Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность



НЕБЕСА.  ПАРУСА.  ПОЛЮСА


 


      ТАК  ЧАСТО  В  ДОМЕ  БЬЮТСЯ  ЗЕРКАЛА...
      (сонет)

      Так часто в доме бьются зеркала.
      И солнечные зайчики играют
      Осколками разбитого стекла,
      Лучами разбегаются по краю

      Осколков... Комната белым-бела.
      И в ней, почти прозрачные, летают
      Апрельские предвестники тепла,
      Как будто птиц сияющие стаи.

      А я сюда почти не захожу.
      С меня довольно света, звона, блеска...
      От ветра колыхнётся занавеска,

      Повеет ландышем, дыханьем леса...
      Я так привык не к жизни - к миражу! -
      Что вне его не вижу интереса.

      _^_




      КУПЛЕТЫ...

      Вижу птица, вижу сокол,
      Вижу талая вода.
      Устремляется высоко
      Вековое никогда.

      Устремляется, стремится
      Дотянуться до того,
      Чьих усилий злая спица,
      Ах, да не свяжет ничего!

      И лепечет под ногами
      Землеглазая весна.
      Удивлёнными кругами
      В нас уходят времена.

      Угрожающим распадом
      Заболела пустота.
      Беспокойства красный атом
      Расщепляет немота.

      Вижу птица, вижу сокол,
      Вижу талая вода.
      Устремляется высоко
      Вековое никогда.

      _^_




      ЗЕЛЁНЫЕ  БЛЁСТКИ.  ЛИЛОВЫЕ  БРЫЗГИ...

      Зелёные блёстки. Лиловые брызги.
      Берёзовый лес изумрудной души.
      Читаю в траве бесконечные списки
      Весенних событий в листвяной глуши.

      Поляны смеются ромашкой. Болотце
      Морщиной коряг улыбается мне.
      А временем прошлым пропахшее солнце
      Кукушкою плачет в лесной тишине.

      Здесь нет никого и, наверно, не будет -
      До вечера, ночи, до нового дня.
      Пропавшие люди! Пропащие люди!
      Забудьте, забудьте про лес, про меня!

      Здесь горе уснуло, и счастье уснуло.
      Остались забвенье, спокойствие, сон.
      Анютины глазки - слезинки июля -
      Я вашей печалью в себя унесён.

      И бликами плачут пространство и время,
      Но плачут спокойно, легко и светло.
      И чьё-то крыло из иных измерений
      Полдневным покоем на плечи легло...

      _^_




      В  ПОКОЯХ  ФЕВРАЛЯ...

      Осиновое солнце февраля.
      Теней искусство. Щебетанье бликов.
      И день лесной -
        насмешка короля,
      По облакам бредущего со свитой.

      Цвета предощущения весны
      Застенчивы пока, хоть и капризны.
      И мир завис в туманах белизны
      Меж скалами кончины, страсти, жизни.

      В покоях февраля царит покой.
      Но комнаты его белей и ярче!..
      Вбегает в них насмешливый такой -
      Лиловоглазый март - кудрявый мальчик.

      И волосы, как золото, блестят.
      Лиловые глаза полны лукавства.
      Не поспешил бы ты, небес дитя!
      Поют, звеня, продрогшие пространства...

      _^_




      СВЕТЛО  ДРОЖАНИЕ  СТРУНЫ...

      Светло дрожание струны
      Лесных апрельских дней.
      Кольцо берёзовой весны
      Смыкается тесней.

      Стеклянный солнечный сосуд
      Наполнен по утрам
      Огнем расплавленных минут,
      Цветением костра.

      Сгорают спички вечеров,
      И сквозь закатный блеск -
      Загадочный иных миров
      Зеркальный арабеск.

      Тропинки юности видны,
      Как тени при луне.
      По ним весны гуляют сны
      В сквозной голубизне.

      Звенит апрельская струна,
      Совсем недалеко.
      Оранжевые времена
      Поют светло, легко!..

      И где-то рядом ты, но я
      Тебя не узнаю.
      И боль усталая моя
      Не знает боль твою...

      _^_




      НЕБЕСА.  ПАРУСА.  ПОЛЮСА

      Два события - два божества...
      Чернота - это маркер былого.
      Жестяная лепечет листва,
      Но невнятно листвяное слово.

      Забери ты себя у меня.
      Забери. Забери. Забери же!..
      По дороге тоски, семеня,
      Моя память уходит по жиже:

      По грязи бесполезных времён
      Ожиданий, надежд и томлений...
      Было то, что похоже на сон
      И на ласки безвыходной лени.

      Небеса. Паруса. Полюса.
      Да какие-то символы, знаки.
      Бесконечно черна полоса.
      Стёкла битые. Свалки. Бараки.

