Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность



МОЛОДЫМ СУПРУГАМ (посвящение)
("Вечная сказка любви")


Часть двенадцатая. Соединение на небесах

О пересечении душ.
Высшая форма любви -- воздушная, та, при которой пересечение тел даже не обязательно, но зато в воздухе над телами происходит взаимное пересечение душ.
К этой форме любви нужно очень долго приходить, используя метод проб и ошибок, или какие-нибудь другие методы.

Из всего своего накопленного в ходе продолжительной работы огромного опыта они вывели главным образом только один результат и использовали его теперь вдоль и поперёк, как аксиому: пересечение душ приятнее, чем пересечение тел, каким бы приятным, изощрённым и длительным последнее ни было. Как ни мобилизуй систему физических ласк, наибольшего удовольствия нужно искать другим способом.
Чувство нежности конечно. Удовольствие от душевной близости может быть неограниченно.
Удовольствие от душевной близости определяется по формуле

P = D-1,

где P -- это удовольствие (pleasure), а D -- расстояние между душами (distance). Когда души полностью совмещаются в одну точку, удовольствие не имеет никакого предела, бесконечно.

Платоническая любовь. Была ли это она? Было ли это древенее умение, оставшееся грекам от пастухов и пастушек какой-нибудь сказочной Аркадии, отдалённой провинции высокоцивилизованной и ушедшей в себя Атлантиды, и впоследствие утерянное.
Сейчас большинству людей неизвестно, как это можно делать. Наука потеряла это умение. Люди только знают, как можно достичь пересечения тел, но как достичь пересечения душ? Это легендарная вещь. Для многих, тех, кто только понимает, о чём идёт речь, вещь не менее привлекательная, чем тот философский камень, который превращает всё в золото. Потому что любовь вообще за золото едва ли можно себе купить, а тем более такую.
Неземную любовь. Говорят, что её выдумали поэты. Другие говорят, с другой стороны, что она когда-то была, но рецепт утерян. Осталось только воспоминание о том, что она была. Либо же человек сохраняет генетическое знание о том, для чего он рождён. У него всё время чувство, что он рождён для чего-то другого, большего. Он постоянно яростно тыркается во все стороны всю жизнь, пытаясь отыскать это своё мнимое предназначение, не будучи даже уверенным, что что-то такое вообще есть на свете, но интуитивно чувствуя, что оно есть.
Если секрет утерян, это никак не означает, что он сложен. Он может быть, напротив, очень прост, он может быть где-то рядом. Секрет, который может всех осчастливить, просто объяснив каждому, чего же им, собственно, хотелось и выведя их на свет.

