Поэтический вечер Андрея Цуканова и Людмилы Вязмитиновой
в арт-кафе "Диван"
В арт-кафе "Диван" возле метро "Курская" шестого мая сего года прошёл совместный авторский вечер Андрея Цуканова и Людмилы Вязмитиновой. Мероприятие было уникально тем, что его двуединый участник - семейная пара - наряду с личным сочетанием двоих одновременно являет пример совместного (и попарного, попеременного) литературного творчества.
Вечер состоялся в рамках литературного проекта "Стихотворный бегемот", который осуществляет Николай Милешкин. Проект ориентирован на яркие современные литературные имена и связанные с ними проблемные, смысловые, ценностные поля (может быть, в большей степени поля вопросов, чем поля ответов). Поэтому регулярное упреждение Милешкина о том, что режим "свободного микрофона" отсутствует, есть не административное требование, а скорее концептуальный контур мероприятий "Бегемота". Они располагают к здоровой сосредоточенности на том или ином литературном явлении и его эпохальном фоне.
Литературный вечер проходил в эстетически яркой, осмысленной по дизайну, оригинально организованной, местами даже немного экзотичной, а потому располагающей к душевному общению, уводящей от сиюминутности обстановке арт-кафе "Диван".
Стихи, которые читала Людмила Вязмитинова, соответствует её внутреннему кредо: на первом месте не формальные изыскания; главное - то, для чего стихотворение написано. А уж как оно написано, во многом вопрос технический и редакционный (хотя, конечно, заслуживающий профессионального внимания). Высшее целеполагание искусства Людмила Вязмитинова понимает отнюдь не в русле басенного морализма. Не прописные правила внешнего поведения, а иррациональный внутренний свет - живая подвижная стихия поэзии Вязмитиновой. Для того, чтобы сгорать в творчестве, нужна не прописная буква морали, нужна истинная самоотверженность неусыпного сердца - своим примером свидетельствует Вязмитинова-поэт. Она действительно сгорает подобно мифопоэтическому Фениксу, а не просто говорит громкие слова (их она как раз не говорит; её тональность лирически тихая, манера разговора - чуть приглушённая). Ведь поэтом движет тихая тайна, а не прописная истина. В стихах Вязмитиновой естественно, а не искусственно и принуждённо обитают таинственные начала истины, добра и красоты. Им незаметно и в то же время узнаваемо сопутствует религиозная метафизика. И среди других поэтических творений Людмила читала стихи о крестной жертве, проникновенно рассказывала о своей работе над поэтической книгой "Месяцеслов".
Стихи Андрея Цуканова и вторят стихам Вязмитиновой, и контрастно дополняют их. В стихах Цуканова является яркая и многомерная авторская космология, за которой постоянно сквозит мудрый и добрый - временами немного ироничный - взгляд на мир. Мудрый и добрый смех - друг Цуканова. Прозвучали разнообразные стихи Цуканова, в частности, стихи, посвящённые его пребыванию в США, литературному зарубежью и русской поэтической диаспоре в Америке. Стихи мудро ироничны, увлекательно многомерны по смыслу, оригинально выстроены ритмически. Цуканов, судя по его авторскому почерку, основательно знаком с привычной русскому уху силлабо-тоникой, но отнюдь не чужд и альтернативных ритмических поисков. В стихах Андрея говорится не только о географических, но и о ментальных путешествиях. Они великолепны и подчас их сопровождают художественные фантасмагории, неожиданные повороты лирического сюжета и своего рода эстетические фейерверки. Яркие вспышки ума и таланта.
Если Вязмитинова пишет подчас о простых (хотя и бесконечно многомерных) вещах, то один из параметров поэзии Цуканова - фантастичность реальности, которая доходит иногда до неправдоподобия.
После стихов читалась интеллектуальная и в то же время житейски понятная проза Вязмитиновой, иногда содержащая вкрапления иронического детектива, элементы весёлой умственной головоломки. Читалась захватывающе остроумная и по-человечески узнаваемая проза Цуканова, которая по энергии, ритму, силе авторской впечатлительности граничит со стихами.
