Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность




ЭКСТРАСЕКС



Из окна ухоженной Юркиной "семерки" видны были только ноги. Казалось, они не шли, а словно в замедленной съемке, летели над землей, описывая некую траекторию любви, которая замыкалась где-то наверху обещанием такого неземного блаженства, что хотелось... стать на цыпочки и, легко оттолкнувшись, полететь за ними в голубую даль.

От этого видения Юрка чуть было не вписался в припаркованный у обочины катафалк, из которого высунулся сперва кулак, а следом и голова мордатого покойника с трехдневной щетиной еще из прошлой жизни. Кажется он даже что-то там кричал или показывал... А может это был вовсе не покойник и никакой не катафалк - мало ли что кому померещится на исходе грез, когда просто умопомрачительные ноги, можно сказать, из-под самого носа уходят за горизонт...

В такие минуты Юрка делается просто зомби и от него можно ожидать всего. Однажды ему даже привиделся далекий предок по имени Чмо-Чмо, который каменным топором проломил башку здоровенному мамонту, а потом с ним, Юркой, прямо на кухне угрюмо пил водку, пока у Юрки не открылся третий глаз, и этим своим "третьим глазом" он, словно впервые, увидел Алку... и теперь Алка его жена, а Чмо-Чмо благополучно возвратился в прошлое и стал Богом, потому что принес людям огонь в качестве случайно заныканой зажигалки Марльборо и початой пачки сигарет Ватра...

На что консультировавший Юрку знаменитый парапсихолог и экстрасекс Леня Кац (вместе когда-то учились в одном классе) популярно объяснил, что это все астральные дела... ебаться больше надо, а что касается третьего глаза, то лучше ему, Юрке, его пока не открывать - еще чего доброго занесет в будущее, а там снова старый родственник Чмо-Чмо, только уже без топора... лежит себе под пальмой и ест банан... Может наше прошлое и есть будущее... в смысле наоборот... Спираль цивилизации замкнулась, но об этом, ясное дело, никому, а топор, он и в Африке топор, даже если кто-то и назовет его орудием судьбы. В крайнем случае он, Юрка, немного зомби, которых сейчас просто пруд пруди, но это тоже особый разговор. Главное, ответить на вопрос: кто тебя зомбанул и с какой целью? Может в тебя такую ввели программу, что завтра ты отрежешь в зоопарке слону яйца, а сегодня мы с тобой, как приличные люди, вкушаем пиво и можем, при большом желании, купить у этого фраера в рваных ботах воблу...

И Леня Кац действительно купил воблу и хищно рвал ее своими тонкими до синевы интеллигентными пальцами. От пива у него даже голос стал другим: "Но это всего лишь зомби первого уровня, когда в человеке до поры до времени скрывается другой... А могут, по некоторым данным скрываться и сразу три... а то и пять, мягко выражаясь, человеков. И в каждом сидит своя программа. Допустим, до двадцати лет ты живешь как ничем не примечательный Юрка Климов, который еще только вошел в возраст охотника на одуванчиков, но тут включается программа "Зомби один" и с этого момента ты... уже наемный убийца-киллер и должен исполнить приговор. Словно кто-то неведомый нажал в тебе одному ему известную кнопку.

Говорят, в состоянии "зомби" человек способен меняться даже внешне. Все, конечно, зависит от программы, запустить которую может лишь особый код. Иногда это просто слово или, например, запах... Любимый запах любимой женщины... в сущности неважно что - главное... И Леня Кац долго задумчиво смотрел в бокал, словно там у него в окошке пены начали проступать (как у Криса из безумно гениального фильма "Солярис") загадочные мыслеформы-острова. Наконец, вздрогнув от затянувшегося наваждения, сказал изменившимся голосом: "Но с последним выстрелом ты уже не киллер, а другой... К примеру, замученный жизнью Сеня Шестаков, знаток древней истории и мертвых языков, который, между прочим, открыл античный город Гермессий, и хотя на сегодня это просто город мертвых, завтра здесь найдут 9-ти миллиметровый пистолет-пулемет "Ингрэм" и три трупа в белом "Мерседесе" с затемненными окнами...