Прорыв в ту сторону

Просто приблизительное описание того, как он мог бы выглядеть

Представьте себе большую группу детей, мальчиков и девочек, такой детский сад, выброшенный на берег с погибшего корабля. Шлюпок на всех не хватило, поэтому в одной из очень больших шлюпок взрослые, по традиции, предоставили всё место только детям, вот дети и спаслись.
Дети вырастают, но не знают секрета любви, и понятия не имеют о деторождении. Взрослых нет вокруг, чтобы этому их научить.
Вы думаете, это невозможно? Нет, возможно. Думаете, они сами догадаются, в какую сторону идти? Нет, не догадаются.
Возможно, что мальчики и девочки будут интересоваться друг другом, притягивать друг друга к себе, тыркаться по-разному, интуитивно чувствуя, что за этим должно прийти какое-то облегчение -- но облегчение просто так не придет.
Даже и влечение на самом деле не обязательно. Влечение тоже порождается примером. "Давай приходи ко мне в гости сегодня вечером, родителей дома не будет, а мы будем всё делать, как большие." Были опыты, доказывающие, что любовное поведение -- это условный рефлекс. Ребёнок выросший таким образом, что он не имел никогда примера перед глазами -- не имеет влечения к противоположному полу.
Но вот группочку молодых ребят на яхте ветром заносит со стороны -- и дело пошло. Лучше конечно, вернее, если придёт большой пароход и сообщит о существовании всего мира. Хотя возможно, что и парочки будет достаточно, дети просто попробуют, и им понравится.
Ну-ка, без постороннего мира взрослых догадались бы они когда-нибудь о деторождении? Навряд ли. Конечно, природа бы им помогла. Стоило бы только зачать, остальное бы уже пошло, как по маслу. Хотя представляете насколько это было бы неожиданно, ха-ха! И это можно было бы получить только методом тыка, а умом это предвидеть не мог бы никогда и никто, ещё и сейчас никакая наука не знает, откуда на самом деле дети берутся.
Дети любят спрашивать друг друга: -- Ну что, ты уже достаточно немаленький, ты успел уже узнать, откуда дети берутся.
И другой ребёнок, если он только дорос уже до определённого возраста, отвечает, что да, конечно, я знаю. И показывает на пальцах, как одно втыкается в другое.
Но на самом деле он не знает.
Женщина вынашивает и рожает ребёнка, это не значит, что она умеет это делать. Это не значит, что она знает, как это происходит; всё происходит в её утробе без её согласия и участия. Она никогда не смогла бы сделать ничего подобного своими руками или умом. Если с этим что-то не в порядке и оно по какой-то неизвестной причине не происходит само, она ничего не может с этим поделать или даже понять, что же не так.
Сутенёр, прекрасно и лучше всех разбирается в женщинах, но он понятия не имеет о их внутреннем устройстве.
То же самое и Земля. Она -- как тот же необитаемы остров. И кто же его знает, кто же может это точно сказать, как на Земле появился человек. Каким метеоритом его занесло. И откуда. И каковы на самом деле пределы его возможностей. Человек, как маленький ребёнок, предоставленный самому себе и без помощи взрослых, самостоятельно изучает свои возможности, как только может. Осторожно трогает свои набухающие гениталии, когда начинает взрослеть, пытаясь понять, что происходит. И зачем. И в каком направлении это движется. И что из этого выйдёт.
И кто же его знает, удастся ли ему когда-нибудь достичь некоторых вещей без помощи "взрослых", которые где-то есть на другой планете и действительно "знают" для чего он рождён и что ему нужно делать. (Может быть, они прилетят довольно скоро. Может быть, они уже здесь, они рядом, но их не видно, и они только ждут, когда ребёнок действительно достигнет критического рубежа шестнадцати лет. Но я рад безумству некоторых, которые стремительно пробуют, тыркаясь друг в друга, чтобы что-то всё-таки найти и понять, не дожидаясь прилёта этих непрошенных странников.)
В любом случае это будет очень неожиданно, как рождение ребёнка у 12-- летней девочки.

Это я всё, как вы сами, конечно, понимаете, о пересечении душ. Они долго не решались двигаться в этом направлении. Не знали даже о его существовании. Да им это просто в голову не приходило, что это можно делать, и когда бы им сказали, они только яростно запростестовали бы оба: да вы что, совсем с ума сошли, неудобно такое даже и предлагать, при этом не имеет никакого значения, что мы спим вместе, но о таком -- даже и говорить при людях стыдно.
Когда же после долгих и ненаправленных страданий и тыкания носом впотёмках они сумели наконец победить свою взаимную застенчивость и преодолеть этот барьер, когда, наконец, решимости и смелости им обоим хватило (и мы все должны их похвалить за храбрость, проявленный героизм), короче, когда это было сделано -- их охватила такая безумная радость, такое небесное безоблачное бездонное счастье! Счастью их просто не было конца.

Реклама инсультов

Что остаётся, когда всё уходит
(культура)


Оратор с трибуны. Они однажды прослушали удивительно хорошую медицинскую лекцию.

Инсульты вообще в жизни имеют довольно большое значение. Потому что многое проясняют. В ходе инсульта сразу становится понятно, кто есть кто.

