Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность



          СТАНСЫ К ЯНУАРИЮ


          У Лукоморья, где виварий,
          Не раз мы пили, Януарий,
          И пели мы из разных арий,
          Орали мы что было сил:
          Там чахнет царь Кощей над златом,
          Там брат идет на битву с братом,
          Там служит людям мирный атом,
          И я там был – мед-пиво пил.

          Ах, Януарий, наши клетки
          Откроют те, кого мы предки,
          Обломят, как сухие ветки,
          Наш стыд и страх, инстинкт и грех;
          Что им, родившимся в ретортах,
          С ракетками на белых кортах,
          С прозрачной жидкостью в аортах?
          Наш мир для них – пустой орех.

          И, звездной россыпью влекомы,
          Они уйдут в иные домы,
          Такие выстроят хоромы,
          Что ни пером, ни топором;
          Кому они предъявят сметы?
          Какие выставят Заветы,
          Когда к брегам вселенской Леты
          Харон причалит свой паром?

          Да, Януарий, наши годы,
          Статьи, и оперы, и оды,
          Наш скверный век, дитя свободы,
          Смещенья дум, смятенья встреч -
          Пройдут дорогой к изобилью,
          Сверкнут, смешавшись с звездной пылью,
          Так и не сделав сказку былью,
          Да и не сбросив бремя с плеч.

          10 декабря 1998 г., Хантингтон



          © Виктор Фет, 1999-2020.
          © Сетевая Словесность, 2000-2020.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Алексей Смирнов: Концерт на карантине [Вот разные рыбы, - благожелательно отмечал господин Лю, шествуя через рынок. - Вот разные крабы. Вот разные гады, благоухание которых пленяет... / ...] Татьяна Грауз. Прекрасны памяти ростки [Татьяна Грауз о самых ярких авторах второго тома антологии "Уйти. Остаться. Жить", вышедшего в 2019 году и охватившего поэтов, умерших в 70-е и 80-е...] Татьяна Парсанова: Пожизненно. Без права переписки [Всё чаще плачем, искренне, как дети... / Всё чаще в кофе льём слезу и виски... / Да кто же знал, что нам с тобою светит - / Пожизненно. Без права...] Ирина Ремизова: За птицей [когда - в который раз - твой краткий век / украдкой позовёт развоплотиться, / тебя крылом заденет человек, / как птица...] Алексей Борычев: Обречённость [Бесполезная пустота. / Кто-то... Что-то... А, может, нечто... / И весна, как всегда, не та. / Беспричинно бесчеловечна...] Братья Бри: Живой манекен [Прежде я никогда не испытывал тяги к игре, суть которой - заманить чей-то разум, чьи-то чувства в сети, сплетённые из слов. Я фотохудожник, и моё пространство...] Наталья Патроева, Юрий Орлицкий. Настоящий филолог, умеющий писать стихи [В "Стихотворном бегемоте" выступила петербургский ученый и поэт Людмила Зубова.] Сергей Слепухин: Блаженство как рана (О книге Александра Куликова "Двенадцать звуков разной высоты") [Для художника на Дальнем Востоке нет светотени. Здесь отсутствие светотени и есть свет...] Александр Куликов: Стихотворения [В попутчики брал я и солнце, и ветер, и тучи. / Вопросами я и луну, и созвездия мучил. / Ответы на травах, каменьях и листьях прочел, / и кто-то...] Максим Жуков: Она была ничё такая [На Пешков-стрит (теперь Тверская), / Где я к москвичкам приставал: / "А знаешь, ты ничё такая!" - / Москва, Москва - мой идеал...]
Словесность