|
ЧАСТИЦА СЧАСТЬЯ
Рекомендовано
Рифмой.ру |
ПРИЁМ-ПРИЁМ
Выходишь из дома разут-разиня:
"Привет, дед Пихто, здравствуй, бабушка Зина".
Говоришь, а они смотрят в тебя насквозь,
и дед с сапога грязь сбивает о трость.
Чувствуешь, как время неумолимо -
красавицей, говорят, была бабка Зина.
А теперь смотрит глазами белёсыми в пуп земли
и шепчет всё время: "Прибери меня, прибери".
И стоишь вроде рядом, а вроде бы далеко,
и не знаешь, по ком же звенит тишина, по ком,
и зачем выходил из дома-бом-бом -
дурак дураком.
И слышится тебе - кто ты, кто ты?
...Вот вера твоя, вот слюдяные соты
и слова, тягучие на просвет.
А больше ничего-то, поймёшь,
у тебя и нет.
Сорвёшь подорожник, прибитый с утра дождём,
и крикнешь, кому - не знаешь: "Прием-приём!"
_^_
ГОВОРИТ УХОДЯЩЕЕ ЛЕТО
Говорит уходящее лето
на стрекозьем неясном фарси.
Словно тлеет в руках сигарета
и не хочешь ее погасить.
Чутко слушаешь музыку эту,
ловишь каждый рассеянный звук:
три октавы дождя, флажолет и
травянистое соло разлук.
То к себе, как родную, приблизишь,
то плечом оттолкнёшь в небеса.
Тонкостенные паузы нижет
на горячие стебли роса.
Все что было - узнаешь впервые -
дом у речки и яблочный Спас...
Будто жили не мы, а другие,
но похожие очень на нас.
...Разойдется заката прореха
чуть сильнее придавишь - кровит.
Это я задохнулась от смеха -
от бескрайнего света любви.
_^_
ОНА СО МНОЙ
Что происходит в настоящем?
Проснулся - выиграл джек-пот.
Закуришь, если ты курящий,
мяукнешь в утро, если кот.
Пройдёшься, не отбросив тени,
привычный вызубрив маршрут.
Торчат из всех стихотворений
усы потерянных минут.
Возьмёшь в "Пятёрке" пиво, спички,
кефир и триста грамм конфет.
И вроде выглядишь прилично,
обут, одет.
И тут услышишь, как прольётся
живой, пульсирующий звук.
Как блудный пёс к тебе прибьётся,
без спроса, вдруг.
Охранник рявкнет, не тушуясь:
вали, мол, долго здесь не стой.
Пустите музыку, скажу я,
она - со мной.
_^_
НЕВЫЯСНЕННОЕ
Где родина моя - Стокгольм, Париж?
в какой брусчатке эхом прорастаю?
Я вся в тебе волнение и тишь,
звезда на небе та, что светит с краю.
Какое слово громкое одно -
ты посвятишь мне с буквами играя?
Кто я тебе - влетевшая в окно -
любимая, забытая, чужая?
Каких невстреч нам выпадет зеро?
в кофейной гуще тропка оборвется.
И бледный ангел, выронив перо,
на голос мой печально обернется.
Какой разлуки свет в сто тысяч ватт
в груди (нет, не смотри!) горит, сияя.
Но грусть светла и тоненький халат
с надеждой всё ещё с плеча спадает.
_^_
ЗАВЕРНИТЕ
заверните мне запах в обертку шуршащую:
запах моря и сосен, рассвета манящего,
хлеба запах - с крошками на постели -
и ещё прозрачный запах капели.
дом с ванильными пирогами
и разлук, что были всегда не с нами.
груш осенних терпкий пьянящий дух
и любви,
хотя бы одной из двух.
заверните неба горчащий край
и насквозь пропахший сиренью май,
губ, целующих, воздух горячий пряный
и дыхание старого фортепиано.
летний вечер, полынную даль дорог
и макушки детской колючий вдох...
... а когда в раю меня спросят "кто-ты?"
разверну сияющую обертку.
_^_
ТАЕТ
Налипли сны на проводах -
раскачивая даль февралью.
И что поделать мне, когда
февраль рифмуется с печалью?
Когда о хрупкий колкий наст
любовь порезалась большая.
Но не отводит влажных глаз
и нежность с горечью мешает.
И топит громких чёрных птиц
в окне открытой настежь спальни.
Не увернуться, не спастись
от хлёсткой музыки февральей.
Она проносится насквозь,
Она волнуется, врастая.
А снег летит из-под колёс
И тает,
тает.
_^_
НИОТКУДА
Замело - мело - заштриховало,
наяву пуржило и во сне.
Жизнь моя: подушка - одеяло -
и за занавеской тёплый снег -
мается по улицам и скверам,
будто счастье пыжится догнать.
Никогда нас не было, наверно,
если я забыть смогла опять.
Подойди, ну разве можно ближе?
Шёпотом о важном говори.
Мы с тобой не встретились в Париже
и уже не встретимся в Твери.
Чаще бьётся венка на запястье -
в синем море - сердце рыба-кит.
Белый снег - безмолвный соучастник -
ниоткуда взявшейся тоски.
_^_
СНЕГОТИШЬЕ
Ничего совсем не слышно -
белоснежно под луной.
Снег идет, сияет, дышит
тиши-тиши-тишиной.