Забыл все слова, кроме слова "дерьмо".

Человек есть то, что остается от него, когда всё уходит. Самое главное.
А в ходе инсульта как раз и остается самое главное, когда всё вылетает из головы.
Вот один инженер. А после того как его трахнули в тёмной подворотне, он стал писать неграмотно и читать с трудом. И это говорит о том, что в действительности культурным человеком он никогда не был, и читать по-настоящему-- то не любил.
Я слышал про одну женщину, он был её любовником, это она подвергла его такой проверке: трахнула его по голове. Она заранее по учебникам разучила, по какой стороне бить, чтобы воздействовать на память. После этого она начала расспрашивать его, как он к ней относится, и помнит ли он важные вещи из их отношений, как она в первый раз согласилась с ним, это было для неё очень важно, она перед этим переживала целую ночь, и он говорил, что это очень важно для него тоже, он никогда это не забудет.
А после проверки неожиданно оказалось, что он всё вообще забыл, и он не мог даже узнать, кто она такая, и не помнил, как её зовут. Это говорило о том, что, хотел он этого или не хотел, но внутренне это было для него недостаточно важно и хранилось в недостаточно глубоких разделах памяти.
Он же не забыл, как подносить ложку ко рту!
Нет, он ей, как оказалось, недостаточно хорошо подошёл. Она искала настоящую любовь. Её нужен был кто-то такой, для которого она была бы так же важна, как ложку ко рту подносить.
Она была поражена его предательством и ложью. Она, конечно, сразу же ушла от него, полная справедливого негодования, как только он стал инвалидом.
И она стала проводить время в поисках другого хорошего человека, которого она собиралась так же трахнуть, хотя он заранее этого не знал.
Вот другой, например. Всю жизнь исключительной вежливости человек. А после того как его стукнуло, он разучился вообще говорить, и осталось у него только одно слово: "Сука!" На всё, любую реакцию он мог выдавать только одну, он либо вообще молчал, либо говорил "сука". Всё у него было "сука".
О чём это говорит? О том, что по-настоящему в глубине души это у него не сидело. В действительности вежливым этот человек никогда не был, только притворялся.
Вы думаете, я шутки шучу? Ничуть! Это -- настоящая серьёзная научная работа.
Каждый раз, когда что-нибудь говорилось ему, он что-то отвечал, но внутренне про себя думал "сука". Он никогда этого не говорил на людях, но внутренняя первая реакция этого человека на любое событие всегда была "сука". Это сидело у него где-- то глубоко, так же глубоко, как рефлексы. Это был его рефлекс, его реакция на мир, и так же важно. Это было самое главное, записанное для верности несколько раз в разных участках памяти, от того-то оно и не стёрлось при ударе.
Или другая, молодая женщина. Очень любвеобильное существо, её пристукнул её муж, потому что она не могла сдержать себя и никогда не отказывала его друзьям.
Очень хорошо. Однако, когда она прочухалась, оказалось, что она забыла все другие слова кроме слова "коньяк".
Вот так только и узнали, что на самом деле не любовь, а другое больше всего интересовало её в жизни. И она потому ходила с его приятелями, что они все поили её очень хорошим коньяком. А ему она, с позволения сказать, изменяла потому, что он всегда жалел деньги и покупал какую-то гадость, не понимая того, что ей в действительности так сильно хотелось.
Вы можете смеяться сколько хотите, но, когда муж стал разбираться с этим вопросом и внимательно опросил всех приятелей, то именно так оно и оказалось: она любилась с ними, потому что они давали ей хороший коньяк.
Или другой ещё. Его стукнуло, и он стал необыкновенно разговорчивым, нести всякую чушь.
Этот человек, на самом-то деле, уже довольно давно был полный дурак. И только прикидывался, только прилагал огромные усилия для того, чтобы это никто не заметил.
На каждого этот удар действует по-разному. Кто-то становится ужасной сволочью -- это значит, что сволочью он в действительности всегда и был. Кто-то неожиданно оказывается очень хорошим человеком, и старательно, как только может, помогает своим родственникам за собой ухаживать -- вот так только всё и проясняется! Вот так наконец, и узнаешь по-настоящему хорошего человека!
Так вы спрашиваете, почему я так люблю инсульт! Почему я предпочитаю его, выбираю из всех болезней. Почему я сам хотел бы иметь его в скором времени, и приложу усилия для того, чтобы его заполучить?
Я считаю ваш вопрос праздным. Всё и так ясно.
Во-первых, только инсульт позволит мне глубже понять самого себя. Он поможет мне понять, что я такое есть, и чем я всегда был в жизни, и что мне больше всего в действительности нравится, что я больше всего хочу.
Это для меня неважно, что я буду тогда уже слишком болен и не смогу воспользоваться полученными в результате этого опыта знаниями: при этом я не преследую никаких практических целей.
Конечно, я не смогу после этого уже ничего делать, но я и не хочу ничего делать, в особенности с собой, я просто был бы рад освободить самого себя от всего постороннего и стать таким, какой я есть.
Во-вторых, я после инсульта ничего не буду делать кроме того, что я действительно больше всего хочу. Во мне не останется никаких других желаний кроме истинных и самых главных.
В-третьих, я всю жизнь только того и хотел, чтобы освободиться от разных размышлений, которые терзали меня, при том что терзали они меня совершенно без толку.
Вы знаете что, я думаю -- что меня простой и маленький инсульт уже не устроит, в последнее время меня интересует только настоящий, обширный инсульт. Чтобы рассудок полностью пропал. Меня взбесит, если от него хоть что-нибудь останется.
Мне кажется, я знаю одно средство. Мне один друг рассказал. Он у меня химик. Так что я знаю, что принять внутрь, и собираюсь это сделать в ближайшем будущем.

