|
ВЕЛО МЕНЯ СЕРДЦЕ В СИЯНЬЕ НОЧНОМ...
Стихотворения. Переводы с кабардинского
– НЕЛЛИ ЛУКОЖЕВА –
– ЗАРЕМА КУГОТОВА –
– ХАЙШАТ КУНИЖЕВА –
| |
НЕЛЛИ ЛУКОЖЕВА
Лукожева Нелли Галимовна. Поэт, писатель, драматург. Родилась 15 сентября 1959 года в селении Верхний Курп Терского района Кабардино-Балкарской Республики. Окончила Витебский индустриально-педагогический техникум, историко-филологический факультет КБГУ, отделение русского языка и литературы, кабардинского языка и литературы, а также отделение журналистики на факультете общественных профессий при КБГУ. Член Союза журналистов и Союза писателей РФ. Автор первого литературного эссе на адыгском языке, первая кабардинка, обратившаяся к балетному жанру, автор либретто балетных спектаклей "Метаморфозы души", "Рисунки ветра". По её произведениям "Шыра" и "Благодеяние" сняты телевизионные художественные фильмы. Автор более 250-ти статей культурно-творческого направления, сборника рассказов и эссе "Шорох" ("Щхъыщхъ макъ", 1998), сборника стихов "Лепестки" ("КъапщIий", 2000), книг "Ветерок и Перекати-поле" на кабардинском и русском языках (2006), "Метаморфозы души" (2007), "Всходы души" ("Жылапхъэ", 2009), пьес "Шикумци" (2016), "Плачь дерева" (2018), "Сапфир-звезда" (2020).
Работала заместителем директора школы культурного наследия им. Ж. Казаноко, заместителем директора Детской школы искусств, методистом Института бизнеса, проректором Авторского университета, главным редактором журнала "Ориентир", преподавателем Северо-Кавказского Института Искусств.
СЫН АДЫГА
Сын родился! Под небесным сводом
Дед зовёт гостей на торжество.
Станет образцом он, сын народа,
Воплощая с доблестью родство.
Жёлтую халву готовит нана,
Срок пришёл подвесить красный сыр*.
Вырастет герой из мальчугана,
Вырастет мужчина, богатырь.
О его отваге песни сложат,
Горд отец: призванье сыновей
Мир скреплять. А что ещё дороже,
Участи достойней и ценней?
Крепкий, благодатный дом построит,
По сердцу и спутницу найдёт.
Сбудется желание простое:
Долго и достойно пусть живёт,
Пусть морские волны укрощает,
Табуны ведёт на Млечный путь.
Землю, сын, собою украшая,
Сотне сыновей ты равен будь.
_______________________________________
* Обряд "подвешивания красного сыра" – своего рода состязание в ловкости, устраиваемое по случаю рождения в семье долгожданного сына.
РУКИ МОЕЙ МАТЕРИ
Нет белее материнских рук,
Мягче нет. Ладони матерей
Тесто превращают в хлебный круг,
Каждый день приветствуя гостей –
Шесть десятилетий, каждый день...
Руки мамы – что родней, милее?
Мамой сын зовёт меня – в смятенье
Оглянусь, сама нуждаясь в ней...
Что ни приготовит, нет вкусней,
Нет теплее рук и утончённей.
Руки – как магнит, как тянет к ней...
Мы – птенцы в гнезде её ладоней.
ФЛЕЙТИСТ
Когда мой малочисленный народ
Обрядом древним вопрошает море,
Флейтист выходит с музыкой вперёд
И окликает песней место горя.
Когда ему внимает тот из нас,
Кто здесь остался жить, то даже в штиле
Он чувствует угрозу, а подчас
Бездонный ужас у морской могилы.
Разносит воздух песню "Истамбул",
Народный плач, и голос слышен чей-то,
Как будто звук по горлу полоснул –
Ему отозвалась печалью флейта.
Передают друг другу боль веков,
Верша обряд у Черноморья, люди
И кажется, под тенью облаков
Ушедшие внимают песне судеб.
Он и сегодня вызывает боль,
Плач над водой, лишь запоют седые,
А если скорбь уста скуёт невольно,
Подхватят песню плача молодые.
И – видится мне это ли одной –
Качаются пустые колыбели
Над волнами морскими, над водой,
Как будто мы вчера осиротели...
* * *
Знай, бурку валяют из шерсти овечьей,
Солгавшему раз не поверит никто,
Коль сердце задето обманчивой речью,
Всё чаще впадает в ошибки оно.
