САМОКАТНЫЕ СНЫ ТРАМ-ВАЙ ТЫ ПОМНИШЬ КОРОБЕЙНИКИ ОЧЕНЬ ПРОСТАЯ ИСТОРИЯ ET CETERA   САМОКАТНЫЕ СНЫ 8-Е МАРТА ПО МОТИВАМ ВАСНЕЦОВА Я больше не пишу стихов... ТАМ ТРАМ-ВАЙ Трамвай пустой, такой шестой, Как в Петербурге с Мандельштамом, Кочует петелькой простой, Скрипит и шамкает мештами. Мой символический трамвай По символическим маршрутам Карабкается в горку круто. За ним растёт быльём трава. _^_ ТЫ ПОМНИШЬ Маркером на внутренней стороне души пиши. А хочешь, рисуй человечков, глаза чтоб сердечком. Помнишь, с Димой и Васей квасил? Эк вас колбасило. У мальчиков же мамы и сёстры есть. Чем они думают, когда стреляются или ещё похуже? А их ждут к ужину. Жеесть... На радугу незаметно ушли, Там теперь обитают. А спрашивали, почему типа люди не летают? Рааз, дваа, пли! Из цветов выстреливают шмели, Полосатые пули. Небеса показывают нам дули. Дым-дым, я масло не ем! Уходят, нетверёзыми, насовсем, Сигареты оттопыривают карманчики. Эх мальчики, мальчики... _^_ КОРОБЕЙНИКИ Мой записной, любезный друг, Ловец моей души, Преломим пряничек разлук У временной межи? Он горек, сладок, лунолик, Глазурные бока. Он нам казался невелик, Не больше пятака. Но коробейник не шутил, Когда товар менял. Премного каждый заплатил, Премного потерял. Меняли солнце на луну, А песню на свисток, Потом свисток на тишину, Луну на любисток. И острый, пряный любисток Хранили меж страниц Бесценных оговорок, впрок Подслушанных у птиц. Меняли мы речной туман На рыжую зарю... Как графоману графоман Теперь я говорю: Мой записной, любезный друг, Ловец моей души, Про горький пряничек разлук Эклогу напиши И коробейнику в карман Упрячь за все долги. А нам достанется туман И на воде круги. _^_ ОЧЕНЬ ПРОСТАЯ ИСТОРИЯ Когда нет денег на такси и на вино, Беру билет на белый самолёт. Он вылетает из проталины зари И устремляется по карте голубой. Иллюминатор заменяет здесь окно, Стаканчик кофе заменяет бутерброд, Горит весёлый огонёк про "не курить" За два часа до вечности с тобой. Мы приземляемся у столика в углу. Играет музыка из старого кино. Идут прохожие без шапок и пальто, И ожидается плюс пять тире плюс семь. Ты появляешься к дождю или теплу. Мы будем пиво, а потом ещё вино. Мы говорим и выпиваем не про то И расстаёмся, как обычно, насовсем. Упал за городом мой белый самолёт, А я лечу и продолжаю не курить. Погода лётная, весенний дождик льёт, Плюс-минус жизнь, и некого корить. _^_ ET CETERA Воруешь воздух. Его так много. Его навалом. Сбежало лето, сбежит и осень, Невеста ветра. Слюдой несмелой оконца лужиц С утра сковало. И тучи, тучи, и птицы, птицы, и ты, et cetera. Под вечер солнце, карминный пряник, Куснёшь на ужин, Карманный ножик возьмёшь зачем-то, Пойдёшь на реку. Повсюду воздух, колюч и горек, И мир простужен. А ты шагаешь, И под ногами – тень человека. _^_ САМОКАТНЫЕ СНЫ "Мир уродлив и люди грустны". И. Бродский Мир прекрасен, но люди грустны И катаются на самокатах По земле, от луны до луны В горьких думах – невидимых латах. Безразличных, безликих, иных Носит по свету тихая осень, Бьёт кручёной листвою под дых Неприкаянных, простоволосых. Покупая себе самокат, Приплатить пару сольдо за ветер И помчаться, как радостный сеттер, Как лихой электрический скат. Каждый мерный бесшумный толчок О поверхность шершавой планеты Собирает кручину в пучок И немножко стирает штиблеты. В отношении полной луны Не сложилось единого мнения. Вижу я самокатные сны. Небывалое, кстати, явление. В этих снах по орбите летят Эллиптические человечки, И сверкает корабль-самокат Космонавта Георгия Гречко. _^_ 8-Е МАРТА Мне Вова прислал цветы. И Коля прислал цветы. И Толик прислал цветы. А ты не прислал. А ты? Сергей подарил цветок, И Дима прислал росток. И каждый желал весны Задаром, за полцены. Мне кажется, я цвету Сквозь зимнюю темноту, Сквозь города тесноту Мне кажется, я цвету. Ты видишь, грядёт весна. Напьёмся весной сполна. Хоть допьяна, хоть допьяна. Гляди, это я у окна Качаю цветущей башкой Мимозою городской. Не время, но я цвету. Мне весело, мне вмоготу. Мимоза, тюльпан, первоцвет... Весною моей – ты согрет? _^_ ПО МОТИВАМ ВАСНЕЦОВА А на утро вчерашний волк Обернулся пугливым волчком, Прижимался худым бочком, Подвывал про собачий долг, Тёрся мордой, юлил волчком, Клянчил лунного сыра бок. А царевна лежала ничком. И запутался ниток клубок. А царевич ушёл в запой. Обещал фирузы, жемчугов, Говорил, спой, голубка, спой. А теперь сам глухой, не мой. Чёрен, тёмен дремучий лес, И горят в темноте глаза. Но пока волчий бок не облез, Можно сказочно взмыть в небеса. Светлый терем не мил, не гож. Погубила царевну тоска. В сказках этого не прочтёшь. Сказка – счастье для дурака. _^_ * * * Я больше не пишу стихов, Подслеповатых, Про облако из белых мхов, Про снег из ваты. Но это облако в ночи, Льнёт троглодитом, Лепечет: только не молчи. И я сердита. Бреду одна – и поделом, Шаги листаю. Собачий хвостик за углом, Как запятая, Мелькнул и угодил как раз В тенёты ямба. Весь пёсик, весел и чумаз, Остался там бы. И да, мне хочется стихов, Слепых, незрячих! Стихотворить до петухов, А как иначе? И я бубню свои стихи На перекрёстке. А на душе, из всех стихий – Дождь с перехлёстом. _^_ ТАМ Пойдём, поведи меня за руку До окоёма снежного, Лебяжьего, левобережного. Я не бывала там. Здесь – воробьиный гам Под крышами и в палисаднике, И голуби, как урядники, Так и снуют по пятам. Здесь – сучья деревьев паучьи Тычутся ночью в окно. Здесь странно заведено Нам быть невезучими. Там – разливается белый, белый невидимый шум, Затухающий в небе на клеммах звёздных, И тесная тропка следов не ведёт никуда, И самая главная, немигающая звезда Взойдёт высоко, когда я ей варежкой помашу С приветом поздним. Пожалуйста, сразу не отвечай, Подумай до понедельника. Ведь путь не близкий, А мы, святые бездельники, Не любим давать зароков, Да и нет в них проку. Они нарушаются до наступления бледного утра. Надумаешь – позови меня тихо, как раньше: Lutra Lutra. И я соберусь в дорогу. _^_

© Ольга Демиденко, 2023-2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2023-2026.