|
Из книги
ПРОДАЕТСЯ АРТИСТ
* * *
Ума палата номер шесть -
Все, что у нас сегодня есть.
А если нет ума совсем,
Тех переводят в номер семь,
А там хоть вой, а хоть кричи,
Но не идут туда врачи.
И все, в ком жажда жизни есть,
Хотят в палату номер шесть.
_^_
* * *
Продается артист, продается.
А заметьте, к стыду своему,
Что и плачет он и смеется,
Чтобы вы заплатили ему.
И презрительно деньги бросая
На истоптанный старый ковер,
Не поймете того, что, сгорая,
Только чудом он жив до сих пор.
Что лишь тоненькой солнечной нитью
Связан он с этой бедной землей,
Чтоб хотя бы единственный зритель
Потрясенный вернулся домой.
И смотрите, он вам продается,
Только платы не хватит у вас,
Столько денег у вас не найдется,
Чтоб купить то, что он вам продаст.
_^_
* * *
Сиреневые ноги проституток,
Бредущих по парижскому бульвару,
И стая прилетевших к Сене уток,
И "Ситроен", прижатый к тротуару.
И мы с тобой стоим под зябким ветром,
Стоим, прижавшись навсегда друг к другу,
И с роковым заканчивая метром,
Мы переходим в баховскую фугу.
Я не был ни в Нью-Йорке, ни в Париже,
Но даже если рухнут наши стены,
Мы никогда с тобой не будем ближе,
Чем в этот день на набережной Сены.
_^_
* * *
Ах, Маргарита, это напускное,
Какие мастера в полночный час.
Об этом и мечтать теперь не стоит -
Никто не позаботится о вас.
Садитесь на метлу и дуйте в небо
И там парите меж высоких лун.
Кто никогда в таком полете не был,
Тот не был, как мне кажется, и юн.
Весь мир сегодня будет в вашей власти.
А Мастер? Он остался на земле.
Он вам не мог бы дать такого счастья,
Как здесь меж звезд и сидя на метле.
_^_
* * *
А я в малиновом берете
Смотрю из рамы золотой.
Пускай проходит все на свете,
От этой рухляди до той.
Но я - великое искусство,
Переживущее века,
И я испытываю чувство,
Вам недоступное пока.
_^_
* * *
Быть может, я не бубна и не пика,
Быть может, не король и не валет,
Быть может, не вяжу я часто лыка.
И если - да, так может даже - нет.
Быть может, я касаюсь переменно
То нежных дам, то вовсе грубых тем.
Быть может, лучше все же внутривенно,
А может лучше враз и насовсем.
Друзья не стали приносить удачу,
Да и не видно, в общем-то, друзей.
Но я от этого уже не плачу,
А просто выпив, становлюсь трезвей.
Свою судьбу теперь я знаю точно.
Трамваем переехать бы - но нет:
Уже давно был куплен долгосрочный
И ждущий предъявления билет
На это место, час и год впридачу,
На эти неоплатные долги.
Как только выплачу, я не могу иначе,
Моей здесь не увидите ноги.
Ну, а пока потрогайте руками:
Я вот, я здесь, я даже на ходу.
Мне дама позвонила, между нами,
Так я как раз сейчас туда иду.
_^_
* * *
Каину Каиново,
Авелю Авелево.
Лишь это правильно,
Лишь так вот надо б нам.
Но я за рученьки
Хватаю Боженьку:
Любимый, миленький,
Дай хоть немножечко
То, что для кобеля,
То, что для Бабеля.
А то сподобили -
Убили Авеля.
_^_
* * *
И чувства - блеф, и дама - треф,
И даже пса зовут Азеф.
Какая полная луна.
Налей-ка, брат, еще вина.
Стекает струйка по столу,
Густая тень висит в углу.
Ах, хорошо мы веселились
На нашем выпускном балу.
Весенний ветер улетел,
Я делал все, как я хотел,
Лишь, может быть, немного мало
Над жизнью праведной потел.
И наслаждение одно
Искал я, и попал на дно...
Какая хмурая собака,
Какое терпкое вино.
_^_
* * *
Расцветают весной даже хилые травки.
