркала, протирает его передником и всматривается. Блеклая кожа, тусклые глаза, под ними - темные круги, обтянутые сетью морщинок. Некогда сочные губы побледнели и стали тоньше, а густые русые волосы поредели.

Лицо сводит горькая усмешка - теперь даже сама не верит, что была когда-то Василисой Прекрасной. Это не ее выкрал Кощей Бессмертный, и не ее спас Иванушка-дурачок, и не ее отнял у того Соловей-разбойник, чтобы привести к матери своей Бабе Яге и назвать женой. Откуда же знать было неопытной девице, что красавец Соловей просыхать не будет от мухоморов, да колотить их с бабкой почем зря. Ладно, хоть Яга ее не мучает, нравоучениями не достает - знает, что сынок-то не сахар. Улетает на целый день в ступе, к вечеру лишь является, неся в мешке то, о чем лучше не знать. И, с чавканьем слопав двойную порцию, залезает на чердак дрыхнуть.

Василиса прячет осколок, подходит к окну. Уже ночь, лес угрюмо стоит на страже, он не пропустит сюда чужих. Василиса вспоминает, как они по лесу с Иванушкой неслись от Кощея на Сером Волке, пока Разбойник ее не выхватил. Ваня даже рот не успел открыть. Он, говорят, сейчас при дворе служит казначеем - царь знает, что Ванечка не украдет ничего, потому что дурак. А Кощей тоже утешился - выкрал Марью-красу, длинную косу. Уж и кощат ему принесла, в старости на радость.

А тут работа, работа, работа... Нет конца и края - как белка в колесе. И спасибо нет ни от кого: муж - пропойца, дети - разбойники, свекровь - Баба Яга. Зачем не убежала тогда? Ведь предлагал Серый Волк, помочь хотел, чтоб Ване службу сослужить. Сама отказалась, уж больно Соловушка красивый был, да напористый - не устояла...

Василиса вздыхает и отходит от окна, но тут слышит шорох снаружи: начался дождь. "Белье!" - вспоминает она и спешит на двор. Собирает белье и бежит обратно, но поскальзывается и плюхается в грязь. Белье опять грязное. Это последняя капля.

Василиса сидит под дождем и, уткнувшись в мокрые простыни, содрогается от рыданий. "За что, за что... " - всхлипывает она и поднимает лицо к небу: "За что?" Ночное небо плачет о своем и равнодушно смывает ее слезы.




© Диана Ковач, 2010-2018.
© Сетевая Словесность, 2011-2018.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Андрей Бычков: Неизвестные звезды [И дивлюсь я подвалам подлинным, где мучают младенцев, чтобы впредь не рождались...] Сергей Саложин (1978 - 2015): А иначе - Бог [О, боги пустых полустанков, / Архангелы ищущих труб - / Слова выпадают подранком / С насмешливо пляшущих губ...] Андрей Баранов: Сенсоры Сансары [Скорый поезд уходит в ночь. / Шумом города оглушён / Я влетел на вокзал точь в точь, / Когда поезд почти ушёл...] Евгений Пышкин: Стихотворения [и выкуриваешь всю пачку и сипя / шепчешь мне тяжко мне тесно мне / кто мы спрашиваю себя / так диптих с двумя неизвестными] Семён Каминский: Саша энд Паша [Потерянный Паша пробовал что-то мычать, помыкался по знакомым, рассказывая подробности, но все и так знали, что к чему: вот и его проехали...] Яков Каунатор: Ах, душа моя, косолапая... [О жизни, времени и поэзии Сергея Есенина.] Эльдар Ахадов: Русские [Всё будет хорошо когда-нибудь / Там, где мы все когда-нибудь, но будем / Счастливыми - вне праздников и буден... / Запомни только, слышишь, не забудь...] Виктория Кольцевая: Фарисей [Вражда народов, мир рабов, суббота. / Не кошелек, не божия забота, / к писательству таинственная страсть / на век-другой позволит не пропасть.....]
Словесность