(Как хорошо известно каждому) Культура -- это то, что остаётся, когда всё уходит. Точно так же лучший способ проверить человека на его настоящую ценность, то, что ему ближе и дороже всего -- это обширный инсульт, по типу тех, что случаются при дорожно-транспортных происшествиях. Происходит кровоизлияние в мозг, при котором заливается кровью всё подряд, и остаётся только самое дорогое и самое ценное.
Так, например, один пожилой мужчина (видный деятель искусства и литературы), всю жизнь работал над словом (хотя, возможно, при этом в душе всю жизнь ненавидел его, вот только так всё и выясняется) позабыл после столкновения все слова, и осталось только одно слово "жопа", которое он говорил всегда и вместо всего и по любому поводу. Хочет, например, что-нибудь другое сказать, кого-то поприветствовать или поделиться критическими соображениями по поводу одной новой повести своего лучшего друга, но не может, а вместо этого говорит всё только одно: "жопа, жопа, жопа". Ну что же, обычный человек, когда у него ещё нет инсульта, просто не имеет на это права, кто же из нас, говоря что-то, знает, что он действительно при этом хотел бы сказать!
Я побывал в этой клинике автомобильных болезней, там много таких случаев. Вот молодая женщина, про которую все привыкли было думать, что у неё на уме вообще только одни мужики, ничего другого у неё за душой нет -- так нет же! В жизни всё гораздо сложнее! Влепилась в кого-то там на машине, у неё жутко болела голова, разучилась говорить все слова и осталось только одно слово -- "коньяк".
Каждый из нас в глубине души концентрируется только на чём-то самом ему дорогом и главном, что помещено в наиболее надёжный и глубокий раздел его памяти. Но при этом часто бывает довольно нелегко понять, в чём же именно оно, это главное, состоит.
Другие, напротив, всю жизнь молчали, а как их бутылкой в парадной по голову стукнули хулиганы -- а хулиганы -- люди грамотные, у них уже опыт работы с людьми, и они знают, по какой части черепа нужно стучать, чтобы унеслись все ненужные слова, и чтобы человек не мог потом ничего толкового рассказать в милиции, ну а жизнь-то они ему оставляют -- так их, этих молчунов, и начинает нести потоком. Тараторят, не умолкая, и всё чушь какую-то, что говорит о том, что, хотя всегда молчаливость и считается признаком большого ума, ничего особенного за душой у них никогда и не было-то. Для любого самого большого так называемого умника всё зависит в действительности только от того, по какой стороне башки их стукнули, по левой или по правой.
Или вот тоже, у меня девушка одна, она была некоторое время знакома с близкой приятельницей Кости Кинчева, так вот, так говорит (и чувствуется при этом, что действительно знает это по личному опыту), тоже мне, народный герой, Есенин нового времени, поэт и композитор... Этот "композитор" за бутылкой портвейна и красивой девочкой готов вообще прямо сейчас сорваться и ехать чёрт-те куда, возможно даже на другой конец города, и время для этого отрывать от своей композиции ему нисколечко для такой ерунды не жалко. Нет, например, чтобы он ехал туда какую-нибудь книжечку почитать, раз уж он такой поэт...

