Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность



        *


        * УХОД ИЗ ЯЛТЫ
        * Изречение "птица"...
        * РУССКАЯ ПОЭЗИЯ. ХХ ВЕК.
        АНТОЛОГИЯ
        * В июле ночь кончается легко...
        * ПРОВАЛ
        * Унылая пора...
        * ГИПЕР
        * ДИСПУТ
        * СИГНАЛ
         
        * Над уровнем моря расплавился зной...
        * ПИСАКА
        * ЯВЛЕНИЕ 1908 ГОДА
        * ЯВЛЕНИЕ 1975 ГОДА
        * ВСТУПЛЕНИЕ
        * ЧЕРЕП
        * СЛЕПКИ
        * НИШЕАНСТВО
        * Болезнь всегда сродни свободе...
        * ЛЕТУЧИЕ МЫШИ


          УХОД  ИЗ  ЯЛТЫ

          (На смерть Сергея Новикова)

          Приехал я в Симферополь,
          а там запоздалый снег
          засахаренным сиропом
          покрыл земляной орех.

          И вплоть до самой Алупки
          и далее - на Форос
          форсированные скорлупки
          летели из-под колес.

          В дыре над массивом горным,
          в ай-петриковом лесу
          оракулом беспризорным
          ворочался Учан-Су.

          - Скажи, разлучивший реку
          и русло среди пути,
          приезжему человеку,
          где Новикова найти?

          Затейник тех изумлений,
          что не исчезают впредь,
          под натиском изменений
          был вынужден умереть.

          Единой цепи мы звенья,
          хребетные позвонки...
          Со мной чемодан портвейна
          и плавленые сырки.

          Ответь, на каком из кладбищ
          под приторный монолог
          моих кутежей товарищ
          недавно костями лег?

          Сегодня печаль не в моде.
          Заполнен джанкойский ров.
          Поэтов не топят в море
          с почетом, как моряков.

          И тавров закрыт некрополь...
          - Оказия тут была -
          корвет на Константинополь,
          на Сен-Женевьев де Буа.

          _^_




          * * *

          Изречение "птица"
          происходит от "петь",
          полагает певица,
          заблуждаясь на треть.

          Просто ей не известен
          приворот неземной:
          кто поет эти песни,
          тот становится мной.

          Обними меня, небо,
          пятернею сторон,
          все реальное - пневмо,
          визуальное - звон.

          Обнажается голос,
          из гортанных колец
          извлекается полость
          для вокальных коленц,

          чтобы, выдохнув эркер
          и попутный тайфун,
          бросить мелос на ветер,
          словно мелочь в толпу...

          Там, в акустике зыбкой,
          ждет обратная речь,
          с вертикальной улыбкой,
          с волосами до плеч.

          _^_




          РУССКАЯ  ПОЭЗИЯ.  ХХ  ВЕК.  АНТОЛОГИЯ

          На обложке - стальные ежи,
          оберег бесполезный в бедламе.
          Будто клетка грудная, в надломе
          наша скоропостижная жизнь.
          Из матрешек отторженных тканей
          проступает последний патрон.
          Межевые скрижальные камни
          мы читаем с обеих сторон,
          имитируя ропот словесный
          неприкаянный, словно тротил.
          Неужели, поэт неизвестный,
          легкой смерти ты не заслужил?
          Как небесный огонь в огнемете,
          обжигает сетчатку и пальцы
          фолианта клетчатка и кальций
          никотиновым пеплом страниц,
          антрацитовым пеклом глазниц
          и шевронами на переплете...

          Ни рожденья, ни гибели дат.
          Неизвестный поэт - неизвестный солдат.

          _^_




          * * *

          В июле ночь кончается легко:
          в шестом часу светлеет вся опушка,
          как белая эмалевая кружка,
          где с вечера осталось молоко.

          Сосновый и березовый навес
          внезапно раздвигается над нами,
          за сто шагов видна между стволами
          река, пересекающая лес.

          На отмелях, за стайками мальков
          расходятся лучи, как в паутине,
          чтобы потом на самой середине
          сомкнулись отраженья берегов.

