Словесность

[ Оглавление ]





КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ


   
П
О
И
С
К

Словесность



ВИДИМО




      ВИДИМО

      1. Видимо,
      Этой рукой
      Он когда-то зачерпывал
      Горсть золотого песка
      Из песочных часов,
      Ибо видно:
      Рука велика,
      Заперт засов
      И обрушится кров
      На Любовь Старика.


      2. Видимо,
      Этим
      Запястьем своим,
      По напутствию нимф,
      Она била стекло,
      И Любовь Старика
      В Отраженье тряслась
      Языком пантомим.


      3. Видимо,
      В тихом шепоте гор,
      В отраженье быка
      В тихой глади озёр
      Покорно застыл
      Коленкор.
      На века


      4. Капитан,
      Я похож
      На старенье венка,
      Я раним
      И похож на каркас дурака,
      Только скроют века
      Постоянством своим
      Ветхий стан.


      5. Видимо,
      Капитан был не пьян,
      И невидимых врат
      Не заметил.
      Парад
      Без фанфар и знамён,
      Без времен, без имён,
      Без излеченных ран -
      Не парад.
      Просто - ветер


      6. Видимо,
      В очертании
      Лиц
      Благородных особ,
      Благородных девиц,
      Было тысячу злоб.
      И увидев свой лоб
      Среди прочих,
      Он закрыл свои очи
      И - в гроб.


      7. Белокаменный зал
      Пустоту показал:
      В нем не видно той самой,
      Чью душу терзал.
      Старой мамой
      Тот зал
      Пустоту разрезал.


      8. Видимо,
      Стёкол звон
      Не звенел,
      И запомнив удел
      Своего Благородного Зверя,
      Хозяин старел,
      В свет тот каменный
      Веря


      9. А Хозяйка,
      Письмо начертав
      В пустоту,
      Чует,
      Кашель растаял
      Во рту.
      Слышит чьё-то знакомое имя,
      Слышит, кто-то сказал,
      Мол, я скоро приду,
      И бежит молодой головой за плиту -
      Жарить этому самому вымя.


      10. Видимо,
      Ишь,
      Так задумала Вышь,
      И уста не раскрыв,
      Напевая известный
      И старый мотив,
      Ты молчишь.

      Спишь,
      Видимо.

      _^_




      ХОБОТ

      1. Между улицей Егорова
      И проспектом Лиговским
      Пролегает небольшое
      Расстояние,
      На котором в силу
      Дурного норова
      Можно напиться
      До бесчувственного состояния.
      Уснуть под вывеской
      "Горячая пицца"
      Ну или
      "Корм птицам"
      Под любым, в общем, зданием.


      2. И к тому же,
      Если зима будет лютой,
      И не по сезону обутый,
      То тогда жизнь закончится
      В кресле
      В коляске
      Или в сказке.
      Ведь вода
      В голове замерзнет
      А когда оттает,
      Лишь будет мерещиться,
      Что ты в Китае,
      И генсек опять Ху Цзинь Тао,
      И что Рай наступает в мае,
      Хоть в Великой Китайской стене
      Трещина,
      Но - бдит вечный Мао.


      3. Как вдруг будит кошка:
      "Мяу!
      Открой-ка окошко".
      А в окошке лишь дом
      Перевернут вверх дном
      Трухлявый.
      И, знаешь, немножко
      Больно,
      Оттого что вялый такой весь,
      Невольный,
      И уже готовый вернуться
      в начало.
      И - думаешь:
      "Господи, ну, прости меня,
      Честно, разве этого мало?"
      А Господь говорит:
      Ты досиживай в кресле,
      А потом я тебя размещу
      Повсеместно,
      А потом соберу - и снова
      в чресла".
      "Ладно", -
      Думаешь.

      Здравствуй, жизнь несмешная!
      Здравствуй, Ленд-Лорд Хоббард!
      Во Славу Воротам Китая
      Труби,
               Иерихонский
                               Хобот!

      _^_




      СВЯТАЯ  ТРАВА

      1. Шла святая трава
      В образе волн
      Зелёно-пшеничных
      Тихо лакрица пела
      О том, что уйдём
      В забытье не сейчас.


      2. Шла людская молва
      В виде волн
      И машин гусеничных
      Гудела
      Священным огнём
      В отражении глаз.