Я мечтаю о том времени, когда у меня наконец-то будет паралич. Только тогда я смогу почувствовать себя окончательно свободно, ни к чему не стремиться и начать отдыхать, жить действительно только для себя. Надеюсь, это будет небольно. Говорят, что это небольно, ничего не чувствуешь, только не можешь ничем двигать и по этой причине ни за что не отвечаешь. Так хорошо!..

Да, у меня были как-то в гостях два поэта, они до хрипоты ожесточённо спорили, где же лучше всего пишется, один говорил, в сортире, а другой, на краешке кухонного стола. Как выяснилось позже, они оба имели в виду совершенно разные вещи, один имел в виду "писать", а другой "писать".
Один из них даже потом по этому поводу опубликовал статью в "Смене". Статья называлась "Право писать хорошо (перед сном)".
Лучше стоит, если некоторое время перед этим не писать.

(Об авторе этого произведения, тихо, в сторону:) -- Ты знаешь, дорогая, по-- моему в жизни этого человека уже был инсульт...

Общество поклонников лоботомий

Лоботомия -- прекрасная процедура. Не оставляя на теле никаких внешних изменений, она спокойно оставляет в человеке самое главное, удаляя нетипичное, нехарактерное и наносное. Вы посмотрите на него, по внешности вам может показаться, что это по-прежнему тот же самый человек, но из общения с ним вы скоро поймёте, что он совсем другой. Например, хочет поднять руку и начинает вместо этого писать в штаны, но многим это о"кей, многие идут на такие жертвы ради той общей свободы, которую даёт отсутствие интеллекта. Или, например, хочет человек поднять руку, а вместо этого начинает писать. Тоже некоторое неудобство, но ради того преимущества, которое даёт общая свобода, многие на него идут.

Лоботомии сейчас в моде. Новая волна поклонников лоботомий. Это раньше была довольно распространённая медицинская процедура в тридцатые годы, но потом её запретили, потому что оказалось, что она ничего не лечит.
Но сейчас всё большее и большее число людей начинают приходить к врачу и настаивают, просят, умоляют, доктор, пожалуйста, сделайте мне лоботомию.

Только что пришла новая хорошая весть: взвод солдат согласился, что им всем будут делать лоботомию. Вслед за тем пришла другая ещё более радостная весть о новых рядах поклонников. Другой взвод солдат попросил о том, чтобы им всем обязательно и немедленно сделали лоботомию. Пришли журналисты, спросили, кто же, как вы думаете, вместо вас будет теперь спасать Россию. Все солдаты дружно ответили: "Мы!" При этом у некоторых журналистов создалось подозрение, что лоботомию им уже сделали. Но нет, они только все находились ещё на очереди в приёмном покое медкабинета, ожидая своего срока. Они уже во многом достигли того, чего хотели, и собирались лоботомией это только закрепить, и кроме того, чтобы в дальнейшем им было легче продолжать тот же стиль жизни, лоботомия им, конечно же, очень сильно поможет.
Новая весть: лоботомию можно делать во сне. Усыпить человека, затем погрузить в общий наркоз.
Кстати, общий наркоз не обязателен, это можно делать под местным наркозом, только заморозить глазное веко, которое является для операции входным отверстием в мозг.