      - Алла, где-то гудят поезда!
      - Алла, ты пропадаешь в тумане!..
      Громыхают на шпалах года
      И шумят небеса в котловане.

      - Алла, всё обращается в прах!
      - Алла, всё уж давно обратилось...

      И веселье похоже на страх,
      И презренье похоже на милость.

      _^_




      ОСЕНИ  ИЗГИБ

      Игольчатой осени синий изгиб.
      Холодные чаши пространства.
      В них зреет вино остропенной тоски
      И предощущение странствий -

      По белой печали - по льдистой реке,
      По снежным путям одиночеств...
      И время, зажатое в крепкой руке,
      Вневременья крепкого хочет!

      Вращая зубчатых небес жернова,
      В муку обращая свободу,
      Стараются шорохи, звуки, слова
      Судьбу получить за работу.

      Какого-то, кажется, нет пустяка
      В сиротстве полей, в снегопадах...
      Зима - росомаха, мохната, дика -
      Оскалит клыки на закатах!..

      Рассеялся осени синий изгиб
      По воздуху снежных событий,
      И кто-то в осеннем изгибе погиб,
      Последний, пропащий, забытый

      _^_




      ЗАРИСОВКА

      Тонка удавка - времена. Пространство - мыло.
      И быстрый шаг, и острый глаз - всё это было...

      И свет сквозь слёзы, смех и плач - цветные краски.
      И - разрисованы - лежат паяцев маски.

      На них узоры, и мазки ещё не стёрлись.
      Они пылятся на столах небесных горниц.

      А горницы белы, светлы. Цветы на окнах.
      И отражаются цветы в зеркальных стёклах.

      А за окном, большим окном, извечно утро.
      И все стоят, и все молчат - живые будто...

      _^_




      СЫРАЯ  КОЛОДА  АПРЕЛЯ...

      Краплёные карты краснеющих дней -
      Сырая колода апреля.
      Качаются тени весёлых ветвей
      На фоне ночной акварели.

      А утром сбегаются в точку лучи
      И время становится зрячим
      И дарит тому от бессмертья ключи,
      Кем найден прозрения ларчик,

      Кем собраны гроздья сиреневых звёзд
      В цветное лукошко наитий,
      Кто строит астральный мерцающий мост
      Из тьмы в световую обитель!

      _^_




      СИМФОНИЯ  БЫЛОГО

      Я сам не знал, чего хотел от жизни,
      И жизнь - чего хотела от меня?..
      Нектар тоски в хрусталь бессмертья брызни,
      Неутолимость вечная моя!..

      Покой входил дождём в лесные залы,
      Где песни пел пьянеющий июль.
      Так много было мне! Так было мало! -
      Цветущего в глазах лесных косуль.

      Как веера, стоцветно распускаясь,
      Миры дарили девственный приют:
      Леса, лучи, озёра, небо, скалы,
      Мерцавшие снопы секунд, минут...

      Лесное незабудковое лето!
      Со мною ты... со мною только ты!
      Но в памяти, в её покоях где-то,
      Лишь только там цветут твои цветы.

      Лишь только там, увы... о память, память,
      К чему хранишь ты блеск былых времён?
      Симфония былого засыпает;
      И бесконечно крепок этот сон!

      _^_




      ЛИСТВА

      Вода листвы кипит в котлах
      Дождливой душной летней ночи.
      Но грозовая ночь прошла.
      Вода остыла. Не клокочет...

      Я поздно встал. Смотрел в окно.
      А в нём листвы шумело море.
      Волна бежала за волной
      В лесном темнеющем просторе.

      Вода листвы грустна, густа -
      Вскипала с пеною на ветках.
      По прутьям дальнего куста
      Текла, струилась сквозь их сетку.

      И контур каждого листа
      Так чёток, резок, так отточен,
      Что влажных листьев густота
      С мозаикою схожа очень.

      Но вся - колеблемый порыв,
      Вся - тишины преображенье
      В шуршащей красоты миры,
      В законы сложного движенья!

      _^_




      НА  ЛЕДЯНОМ  АВТОМОБИЛЕ...

      На ледяном автомобиле
      Зима въезжает в город наш,
      Сверкая фарой снежной пыли,
      Как детства ясного мираж.

      И, по проспектам проезжая,
      Бросает звонкие огни,
      Невероятная, большая,
      Вонзая шпиль мороза в дни.

      А ты смеёшься, отряхая
      Снежинки колкие с ресниц.
      Синицы холода порхают
      Над пламенем твоих зарниц...

      _^_




      СТЕКЛО.  ВОДА.  ЖЕЛЕЗО.  ГЛИНА

      Стекло. Вода. Железо. Глина.
      И больше - больше ничего.
      Я вижу страшные картины,
      Как некой жизни вещество,

      Оно, шипит, преображаясь,
      То в глину, то в железо, то...
      В стекла оплавленного жалость,
      Разбившуюся о ничто.

