ПТИЧКА  ИГРАЕТ * Террариумный первородный грех... * Мчатся тучи, вьются тучи... * Приятно мне глядеть из-под руки... * И что же увидала, проскочив...   * Кто чувствует себя, как манекен... * Улитка, обнажающая сходство... * Шевеленье души, и мельканье... * * * Террариумный первородный грех И яблока червивая открытость Сполна распределяются на всех. Змей был внутри плода. Осталось выпасть, Закладкой ветхой книги бытия Вползая в подсознание пустое, Где страсти одинокая бадья Так высоко подвешена, что стоя Приходится отхлебывать, глотать Всю жизнь в нелепой тянущейся позе, Чтоб фигово-сургучную печать Не разрывать, а забывать о пользе Греха для покаяния, и тем Напрасней превращаться в икебану Безумия, в пожизненный гарем Того, чем больше никогда не стану. _^_ * * * Мчатся тучи, вьются тучи, Кто-то мчится средь полей, Но отнюдь не бес летучий, Не Разбойник-Соловей. Есть такая птичка страус - Обгоняет поезда: Занимательная странность Эта быстрая езда. Так и ты, поэт, бесцельно Вслед за поездом бежишь Сквозь огни Святого Эльма И навязчивый Париж, Чтоб уродливою тенью Промахнуть через поля, Перелетному томленью И судьбе благодаря. Птичка божия не знает Ни заботы, ни труда, Но не та, что обгоняет Спозаранку поезда, Чтоб под куцым семафором - Ну хотя бы на вершок - Вопреки житейским спорам Спрятать голову в стишок. _^_ * * * Приятно мне глядеть из-под руки На сумерек трехдневную щетину, На то, что я когда-нибудь покину, Не различив вершки и корешки. Вставая всякий раз не с той строки, Искать прощенья голове повинной И обретаться в мире этом сыну Благодаря, согласно, вопреки. Да, дательный падеж и мне наука! Когда явился сам к себе без стука И будущее определено, Едва ли ты останешься собою, Собою до зарезу и с лихвою, В чужих устах, как бедный Сирано. _^_ * * * И что же увидала, проскочив На улицу: закатное предснежье, На запад промерзающий залив, Себя чуть боле беззаботной, нежели Теперь, когда желаньем умереть Нутро переполошено на треть. Высокие латинские мужи И греческое счастье по-старинке, В душе, в которой нынче ни души, Помимо отпечатков на суглинке Осталось ли хоть что-нибудь от вас С тех пор как лихорадка началась? Ты поступиться временем смогла - Тобою поступается пространство: Выхаркивают образ зеркала И лишь одно позволило остаться. Вместив закатной закуси ломоть, Ему бы и тебя перемолоть. Ни слова за закушенной губой, На сломе ты, душа, - уже пустышка, Которую сосут наперебой И каждый день стучат к тебе: услышь-ка И, как ворона, вырони кусок Запавшего поверх и между строк. _^_ * * * Sta, viator Кто чувствует себя, как манекен, Тому бояться смерти не пристало. Стоишь, не замечаемый никем За контуром оплывшего кристалла. И выхода не ищешь и не ждешь Пристрастия. Тебя переодели. Вся жизнь - витрина - в дождь - витрина сплошь, Повсюду: до одра, от колыбели. И люди в ней… Но это не порок Себе казаться тенью тех развалин, Где на тебя глядит Единорог И каждый гусь по-своему хрустален. Где сняты с петель смысла все шаги И продолженьем приключенья - дикость Изгнания. Прохожий, помоги Не впасть в маразм и из витрины выпасть. _^_ * * * Улитка, обнажающая сходство С русалочьим соском, ползет, и скользко Вокруг неё, как будто поцелуем Фавн выследил русалку полевую. _^_ * * * Шевеленье души, и мельканье Влажных веток, и солнце сквозь них Не оставят и камня на камне От тебя, потому что в тайник Ты проникла как прежде, без спросу, И непросто с тобой совладать. Избывая житейскую прозу, Ты приходишь сюда, яко тать. Подглядеть распредмеченным глазом, Заплетающимся, как язык, Заходящим, как разум за разум В анфиладе небесных улик: Там, языческой тяжестью лона Обессилена вся и светла, В гуще кроны кленовой Мадонна Бога-Слово тебе родила. _^_

© Наталья Бельченко, 2000-2026.
© Сетевая Словесность, 2000-2026.