-- Мне надо уехать на неделю в Москву,-- сказала она.
Они очень серьёзно подошли к обсуждению этого вопроса. Конечно же, одна она уехать не могла. Они подошли уже к тому моменту, когда стали биологически неразделимы. И врач говорил, что, хуже, чем у слившихся близнецов, их разделение невозможно. Они стали невесомы. Они подумали о том, действительно ли ей надо ехать в эту Москву. И насколько ей туда надо. И пришли к выводу, что никуда им вообще особенно не надо настолько, чтобы идти из-за этого ещё на такие ужасные лишения.

Они обнаружили, что они давно уже как Рональд и Нэнси Рейган. Они впервые стали по настоящему понимать этих людей, их проблемы. Они пришли к выводу, что просто не могут расставаться. И даже когда они где-то вместе, для постоянной поддержки, для того, чтобы просто чувствовать, что всё в порядке, что всё идёт нормально, им надо чувствовать, что другой -- он здесь, он никуда не ушёл. Это как дом, который улитка носит с собой на спине, и без него она сразу умрёт.

"С возрастом муж и жена становятся очень похожими друг на друга"

Механизм этого природного явления до конца не изучен. Как они влияют друг на друга. Понятно, что женщина становится подвержена генному аппарату мужчины, потому что в течение долгого времени получает от него его генный концентрат, несущий всю информацию о строении его тела. Но почему мужчина, с ним тоже начинаются очень значительные изменение в сторону его жены, это не совсем понятно. Где мутагенный фактор? В него же не переходит никакое вещество? Нет, с этим определённо ещё нужно очень разобраться.