Пусть стоя и тот, кто упрям, умирает
И дует на воду, кто злом обожжён,
На бой баловник дурака вызывает,
А волк для медведя лохмат и смешон.
Где свалка – привычное место для мухи,
И мнится пшеницей болоту камыш,
К словам откровений фразёры так глухи,
Так чужд небесам разговорчивый хлыщ.
Где зло над добром не познает победы –
Не внове на том мирозданью стоять.
И не убивают убийцу – к ответу
Зовут, чтобы умысел злобный понять.
Две лжи, что столкнулись, правдивей не станут,
И солнце нам светит, ушедши в закат,
Дары его в дождь, что нагрянул, не канут,
Земля умножает то благо в сто крат.
* * *
Подгоняя хлыстом своего скакуна,
У дверей моих ты его пыл не смирял,
И я, робостью девичьей втайне полна,
Не ждала, чтоб цветами меня осыпал.
Когда тысячей искр загорался твой взгляд,
К сердцу яростно мчался по жилам огонь,
Пока мир измерял одной мерой подряд,
Был тобой бег часов на покой обречён.
Пока в небе звезду для меня ты искал,
Покрывая сетями ночной небосвод,
И пока по канату соблазнов шагал,
Я была, словно шест, что над бездной ведёт.
Когда силой прозренья меня одарял,
Разводила надежда медовую воду,
То, что ты моё сердце навеки украл,
Полумесяц лишь знал, приближая к исходу.
Пока ты выбираешь, я, боль затая,
Вновь в разорванном сердце ищу его своды,
Если нет у нас вёсел, к чему нам ладья?
Не становятся песней слова без мелодий.
Я истерзанным сердцем тебя извещаю:
Из зари извлеку ленту гибкой тесьмы,
Ею путь золотой для тебя пролагаю,
Ну а ты выбираешь изгибы тропы.
Ты уходишь украдкой, боясь, что осколки
От души моей могут настигнуть тебя,
Так умолкни, разбитое сердце, умолкни
И умей пережить свою гибель, любя!
* * *
"Взгляд опусти", – говорил. И покорно
Я подчинялась. Но снова упорно
Ты головы поднимать не давал,
Без вины виновата – ты мне доказал.
Долго так длилось, и вот оказалось,
Ты прятать пытался (хоть самую малость)
Высокое небо навек от меня,
И мир мой, и душу сурово тесня.
Теперь на плывущих пишу облаках,
На волнах любви и на синих волнах,
Не выношу вслед ушедшим дождям
Бурку. А солнце по всем сторонам
Льётся, и всем оно ласково светит,
Шлёт нам лучи – не глухие запреты.
Если нет неба, толк в землях каков?
А без них небеса – лишь гора облаков.
"Взгляд опусти", – говорил. Опускала.
И видела – небо у ног расплескалось.
Кроткой печалью давно рождено,
Тайной любовью мне стало оно.
И теперь, когда думы порой налетают,
Легко провожаю их давнюю стаю.
Бог создал иною меня: суждено
Другое мне: было Судьбою дано
Связать воедино очажным котлом
Небо и землю, бездомье и дом.
* * *
Не жди, я не вернусь,
Мост унесло разливом,
И к голосу призыва
Глуха теперь, боюсь.
Пусть это сам Саро –
Суровый ангел смерти,
На этом белом свете
Ничто б нас не свело.
Так рано алыча
Цветёт и отцветает,
Когда ей ни луча,
Ни солнца не хватает,
Всему нужна вода –
От засухи спасает.
В дороге – вот беда –
Извилисто-петлистой
Устанут ноги быстро.
Опустошает ложь
Сердца и души многим.
Поверишь – пропадёшь,
Не находя дороги.
Как сердце замирает
В покое от тревог!
Несу в пределы рая
Всё то, что знает Бог.
Молю его неистово
Я только об одном,
Прошу его запомнить:
Не открывать дверь комнаты
В моей небесной пристани,
Когда услышу стук твой
За ледяным окном.
САМОЛЁТЫ
Ты летал
И я летала –
Самолётики пускала,
Так играли мы с тобой –
Пролетели над травой
И упали прямо в грязь.
Я промолвила, смеясь:
Оборвался наш полёт –
Ну, какой я самолёт –
Лучше деревцем назвать,
Буду ивой горевать!
Ты смеялся надо мной:
Что же, быть тебе листвой,
То есть листиком бумажным,
Полетишь за мной отважно –
Первой падать – твой удел,
Так сказал ты и взлетел,
Но, как палый лист, упал...
Может, просто ты устал...
