Словесность

[ Оглавление ]








КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ


   
П
О
И
С
К

Словесность




ИМПЛАНТЫ


Инга с мужем Владом только что вернулись с Бали. А тут революция, все в дыму. В телевизоре какие-то жуткие морды с кастрюлями на головах сметают все на своем пути.

В прошлый раз, когда они находились в Мексике, произошла оранжевая революция, потом, пока Инге в Таиланде делали массаж бамбуковыми палочками, рептилоиды захватили власть.

Точь-в-точь, как в фильмах Спилберга, в которых интереснее, чем в самой жизни.

Стало даже как-то опасно оставлять страну на произвол судьбы в такое неспокойное время.

Но сейчас Ингу волнует другое – вставить импланты и пройтись в этих имплантах по золотым пляжам Острова Богов, где десятки и сотни горящих глаз будут посылать ей свою энергию чи, от которой каждая женщина начинает светиться изнутри призывным светом самки.

В сущности, она, Инга, и есть самка, и была самкой всегда, только об этом не знала. Хотя, нет – догадывалась. Еще тогда, в Мексике, стоя на пирамиде Солнца и раскинув руки, которые в тот момент казались крыльями и были готовы полететь.

Но Влад – это движение уже знал и успел перехватить на взлете. И в ту же секунду она поняла, что у них будет мальчик, которого они назовут Рад, то есть, солнечный, на языке звезд, который в некоторые моменты каждый начинает понимать.

А на Бали Инга, словно проснулась ото сна, чтобы понять главное – нужны импланты.

Она уже и с врачом договорилась. Реальный такой херург с рептильно-распутным взглядом. Он даже дал ей подержать импланты, похожие на медузы в целлофановых пакетах, чтобы сразу начинала привыкать.

И чтобы импланты-медузы начинали привыкать, что к ним теперь будут тянуться взгляды, а потом – руки... различных рептилоидов.

И она, Инга, совершенно точно знала, чьи это будут руки... Им она и отдаст свою энергию чи, которой импланты способны заряжаться от взглядов, как батарейки.

Потом этот врач осмотрел ее Влада.

Дело в том, что у Влада вдруг ни с того ни с чего начали расти сиськи. В первое время он даже радовался – думал, что это мышцы. Не зря за сто баксов тягал железо в тренажерном зале.

Но ее, Ингу, не проведешь. Как говорится, мышцы мышцами, а сиськи сиськами. В тот же вечер решительно провела досмотр. Да, это были они – сиськи... стыдливо так прикрытые свежебройлерными мышцами, которые не менее стыдливо тут же прятались от щипка.

В принципе, было даже понятно, почему сиськи начали расти именно у её Влада. Просто Влад доверчивый. Сказал ему тренер пить эти поносные таблетки (якобы для увеличения силы), которые у них в группе никто из рептилоидов не пил, а Влад – пил, запивая потом пивом "Туборг".

Зачем-то еще полезла в пакет с мусором, нашла пустую бутылку от "Туборга" и внимательно осмотрела со всех сторон. Особенно заинтриговала надпись: "Пожалуйста, введите слово с картинки и направьте его на номер на оборотной стороне этикетки бутылки".

Слово оказалось – Алиса. Еще интереснее. Потренировался, выпил пива, отправил слово и вышел на связь с Алисой.

Как просто все... только в несколько ином порядке. Выпил пива, вышел на связь с Алисой, потренировался... а сто долларов отдал Алисе, чтобы ее снова напечатали на пиве "Туборг", для, что называется, дальнейших встреч. И на другой бутылке она будет уже не Алиса, а Стелла или какая-нибудь Ирма... А, может и вообще – Макс... для особо тренированных туборгов, связанных общей тайной и прошлыми "тренировками".

По сути дела, туборги захватили власть. Но власть об этом не догадывается. Ей даже удобно об этом не догадываться, чтобы не пришлось бороться с самой собой, так как она (власть) тоже состоит из туборгов. А это значит...

И Инга на миг представила сперва Влада, а точнее, его тренированные сиськи, а потом... некоторых представителей власти... которые в телевизоре делают борьбу... А, ведь могли бы сейчас где-нибудь на солнечном острове лежать на песке у ласкового теплого моря... со своей Алисой... или Максом... которых, как требует инструкция на бутылке, надо в срочном порядке послать на какой-то номер...

И Инга недрогнувшей рукой послала Алису на номер 1075. Ответ пришел сразу и немного сбивал с толку.

"Ослиная жопа" – было в ответе. Но Инга все поняла правильно. Эта "ослиная жопа" у них диспетчер. И в нужный момент на телефон отправителя поступит информация.