И Леня Кац, словно лазоходец, с пивной кружкой в протянутой руке, двинулся к черному человечку на стекле двери, за которой и сгинул с характерным таким чмоканьем. Потеряв уже счет времени, мы естественно отправились на поиски, но кроме опечаленных от унизительного с собой обращения писсуаров, да прикорнувшего на унитазе панка с серьгой в носу - никого не обнаружили. Только на подоконнике пивная кружка - вот и все, что осталось от человека и гражданина Лени Каца, который просто слишком много знал.



А Ноги уже сидели в машине рядом с Юркой и при ближайшем рассмотрении оказались еще длиннее. Они явно не вписывались в ортопедический салон "семерки" и рано или поздно обычно начинали метаться и искать выход, пока не занимали единственно возможное положение в позиции цыпленка табака, с отражением прямо в зеркальце, (снятое с какого-то спутника, который так и не улетел дальше одного секретного "ящика"), а из него уже Юрке прямо в глаз. По словам изобретателя, в это зеркальце можно даже рассмотреть, как писает муха дрозофила, не говоря уже о том, что можно у гомо сапиенса рассмотреть. Особенно, если мини юбка с молнией и черные чулки с анжуйскими кружевами на границе с нейтральной полосой. Но Юрка этот сценарий уже знал и элегантно предлагал помощь, чтобы обеспечить ногам оперативный и стратегический простор - нажимал справа от соседки спасительный рычажок, откидывая сидение назад, при этом, словно непроизвольно, обнимая то, что ему еще не принадлежало. На обратном пути своего замедленного жеста он как бы про между прочим поправлял зеркальце, в которое теперь открывалась такая виртуальная реальность, что Юрку прошибал между ушами пот... Даже начинало охватывать ощущение, что он не Юрка, а другой... по всем признакам грузин... японского происхождения... Камикадзе, фамилия, который на маленьком серебристом самолетике (отбросив колеса за ненадобностью) устремлялся к своей цели - манящей и ускользающей, как сама Инь, и каждый раз, почти настигая ее на форсаже, словно нарочно замедлял время, чтобы как можно дольше не кончалось это ни с чем не сравнимое осязание Инь... которое, пожалуй, только и смог выразить непревзойденный Рубоко Шо: "Снова по бедрам взбегаю губами стан твой лаская в трепете быстрых крыл ласточка промелькнет... Ты вскрикнула найдя руками жезл и снова тишина глубокая ни звука..."

И в этой бесконечной тишине Юрка слышал только свой голос, который вещал, видимо, что-то интересное и давно:

- Если бы око могло заметить демонов, населяющих мир, - наше существование стало бы невозможным, - и он с профессиональным изяществом возложил руку на запрокинутую в бесконечность коленку соседки, словно приготовился к переключению скоростей.

И пока демоны слетались посмотреть на такого утонченно образованного Юрку, ноги, будто отвечая на все возможные вопросы сразу, неожиданно изменили ракурс. Короткая из черной замши юбочка еще больше задралась вверх, и на внутренней стороне правого бедра приоткрылась часть татуировки - змеиная головка пробужденной Кундалини... Оставалось лишь догадываться, где мог заканчиваться (или начинаться) ее шаловливый хвост.

- Ева, - без ложной скромности сказали Ноги, и Юрка вдруг отчетливо увидел, как головка Кундалини вздрогнула и открыла немигающе желтый глаз...

-Адам, - даже не задумываясь, соврал Юрка, почему-то избегая этого гипнотизирующего взгляда ужа-змеи-уробороса, который, казалось, видел его насквозь и сейчас начинал своей желтизной стремительно заполнять все вокруг. И тут же почувствовал странный запах - дразнящий и дурманящий запах южных трав, от которого слегка закружилась голова и до рези в мошонке захотелось... снова стать несгибаемым японцем по фамилии Камикадзе... чтобы на маленьком серебристом самолетике спикировать прямо в ядовито желтый глаз... Но вместо этого в ширинку к Юрке скользнуло, словно живое воплощение бессмертного Рубоко Шо: "Ты вскрикнула найдя руками жезл и снова тишина глубокая ни звука."