С годами совместной жизни, муж и жена становится похожими друг на друга. Вот этот процесс у них происходил очень сильно, они просто стали на одно лицо. Было не очень красиво и не шло на пользу их внешности, но их обоих это к тому времени очень уже устраивало.
До сих пор наукой не совсем точно установлено, в чём причина этого процесса. Ну ладно, положим, женщина изменяется в сторону мужчины, потому что получает очень много семенного материала, гормонов, которые содержат его генетическую информацию. Вот её генетический аппарат и начинает меняться в его сторону под таким напором и давлением.
Ну мужчина-то, он не видно чтобы от женщины довольно много чего получал, однако же тоже сильно меняется в её сторону. Женатые мужчины становятся более женственными, в них просыпаются, даже в их внешнем облике, некоторые женские черты. Они и в своей жизни и психике более приобщаются ко всему женскому. Настоящий мужчина -- тот, который на войне или в армии, где совершенно нету женщин, и неоткуда им взяться, где всюду только настоящий мужской язык и мужское поведение. После месяцев, проведённые в настоящей мужской жизни, он забывает, как женщина и выглядит, какая у неё фигура и голос, какоё у неё внутреннее устройство и бельё. Только так можно воспитывать настоящих мужчин для войны, и в наиболее агрессивных странах так и делается. Даже их удовлетворение полового голода через армейский (временный) гомосексуализм очень способствует их мужественности. Здесь важно, что женщин в округе и близко-то нет с их понятиями. Такой способ утолять голод никак нельзя назвать любовью, любовь тут совершенно ни при чём. Любовь вожможна только с женщинами, ну или всякими путями -- но только на гражданке. В настоящей армии или в тюряге любви нет, там только другое. Любовь выдумали женщины и им подобные, а там они отсутствуют, ну и очень хорошо.
Они стремились к всё более и более высокой форме любви. Уже существующая между ними очень высокая степень близости их давно уже не устраивала, им отчаянно, больше всего на свете, до слёз хотелось бы быть ещё ближе, как можно только ближе друг к другу.
Никакой систематической научной подготовки у них не было, они не знали, бедненькие, в чём она состоит, та самая высокая степень близости. Они двигались чисто на интуитивном уровне, нащупывая путь в потьмах. Самый правильный путь.
По примеру рыцарей и их дам, во все века влюблённые предлагали своим подругам, если те хотели убедиться окончательно в их преданности, что они готовы всегда пройти через галантное испытание. (Он потрогает у неё, она у него.) Он согласен, что он проведёт всю ночь на диване рядом с нею обнажённой и не прикоснётся к ней даже одним пальцем.
Хорошо. Очень хорошо. Действительно очень высокая степень любви.
Правда, сразу следом за этим испытанием они получали от дамы всё, что им только было нужно, но это не имело никакого значения. Они уже доказали свою интеллигентность, хорошую подчинённость высокой внутренней дисциплине, что, мол, умеют держать себя в руках, и что у них с этой дамой имеются более высокие отношения преданности и верности, а не только так, кошкины страсти.
Но всё же не самая высокая степень.
А как же выглядит самая высокая степень, означающая полное объединение на действительно высоком духовном уровне?
Это значит, что он не просто проведёт ночь рядом с ней на диване, а что у него при этом ещё и ничто не вздрогнет, ему и не захочется. И утром он просто повернётся к ней спиной и уйдёт, не сказав ни слова. Потом вечером он обязательно вернётся. А может быть, и не вернётся. Это всё равно.
Ему необязательно быть с ней вместе, чтобы доказывать свою преданность. Ему вообще уже не нужно больше ничего ей доказывать.
Ему не нужно быть лицом к ней, чтобы видеть её. Ему не нужно говорить с ней, чтобы понимать её.
Он может годами не видеть её. Эта высокая степень близости уже не нуждается ни в какой дополнительной тренировке, они теперь будут всегда вместе.
Нет, извините дамы, но он не дарит ей цветы. Ей тоже давно не нужны от него никакие доказательства. Ей уже даже не нужен он сам.
Он просто существует теперь как часть её души и тела. Мы не слишком заботимся о частях своей души и тела. Мы не принимаем от них подарков. Мы не сомневаемся в их верности. Мы их годами не замечаем, покуда только что-нибудь не заболит.
Нет, это не следует понимать так, что не нужно больше дарить дамам цветы. Нужно, если она этого хочет. Нужно, если она ваша дама.
Но она больше не была у него дама.
Они оба не были уже ни мужчиной, ни женщиной.
Они были частою чего-то другого, единого целого организма.