... Я ушла,
Когда сказал ты,
Что летать я не сумею.
Может, я с тобой не смею...
* * *
Открылась дверь в потусторонний мир –
В неё душа устало постучалась.
И душами наполнился эфир,
Слепы и глухи тени, что, встречаясь,
Твердили: "Нет исхода для тебя", –
И закрывали на засовы двери.
Свирельной нотой травы теребя,
Пел ветер о печали и потере.
И мир застыл – безжизненный валун,
Как камень, гол – ни колоса, ни зёрен.
Лишь пели, словно птица Гамаюн,
Усопшие, что путь их чудотворен,
И обещали счастье навсегда
В нетленной жизни, в вечности, в Эдеме, –
А те, чьё имя "подлость" и "беда",
Ломали души праведным, и с теми,
Кто хлопал им, отплясывали лихо.
А те, кого не могут извести,
Познав шторма, воды боятся тихой,
Надеясь лишь остаток дней спасти...
Как дикий конь – свободно-дерзновенный, –
Стреножен на скаку врагами вдруг,
Душа моя глядит в недоуменье
На всё, что совершается вокруг.
* * *
Грести по волнам тяжких испытаний
Наперекор стихии и ветрам
Непросто было мне. Но неустанно
Стремясь к тебе, стихии не отдам
Той песни, что несу тебе в горсти.
А нынче лодку жизни не спасти:
Вмерзает в лёд, не поддается вёслам,
Ни повернуть, ни плыть и ни грести.
Вода замёрзла, и на льду белёсо
Моя седая тень едва сквозит.
Надежды стынут, и глаза слепит
Бескрайний лёд в объятьях непогоды,
А сквозь него мерцает покаянно
Один узор. Но под небесным сводом
Заходит солнце для меня столь рано...
А жизнь идёт своим обычным ходом.
* * *
Света, которого в мраке не спрячешь,
Ищет душа, словно выхода в мир.
Сердце моё, ты сегодня незряче:
Кто же слепому теперь поводырь?
Ты обрекаешь на смерть моё тело –
Нет во мне страсти, горенья, огня...
Кажется, жизнь умерла, отлетела,
Всё потому, что в сиянии дня
Недостаёт мне хотя бы частицы
Правды, живущей без тайны греха.
Всё, чем живу, никуда не годится –
Мелко. А взглянешь вокруг – шелуха.
Трудно сказать, чего мне не хватает...
Цель – не достаток, пришедший с трудом,
Часто бывает, иголка простая
Необходима, хоть слыл богачом.
Мне и свечи бы горящей хватило,
Комнаты тёплой, и чтобы пером,
В коем вовек не кончались чернила,
Сердце вело меня в свете ночном.
* * *
Осень на пороге. Припозднилась...
До чего она мне дорога!
Солнце, оберни же, сделай милость,
Плечи мне в те яркие шелка,
Шалью одари и серебром
Утренней росы, как ожерельем.
И листвы, и солнца отраженье –
Вся земля в круженье золотом.
Припозднилась осень, припозднилась...
Но давай обнимемся с тобой –
Лучшее, что может быть, случилось –
Ждёт меня свидание с судьбой.
В радость проводи, как жамхагаса*,
Пусть природа всё сама решит.
Как на свадьбе, в вихре перепляса
Ворох листьев весело кружит.
_______________________________________
* Жамхагаса – женщина, сопровождающая невесту на свадьбе и помогающая ей в первое время адаптироваться в новой семье.
* * *
Ты создал меня, этот мир пополняя?
А, может, наградой своей одарил –
Умом этим ясным, чтоб им обладая,
Вдруг кто-то услышал небесный посыл?
Зачем я и кто я? Девчонка простая?
А, может, реликтовый дух алмасты?*
О, если начертана участь благая,
В стихах я могла бы свой рай обрести!
Вот так про себя я шептала однажды
И вдруг услыхала Отеческий глас:
Не ты ль образец утоления жажды,
Когда я источники создал для вас?
_______________________________________
* Алмасты – снежный человек.
* * *
Свои границы очертив когда-то,
Я проживаю жизнь, как рубежи.
Сближая обретенья и утраты,
Земля, вращаясь, рушит миражи.
Так проступает волею Творца
Начало как явление конца.
* * *
Стихи – творение души,
Стихи рождаются внезапно.
Чтоб не пропали безвозвратно,
Бегу к столу, чтобы в тиши
Писать свободно и легко,
О, как мне хочется покоя!
Но слышу: "Что это такое?
Вернись! Сгорело молоко!"
