П О И С К

Олег Янушевский [Написать письмо]
Я родился 1 Мая 1959 года на Украине в большом провинциальном городе Луганске в день Мира и Труда. Родной город запомнился мне огромным пыльным механизмом, работающим вопреки крайнему износу и плодящим машины, уголь и людей. С раннего детства я стал рисовать дома и цветы, подражая своему деду - Дмитрию Каземировичу Кобзарю, человеку с пытливым умом и странной судьбой. Дед в юности боролся в цирке с Иваном Поддубным, знаменитым русским силачом, воевал и пил французское вино под Верденом, умел до седла разрубить "беляка" шашкой, играл на всех музыкальных инструментах и тайно писал стихи. Жили мы вшестером в маленькой "хрущевке", рядом с железобетонным заводом. Я помню тот день, когда мама повела меня к заводским воротам, чтобы показать отца, стоявшего на верхушке огромной трубы и махавшего нам обоими руками. Отец был именно тем монтажником-высотником, о которых пели песни и совсем не боялся лазать на "верхотуру". У меня тогда внезапно закружилась голова, потому что я слишком уж реально представил себя на его месте. Однажды отец сказал мне, что скоро станем жить в коммунизме и деньги исчезнут совсем. Что будем работать по-совести и брать с прилавков все, что захотим. Я очень сильно ему поверил и в эту ночь не смог заснуть от счастья: мне грезилась моя комната, вся уставленная игрушками из "Детского Мира". Это из раннего детства. Почти каждое лето нас с сестрой отправляли к родственникам в Литву. Семья отца была старой русской веры, дядья носили бороды и были строги к нам. Здесь младшие беспрекословно подчинялись старшим, в этом порядке было жить легко и просто. Здесь часто говорили по-литовски и я жадно пытался разобраться в незнакомых звуках, чтобы стать "своим" в новом и чужом мире. Всегда путался в именах двоюродно-троюродных сестер и братьев, число которых переваливало за сотню. Любил бросаться в огромные балтийские волны, а после шторма собирать янтарь. Учился в обычной школе, сначала "на отлично", после "на хорошо", а потом, когда увлекся искусством - полностью потерял интерес к занятиям. Просто забыл обо всем остальном. Мне было 14 лет. В 1974 году поступил в Луганское художественное училище. После первого курса понял, что могу больше, чем требуется. Со своим другом, Генкой Гоголюком, вынудил директора училища купить барабан и гитары. Так мы стали локальными звездами и сначала играли "шуби-дуби" из "криденсов", а потом все что попало, дойдя до полных импровизаций, называемых "ляпа-дурами". Жизнь была яркой и веселой. Первое вино. Первая любовь. Безответная. Ушел в армию. Хотел уйти. 730 дней в образцово-показательной части. Узнал строевой шаг и оружие, "носил" наряды по кухне и ходил в "караул", научился драться и курить по-настоящему. Был запевалой в роте. Сильно изменился, весил 90 килограммов и ничего не боялся. В 1983 году, после двух неудачных попыток, поступил в ленинградский институт Репина. Был пьян от удачи, мечта стать художником сбылась. Но учеба была трудной, все время приходилось отстаивать право на эксперимент. Плохо помню это время… ничего конкретного, только краски и схемы. В 1991 закончил экстерном Высшую школу искусств в Уимблдоне. В доброй Англии был одинок и счастлив, счастлив свободой выбора и разницами. Смотрел на Россию издалека, все больше в ней увязая и тоскуя по невозможному. Писал картины и стихи, пытаясь во всем разобраться сердцем. Позже много путешествовал по Европе и каждый раз, возвращаясь домой, привозил с собою смутную, быстро угасающую надежду на лучшее. Никогда не старался быть замеченным критикой, считая, что настоящие вещи пишутся "в стол" и сами находят дорогу в мир. Совершил очень много странных проектов, которые всем нравились и которых никто не понял. Торопил будущее. Стихи пишу давно. Прозу - когда начинаю анализировать. Живу в Петербурге на Васильевском острове. Работаю на мансарде с видом на Запад и Восток.		Идиомы книга стихов (5 апреля 2002)