Хрустнет ветка - снегириный -
промельк чудится во мгле.
Снега выси и глубины -
под мостом и на Кремле.
На разлапистой макушке,
на носу у воробья,
шапку снега даже Пушкин
с шармом носит с ноября.
Сыплет рьяно, беспробудно.
Шарф завязан в три мотка.
- Ах, как чудо-чудо-чудно!
Ангел пискнет свысока.
_^_
ОСТАНЬСЯ ВЗДОХОМ
1.
Под небом, выпавшим на город,
Как дышится легко, легко ли?
Сгустившийся осенний морок -
Частица счастья, капля боли,
Щепотка листьев пряных, влажных
И грамм обманутого сердца.
Что там ещё - не так уж важно,
Но долго в песне будет петься.
И холодком скользнет по коже,
Дождём под куртку затекая.
И первым снегом запорошит,
Пугливой птицею растает.
Осенний день, неизмеримый
Линейкой наших одиночеств.
Не заблудись в пути, любимый,
Останься вздохом между строчек.
2.
Нервно блюдце выскользнет из рук,
Никакого в блюдце нету толка.
Как звенят, качаясь на ветру
Человеков хрупкие осколки!
Расстаются быстро, впопыхах.
Вдаль идут, путей не различая.
Чтоб остаться паузой в стихах,
Чтобы их полжизни промолчали.
_^_
* * *
ах, где же ты, терпкое лето?
странички прозрачных стрекоз...
и эхо раскатистым "где-ты"
подхватит пустяшный вопрос.
и скроется за поворотом,
и больше ни писка, ни кря,
не скрипнет фонарь большеротый
на тёмных путях октября.
и, будто завален случайно,
лежит на боку горизонт.
печалью - печалью - печалью
со всех обступает сторон.
давай по последней докурим,
от боли и смол одурев.
осталась лишь капля лазури
в прозрачных верхушках дерев.
_^_
МИГ ПОКОЯ
На лужайке жаркого июля
в облаке - куда же без него?
Мы лежим, но так и не уснули.
Без толку. Бессмысленно. Легко.
С боку на бок крутится планета,
зазевался - день и век другой,
но всё то же догоняет лето -
машет нам веснушчатой рукой.
Детский смех у речки с тихим плесом,
лес-старик у памяти в плену.
И ромашек желтоглазых россыпь
смотрят, не моргая, в вышину.
Там, где плещет небо голубое -
смотрят и до смерти берегут
поле васильков и миг покоя-
с черной нотой ласточки вверху.
_^_
|
© Анна Арканина, 2019-2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2019-2026.
| НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" |
|
 |
| Борис Бюргер. Айфон. Петербургская повесть. [...А где-то через полгода по Юго-Западу поползли очень странные слухи: якобы некий плюгавенький клерк (ростом, правда, в три метра) отбирает у...] Вахтанг Чантурия. Двери открываются. Рассказ. [Поезд дальше не пойдёт, ибо мир кишит змеями в самых разных обличиях их...] Лев Ревуцкий. Ещё раз о женской любви и коварстве, или почти реальная история Дульсинеи из Тобосо. Рассказ. [...история их любви, как и история Ромео и Джульетты, Орфея и Эвридики, Тристана и Изольды, навсегда войдёт в историю.] Ингвар Коротков. Соевая конфета в красивом фантике (О премии "Слово"). Статья. [Давайте посмотрим, кого же выбрали нам эксперты – мэтры поэтического слова – во втором сезоне "Слова". И какие поэты олицетворяют для нас, читателей,...] Наталья Перстнёва. Медленный город. [Будет дождь, будет ливень с июньской грозой, /
Хлынут реки, исчезнут дороги. /
Мы пойдём по реке, мы вернёмся домой /
По воде, как последние...] Георгий Чернобровкин. Горсть времени. [О, если б только знать, как дышится легко, /
когда вслед немоте встаёт за солнцем слово /
и льётся облаков парное молоко /
над родиной, и свет,...] Елизавета Григ. Счастье улицы Эйнштейна. Рассказ. [Есть такие двери, что остаются под замком всю жизнь. Одну я неожиданно открыла, решив перейти улицу, и застряла на дороге...] Яков Каунатор. Реинкарнация (Борис Рыжий). Эссе. [О жизни, времени и творчестве Бориса Рыжего - эссе из цикла "Пророков нет в отечестве своём...".] Борис Кутенков. Об одном стихотворении Александра Куликова. Статья. [Нехитрое и даже традиционное по форме, оно даёт повод для рефлексии на разные темы: и об интертексте – давно волнующей нас проблеме реминисцентного...] Владимир Буев. "Я им не какой-то недоумок деревенский. Всех их обману!". Рецензия на книгу Евгения Попова и Михаила Гундарина "Василий Макарович". [Сам бог велел по поводу книги Попова и Гундарина отписаться, что я и сделал (в этом месте можно улыбнуться).] Евгения Ушенина. Святому Франциску. [я говорю: /
в этой земной глуши не стой у меня за спиной /
давай лицом к лицу когда не просят за себя /
а перечисляют всех даже тех кто не...] Анна Стрельникова. Пурпур ночной. [внутри поэта подклад из кренделей /
с присыпкой из стекла перебитого: /
одна строка насильно милует /
другая вышивает на погребах кресты] |
| X | Титульная страница
Публикации: | Специальные проекты:Авторские проекты: |
|