* * *

Этот замечательный амулет ему привез Леня Кац из далекой Индии. Есть у них оказывается такое божество, которому поклоняются все индусы, а в особенности, конечно, индуски. Ибо называется божество Фаллос, что по-нашему, по татаро-монгольски значит, просто - Зеб. И стоят там эти Зебы-Фаллосы на каждом шагу. Вся индусская страна Индия, можно сказать, утыкана божественными Зебами. Точь в точь, как у нас когда-то Лениными, от маленьких таких Володек гномиков, до озебительных культовых сооружений, к которым даже приближаться страшно.

Старые люди сказывали, как в одном затруханном городке то ли ураганом, то ли еще какой катаклизьмой с огромного железобетонного Володьки-Вовика снесло кепку и случайно (а может и вовсе не случайно) накрыло мимо проезжавший танк. А в танке с лядок (а может с какого другого задания) возвращался начальник военного округа генерал Пацюк Федор Харитонович, который даже презерватива не успел снять до приезда в реанимацию. В конечном счете этот презерватив его и спас, сработав в аварийной ситуации, как мешок безопасности в автомобиле класса "Вольво".

С тех пор у нас, наверное, ко всяким подобным культам и настороженность, что не знаешь, какая еще зебня на тебя с монумента упадет. А вот в Индуссии к Фаллосам всенародная любовь и почитание. Женщины и девушки в красных сари целуют и украшают фаллосы гирляндами цветов. Они верят, что Бог Фаллос принесет им счастье и исполнит самые заветные мечты. И у каждой глазастенькой на шее или запястье любимого бога амулет, словно напоминание богу о его обязанностях в деле укрепления и всяческого озебления семьи.

Вот и он, Леня Кац, привез ему, Юрке, подобный амулет на счастье. Только размер выбрал побольше, почти в натуральную величину, чтобы Бог сразу заметил и выделил его, Юрку, из толпы. Но Юрка подумал и решил, зачем ему какой-то амулет, если у него есть свой, из что называется живой плоти и крови, который, конечно, на шею не повесишь, но на то он и Бог, чтобы видеть все...

А амулет из эбенового дерева Юрка хранил в бардачке, чтобы в нужный по ходу действия момент - хлоп!.. и увесистый красавец Фаллос как бы случайно - не случайно вываливался прямо в руки какой-нибудь загадочной незнакомке. И пока до нее доходил весь метафизический смысл этого чарующего события, срабатывал чисто условный (как у собачек знаменитого ученого-садиста Павлова) рефлекс узнавания, словно стиралось последнее недоразумение между амулетом в образе фаллоса и фаллосом в образе амулета...

Он даже успевал почувствовать этот звенящий ожиданием и особым напряжением "ебанит", который за какие-то секунды до охватывал его всего - еще вчерашнего инженера испытателя Климова Ю.П., 38 лет, бортовой номер БЛЯ 607472, но уже сегодняшней собачьей сущности по имени... которое ему присвоят завтра.