* * *
Махонькое детство,
Помню, как во сне,
Что ты с малолетства
Песни пело мне.
И сегодня тоже
Песни мне поёшь.
Как забыть? – Не сможешь,
С ними и живёшь.
Солнечный цыплёнок
Бродит в наших снах,
Детство – как ребёнок
На моих руках.
Помню юность новью
Яростных надежд.
Я больна любовью,
Юность – мой рубеж.
К ней с тех пор доныне
Я пригвождена,
А теперь морщины
Властвуют сполна.
Словно контур шрама,
Портят мне лицо,
Кажется, что раны
Нанесли резцом.
А лицо иль совесть –
Кто там, не поймёшь –
Шепчут: "Это повесть,
Весть, как ты живёшь.
Не в морщинах беды,
Клясть их не спеши –
Сохрани от следа
Чистоту души".
|
| |
ЗАРЕМА КУГОТОВА
Куготова Зарема Хабасовна. Поэт, журналист. Родилась в 1988 году в КБР, в селении Каменномостское Зольского района. После школы окончила отделение кабардинского языка и литературы Института филологии Кабардино-Балкарского государственного университета. Работает корреспондентом редакции газеты "Адыгэ псалъэ". Пишет на родном кабардинском языке. Произведения публикуются в республиканских газетах и журналах, в сборниках стихов и рассказов молодых писателей и поэтов республики: "Молодая ветвь" ("Къудамэ щIалэ"), "Звёзды млечного пути" ("Шыхулъагъуэм и вагуъэхэр"). В 2016 году вышел сборник стихов "Глоток воздуха" ("Хьэуа Iубыгъуэ").
ОСЕНЬ
Накинь золотистую шаль мне на плечи
И рядом присядь. Посмотри, как вдали
Зарю остужает задумчивый вечер,
Касаясь печалей озябшей земли.
Шиповник алеет, как гроздь самоцветов,
Темнеющей прядью теряясь в ночи,
И день, как колючки, сдирает запреты,
И, сыпля в подол их, о чём-то молчит.
Горят и мигают, и светятся звёзды,
И дарят друг другу мерцающий свет,
А осень уводит меня, мои грёзы
И русые косы мне гладит в ответ.
Село погружается в сон безмятежный,
Ниспосланный небом, придуманный им.
Укрой меня шалью из листьев неспешно,
Давай с тобой вместе сейчас посидим.
НА УЛИЦЕ ТВОЕЙ
На улице твоей теряюсь я,
На улице твоей я пропадаю.
Свет фонарей, сквозь синеву скользя,
Твою мелодию поёт – я повторяю.
Я дождь в объятья с нежностью приму,
Пускай играют капли под ногами,
Но улица давно тесна ему,
Когда он путь прошёл под облаками.
Ты не ищи – нет улице конца,
Дай здесь побыть, дождями насладиться.
Рисует светоносная пыльца:
В скрещенье ламп портрет твой серебрится.
ТВОЯ ФОТОГРАФИЯ
Когда держу я фотоснимок твой,
Весь мир вокруг мгновенно исчезает,
С твоею фотографией одной
Душа пути иные выбирает.
Несказанное всё живет во мне,
Настраиваю дни свои иначе...
С другою песней я наедине.
Другой мотив, во мне он не утрачен.
Другая улица, невиданная мной,
Другая дверь. И наглухо закрыта.
Никем и никогда за век земной
Открыта не была, судьбой забыта.
Я сдвинуться с порога не могу,
Мне зеркало какое-то подносят,
И чьё в нём отраженье, не пойму:
Моё ли, не моё... О чём-то просят?
И чья ко мне протянута рука?
Беру я фотографию в ладони,
Храня другому верность. Как строка,
Пусть тайна меж страниц уединённо
Живёт отныне в книге. Я без слов
Такую песню выучила! Знаю
И слушаю давно, и слышу вновь,
Но...
Как только к фотографии склоняюсь,
Всё рассыпается, и на моих глазах
Другая жизнь сквозь душу прорастает,
И, всё иное превращая в прах,
Неведомое счастье оживает,
Другие песни больше не звучат,
И думы вновь к тебе мои
Летят...
|
| |
ХАЙШАТ КУНИЖЕВА
Кунижева Хайшат Мурадиновна. Поэт. Родилась в 1948 году в селе Шалушка Чегемского района КБР. В 1974 году окончила Литературный институт имени М. Горького, училась у Евгения Долматовского. Первые публикации появились в 1968 году. Автор сборников стихов на кабардинском и русском языках "Япэ уэс" ("Первый снег", 1975), "Къру гъуэгу" ("Журавлиный путь", 1984), "ГъащIэм и сурэт" ("Картины жизни", 1991) и "Горсть солнца" (1993), книги для детей "Хьэрхьуп" ("Удод", 1996), "Удзыпэ тхьэлъэIу" ("Праздник травы", 2015). Работала редактором ряда издательств, в радиокомитетах в Москве и Подмосковье, редактором литературных передач в Кабардино-Балкарском радиокомитете.