      3. Вспоминай, голова,
      Частокол
      Событий обычных
      И предела
      Привычность окутывай сном
      Без особых прикрас.


      4. За тревогой ствола
      Я нашел
      Чей-то образ двуличный
      То и дело
      Свистом криком кнутом
      Отдавался приказ.


      5. В тихой тени угла
      Грустный вол
      Восседал непривычно
      Несмело
      Думал вяло о том,
      Что Хозяин предаст.


      6. И святая трава
      На каменный пол
      Роняла три спички
      Тело вола строит потом
      Крепкий черный каркас.


      7. Шла святая трава
      И обугленный вол
      Следом ступая безлично
      Умело
      Жевал вечным ртом
      Пустоту отмирающих масс.


      8. Осень желтым цвела
      И вздыхала, мол,
      Цветенье вторично
      И пела
      Воскрешенным котом
      Подслащая предсмертный экстаз.


      9. И святая трава
      Заметив поклон
      Верных слуг смерти, личных,
      Гудела
      И ложилась как ком,
      Прямо в нас.


      10. О, святая трава!


      11. Прекрати священные войны!
      (Но внутри правит
      Гордый, достойный,
      Разделённый на три,
      Тот, что кажется
      Милым, спокойным,
      Тот, что кается.
      Либо котом помойным
      Рвёт несильную душу
      А потом выгоняет
      На мёртвую стужу.


      12. Заключаем пари.
      Я же все равно струшу.
      Лучше сразу меня застрели.
      Чтобы не было стыдно
      За эту заразу
      Внутри.
      Лучше
      Сразу. Сразу. Сразу.

      Пли?
      Пли.

      _^_



© Артем Лесов, 2013-2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2013-2026.





НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Борис Бюргер. Айфон. Петербургская повесть. [...А где-то через полгода по Юго-Западу поползли очень странные слухи: якобы некий плюгавенький клерк (ростом, правда, в три метра) отбирает у...] Вахтанг Чантурия. Двери открываются. Рассказ. [Поезд дальше не пойдёт, ибо мир кишит змеями в самых разных обличиях их...] Лев Ревуцкий. Ещё раз о женской любви и коварстве, или почти реальная история Дульсинеи из Тобосо. Рассказ. [...история их любви, как и история Ромео и Джульетты, Орфея и Эвридики, Тристана и Изольды, навсегда войдёт в историю.] Ингвар Коротков. Соевая конфета в красивом фантике (О премии "Слово"). Статья. [Давайте посмотрим, кого же выбрали нам эксперты – мэтры поэтического слова – во втором сезоне "Слова". И какие поэты олицетворяют для нас, читателей,...] Наталья Перстнёва. Медленный город. [Будет дождь, будет ливень с июньской грозой, / Хлынут реки, исчезнут дороги. / Мы пойдём по реке, мы вернёмся домой / По воде, как последние...] Георгий Чернобровкин. Горсть времени. [О, если б только знать, как дышится легко, / когда вслед немоте встаёт за солнцем слово / и льётся облаков парное молоко / над родиной, и свет,...] Елизавета Григ. Счастье улицы Эйнштейна. Рассказ. [Есть такие двери, что остаются под замком всю жизнь. Одну я неожиданно открыла, решив перейти улицу, и застряла на дороге...] Яков Каунатор. Реинкарнация (Борис Рыжий). Эссе. [О жизни, времени и творчестве Бориса Рыжего - эссе из цикла "Пророков нет в отечестве своём...".] Борис Кутенков. Об одном стихотворении Александра Куликова. Статья. [Нехитрое и даже традиционное по форме, оно даёт повод для рефлексии на разные темы: и об интертексте – давно волнующей нас проблеме реминисцентного...] Владимир Буев. "Я им не какой-то недоумок деревенский. Всех их обману!". Рецензия на книгу Евгения Попова и Михаила Гундарина "Василий Макарович". [Сам бог велел по поводу книги Попова и Гундарина отписаться, что я и сделал (в этом месте можно улыбнуться).] Евгения Ушенина. Святому Франциску. [я говорю: / в этой земной глуши не стой у меня за спиной / давай лицом к лицу когда не просят за себя / а перечисляют всех даже тех кто не...] Анна Стрельникова. Пурпур ночной. [внутри поэта подклад из кренделей / с присыпкой из стекла перебитого: / одна строка насильно милует / другая вышивает на погребах кресты]
Словесность