      В моря, колодцы, океаны,
      Где бесконечная вода
      Омоет все земные раны,
      И испарится навсегда!

      Стекло. Вода. Железо. Глина.
      Как много их.
      Как мало нас.
      Но ими станем мы отныне,
      В который раз, в который раз!

      _^_




      САМОЙ-САМОЙ!..

      От такой красоты можно лишь умереть,
      Потому что с ней жить невозможно...
      Это пытка огнём, это жгучая плеть.
      Беспощадна, бездушна, безбожна!

      От тебя расцветают, как сны, небеса,
      Но цветы ядовиты, колючи.
      И рыдают лучистых чудес голоса,
      Беспокойно, тревожно, певуче.

      Звёздный мир - воплощенье твоей красоты,
      Каждый образ его, каждый атом.
      Потому что вселенную кто, как не ты
      Напитала страстей ароматом!

      Потому что в очах - изумрудная высь,
      А в улыбке - бессмертие тайны;
      И бессильны все чувства, прозрение, мысль
      Перед ней, неизбежной, фатальной!

      От такой красоты - погибают миры,
      А погибшие - те воскресают...
      Только знай - это всё до поры, до поры -
      Той, пока мне тебя не хватает!

      _^_




      НОСТАЛЬГИЧЕСКИ

      Памяти белый дымок.
      Лучик, вонзившийся в стену. -
      То, что я так и не смог.
      То, чему нету замены!

      То, чем вздыхает июль,
      Росы роняя на травы.
      Тихо колеблется тюль...
      Сумрак синеет лукаво...

      Ночи распахнуты. Блеск
      В их коридорах гуляет.
      Вечно изменчивый лес
      Первые листья роняет.

      Облако нервных теней
      Под фонарями кружится.
      Чувства - погибшие птицы.

      Мысли - темней и темней...

      _^_




      ЛЕСНОЕ  ПОЛНОЛУНИЕ  В  АВГУСТЕ

      Лес крутился на лунных осях.
      Обращаясь в сырую труху,
      Светляки истлевали во мху...
      Источали покой небеса.

      И змеились вокруг времена,
      Обвивая зеркалье пространств.
      Будто гость из неведомых стран,
      Приходила ко мне тишина.

      В эти миги, минуты, часы
      Я готов был поверить во всё...
      В полнолуние лес невесом,
      И прозренье, как жало осы!

      И - зовущие в сказки огней -
      В параллельных мирах светляки
      При свечении лунной реки
      Становились темней и темней.

      Озарённые души берёз,
      Уходящие тихо в мечты,
      В лунном свете тонули почти,
      Откликались в тональности грёз.

      И - в былом утопающий я -
      Вспоминал вот такую же ночь
      И свою не рождённую дочь
      И тебя, где была ты моя!..

      _^_




      В  САДУ

      Влажный августовский сад.
      Яблоневы души.
      Чей-то шёпот, голоса -
      Дрёмы не нарушат.

      Не слетит с ветвей небес
      Звёздная синица.
      Суетливый мир исчез?
      Или это снится?..

      Меж дерев - во тьме стоят -
      Лунные олени.
      Блики беспокойно спят
      На моих коленях.

      Серебрятся травы, мхи...
      Голоса стихают.
      Хочется слагать стихи
      И молчать стихами...

      _^_




      ОДНО...

      Спасибо всем, кто был со мной жесток,
      Кто был несправедлив, надменен, алчен!..
      Сиял победой ясный мой восток,
      Хоть запад был окраской неудачен.

      Спасибо и тебе, трёхмерный мир,
      Что мне являл и радость, и томленье.
      Хотя мирок души и сер, и сир,
      Перед земным склоню свои колени.

      Но страшно непредвиденное мне -
      Всё то, чего предугадать не в силе.
      Его фрагменты вижу в вещем сне,
      Как надпись на стареющей могиле.

      Вот этого принять-простить нельзя.
      Да и кого, кого прощать за это?
      Людей, чья мысль молчит, по тьме скользя?
      Беспомощных пророков и поэтов?..

      В стремительной погоне за руном
      Никто века не чувствовал, не мыслил
      О том непредсказуемом Одном,
      Перед которым всё теряет смыслы!

      И как обратно время устремить?
      Причину после следствия поставить? -

      И вот - непокорённое людьми
      Небытие над нами жёстко правит...

      _^_




      СВЕРКАЯ...

      Смотря в бинокли зоркой осени,
      Я вижу будущее лето...
      Дождливых дней тоскливый косинус
      Сентябрь высчитывает где-то.

      Как математики, рассеянный, -
      Как листья по земле, - рассеян...

      Плывут по небу тучи с севера,
      Сверкает сам колючий север.