          Взаимный зов почти не слышен днем,
          лишь по утру мурашками по коже,
          испытывать подобное мы можем,
          когда не говорим, когда поем...

          Когда стихийной радости приток,
          струясь изображением и звуком,
          издалека похож на кипяток,
          вблизи густеет плавающим пухом.

          _^_




          ПРОВАЛ

          Невозможно в себе не открыть
          эту, даже не опухоль, завязь.
          Изнутри разрастается зависть,
          развивая завидную прыть.

          Сам себя я сожру целиком
          от середки до периферии,
          если стану портреты чужие
          сокрушать, сокрушаясь тайком.

          Мыслям тесно, просторно словам,
          лишь когда я стою под софитом.
          Вот сейчас униженьям, обидам -
          всем сполна по заслугам воздам.

          Но, похоже, что действует яд,
          газ ползучий, безумный, бесцветный...
          Ни волны, ни надежды ответной -
          молча зрители в зале сидят.

          _^_




          * * *

          Унылая пора
          полярных точек зрения.
          Сторонники добра
          у всех на подозрении.

          А глубже ковырни,
          как тут же станут явными
          болотные огни
          с глазами оловянными.

          На строгий бы режим
          с другими протоплазмами
          того, кто одержим
          великими соблазнами.

          Никто не опроверг,
          бревно из ока выудив,
          сомнительный навет
          о баснословной выгоде.

          Зато какой сюрприз,
          когда в соседней комнате
          пришельцы завелись,
          как будто черти в омуте.

          _^_




          ГИПЕР

          Никакой это не экзамен
          с перекличкой и не допрос -
          бодиартовская экзема,
          под которой гусиный торс,
          диорама фотообоев,
          слайд, раскрашенный на холсте:
          вилороги на водопое
          пишут вилами по воде.

          После митингов и оваций,
          на секунду привстав с колен,
          каждый хочет отмежеваться
          от свершившихся перемен,
          рвать рубашку, снимать побои,
          на экранах бронедверей,
          в новосветских играть ковбоев
          и пугать соседских зверей...

          _^_




          ДИСПУТ

          Однажды, сплюнув на огонь,
          сказал свою цитату Тацит:
          -Кто из костра каштаны тащит,
          утратит пищу и ладонь.

          Но спорил Сцевола Гай Нуций,
          который сжег-таки кулак:
          - Без отрицательных эмоций
          мы не насытимся никак.

          _^_




          СИГНАЛ

          Впервые над речкой Танаис
          узрел неразумный хозар
          пространства спектральный анализ
          и "радугой" сразу назвал.

          Призвали профессора Юнга,
          и тот вразумил недотеп,
          сказав, что с донецкого юга
          уходит всемирный потоп.

          _^_




          * * *

          Над уровнем моря расплавился зной,
          заправлены в плавки планшеты.
          Я в Новом Афоне бродил под землей.
          Я видел изнанку планеты.

          Не каждый прекрасно, как я, объяснит
          устройство каркасного типа,
          где за сталагмитом встает сталагмит
          и хочет боднуть сталактита.

          Как будто Творец, выбирая матрас,
          в руках континенты сжимает,
          и если Эльбрус вдруг впадает в Кавказ,
          тогда Арарат выпадает.

          _^_




          ПИСАКА

          Скрывайся на дне зрачка-невыливайки
          слюнявая слеза, сопливая слюна...
          Чернильная душа меж вырезами майки
          помарками волос густых испещрена.
          Ты дал себе зарок, как будто взял задаток,
          бороться с белизной бумажного листа.
          На приторный восторг, как танец живота,
          влияет то ущерб телесный, то избыток.
          Особа средних лет отряда самоедов,
          усидчивей иных заядлых домоседов,
          отменный образец для местной детворы,
          заветную тетрадь, смущаясь, отвори.
          В ней - кованый сундук, в котором прячут деньги,
          и подпол, где хранят съедобное гнилье,
          но, несмотря на все усердие твое,
          упрямые слова не строятся в шеренги:
          "... От мыслей и от чувств вдруг некуда деваться,
          без поводов любых, без связей и причин,
          как будто кто-то взял и сразу двести двадцать
          к усталой голове внезапно подключил.
          Пора воспринимать сейсмические фоны
          и с помощью ушей ловить толчков волну..."
          Ты фору дать готов любому в смысле формы.
          Прославиться готов на всю страну!
          Кто первым испытал опаснейший наркотик
          и, рифму подсмотрев в обратном словаре,
          меж произволом снов и нормами грамматик
          себя замуровал, как муху в янтаре?
          Кто в обществе людей в кармане прятал кукиш,
          завидуя в душе при помощи словес
          успеху, высоте, изяществу и шику,
          на умников сзывал репрессии небес?