А сейчас он лишь морганический придаток Фаллоса, который стал большим и твердым... Большим и твердым... Двадцать четыре сантиметра - стал... без учета головы... А еще голова... так сказать, головка... Эдакая эбеновая капут... Сантиметров десять наберется!.. Если, конечно, 2ПиЭр посчитать... при Пи = 3,141592653589793238462643... а раз точное значение Пи так до конца неизвестно, то его, Юрия Петровича, трансцендентальная головка может увеличиваться и увеличиваться до бесконечности (а значит и любая другая головка с пресловутым числом Пи!)... оставаясь при этом превосходной частью Эбенового фаллоса, который с каждой цифрой числа Пи будет становиться все больше и тверже... Больше и тверже... А значит он, Юрка, соответственно меньше и меньше... По незыблемому закону сообщающихся сосудов по имени... Имени замученных садистом Павловым собачек Жучек... Между прочим, его новую знакомую звать Ева... и у нее сейчас тоже четыре ноги... что, конечно, в научном смысле больше, чем три, хотя по теории случайных чисел меньше, чем пять... Но и его, Юрку, звать сейчас Адам... Потому что у него есть свой Пи... А главное, - они с Евой сообщающиеся сосуды... 2ПиЭр в диаметре, где Пи - мягко выражаясь черная дыра... космоса, в которую рано или поздно провалятся все галактики, а R - его вечно неутоленный фаллос, которым сейчас только груши околачивать в промежутках между бесконечностью и цифрой 3 по имени Ева, с ее устремленными в космос коленками и обжигающим дыханием других миров, где при ближайшем рассмотрении можно увидеть, как пульсируют звезды и вообще вселенная... А еще лучше почувствовать... оставаясь при этом здесь и сейчас... Почувствовать, как пахнут ее волосы... И какими бывают губы, когда они раз за разом пробуют букву "О"... Словно это не губы, а снова Пи с ее бесконечными 3,141 592 653 589... которые каким-то образом связаны с его великолепным фаллосом - Творцом Вселенной и, возможно, самого... Бога!..



* * *

В эту минуту у Юрки и открылся третий глаз, и этим своим третьим глазом он увидел будущее... словно в какой-то миг умудрился прожить все свои кармические жизни сразу. Но самое интересное, он совсем не хотел в это будущее, где маленькие зелененькие человечки из других миров будут недоуменно изучать его зеб, который у них во вселенной вышел из употребления еще в незапамятные времена... не хотел в будущее, где человек рано или поздно станет богом какой-нибудь новой жизни, за которой будет обязан наблюдать и... завидовать, а потом втихомолку прямо на облаке заниматься онанизмом, чтобы не сойти с ума или не стать дьяволом, которому все позволено, и сейчас он, Юрка, тоже немного дьявол, потому что стал сперва ужом-змеем, чтобы тайно проникнуть в Еву, а потом Евой... чтобы искусить Адама, и это искушение стало началом жизни, которая, как потом оказалось, не имеет ни начала, ни конца.



На пустынной площади Гермессия, слегка пошатываясь, стоял странный человек с пивной кружкой. Он был совсем голый и мучительно складывал непослушные губы ромбиком, словно раз за разом пытался выговорить что-то очень важное, но получалось только невразумительное: "Пи... пион... пигаль... пигмалион... пиночет... пиза... пират... пиндар... пикассо... пиксель... пидор... пицунда... пиво... О...О...О...А...А...А...У...У...У..."



© Александр Грановский, 2001-2018.
© Сетевая Словесность, 2001-2018.






 
 

ОБЪЯВЛЕНИЯ

НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Андрей Бычков: Неизвестные звезды [И дивлюсь я подвалам подлинным, где мучают младенцев, чтобы впредь не рождались...] Сергей Саложин (1978 - 2015): А иначе - Бог [О, боги пустых полустанков, / Архангелы ищущих труб - / Слова выпадают подранком / С насмешливо пляшущих губ...] Андрей Баранов: Сенсоры Сансары [Скорый поезд уходит в ночь. / Шумом города оглушён / Я влетел на вокзал точь в точь, / Когда поезд почти ушёл...] Евгений Пышкин: Стихотворения [и выкуриваешь всю пачку и сипя / шепчешь мне тяжко мне тесно мне / кто мы спрашиваю себя / так диптих с двумя неизвестными] Семён Каминский: Саша энд Паша [Потерянный Паша пробовал что-то мычать, помыкался по знакомым, рассказывая подробности, но все и так знали, что к чему: вот и его проехали...] Яков Каунатор: Ах, душа моя, косолапая... [О жизни, времени и поэзии Сергея Есенина.] Эльдар Ахадов: Русские [Всё будет хорошо когда-нибудь / Там, где мы все когда-нибудь, но будем / Счастливыми - вне праздников и буден... / Запомни только, слышишь, не забудь...] Виктория Кольцевая: Фарисей [Вражда народов, мир рабов, суббота. / Не кошелек, не божия забота, / к писательству таинственная страсть / на век-другой позволит не пропасть.....]
Словесность