      Сверкает сумрак, сном пронизанный,
      Крупа сверкает ледяная.
      И беспокойство птицей сизою,
      Летая к северу, склоняет

      Все мысли и мечты, и в памяти
      Свивает гнёздышко забвенья,
      А в сердце скупо рассыпает мне
      Томительные откровенья.

      _^_




      ВОДА  ЗИМЫ

      Вода текла, не размыкая
      Круги столетней ветхой тьмы,
      Тяжелоцветная, густая,
      Несла предчувствие зимы.

      Не потому что льдистой крошкой
      Она туманила глаза,
      Не потому что снежной мошкой
      Летела наземь бирюза...

      Не потому... А отчего же? -
      Не догадаться, не понять.
      Змеится лентою по коже
      Воды смертельной благодать.

      На звон небес благословляет,
      На тот неповторимый звон,
      Что небо тусклое роняет
      Предзимней музыкой на сон.

      И ноября тугие вены,
      Водою полные густой,
      Набрякли необыкновенно
      Белёсой этой густотой.

      Вода. Воде. Воды. Водою...
      И снова кончились слова...

      А за небесной синевою
      Видна земная синева...

      _^_




      И  ВСЁ  ОДНО.  И  ВСЕ  ЕДИНЫ...

      И всё одно. И все едины.
      И - серебристая тоска -
      На фоне гаснущей картины,
      Где осень с дулом у виска.

      Непостоянно постоянство.
      А в тесном неводе времён
      Опять запуталось пространство
      И погрузилось в зимний сон.

      Опять тускнеющим узором
      С небес на ветки пал октябрь.
      Сквозят безлистные просторы -
      Наполнить холодом хотят

      Леса, луга, поля, болота...
      Но оживает иногда.
      Предощущение полёта
      Во временнОе никуда,

      В оцепенение событий,
      В анабиоз страстей и чувств...
      А всё прошедшее - забыто.
      Забыто намертво. И пусть!

      Леса, исполненные светом,
      Легко высвечивают мысль
      О том, что бесполезно где-то
      Искать хоть в чём-то некий смысл!

      _^_




      ТЕБЕ  НЕСТИ  ЗАРЮ  И  ЗВЁЗДЫ...

      Тебе нести зарю и звёзды
      И чёрной памяти гранит
      Туда, где так легко и просто
      С тенями лучик говорит,

      Где просыпаются столетья
      От талых снов небытия
      И где в руках былого лета
      Судьба пульсирует моя.

      На землю в панцире из снега
      И капли малой не пролив,
      Неси кувшин зари и неба,
      Земную злобу укротив!

      _^_




      ОБЛАКА,  СВИВАЯСЬ  В  КОКОН...

      Облака, свиваясь в кокон, то сжимались, то взрывались,
      Хлопья снега источая из невидимых хлопушек.
      Юркий день тоски бечёвку намотал на снежный палец,
      А потом ударом резким вечер о закат расплющил.

      И небесные герани, розы, флоксы, цикламены
      Увядали, опадали, лепестки во мгле кружились.
      Об колено разломила ночь дневные перемены,
      Напрягая до предела тьмой сверкающие жилы.

      Ничего, и - только ветер, ничего, и - только стужа.
      Сосны прыгают в сугробах, ели хмурятся в снегах.
      Скоро на снега прольётся утра огненная лужа.
      Бьётся сердце чёрной чащи в гулкой темени кругах.

      _^_




      ЕЖАТА  ЗИМЫ

      Ежата зимы - тонкоиглые бесы - сбежались на праздник снегов.
      В трясины, в низины, в кромешную небыль, в стоячие воды болот.
      И машут огнями и пляшут тенями, выходят из всех берегов.
      Высоко летают, и скачут и лают, ломая декабрьский лёд.

      Болота блуждают слепыми кругами над силой своей немоты,
      И мышью простор убегает под камень, змеиные звёзды кружат.
      Меж кочек шипящих - от злого круженья вскипают оконца воды.
      И чёрная плазма болотистой жижи, пугая, съедает ежат.

      Они, погибая, всё-всё понимают, и плачут и стонут, вопят.
      Но звёзды болот, их змеиные жала - под жижей - растут и растут.
      И время кукожится, будто бы стая забытых осенних опят,
      Для праздника снега ежам не оставив хоть пару никчемных минут.


      _^_




      ГЛАВНОЕ  СЛОВО...

      Взойди на бессмертие звёздных высот,
      Испей галактический плазменный сок,
      Играя пространствами лихо.
      Но вёсны земные ты не позабудь.
      Сумей, рассчитай к отошедшему путь -
      К былому сияющий выход.

      Пусть снова качнётся тот солнечный день,
      В котором бродила смешливая лень
      Забытого юного детства.
      Пусть зяблик споёт, и в полуденный зной
      Ты снова надышишься спелой сосной
      И елями, что по соседству...