          Разминка глухоты, молчанья тренировка.
          Но сослепу к листу приколота пером
          не капелька крови, а божия коровка
          за то, что до всего дошла своим горбом.

          _^_




          ЯВЛЕНИЕ  1908  ГОДА

          Тридцатого июня
          ни живы, ни мертвы
          встречают новолунье
          сибирские волхвы.

          В геологоразведку
          на угольный бассейн
          сейсмологам в отместку
          сослали польский сейм.

          Судебная ошибка
          затмила небосклон -
          снижается снежинка
          размером в стадион.

          Хрустальный астероид
          над озером тайги.
          Пришествие второе
          грядет не с той ноги.

          Еще не прочитали
          ажурную скрижаль.
          Еще товарищ Сталин
          из ссылки не бежал.

          Он кулаком как треснет:
          "Шаманы, вашу мать!
          Учитесь дар небесный
          научно понимать.

          Пока вы тут на тризну
          собрались жрать балык,
          всему капитализму
          готовится гаплык!"

          В последний день июньский
          почти сто лет назад
          в Подкаменной-Тунгуске
          случился лунопад.

          _^_




          ЯВЛЕНИЕ  1975  ГОДА

          Я сам себе устроил отпуск,
          и вот уже вторые сутки
          с меня не спрашивают пропуск
          в международный лагерь "Спутник".

          Там два жлоба стоят на страже
          и на дорогу смотрят строго
          один из них другого старше,
          хотя и выпили немного.

          А я шатаюсь полуголый
          по пляжам знойного Гурзуфа,
          замедленный, как полугодье,
          и в горле - сухо.

          Но вот на узком переходе
          из мира плоского в объемный
          навстречу мне Базиль и Подя
          бредут с похмелья, как в потемках.

          Иллюзион провинциальный:
          в тумане тракторно-мазутном
          Базиль ворует машинально
          арбуз у "Зубра".

          Трещит подкорочная мякоть,
          чернеют семечки на скибках,
          а мы, в пельменной кинув якорь,
          кисляк молдавский пьем навскидку.

          И не предскажет Нострадамус,
          что предстоит нам четверть века
          свободу чувствовать, как данность
          вина, арбуза, чебурека...

          _^_




          ВСТУПЛЕНИЕ

          Речь. Свистела стрелой и звенела дамасскою сталью,
          по земле растекалась чадящею жирной печалью,
          заходилась от боли, спекаясь в обугленном тигле,
          и металась по свету, как плач Ярославны в Путивле.
          Над страной деревянной, над полем с поганою спесью,
          над рекой обернись белым голубем с благостной вестью,
          но, когда обагрят тебя сполохи битвы на Калке, -
          волком бешеным режь лошадиные потные холки!
          Речь. Твои палачи надрывали от хохота чрево:
          - Пусть читают кириллицу только могильные черви. -
          Истребляли дословно. Учили латинскому шрифту.
          Мордовали за правду и сеяли лютую кривду.
          Время двигалось вспять, и бесились цепные собаки,
          ты проникла туда, где зимуют сибирские раки.
          На байкальских ветрах зазвучала унылая песня,
          и пошли по казацким станицам подметные письма.
          Да с сумой по широкой Руси с перекатною голью,
          пропитавшись до сути на промыслах каменной солью, -
          от державных высот новогодней державинской оды
          до Мазурских болот обреченной российской пехоты...
          Повесть огненных лет проникает в родное столетье,
          разметав над собой эскадрильи крестов в сорок третьем,
          чтобы дух созиданья, коснувшись обломков бетона,
          воплотился в пролетах мостов инженера Патона.
          Речь. Моею надеждой сама себя видишь и слышишь,
          от волненья, склоняясь над саженцем, словно не дышишь,
          обращаешься в слух непрерывный, как первенца лепет,
          представляешь легко, будто птичье название "лебедь" -
          знак, упругий и крепкий, как сильное рукопожатье,
          звук, доверчивый, нежный, как шепот и шорохи платья.
          Так твои черенки превращаются в дудки пастушьи,
          в стройных кронах органа сражаются насмерть с удушьем,
          чтоб зеркальная ртуть не разъела витраж мирозданья,
          чтобы путь отыскать к устраненью причины страданья.