Это можно было всегда легко проверить.
Достаточно было привить какой-то болезнетворный микроб одному из них, чтобы сразу же заболевал и другой.
Стоило одному из них причинить боль, как моментально вы могли увидеть страдания на лице другого.
Это обнаруживалось даже через стену.
После того, как они сделали себе лоботомию, им было всё равно, они перешли оба в высшее состояние полного понимания, нечто вроде индийской нирваны, но что-- то другое. Высшая ступень, кстати, интеллектуального развития, когда всё понимаешь, и становится уже на всё наплевать. Они сидели оба и безоблачными глазами смотрели в небо. Они позволяли делать над собой какие угодно медицинские эксперименты.
Медики их поместили в поликлинику для опытов.
У ворот поликлиники, конечно, сразу же стала собираться огромная толпа их фанатов с лозунгами, чтобы их освободили.
Потому что фанаты к этому времени достигли тоже достаточной ступени развития, они, эти двое, были для движения более и не нужны, движение прекрасно существовало и могло развиваться без них.
Фанаты просто и в организованном порядке один за другим заходили в клинику, там им всем по очереди делали лоботомию, и они сразу же выходили за дверь и уходили в неизвестном направлении.
Если парень, например, приходил с девушкой (таких было очень много, поскольку весь пример этих двоих -- это наука правильного спаривания), то выходил он уже без неё, она была ему уже не нужна, ему не обязательно было иметь её около себя, для того, чтобы убедиться в её верности, он уже и так знал, что, пройдя лоботомию сразу вслед за ним, она так навсегда с ним и останется. Они были очень рады, потому что им более не нужно было никаких внешних доказательств, а просто они внутренне представляли собой одно существо.
Напомним, кстати, что лоботомия -- это такая лечебная процедура, она раньше была очень в ходу в тридцатые годы, и многие выдающиеся деятели науки и культуры проходили через эту процедуру, потом её отменили, её перестали делать с лечебными целями, а только тем, кто по каким-то причинам хочет это осуществить для себя. Процедура заключается в разделении мозга на две неравные половины, отделении лобных долей от всего остального, хирургическом разделении связок с лобными долями, оттого-то так и называется -- лоботомия, или ещё иногда фронтальная лоботомия. Это не больно, и не требует серьёзного хирургического вмешательства, резец особой удобной изогнутой формы вводится через глаз, а после всё остальное происходит уже безболезненно, потому что внутренние части мозга лишены нервных окончаний.
То есть их фанаты не беспокоились ни за себя, как они теперь будут без своих учителей, они сами по себе были в порядке. Не беспокоились они и за своих учителей, они знали, что учителям всё равно, где пребывать, в психиатрической лечебнице или равно в любом другом месте. Их учителям уже тоже было хорошо, безотносительно того, где они находятся, можно было не беспокоиться за учителей, их учителя тоже были в порядке.
Что-то вроде индийской нирваны.
Хотя я говорил с настоящими индусами, они относятся к нирване скептически. А, они говорят, нирвана, да, конечно. И уходят от дальнейшего разговора.

Вы, конечно, уже догадываетесь, чем закончилась эта история. Да, это и был тот самый случай, про него некоторое время писали в газетах, когда двое катались на лодке посередине парка. Они никуда не плыли, просто обнимались. По ходу того как они обнимались, лодка переврнулась, и они оба пошли ко дну.
Они оба, взятый каждый в отдельности, были неплохими пловцами, и не нуждались ни в какой помощи. Но их нельзя уже было к этому времени рассматривать поотдельности, отдельно каждый от другого они не существовали, а вместе представляли уже нечто другое, единое целое. Когда помощь пришла, было давно как уже поздно.
Они просто не разъединяли объятий, не считали нужным. Вода была для них не повод, чтобы разъединить объятия. Они не разъединялись из-за такой мелочи, как вода, не шли на уступки воде.
Не было во всём мире ничего такого, что бы могло их развести.

Оглавление



© Игорь Шарапов, 1999-2018.
© Сетевая Словесность, 2000-2018.







 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Макс Неволошин: Психология одного преступления [Это случилось давным-давно, в первой жизни. Сейчас у меня четвёртая. Однако причины той кражи мне все ещё не ясны...] Тарас Романцов (1983 - 2005): Поступью дождей [Когда придёшь ты поступью дождей, / в безудержном желании согреться, / то моего не будет биться сердца, / не сыщешь ты в миру его мертвей, / когда...] Алексей Борычев: Жасминовая соната [Фаэтоны солнечных лучей, / Золото воздушных лёгких ситцев / Наиграла мне виолончель - / Майская жасминовая птица...] Ирина Перунова: Убегающая душа (О книге Бориса Кутенкова "решето. тишина. решено") [...Не сомневаюсь, что иное решето намоет в книге иные смыслы. Я же благодарна автору главным образом за эти. И, конечно, за музыку, и, конечно, за сострадательную...] Егавар Митасов. Триумф улыбки [В "Стихотворном бегемоте" состоялась встреча с Валерией Исмиевой.] Александр Корамыслов: НЬ [жизнь на месте не стоит / смерть на месте не стоит / тот же, кто стоит меж ними - / называется пиит...]
Словесность