      И сколько бы в горних мирах не горел
      Звездою твой дух, вне присутствия тел,
      Ты осень припомни земную.
      Припомни цветные её паруса,
      Себя, не познавшего те небеса,
      Что звали в предметность иную.

      Припомни хрустящие льдом вечера
      И зимы, текущие влагой с пера,
      Ложащиеся на бумагу
      Забытой рифмованной злою тоской,
      Когда - ни прозрений, ни славы мирской -
      Былую припомни отвагу!

      Вселенную новую духом создай,
      Неважно - то будет ли ад, или рай,
      Но главное, чтобы звучали
      В ней осени тихий протяжный гобой,
      Свирели весны... то, что было судьбой,
      Земною, как в самом начале,

      Когда не грустили твои времена,
      Печалей не знал ты ещё имена,
      И было так ярко лилово
      Подснежники первой любви собирать
      И чувствовать, как наступает пора
      Созревшего главного слова.

      _^_




      ПУСТÓТЫ

      Январь. Зима. Мороз. Но кроме
      Упавшей с неба пустоты,
      Что ранит прошлое до крови,
      Нет ничего, чтоб я и ты

      Могли на арфах дней морозных
      Единой музыкой звучать,
      Развеяв песнь прозрений грозных,
      Как тьму - горящая свеча.

      Пусть пустота морозно блещет
      Кинжалом снежно-ледяным, -
      В том блеске холодно-зловещем,
      Ты слышишь, нам звучать двоим!

      Пусть прошлое мертво, но всё же,
      Пока пустоты есть в судьбе, -
      Тебя во мне не уничтожить,
      Как, впрочем, и меня в тебе!

      _^_




      СТРЕКОЧЕТ  ДЕНЬ...

      Стрекочет день. И слишком жарко
      В траве лежать, смотреть на небо,
      И видеть, как под парусами
      Стремится к ночи этот день.

      Из ельника ползёт дремота.
      Кукует сонная кукушка
      Так далеко, что сонной сказкой
      Мне кажется всё, что вокруг.

      Сверкают искрами стрекозы.
      За бугорком ручей лепечет.
      Я всё, что было - вспоминаю -
      К чему давным-давно привык,

      Но тень грядущего видна мне
      В слепящем мареве июля.
      Она стоит, как изваянье,
      И заслоняет мир былой.

      _^_




      ЗАБВЕНИЕ

      Моё забвение живёт во вздохах тягостных трясин,
      В шептанье тихих камышей, в могильно-дягильной отраве.
      Закатной сталью времена стекают по стволам осин
      Во мхи, на кочки, в тростники в туманно-голубой оправе.

      И - слышу - ты ко мне идёшь, минуя сутолоку дней,
      Сквозь тихий шёпот камышей, по острой кромке дня и ночи,
      Из края прошлых снов моих, где мир на счастье не бедней,
      И где в скрещенье двух лучей нам было - помню - сладко очень!

      И ты смелее, чем тогда... и ты прекраснее, милей,
      Чем было там, когда лучи - и твой, и мой - для нас скрестились...
      Сплетая радости венок, нежнее всех земных лилей,
      Идёшь в простор моих скорбей, как чья-то власть, как чья-то милость!

      Но тут забвенье восстаёт стеной холодною - до звёзд,
      И вновь стремится в сердце мне тревога чёрной росомахой.
      Мерцает прошлого река. Я прохожу над нею мост.
      Ты, стоя за спиной моей, ссыпаешься в болото прахом...

      И гулко зреет пустота в моей слабеющей душе,
      И абрис прошлого и ты - тускнеют в ярком лунном свете,
      В ночных болотных миражах. Смотрю - и нет тебя уже.
      Лишь завывает в валунах, подобно волку, хищный ветер.

      _^_




      ДВЕ  ЗВЕЗДЫ  У  ТЕБЯ  В  КОРОЛЕВСТВЕ  НОЧЕЙ...

      Две звезды у тебя в королевстве ночей.
      Там уснуло пушистое снежное время,
      Замирая котёнком на левом плече
      У прогретого солнцем лесного апреля.

      Чтобы тени разлук не казались темней,
      Звонкой музыкой эльфы наполнили чащи.
      И рассыпано прелое золото дней
      В погребах пустоты, в тишине восходящей...

      На второй высоте, там, где облачный бог
      На апрельской струне увлечённо играет,
      Нам с тобой приготовлен рассветный пирог,
      Сладкоежкой луной объедаемый с края.

      Посмотри, как густеет желания мёд,
      Проливаясь в бокалы пространства восторга;
      Улыбаясь, со скипетром солнца идёт,
      Новый день по небесной тропинке с востока.

      И встречают его светляки - васильки,
      И вращается ось одинокой планеты,
      Друг от друга где так далеки-далеки
      И влюблённые души, и просто поэты.