* * *
Как короток счастливый день,
И холоден день горя...
Как зрима горечь перемен:
Ушли друзья и, словно в поле
Пустой шалаш, стоит мой дом,
И опустелый мир кругом.
Поверить я тогда смогу,
Что одиночество – отрада,
Когда средь всех того найду,
Кто скажет мне, не пряча взгляда:
"Как краток день людской беды,
Как дни блаженства холодны".
МОИ СОБЕСЕДНИКИ
Тоску мою развеет друг, сосед ли?
Ума лишённых недругов моих
Я обреку, в своих трудах помедлив,
На множество обид от них самих.
Они хотят, чтоб я лишилась слова
И не писала... Жалости не жду,
Когда в глубинах звёздного покрова
Читаю тайны неба. Предпочту
Беседам всем – живые облака.
Ко мне садятся птицы – вот загадка:
В ладони левой – гость издалека,
Щегол поющий, в правой – куропатка.
В свой срок со мною улетят они,
Но если боль наперсником мне станет,
Печали чем смогу я утолить?
Сосед ли, друг – когда страданья ранят,
Кто мне поможет беды пережить?..
|
© Миясат Муслимова, перевод, 2025-2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2025-2026.
| НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" |
|
 |
| Ростислав Клубков. Кукольное представление. Повесть. [Рождались короли, рождались святые, начинались войны, строились города, и все это стало ничем и ушло со снегом минувших лет..] Ольга Суханова. Принцесса декабря. Рождественская сказка. [Кто-то сейчас смотрит прямо на неё, видит её, знает про каждый её шаг. Сам ли дракон или кто-то из его подручных?..] Анна Аликевич. О земном и чудесном. Эссе. [Придумывают меня, думают, я нечто невероятное, а может, внутри я в чем-то обыкновенна, и что они испытают, если вдруг откроют это...] Татьяна Горохова. "Мы живем в ожидании вишен..." Интервью с Евгением Бачуриным. [Евгений Бачурин – поэт, лирик, бард, художник. Романтик, живописец, человек изумительной музыкальной культуры, виртуоз игры на гитаре, всю свою...] Вело меня сердце в сиянье ночном... Стихи кабардинских поэтов в переводах Миясат Муслимовой. [Стихи кабардинских поэтов Нелли Лукожевой, Заремы Куготовой и Хайшат Кунижевой в переводах на русский язык.] Наталья Захарцева. О лёгкости бытия. Стихи. [Спи, моя пуговка, спи, моe солнышко. Я никуда не сбегу. Стану рассказывать сказку про Золушку с дырочкой в правом боку...] Ольга Андреева. В поисках Джулии. Рассказ. [Можно подумать, я не историю собственной семьи собираю, а пытаюсь хитростью выманить у неё какие-то секретные государственные сведения для личной...] Станислав Минаков. "Красное – это из красного в красное..." Эссе. [Сегодняшний день даёт нам новые поводы к восприятию и прочтению красок и цветовой символики войны...] Дмитрий Аникин. Пространство колокольчиков (О книге "Время колокольчиков. Прямая речь"). Рецензия. [Надо написать обо всех подборках, попавших в сборник. Для этого нужна суровая самодисциплина. Ведь в сборнике – поэты...] Ирина Кадочникова. Хаосмос. Рецензия на книгу С.К.К. "Монах слёз". [Кудрин как автор – очень неудобный. Он то пишет слева направо, то переворачивает текст "вверх ногами"... правда, очень лениво читать справа налево и...] Литературные хроники: Владимир Буев. Жизнь удалась - в кавычках и без. [Ведущий арт-проекта "Бегемот Внутри" Николай Милешкин презентовал свою поэтическую книгу "Жизнь удалась".] Андрей Ивонин. Простые вещи. [Густое утро пробую на вкус, /
на звук и цвет, на ощупь и на запах. /
Морозный воздух пахнет как арбуз. /
И будущность стоит на задних лапах...] |
| X | Титульная страница
Публикации: | Специальные проекты:Авторские проекты: |
|