А пока она, Инга, под колпаком. Влад – тоже под колпаком, но об этом еще не знает. И снова после тренировки будет пить пиво "Туборг", закусывая какой-то тухлятиной, которая у него всегда с собой.

Чтобы не думать о "колпаке", Инга налила себе текилы и, сделав засос, пока не слиплись ноздри, выглянула из окна во двор. Возле припорошенного снегом "мерседеса" крутились два каких-то туборга. У одного в руках было пиво. Другой курил и сплевывал, курил и сплевывал...

На третьем плевке на "мерсе" сработала сигнализация. Это Инга нажала на ключе нужную кнопку. От воя сирены туборги потрусили за ларек. Теперь там будут курить и сплевывать, курить и сплевывать.

Еще включила телевизор, чтобы следить за тем, что делают туборги в телевизоре, так как, раз они все связаны, то по тому, что делают одни, можно узнать, о чем могут думать другие... туборги.

Но Влад опасную зону миновал без последствий. От него призывно пахло туборгом. Значит, он свою Алису на новый номер не послал. И они вместе уже допили текилу и делали "дигги-дигги", чтобы послать туборгов из телевизора подальше.

Тут Инга и сделала открытие, которое решило все. Чем больше росли сиськи у её Влада, тем меньше они становились у самой Инги. Какая-то просто гнусная закономерность, если вдуматься, и которую надо срочно исправлять.

Но врач рептилоид сказал, что все это ерунда. За пять тысяч евро он может у них с Владом поменять сиськи местами, пусть только Влад их еще немного подрастит.

От такого цинизма Инга и ударила врача имплантами. Один имплант с хлюпом лопнул и из него выпала маленькая серебристая рыбка, которую медуза, наверное, не успела переварить.

Инга еще хотела проверить – есть ли и во втором импланте такая серебристая рыбка, но ее уже волокли в операционную, чтобы дать наркоз.

После наркоза она Влада назвала Максом и сказала, что хочет еще... только не смогла вспомнить что. Но Макс сказал, что телевизор он выключил, а "мерс" во дворе на месте.

"Ослиная дупа", – вспомнила Инга.




© Александр Грановский, 2023-2024.
© Сетевая Словесность, публикация, 2023-2024.
Орфография и пунктуация авторские.





НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Айдар Сахибзадинов. Жена [Мы прожили вместе 26 лет при разнице в возрасте 23 года. Было тяжело отвыкать. Я был убит горем. Ничего подобного не ожидал. Я верил ей, она была всегда...] Владимир Алейников. Пуговица [Воспоминания о Михаиле Шемякине. / ... тогда, много лет назад, в коммунальной шемякинской комнате, я смотрел на Мишу внимательно – и понимал...] Татьяна Горохова. "Один язык останется со мною..." ["Я – человек, зачарованный языком" – так однажды сказал о себе поэт, прозаик и переводчик, ученый-лингвист, доктор философии, преподаватель, человек пишущий...] Андрей Высокосов. Любимая женщина механика Гаврилы Принципа [я был когда-то пионер-герой / но умер в прошлой жизни навсегда / портрет мой кое-где у нас порой / ещё висит я там как фарада...] Елена Севрюгина. На совсем другой стороне реки [где-то там на совсем другой стороне реки / в глубине холодной чужой планеты / ходят всеми забытые лодки и моряки / управляют ветрами бросают на...] Джон Бердетт. Поехавший на Восток. [Теперь даже мои враги говорят, что я более таец, чем сами тайцы, и, если в среднем возрасте я страдаю от отвращения к себе... – что ж, у меня все еще...] Вячеслав Харченко. Ни о чём и обо всём [В детстве папа наказывал, ставя в угол. Угол был страшный, угол был в кладовке, там не было окна, но был диван. В углу можно было поспать на диване, поэтому...] Владимир Спектор. Четыре рецензии [О пьесе Леонида Подольского "Четырехугольник" и книгах стихотворений Валентина Нервина, Светланы Паниной и Елены Чёрной.] Анастасия Фомичёва. Будем знакомы! [Вечер, организованный арт-проектом "Бегемот Внутри" и посвященный творчеству поэта Ильи Бокштейна (1937-1999), прошел в Культурном центре академика Д...] Светлана Максимова. Между дыханьем ребёнка и Бога... [Не отзывайся... Смейся... Безответствуй... / Мне всё равно, как это отзовётся... / Ведь я люблю таким глубинным детством, / Какими были на Руси...] Анна Аликевич. Тайный сад [Порой я думаю ты где все так же как всегда / Здесь время медленно идет цветенье холода / То время кислого вина то горечи хлебов / И Ариадна и луна...]
Словесность