      Не грусти, не грусти, и свечу потуши.
      Потому что свивается радуга счастья.
      Где и сумрак, и свет - там рождается жизнь,
      И вторая, и третья за ней в одночасье!

      _^_




      СВЕТИЛИСЬ  ПОЛНОЧИ  АПРЕЛЕМ...

      Светились полночи апрелем,
      Цвели прозреньем времена
      Они в огнях весны созрели,
      Роняя в вечность семена...

      И дней ручьистых перезвоны,
      И шёпот тёплых вечеров
      Пытались нам открыть законы
      Непроницаемых миров,

      Где разговаривает небо
      С Землёю птичьим языком,
      Где тает в марте первым снегом
      Необратимости закон.

      Где оживают камни истин,
      Вдыхая звёздные ветра,
      Где облетают скорби листья
      С сухого дерева утрат.

      Где бесконечное - конечно!
      Где, разложим по степеням
      Тревог,
        смеётся мир беспечно,
      Смотря в лицо грядущим дням.

      И лиловато-серебристый
      С небес я слышу смех его...

      А май стоит, такой лучистый!
      Как волшебство!
      Как божество!

      _^_




      ЛЕСНАЯ  ПАМЯТЬ

      Лесная память собирает
      В ларец янтарных поздних дней
      И то, что мне казалось раем,
      И то, что грустного грустней.

      Лесная память солнценосна
      И вечна, будто небеса.
      Их яркий мёд испили сосны,
      Открыв туманные глаза...

      В сплетённой солнцем паутине
      Осенних дней трепещет боль
      О том, чего не стало ныне -
      Мне душу выевшая моль.

      А сам гляжу я на овраги
      Уставшей осени моей,
      В лесное царство светлой влаги,
      В хрустящий свет календарей.

      На корабли осенних далей,
      На их цветные паруса,
      В сырую тьму моих печалей,
      И в сосен влажные глаза.

      И вижу в них огни былого,
      Давно отцветшие огни.
      О, память, в сумраке лиловом
      Ты навсегда их сохрани!

      _^_




      АВГУСТ

      Ещё в едином русле не сошлись
      Река отвесных дней с рекой пологих,
      Но больше не зовёт густая высь
      Отсутствием и многого, и многих.

      Ещё не вдоль времён, а поперёк
      Стирает память тень, темнее сажи,
      Того, кто стал и жалок, и жесток,
      И ничего без страха не расскажет.

      На белую поверхность светлых чувств
      Ложится ощущение повторов
      Событий, разрисовывавших грусть
      По прошлому - бесстрастия узором.

      Остыло ощущенье теплоты,
      Но теплота пока что не остыла.
      И падают созревшие плоды
      С деревьев под названьем "То, что было".

      И на вопрос: а будет ли ещё? -
      Ответ, как боль и как земля, коричнев.
      Стоит сентябрь, бессмертием крещён.
      А что за ним - бессмысленно, вторично.

      _^_




      ИЮНЬ,  ГУЛЯЮЩИЙ  В  ПОЛЯХ...

      Июнь, гуляющий в полях густых ромашковых сердец!
      Чьё счастье спрятал в рукаве непримиримого Персея?..
      Я по лесам иду к тебе, сплетая звёздных дней венец
      И так хочу, чтоб навсегда мой мир ты звёздами усеял.

      Передо мной в глуши лесной смешно воркует тишина
      И апельсин вечерних зорь спешит душе моей в объятья.
      А на тропинках снов седых танцуют танго времена,
      И надевает пустота - печали бархатное платье.

      В медвяно-липовой глуши, где обитает бог лесов,
      Построю терем из лучей, золотоцветный лунный терем,
      И дверь, как прошлое моё, легко закрою на засов,
      Чтоб всеми - в памяти, во снах - везде-везде я был потерян!

      И лишь бы ты, мой свет-июнь, ко мне лесные тропы знал
      И приводил кормить с руки косуль несбывшихся мечтаний
      Последней спелой чистотой, что мне оставила весна,
      Хрустальной влагою поить из родника сердечной тайны!

      _^_




      ПО  ЛЕЗВИЮ  ЧАСА  РАССВЕТНОГО...

      По лезвию часа рассветного
      Стекает прозрачный июнь
      В хрусталь настроения светлого.
      Я пью его, весел и юн.

      И звуки, беспечны и розовы,
      Полощутся в синей тиши,
      Пока перепуганы грёзами
      Бегут в пустоту миражи.

      Так много пьяняще-манящего
      Пролито над сонной землёй,
      Что хочется утро звенящее
      Пронзить непокоя стрелой,

      Чтоб громче деревья пиликали
      На скрипочках птичьих своих
      И чтобы крылатыми бликами
      Порхали мечты среди них.