Да и что говорить о зеленой траве,
Вот сегодня опять застарелые вавки
Снова рвутся на волю в моей голове.
Вновь хромая идея душевной отдачи
Бьет по камню копытами, дыбит свой хвост.
Вновь забывшийся я, и уж вовсе не плача,
За цветение луга принимаю погост.
А на дальнем холме машет баба рукою.
Ну и что, что стальная, черт ее побери.
Вот такие вот женщины по ночам беспокоят
И мешают, проклятые, мне заснуть до зари.
И вся жизнь хороша, только нужно работу,
Ту, которую делаешь, доводить до конца.
А там пусть ни гроша, и пусть все - идиоты,
И пусть семь человек на сундук мертвеца.
И сегодня опять я вспугну всех соседей,
И весь гулкий подъезд я оставлю без сна.
Постарайтесь понять - моя крыша не едет,
Просто в наших краях наступила весна.
_^_
* * *
Как незатейливо судьба
Свои расставила акценты -
Когда тебе совсем труба,
Тогда звучат аплодисменты.
И если ты принятьем мер
Прервешь свой путь на полувздохе,
Тогда как радостный пример,
Тебя предъявят всей эпохе.
_^_
|
© Виктор Глущенко, 2000-2026.
© Сетевая Словесность, 2000-2026.
| НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" |
|
 |
| Екатерина Вольховская. Львиная доля. Рассказы. [Есть такие совершенные создания, которым всё идёт и всё прощается. Их любят абсолютно все женщины и большинство мужчин...] Владимир Алейников. Сокольники. Эссе. [И погода была – хорошей, и нисколько не уставала все красоты поры осенней, вместе с явными чудесами, нам, друзьям, собравшимся вместе, здесь, на воле...] Надежда Гамильнот. Бунт как искусство (О книге Анны Горенко "Королевская шкура шмеля"). Рецензия. [О новой книге из мемориальной серии "Уйти. Остаться. Жить", посвящённой поэтам, ушедшим молодыми во второй половине XX - начале XXI веков.] Евгений Толмачёв. "Пора дать писателю официальный социальный статус". [Интервью с поэтом, прозаиком и публицистом Станиславом Минаковым. / С писателем мы поговорили о блеске и недугах современной русской...] Сергей Сутулов-Катеринич. 17 мгновений войны. Асимметричный цикл стихотворений. [Любая бойня – мимо воли Божьей: /
Помимо, но во имя сатаны. /
Прапрадед правнучонка уничтожит – /
Мальчонку, не пришедшего с войны...] Алексей Григорьев. Не далее как в этом январе. [бублики, бараночки, конфеточки, /
водочка, водичка, колбаса. /
были мы смешливыми поэтами, /
стали мы (ненужное – вписать)...] Михаил Ковсан. Радость большая. Рассказ. [А у соседей снизу радость большая. Не веселье, конечно, и тем не менее. Груз с плеч. Камень с души. Не сравнивая, что очень понятно, но груза кусок,...] Татьяна Горохова. Донкихоты духа. Эссе. [О Володе Курдюкове и его сыне Никите Кникта. / Владимир Курдюков – художник, который всю свою жизнь посвятил искусству, очень много работал:...] Юлия Великанова. Книга, пугающая с пользой (О романе Эдуарда Резника "Мой маленький Джей"). Рецензия. [Ещё одно понятие сейчас добавилось в нашу реальность – коллективное исцеление психики. Свою лепту роман в это наиважнейшее дело вносит.] Литературные хроники: Антон Ровнер. Пять поэтов, хороших и разных. [18 серия цикла "Вечер авторов хороших и разных" в Культурном центре академика Д.С.Лихачёва в рамках арт-проекта "Бегемот Внутри".] Марина Намис. Травяные наречия. [Ночь пока вселяется в нас, /
пока /
я снимаю азбуку с языка, /
вьюга снежным кругом обводит дом, /
говори на белом, на небылом...] Евгений Степанов. Будь что будет. [Я жил без пустословья. /
Любовь текла по венам. /
А то, что не любовь, – я /
Считал второстепенным.] |
| X | Титульная страница
Публикации: | Специальные проекты:Авторские проекты: |
|