Книга отзывов

НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"

Борис Бюргер. Айфон. Петербургская повесть. [...А где-то через полгода по Юго-Западу поползли очень странные слухи: якобы некий плюгавенький клерк (ростом, правда, в три метра) отбирает у...] Вахтанг Чантурия. Двери открываются. Рассказ. [Поезд дальше не пойдёт, ибо мир кишит змеями в самых разных обличиях их...] Лев Ревуцкий. Ещё раз о женской любви и коварстве, или почти реальная история Дульсинеи из Тобосо. Рассказ. [...история их любви, как и история Ромео и Джульетты, Орфея и Эвридики, Тристана и Изольды, навсегда войдёт в историю.] Ингвар Коротков. Соевая конфета в красивом фантике (О премии "Слово"). Статья. [Давайте посмотрим, кого же выбрали нам эксперты – мэтры поэтического слова – во втором сезоне "Слова". И какие поэты олицетворяют для нас, читателей,...] Наталья Перстнёва. Медленный город. [Будет дождь, будет ливень с июньской грозой, / Хлынут реки, исчезнут дороги. / Мы пойдём по реке, мы вернёмся домой / По воде, как последние...] Георгий Чернобровкин. Горсть времени. [О, если б только знать, как дышится легко, / когда вслед немоте встаёт за солнцем слово / и льётся облаков парное молоко / над родиной, и свет,...] Елизавета Григ. Счастье улицы Эйнштейна. Рассказ. [Есть такие двери, что остаются под замком всю жизнь. Одну я неожиданно открыла, решив перейти улицу, и застряла на дороге...] Яков Каунатор. Реинкарнация (Борис Рыжий). Эссе. [О жизни, времени и творчестве Бориса Рыжего - эссе из цикла "Пророков нет в отечестве своём...".] Борис Кутенков. Об одном стихотворении Александра Куликова. Статья. [Нехитрое и даже традиционное по форме, оно даёт повод для рефлексии на разные темы: и об интертексте – давно волнующей нас проблеме реминисцентного...] Владимир Буев. "Я им не какой-то недоумок деревенский. Всех их обману!". Рецензия на книгу Евгения Попова и Михаила Гундарина "Василий Макарович". [Сам бог велел по поводу книги Попова и Гундарина отписаться, что я и сделал (в этом месте можно улыбнуться).] Евгения Ушенина. Святому Франциску. [я говорю: / в этой земной глуши не стой у меня за спиной / давай лицом к лицу когда не просят за себя / а перечисляют всех даже тех кто не...] Анна Стрельникова. Пурпур ночной. [внутри поэта подклад из кренделей / с присыпкой из стекла перебитого: / одна строка насильно милует / другая вышивает на погребах кресты] Читайте также: Владимир Алейников. Сокольники | Юлия Великанова. Книга, пугающая с пользой (О романе Эдуарда Резника "Мой маленький Джей") | Екатерина Вольховская. Львиная доля | Надежда Гамильнот. Бунт как искусство (О книге Анны Горенко "Королевская шкура шмеля") | Татьяна Горохова. Донкихоты духа | Алексей Григорьев. Не далее как в этом январе | Михаил Ковсан. Радость большая | Марина Намис. Травяные наречия | Антон Ровнер. Пять поэтов, хороших и разных | Евгений Степанов. Будь что будет | Сергей Сутулов-Катеринич. 17 мгновений войны | Евгений Толмачёв. "Пора дать писателю официальный социальный статус" | Юрий Бородин. "Открылась бездна..." (о сложности обозрения общей картины современной поэзии) | Дмитрий Горбунов. Лысый и сансара | Атеистический оккультизм С.К.К.. Рецензия на книгу С.К.К. "Оккулит-ра"