          _^_




          ЧЕРЕП

          Наивна и тверда рассудочная смелость
          природы неживой в подобиях живых,
          но даже горнякам претит окаменелость
          первичного сырья открытых кладовых.

          Не станет никому ни холодней, ни жарче
          от ледниковых глыб, от идолов нагих,
          когда на полпути остолбенеет в кварце
          в беспамятстве глухом обыкновенный миг.

          Мгновенья допотопного гримаса.
          Подробности лица, покровы ног и рук
          пытаюсь воссоздать заведомо напрасно
          и горлом ощутить толчки подземных рек.

          Пусть ношею вины усиленные трижды
          страдания одних спасут других от мук,
          в мешке из-под угля мертвы и неподвижны
          гадюка, обезьяна и петух.

          Седым известняком изъеденные гильзы,
          да черепа голыш, не тронутый сохой,
          белеет на меже который год без пользы,
          и тень его ползет улиткою сухой.

          Сменяет лишь закат полуденную сухость
          на влажность двух глазниц, наполненных росой, -
          сквозь угловатость скул и лобную безуглость
          восходят из глубин и сок земли, и соль.

          _^_




          СЛЕПКИ

          Сопротивление формы, как правило, только в настрое:
          взять себя в руки и копию снять без промашки.
          Где воплощение первое, там и второе,
          значит, нужны для сравненья посмертные маски.
          Эти кустарные штуки сродни ширпотребу,
          декоративные идолы - в каждой витрине.
          Есть мастера знаменитые - режут по древу,
          есть прикладные умельцы - работают в глине.
          Я вдохновлялся податливым воском и гипсом
          так, что порой не хватало для этого суток, -
          незавершенные замыслы жгли мой рассудок
          позднеантичной эпохой и Древним Египтом.
          Сам отвергал, как набивший оскомину навык,
          спесь знатоков, суету бестолковых клиентов,
          видя в привычных предметах предчувствие новых,
          неуловимых слияний простых элементов.
          Сглазить боялся, стыдился обмолвиться всуе
          (гасли усилия воли в бессилии лени),
          полупустыми ладонями воздух тасуя:
          шероховатости, сгустки, пустоты и тени.
          Внешне рассеянный (путал друзей и знакомых),
          ни на секунду о завтрашнем дне не заботясь,
          что воскрешал наложением рук невесомых
          под непрерывным воздействием ложных гипотез?
          Что проступало и что оставалось за кадром
          в нашем реальном до зрительной рези пространстве?
          Мимику жизни нельзя разглядеть под скафандром,
          необходимом для долгих скитаний и странствий.
          Тьма пролетает над миром со скоростью света,
          а тишина измеряется уровнем звука -
          нерукотворный процесс воссозданья портрета
          даже в таком изложении выглядит сухо.
          Трудно солгать, как фотографу: "Вылетит птичка!",
          там, где душа улетучилась облаком влаги...
          Спичкою чиркну листы - возгорается спичка,
          словом черту подведу - загорятся бумаги.

          _^_




          НИШЕАНСТВО

          Наступает ущемленье ниш
          крепкое, как водка "абсолют".
          Оставайся там, где ты стоишь,
          в Киеве иначе не живут.

          В шароварах булькает гопак.
          Ритм, усугубляемый ногой,
          рушится отарой черепах
          в яму средь булыжной мостовой.

