Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность




ЭЛЕКТРА


Действующие лица:

ЭЛЕКТРА.
ТЕНЬ ОРЕСТА


ЭЛЕКТРА:     И вот мой ребенок,
Вот мой сын.
Он спит,
А моя кровь,
Как тоска о брате,
Как слезы ночи,
Как вздох о мертвом,
Как боль о несовершенной мести,
Как черное, пролитое вино на могилу,
Льется из меня,
Как сон моего ребенка.
Ребенок спит,
Словно наполняется моей уходящей кровью,
Моей смертью.
Кто позаботится о нем?
Кто воспитает его?
Кто, любящий, расскажет ему, кто была его мать?

Ночь идет, и потемнела дорога.
И по темной ночной дороге,
Темный, как тень,
Идет человек.

Как он похож на моего брата!
Как он похож, выросший, на того маленького ребенка, которого я помню.

ТЕНЬ:Здравствуй, сестра.

ЭЛЕКТРА:Здравствуй, брат.

ТЕНЬ:Я рад, что ты жива, сестра.

ЭЛЕКТРА:Я рада, что ты жив, брат.

пауза


ТЕНЬ:Чей это ребенок у тебя на руках?

ЭЛЕКТРА:Это мой ребенок.

ТЕНЬ:Так ты замужем?

ЭЛЕКТРА:

Наша мать, Орест, выдала меня замуж за нищего, впавшего в младенчество старика, сказав: "Пусть она плодит нищих". А потому, что старик был бессилен, позвала с пастбищ двух пастухов, которые овладели мной вместо моего мужа. И вот мой муж умер от старости, а я родила. И моя кровь не остановилась после родов. Она течет, как течет поток воды. Я умираю.


ТЕНЬ:Мне жаль, сестра.

ЭЛЕКТРА:Когда ты убьешь ее, Орест?

пауза


ТЕНЬ:Прости,
Но я не могу убить ее,
Я не могу отомстить ей за твою, идущую к тебе, смерть.
Я не могу отомстить ей за смерть отца.
Неужели ты не видишь,
Еще живущая,
Что я уже не Орест,
Что я только бессильная тень Ореста.
Прости меня,
Что я лишил тебя веры и надежды на мою месть,
Что я причинил тебе горе и боль перед твоей смертью.

ЭЛЕКТРА:Как ты умер?

ТЕНЬ:Я умер, как жил.
Я не знал, что такое страх, - как знала страх ты.
Я не знал, что такое унижение, - как знала унижение ты.
Я не знал, что такое нищета, - как знала нищету ты.
У меня была счастливая жизнь.

пауза


ЭЛЕКТРА:Что это за песня, Орест?

ТЕНЬ:Это поют мертвые.
Они поют, что любят друг друга.
Они поют,
Что у тебя будет счастливая смерть.

Нет,
У тебя была счастливая жизнь.
Рожденный в страхе, твой сын никогда не узнает, что такое страх, как знала страх ты.
Рожденный в горе, он никогда не узнает, что такое горе, как знала горе ты.
Зачатый в унижении, он никогда не будет знать унижение, как ты.
Внук Атрида, он не будет нищим в земле Атрида.

Нет,
Он не будет лежать, беспомощный и живой,
В руках мертвой матери.

Потому что твой страх был дарован тебе Богами.
Твое горе было даровано тебе Богами.
Твое унижение было даровано тебе Богами.

Неузнанные,
Незримые злым, -
Пастухами, призванными твоей матерью,
Боги овладели твоим телом,
И Новый Бог, -
Божественное дитя,
Зачатое прорицанием и безумием,
Спрятанное, распустившееся во тьме плоти Атридов, -
Свободное от человеческой судьбы,
Свободное сохранить нашим теням память утешения в забвении смерти,
Словно прозрачное,
Очеловеченное облако ночного света
Поднимается на небеса.



© Ростислав Клубков, 2020-2022.
© Сетевая Словесность, публикация, 2021-2022.
Орфография и пунктуация авторские.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Владимир Алейников: Галерея портретов: СМОГ [Что-то вроде пунктира. Наброски. Или, может, штрихи. Или краткие, из минувшей эпохи, истории. Или попросту - то, что вспомнилось мне, седому, прямо сейчас...] Яков Каунатор: Три рассказа [Однаако, - прошепелявил он. - Что мы видим здесь? А здесь, во-первых, многозначность, во-вторых, здесь мы имеем философический взгляд автора на глобальные...] Роман Смирнов: Прямоходящий муравей [Короче, на книгу нахныкав, / дам волю последним словам. / Так, в целом, и пишутся книги, / и ставятся подписи: "Вам!"] Евгения Серенко: Три рассказа [Необязательность встреч, лёгкость прощаний... ни слезинки, ни сожаления; плыла по жизни на светлом облаке, уверенная: так будет всегда...] Ростислав Клубков: Сестра Катерина [Здесь, на этом дворе, святая Катерина возвращала глаза слепым, возвращала калекам потерянные ноги и руки, воскрешала мертвых...] Аркадий Паранский: Повариха [Я посмотрел на лежащих в спальнике, спящих и чуть посапывающих женщин, наклонился, притянул к себе Оксану и нашёл своими губами среди лисьего меха её...] Илья Вересов: Сон других времён [а лучше ляг со мною на дороге / здесь воздух так натужно скроен / здесь слёзы в легких кипятит от зноя / здесь грёзы клерки крики всё без перебоя...]
Словесность