      Чтоб мир на двоих - не разрушился
      От громкого счастья, ведь мы
      С бедовой судьбою подружимся
      И горя попросим взаймы...

      _^_




      НИКТО  НИКОГДА  НИЧЕГО

      Никто никогда не поймёт ничего.
      Никто ничего никогда.
      Сгорает надежды моей вещество.
      Тоскливо гудят провода.

      Колеблются шторы полдневных небес
      На окнах осеннего дня.
      И нет никого,
        кто бы должен быть здесь,
      Любви колокольцем звеня.

      И спит пустота, и безвыходна высь,
      И даль безысходно чиста.
      По кругу блуждает бессонная мысль,
      Глупа, одинока, пуста.

      Никто ничего никогда не поймёт.
      Но в этом ведь счастье! Оно
      Стекает на душу, как солнечный мёд -
      С утра заполняет окно.

      Пульсирует вечность на правом виске
      Моей постаревшей тоски,
      Но стоит ли думать нам всем о тоске,
      Когда серебрятся виски!..

      _^_




      КАЖДЫЙ  ЧЕЛОВЕК...

      Каждый человек смертельно болен.
      Болен безысходностью своей.
      Звоном беспокойных колоколен.
      Рвущимся листком календарей.

      Тяжестью и лёгкостью былого,
      Что к себе безжалостно зовёт.
      Ласкою простого слова
            злого.
      Сотнями из тысячей свобод!

      Болен солнцем, небом и травою.
      И, конечно, спазмами страстей.
      Чередой событий роковою.
      Сложностью, живущей в простоте...

      Сладко ожиданье долгой ночи,
      Бездыханной, тихой, неживой,
      Потому что полдень кровоточит
      Раною смертельной ножевой!

      Угрожает чем-то постоянно
      Свод небес, до боли голубой:
      Счастьем или бедствием нежданным. -

      Каждый болен... собственной судьбой!

      _^_




      А  БУДЕТ  ЛИ  ЛУЧШЕ?..

      Мерцающий храм запоздалого лета
      Над мёртвой землёю судьбы возвышался,
      И звонкие чувства слагались в куплеты,
      Тоске не оставив и малого шанса.

      И мы под его куполами бродили
      И слышали юностей поздних хоралы,
      Но то, во что верили, что мы любили -
      Последней свечою уже догорало...

      Я помню - в сады, где петунья покоя
      Цвела, выходили из храма неспешно,
      И ловкое счастье незримой рукою
      Срывало цветы беззаботности грешной.

      Я помню озёра в саду и прохладу,
      Времён переспелых огромные вишни -
      Для мыслей простор и для чувства усладу,
      Где счастье спокойно, почти неподвижно,

      Стояло, одетое в пёстрое солнце,
      И кроткие лилии вальс танцевали.
      Теперь это помнить нам лишь остаётся.
      А будет ли лучше? - не знаю!.. едва ли.

      _^_




      ЗАЧЕМ  ВЫ,  НЕЖИТИ  БОЛОТНЫЕ...
      (из болотного цикла)

      Зачем вы, нежити болотные,
      Ко мне явились в поздний час.
      Трясин дыхание холодное
      Как будто оживляет вас,
      И вы, забыв свои пристанища,
      Какие ищете места ещё!

      Вот вы стоите здесь, на острове,
      Куда я шёл пятнадцать вёрст,
      И взгляды тусклые, но острые,
      Как жала пчёл, как иглы звёзд,
      В меня, наивного, вонзаете,
      И звёздно плачут небеса, и те

      Деревья, хилые, увечные,
      Что время тихо стерегут,
      Пролив покой в просторы вечные,
      Где навий распростёрт уют.
      Чего хотите вы, нездешние,
      От человека, злого, грешного!

      Да, грешен я, и лишь поэтому
      Вы бродите вокруг меня,
      Могильным холодом согретые,
      Лучами лунными звеня.
      О, эти ваши полнолуния -
      Страстей загробные безумия!

      Вот ты, нелепое создание,
      В лучах луны среди осин! -
      Зачем рождаешь ожидание
      И веру в то, что не один
      В мирах забытых и потерянных
      Живу я, злой и неуверенный

      Ни в чём - ни даже в дальнем пламени
      Иной мечты, иной тоски,
      Ни в памяти истёртом хламе, ни
      В потерях, чьи часы близки...
      На что, на что вы все похожие -
      Болот бесплотные прохожие?!..

      Гляжу: мерцающая женщина,
      Бела, как магний, нагота,
      Холодной похотью увенчана!..
      Свивает навья красота
      Непостижимое пленение
      Из нитей гаснущего тления.

      Улыбка - влагой напоённая,
      Теплом ирисовых долин,
      Веками скорби утомлённая -
      Во мне рождает страсть и сплин.
      Но миг один... и тьмой безглазою
      Она слита с туманом, связана...