          Ниша - парашютное жилье
          в шине с отлетевшим колпаком
          или лозунг "каждому - свое"
          в пасти с аллеманским языком.

          Лопнув, ниша ходит за тобой,
          но на это лучше не смотреть,
          как пещерный борется медведь
          с огнеметным ангелом Михой.

          Жжет глаголом пламенный Миха,
          самого Мазоха опроверг:
          не Венеры прячутся в меха,
          кое-где мех лезет из Венер.

          Между прочим, даже среди ниш,
          то есть между гротами и ртом
          есть такое, что не объяснишь
          удовлетворением сторон.

          Это ахиллесово пятно
          с головы снимаешь, как чулок.
          В устных нишах исчезает дно,
          в книжных - пропадает потолок.

          _^_




          * * *

          Болезнь всегда сродни свободе.
          Еще великий Пастернак
          в своих стихах о пятом годе
          сообразил примерно так:

          "Возможно, обществу полезней
          средь инвалидов и калек
          из заключенья по болезни
          освобожденный человек".

          Я знал ефрейтора из Шуи
          в армейской юности своей,
          он комиссован был вчистую
          до дембеля за десять дней.

          Здоровье - медленная пытка,
          свобода - форменная хворь.
          Я с нездоровым любопытством
          смотрел на женщин сквозь забор.

          Болезнь высокая Венера,
          запретны прелести твои.
          Не сотвори себе кумира
          и с ним прелюбы не твори.

          _^_




          ЛЕТУЧИЕ  МЫШИ

          Из полуразрушенной ниши,
          сквозь ветхий чердачный проем
          проникли летучие мыши
          в мерцающий микрорайон.

          Рассеянные киловатты
          светильников разных систем
          чертили полет угловатый
          на бледных поверхностях стен.

          Летучие твари. За ширмой,
          покуда фонарь не иссяк,
          на радость породе мышиной
          висел насекомых косяк.

          От мошек, глазами чуть видных,
          творцом завершенных едва,
          до бабочек самых солидных,
          как "Мертвая голова",

          природа заполнила ярус
          такой разношерстной гурьбой,
          назвав пожирания ярость
          за существованье борьбой.

          И каждую ночь, возбуждая
          потуги бессонных умов,
          в ней бодрствует нечисть живая
          среди проводов и домов.

          Неровные частые взмахи
          развернутых кожистых мышц.
          За все безотчетные страхи
          в ответе летучая мышь.

          За горечь фантазии бедной,
          за каждую мрачную мысль,
          за муки любви безответной -
          в ответе летучая мышь.




          Пускай поражает живучесть
          и разнообразье пород,
          но все ж - незавидная участь
          быть символом наших невзгод.

          Лишь тени нечеткий рисунок
          случайно в окне промелькнет,
          ребенок заплачет спросонок
          и жалобно мать позовет...

          _^_



          © Александр Чернов, 2003-2018.
          © Сетевая Словесность, 2003-2018.






 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Макс Неволошин: Психология одного преступления [Это случилось давным-давно, в первой жизни. Сейчас у меня четвёртая. Однако причины той кражи мне все ещё не ясны...] Тарас Романцов (1983 - 2005): Поступью дождей [Когда придёшь ты поступью дождей, / в безудержном желании согреться, / то моего не будет биться сердца, / не сыщешь ты в миру его мертвей, / когда...] Алексей Борычев: Жасминовая соната [Фаэтоны солнечных лучей, / Золото воздушных лёгких ситцев / Наиграла мне виолончель - / Майская жасминовая птица...] Ирина Перунова: Убегающая душа (О книге Бориса Кутенкова "решето. тишина. решено") [...Не сомневаюсь, что иное решето намоет в книге иные смыслы. Я же благодарна автору главным образом за эти. И, конечно, за музыку, и, конечно, за сострадательную...] Егавар Митасов. Триумф улыбки [В "Стихотворном бегемоте" состоялась встреча с Валерией Исмиевой.] Александр Корамыслов: НЬ [жизнь на месте не стоит / смерть на месте не стоит / тот же, кто стоит меж ними - / называется пиит...]
Словесность