Словесность

Наши проекты

Обратная связь

   
П
О
И
С
К

Словесность

[ Оглавление ]

Джузеппе Куликкья

Джузеппе Куликкья

Джузеппе Куликкья родился в 1965 году. Он посещал философский факультет Туринского университета, проходил альтернативную службу, в 23-летнем возрасте на год уехал в Лондон. Пять его рассказов (из десяти посланных) были опубликованы в антологии "Under 25", и по предложению её составителя Пьера Витторио Тонделли он начинает "писать что-то более длинное". Так в 1993 году появляется роман "Tutti giщ per terra" - "Всё равно тебе водить" и его протагонист - лишенный фамилии бритоголовый пацифист Вальтер.

Успех книги оказался оглушительным. Она получает премию Монблан и в апреле 1994 года выходит в престижном издательстве "Гардзанти". Уже в июне выходит второе издание, за ним следуют другие, роман переводится на французский, немецкий, голландский, греческий, испанский, каталонский языки, сразу же был снят выдержанный в жесткой стилистике "нового европейского кино" одноименный фильм (режиссер Дбвиде Феррарио). Продавец книжного магазина, вольнослушатель философского факультета провозглашается одним из самых перспективных авторов и выпускает уже третий роман, его литературный опыт - "парадигматическим", и открывается целая мода на новых молодых писателей - с совершенно другим стилем, языком и, главное, мировосприятием.

Новизна романа состоит прежде всего в том, что в нём едва ли не впервые в итальянской литературе оказалось четко и адекватно артикулировано самосознание уроженца и обитателя огромного мегаполиса, для которого - в отличие от его родителей и даже многих сверстников - постиндустриальная эпоха, эпоха "конца истории", уже началась, и единый некогда мир безнадежно распался на несколько абсолютно несмешивающихся реальностей, ни в одной из которых герой не может почувствовать себя "своим".

Это новое мировосприятие определяет и чисто эстетическую новизну романа: в нём отчетливо проступают метаморфозы, происходящие с искусством по пути в постиндустриальную эпоху - снятие таких жестких бинарных оппозиций, как fiction / non-fiction и переориентация произведения с "вневременного" на настоящее и с читателя-потребителя на читателя-соучастника.

Именно такой позицией "соучастника" и объясняется подчеркнуто неакадемический язык сносок и примечаний переводчика.

Вообще, эстетическая значимость и актуальность перевода романа на русский язык представляется мне очень высокой. Жизнь крупных городов во всем мире становится всё более одинакова. В нашу повседневную реальность стремительно врывается поток новых понятий - эмпирических и, главное, ментальных, и русская литература остро нуждается в их назывании. Понятно, что проще и естественнее делать это через описание такой среды, где они воспринимаются не как что-то новое и появившееся внезапно, а как привычное и пришедшее естественным путем.

Моя цель как переводчика, т.е. посредника между русской и итальянской в данном случае культурой состояла прежде всего в том, чтобы помочь русскому читателю почувствовать себя вписанным в общий контекст развития цивилизации. Дружный восторг молодых москвичей, читавших мой перевод: "Надо же, оказывается, у нас всё как у них!" свидетельствует, что роман Джузеппе Куликкьи "Всё равно тебе водить" - благодатный для этого материал.

Михаил Визель
Март 1998, Хамовники

20 негритят
главы из романа
Перевод Михаила Визеля

(3 ноября 2004)
Всё равно тебе водить
глава из романа
Перевод Михаила Визеля

(13 октября 1998)

Роман можно приобрести на бумаге в Культурно-информационном центре "Панглосс": 119034. Москва, ул. Пречистенка, 8/3,
тел.: (095) 202-29-33. olga_riabova@mtu-net.ru

При подготовке к печати перевод был заново отредактирован.






НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Михаил Поторак. Признаки жизни [Люблю смотреть на людей. Мне интересно, как они себя ведут, и очень нравится глядеть, как у них иногда светло переменяются лица...] Елена Сомова. Рассказы. [Настало время покинуть светлый зал с окнами под потолком, такими, что лишь небо можно было увидеть в эти окна. Везде по воздуху сновали смычки и арфы...] Александр Карпенко. Акустическая живопись Юрия Годованца (О книге Юрия Годованца "Сказимир") [Для меня Юрий Годованец – один из самых неожиданных, нестандартных, запоминающихся авторов. Творчеству Юрия трудно дать оценку. Его лирика – где-то посредине...] Андрей Баранов. Давным-давно держали мир киты [часы идут и непреодолим / их мерный бой – судьба неотвратима / велик и славен вечный город Рим / один удар – и нет на свете Рима...] Екатерина Селюнина. Круги [там, на склоне, проросший меж двух церквей, / распахнулся сад, и легка, как сон, / собирает анис с золотых ветвей / незнакомая женщина в голубом...] Ольга Вирязова. Напрасный заяц [захлопнется как не моя печаль / в которой всё на свете заключалось / и пауза качается как чай / и я мечтаю чтобы не кончалась] Макс Неволошин. Два эссе. [Реалистический художественный текст имеет, на мой взгляд, пять вариантов финала. Для себя я называю их: халтурный, банальный, открытый, неожиданный и...] Владимир Буев. Две рецензии [О романе Михаила Турбина "Выше ноги от земли" и книге Михаила Визеля "Создатель".] Денис Плескачёв. Взыскующее облако (О книге Макса Батурина "Гений офигений") [Образы, которые живописует Батурин, буквально вырываются со страниц книги и нагнетают давление в помещении до звона молекул воздуха...] Анастасия Фомичёва. Красота спасёт мир [Презентация книги Льва Наумова "Итальянские маршруты Андрея Тарковского" в Зверевском центре свободного искусства в рамках арт-проекта "Бегемот Внутри...] Дмитрий Шапенков. По озёрам Хокусая [Перезвоны льются, но не ломают / Звёзд привычный трассер из серебра, / Значит, по ту сторону – всё бывает, / А по эту сторону – всё игра...] Полина Михайлова. Стихотворения [Узелок из Калужской линии, / На запястье метро завязанный, / Мы-то думаем, мы – единое, / Но мы – время, мы – ссоры, мы – фразы...] Дмитрий Терентьев. Стихотворения [С песней о мире, с мыслью о славе / мы в проржавевшую землю бросали / наши слова, и они прорастали / стеблями стали...]