      А это кто? - корявый, маленький -
      Из топи вылез и исчез -
      Расцвел цветком горящим, аленьким
      И озарил болотный лес,
      Просторы серые, унылые
      И кочки, схожие с могилами.

      Меня прозрения лишившие,
      Виденья медленно бредут.
      Повсюду пятна, сны ожившие...
      Как в лихорадке, как в бреду -
      Я вижу в этом скорбном шествии
      Тебя, Царицу Сумасшествия.

      И вспоминаю годы давние
      И чёрные твои дела.
      За них в пределы злые, дальние -
      В долину скорби, бед и зла
      Перенесло тебя забвение,
      И я забыл про вдохновение.

      Хожу сюда по лесу лунному
      Уже пятнадцать долгих лет:
      Удастся ль мне, почти безумному,
      Найти твой дух, найти твой след...

      Но чем черней была ты ранее,
      Тем ярче разочарование!..

      _^_




      НОЧНОЙ  РОМАНС

      Срывая тихо пуговицы звёзд
      С небесного изношенного платья,
      Разделась ночь. Восток красив, но прост,
      Раскинул перед ней свои объятья

      И целовал смелеющим лучом,
      Восторженно, легко и виновато,
      И била страсть из тьмы седым ключом,
      Как - помню - и в моей ночи когда-то...

      Тебя я помню, лунная моя!
      И слезы... и лианы грёз лучистых...
      Кому в пределах злого бытия
      Теперь мерцаешь чёрным обелиском?

      Я помню, как пульсировал апрель!
      Как май сгорал в лучах твоих неярких!
      Ты где?.. Ты где?.. Молчит твоя свирель.
      Лишь память шлёт дешёвые подарки.

      Но нет дороже их... Конечно, нет!
      Обрывки вёсен... памятные даты...

      А ночь своею страстью сжёг рассвет,
      Но тьма воскреснет в похоти заката!

      _^_




      Я ВИЖУ,  КАК  ВРЕМЯ  ГУЛЯЕТ  ПО  НЕБУ...

      Я вижу, как время гуляет по небу,
      Легко поднимаясь по звёздным ступеням
      Туда, где живёт одинокая небыль...
      Где брошен в галактики вечности невод -
      Ловить золотых пескарей вдохновенья.

      В тех омутах звёздных так много земного,
      Так много там плещется юного счастья,
      Так много знакомого, сердцу родного,
      Что кажется быть и не может иного,
      Чем то, что встречаем привычно и часто.

      Но тени событий там столь многоцветны!
      Там всякая радость смеётся лучами
      Добра, и всё жуткое кажется бледным.
      Взрастает бессмертье квазаром несметным
      Из той пустоты, где живучи печали.

      А мы, согревая у печки покоя
      Промокшие ливнями горестей души,
      Небрежно к щеке прикоснёмся щекою,
      В окно поглядев, скажем: небо какое!..
      Как тихо! - шепну я. - Ты только послушай.

      _^_



© Алексей Борычев, 2018-2019.
© Сетевая Словесность, публикация, 2018-2019.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Мири Литвак: Из романа "Любовь Онегина к бабушке Кларе" [Тяжёлая дедушкина ладонь легла на мягкую шерсть Онегина и смяла его ушки. Онегин изогнулся под её весом, но не уступил: спина его встала дугой, высвобождаясь...] Ирина Жураковская: Сикулка [Сикулка уродилась потомственной хранилкой. А хранилки рождались страшными уродами, но первинный их этот вид никто не имел права знать. Потому, как в завете...] Галина Булатова: "Человечишко перед вершинами..." [Казалось, в жизни не предашь / привычку, умницу, натуру, / однако я свой карандаш / сменила на клавиатуру...] Александр Белых: Гербарий, 2018 г.. [На щёки пожухлые / Упали сухие лепестки зари - / Ползи, ползи улыбка...] Владимир Гржонко: Дядя Лёва [Ей показалось, что кто-то неведомый, оборвав Леву на полуслове, толкнул его в страшное фиолетовое ничто, в тот провал, откуда не возвращаются ни слова...] Чёрный Георг: Сказания о Цветастом Урге (Хроматографические аспекты Цветастого Урга) [...Ург улыбнулся и запел. Потом затанцевал. / Затем заухал, как сова, и закатил глаза. / Взмахнул руками, прошипел - не шёпот, не слова. / Преобразился...] Эрдэм Гомбоев: Попроси непечальных картин [...Ах, забудь, милый друг, это всё - закоулки души. / Я в них редко бываю, ведь я так боюсь темноты. / Не придай им значенье. Давай лучше дальше кружить...] Ольга Кочнова: Стихотворения [вот и кажется - снова по дну, по льду / на осклизлых камнях скользя / отступает вода за лесок, за гряду / оглянуться - нельзя, нельзя...]
Словесность