В конце вечера (в соответствии с традициями "Стихотворного бегемота") авторам наперебой задавали вопросы - самые разные. Отвечая на них, авторы осторожно касались интимно-психологических сторон творчества, "тайн ремесла" и вместе с тем живо, весело, интересно свидетельствовали о литературной эпохе. Так, в представлении Людмилы Вязмитиновой и Андрея Цуканова авангард как художественное экспериментирование - факт исторического прошлого, однако авангард, который занят не поиском новых приёмов текста (они давно найдены), а занят заумью, поиском новых смыслов сейчас возможен и по-своему востребован. Говоря о собственном опыте он и она - свидетельствовали о том, что прозу пишут в соавторстве, тогда как поэзия - дело индивидуальное, там каждый протаптывает собственные тропинки.
Касаясь наболевшей и живой для многих темы отечества и чужбины, Андрей и Людмила объяснили, что нынешний мир един, человек может лет на десять уехать за границу работать, и это здорово. Практика путешествий творчески раскрепощает, прививает жизненный опыт. Однако каждый из языков уникален в своём историческом становлении, в своей сложившейся идиоматике, и каждый язык по большому счёту непереводим. Поэтому свобода перемещений русского литератора по земному шару не может не сопровождаться ностальгическими настроениями, вызванными конечно же не ура-патриотизмом, а живой приверженностью русского литератора русскому языку.
Разговор получился живой и интересный. Вечер состоялся.
© Василий Геронимус, 2017-2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2017-2026.
Орфография и пунктуация авторские.
| НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" |
|
 |
| Екатерина Вольховская. Львиная доля. Рассказы. [Есть такие совершенные создания, которым всё идёт и всё прощается. Их любят абсолютно все женщины и большинство мужчин...] Владимир Алейников. Сокольники. Эссе. [И погода была – хорошей, и нисколько не уставала все красоты поры осенней, вместе с явными чудесами, нам, друзьям, собравшимся вместе, здесь, на воле...] Надежда Гамильнот. Бунт как искусство (О книге Анны Горенко "Королевская шкура шмеля"). Рецензия. [О новой книге из мемориальной серии "Уйти. Остаться. Жить", посвящённой поэтам, ушедшим молодыми во второй половине XX - начале XXI веков.] Евгений Толмачёв. "Пора дать писателю официальный социальный статус". [Интервью с поэтом, прозаиком и публицистом Станиславом Минаковым. / С писателем мы поговорили о блеске и недугах современной русской...] Сергей Сутулов-Катеринич. 17 мгновений войны. Асимметричный цикл стихотворений. [Любая бойня – мимо воли Божьей: /
Помимо, но во имя сатаны. /
Прапрадед правнучонка уничтожит – /
Мальчонку, не пришедшего с войны...] Алексей Григорьев. Не далее как в этом январе. [бублики, бараночки, конфеточки, /
водочка, водичка, колбаса. /
были мы смешливыми поэтами, /
стали мы (ненужное – вписать)...] Михаил Ковсан. Радость большая. Рассказ. [А у соседей снизу радость большая. Не веселье, конечно, и тем не менее. Груз с плеч. Камень с души. Не сравнивая, что очень понятно, но груза кусок,...] Татьяна Горохова. Донкихоты духа. Эссе. [О Володе Курдюкове и его сыне Никите Кникта. / Владимир Курдюков – художник, который всю свою жизнь посвятил искусству, очень много работал:...] Юлия Великанова. Книга, пугающая с пользой (О романе Эдуарда Резника "Мой маленький Джей"). Рецензия. [Ещё одно понятие сейчас добавилось в нашу реальность – коллективное исцеление психики. Свою лепту роман в это наиважнейшее дело вносит.] Литературные хроники: Антон Ровнер. Пять поэтов, хороших и разных. [18 серия цикла "Вечер авторов хороших и разных" в Культурном центре академика Д.С.Лихачёва в рамках арт-проекта "Бегемот Внутри".] Марина Намис. Травяные наречия. [Ночь пока вселяется в нас, /
пока /
я снимаю азбуку с языка, /
вьюга снежным кругом обводит дом, /
говори на белом, на небылом...] Евгений Степанов. Будь что будет. [Я жил без пустословья. /
Любовь текла по венам. /
А то, что не любовь, – я /
Считал второстепенным.] |
| X |
Титульная страница
Публикации: | Специальные проекты:Авторские проекты: |
