Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность



      ЭСТОНСКИЕ  ПЕСНИ  О  СМЕРТИ

      Maailm ei ole enam see, mis ta oli enne.
      Мир уже не тот, что прежде.


      * СЕМЬ СЫНОВ У РЫЖЕЙ ДУРЫ
      * ПУСТАЯ РЕКА
      * ТАЙНА
      * ВАЛЬС-НОЧЬ
       
      * ОСТРОВ ПАСХИ
      * КОЛЫБЕЛЬНАЯ
      * ЗАДУМАЛСЯ
      * КЛАДБИЩЕ В ТЫРВА


          СЕМЬ СЫНОВ У РЫЖЕЙ ДУРЫ

          Бог летит на колеснице,
          сзади - пулеметчик.
          В небо выстрелил - попал,
          появились звезды.

          В дырки хлынула вода -
          собрались озера.
          Ветер глины намесил -
          города поднялись.

          Семь сынов у рыжей дуры
          в небо мост взметнули.
          Поскользнулись на дожде -
          грохнулись о землю.

          Разбрелись по городам,
          счет годам открыли.
          И вот с этих самых пор
          люди умирают.

          _^_




          ПУСТАЯ РЕКА

          Пустая река течет,
          Совсем пустая река.
          Мельника вытащили вчера,
          Теперь пустая река.
          Вот мельника жена идет -
          Не будет пустая река.
          Вот мельника дети идут -
          Нет, не будет пустая.
          Вот мельника друзья идут.
          Такая большая река
          Не бывает долго пустой.

          _^_




          ТАЙНА

          Старый Пеэтер можжевельник
          рубит у корчмы.
          Будем, будем веселиться,
          вволю пиво пить!

          Чует боров в загородке
          можжевельный дым.
          Будем, будем веселиться,
          мяса накоптим!

          Вот потеха - старый Пеэтер
          рухнул у костра.
          Тихо! Замолчите, дети!
          Что-то здесь не так...

          _^_




          ВАЛЬС-НОЧЬ

          За крышами спрятался месяц,
          Холодный, как мертвый финн.
          Трам-пам-пам, трам-пам-пам...

          _^_




          ОСТРОВ ПАСХИ

          Детки стайкою сгурьбились,
          строго к мамке обратясь:
          "Тута тятька, что ли, помер,
          весь в сетях на берегу".

          Волос дыбом, рот открылся -
          мамка бледная стоит.
          А это был не тятька вовсе,
          так, чужой, ненужный труп.

          Детки скачут, мамка рада,
          мечет круглый блин на стол.
          "Пасха! Пасха!" - веселятся,
          а тут Христос взял - и воскрес.

          _^_




          КОЛЫБЕЛЬНАЯ

          Тишину обняв хвостом,
          спит русалка под мостом -

          спи и ты.

          Спит на ветке черный дрозд,
          прячет в пуговицах звезд
          ночь-пальто латунь луны -

          спи и ты.

          Спит фонарь, под ним звонарь,
          может, пьян, а может, помер,
          в темноте не разобрать,
          лучше бы тебе не знать -

          спи.

          _^_




          ЗАДУМАЛСЯ

          Пошел за брусникой,
          Ушел, как Христос, по воде.
          Лишь дымка с утра
          Встает над свинцовым заливом.

          _^_




          КЛАДБИЩЕ В ТЫРВА

          Тем, кто трудился для Эстонии,
          нашли в ней последний приют.
          Певчие птички Эстонии
          над могилками их поют.

          Тем, кто сражался за Эстонию,
          в битве отдали жизнь за нее.
          Мало земли в Эстонии,
          могилки их далеко.

          Тем, кто правит Эстонией
          по мере скорбных сил.
          Большая земля Эстония,
          хватит на всех могил.

          Тем, кто дети Эстонии,
          мальчик с лопаткой стоит.
          Горсть земли Эстонии!
          Надежда в глазенках горит.

          _^_



          © Амир Ваддах аль-Амири, 1997-2020.
          "Пустая река", "Тайна" и "Вальс-ночь" были опубликованы в газете "CМ-Сегодня" в дни Фестиваля культуры Северных стран (Pohjamaade kultuurifestival, апрель 1997 г.).
          © Сетевая Словесность, 2001-2020.






 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Алексей Смирнов: Концерт на карантине [Вот разные рыбы, - благожелательно отмечал господин Лю, шествуя через рынок. - Вот разные крабы. Вот разные гады, благоухание которых пленяет... / ...] Татьяна Грауз. Прекрасны памяти ростки [Татьяна Грауз о самых ярких авторах второго тома антологии "Уйти. Остаться. Жить", вышедшего в 2019 году и охватившего поэтов, умерших в 70-е и 80-е...] Татьяна Парсанова: Пожизненно. Без права переписки [Всё чаще плачем, искренне, как дети... / Всё чаще в кофе льём слезу и виски... / Да кто же знал, что нам с тобою светит - / Пожизненно. Без права...] Ирина Ремизова: За птицей [когда - в который раз - твой краткий век / украдкой позовёт развоплотиться, / тебя крылом заденет человек, / как птица...] Алексей Борычев: Обречённость [Бесполезная пустота. / Кто-то... Что-то... А, может, нечто... / И весна, как всегда, не та. / Беспричинно бесчеловечна...] Братья Бри: Живой манекен [Прежде я никогда не испытывал тяги к игре, суть которой - заманить чей-то разум, чьи-то чувства в сети, сплетённые из слов. Я фотохудожник, и моё пространство...] Наталья Патроева, Юрий Орлицкий. Настоящий филолог, умеющий писать стихи [В "Стихотворном бегемоте" выступила петербургский ученый и поэт Людмила Зубова.] Сергей Слепухин: Блаженство как рана (О книге Александра Куликова "Двенадцать звуков разной высоты") [Для художника на Дальнем Востоке нет светотени. Здесь отсутствие светотени и есть свет...] Александр Куликов: Стихотворения [В попутчики брал я и солнце, и ветер, и тучи. / Вопросами я и луну, и созвездия мучил. / Ответы на травах, каменьях и листьях прочел, / и кто-то...] Максим Жуков: Она была ничё такая [На Пешков-стрит (теперь Тверская), / Где я к москвичкам приставал: / "А знаешь, ты ничё такая!" - / Москва, Москва - мой идеал...]
Словесность