Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ

Наши проекты

Конкурсы

   
П
О
И
С
К

Словесность




ЧЕРНЫЙ  КОТ  И  ЦЫГАНКА


Ехал прошлой осенью по поселку, спешил на электричку. Крупный желтый мастиф у обочины рвал черную тряпку. Мотал головой от усердия. Я подъехал - в зубах у него был черный кот! Кажется, знакомый - цыганский, он один тут на улице такой. Я выскочил из машины, закричал, замахнулся кулаком... Под рукой и в машине орудия не было. Мордатый, с жирными морщинами на лбу, довольный добычей, убивец смотрел на меня тупо.

Кот, свесившись, тихо плакал, просил о помощи. Грудь его была сжата, звука он издать не мог; только жалобно раскрывал рот.

Я запрыгнул в машину, завел и ринул ее на кобеля. Пес легко отскочил и пошел себе, довольный, вниз - под обочину, не отпуская жертву.

Бросил, когда перестало биться сердце, - стало уже не интересно. И побрел в сторону дорогих дач, сытый, лощенный.

Возвращался я ночью. Остановился у злосчастного места, вышел из машины. Светила луна. Я сошел с обочины. И вот он, черный кот (не приснилось) - он так и застыл, повернув мордочку к боку, - туда, где очень больно, остекленевший глаз отражал осеннее небо...

Сидя на корточках, я искурил сигарету. Сомкнул ему веки.

Надо сообщить хозяевам. Может, ищут.



На другой день ехал той же дорогой. Две цыганки шли к станции с баулами. Я часто догонял их на этом участке, они возили что-то в Москву. Поравнявшись, остановил машину, опустил стекло. Сказал не так, как говорят с местными - напрямую. А во избежание фамильярностей - отстраненно:

- Простите, не ваш кот там у дороги лежит?

Цыганка запела. Словно на рынке: "У меня, знаете какой дома кот? С красным бантиком! С золотым колокольчиком на шее!.."

Она еще что-то пела.

Стало понятно, труп они видели; тем более тут днями носятся цыганята.

Я дал газу.

Кот цыганский. Но сердечко у него - кошачье, наше.

Не забыть бы завтра бросить в машину саперную лопату.

2016 г




© Айдар Сахибзадинов, 2016-2018.
© Сетевая Словесность, публикация, 2018.
Орфография и пунктуация авторские.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Айдар Сахибзадинов: Три рассказа [Осень, пора бабьего лета. Одиночество и томленье как предчувствие первой любви. Что-то нежное теплится в мыслях, складывается, не угадывается... А это...] Ростислав Клубков: Новое небо [- Небо, - говорили, словно преодолевая смерть, шевелящиеся губы мертвой. - Спрятанное Небо в моей крови...] Виктор Афоничев: Счёт [Одни являются инструментом Всевышнего для совершения чуда, а кто не пригоден для этого, тем остаётся только рассказывать о чудесах.] Сергей Сутулов-Катеринич: Игра через тире [Прощай, непредсказуемая слава! / Творят добро, перемогая зло, / Моих обид несметная орава, / Моих побед посмертное число.] Алексей Борычев: Небеса. Паруса. Полюса [И бликами плачут пространство и время, / Но плачут спокойно, легко и светло. / И чьё-то крыло из иных измерений / Полдневным покоем на плечи легло...] Семён Каминский: Across The Room [Эх, если бы не надо было идти через весь бар, он бы непременно к ней подошёл...] Алексей Кудряков: Искусство воскрешения: о трёх стихотворениях Владимира Гандельсмана [Поэзия Гандельсмана уникальна тем, что в ней заметно стремление к преодолению словесной описательности: стихи призваны быть чем-то большим, чем стихи...] Александр Сизухин, Королевская проза [В литературном клубе "Стихотворный бегемот" представляет свой новый роман Владимир Попов.] Ярослав Солонин: Молчать о своём чуде [я ведь не знаю даже / как оно будет там дальше / но мне уже это не важно / я знаю слово "(м)нестрашно"] Виталий Леоненко: Возраст [ты, вращая во рту гальку мысленных рек, / промычи, что на свете и нету, / нет правдивее смысла, чем этот разбег / перво-слов, перво-форм, перво-светов...]
Словесность