Devotion
в клубе "Подвал 1"
29 сентября в здании института системного программирования РАН, что в Москве на Большой Коммунистической (странное название для улицы "сталинок" и бывших купеческих особняков) прошел очередной вечер Литературного клуба "Подвал 1". Программа под названием "Красное с Прекрасным" открывала осеннюю сессию 9 сезона клуба. В афише были заявлены: "Куница" - литературно-музыкальная композиция по произведениям Кастанеды, Есенина, Панкратова и Пашкова в исполнении последних двух авторов, эссе "Академики против битников" Андрея Чернецова, "Красота на вынос" Натальи Борисковой, "Фрагменты" Василия Давыдова...
 |
На этом колене перечисления мне уже совсем надоел протокольный стиль описания прошедшего события. Попросим Георгия Жердева разместить где-то рядом ссылку или саму афишу и бог с ней. Я там был, я это видел, из моих вариантов выбрали название программы (не самое интересное из предложенных, меня больше прикалывало "Яичница с божьим даром"). В общем, первые два произведения, поименованные в афише, принадлежат авторам уютно поселившегося на просторах Сетевой Словесности рязанского альманаха Devotion, и без редактора этого проекта Вашего покорного слуги здесь, конечно, не обошлось.
Константин Панкратов, Николай "Колючий" Пашков, Андрей Чернецов и я готовились к этой поездке давно. Вернее, должны мы были приехать где-то в конце весны, но ввиду ряда разнообразных причин добрались до "Подвала" только к октябрю...
Клуб "Подвал 1" расположился и вправду в подвале: на цокольном этаже института, - думаю, в свободное от клубования время это помещение служит сотрудникам института столовой "домашнего типа". Полукруглые своды, маленькие окошки под потолком, никелированные стулья и аппараты для продажи кофе и напитков в банках, кола там и фанта. Воистину смесь красного с прекрасным.
По регламенту на исполнение "Куницы", в оригинальном варианте занимающей полтора часа, было отведено 30 минут.
А прежде мне предложили рассказать об альманахе Devotion... Прилюдного покаяния было не избежать - я приготовил подарки: бутылку водки Есенин (есть такой фирменный продукт с портретом Сергея Александровича и его стихами на этикетке), стильные карандаши, дудочку и колокольчик с портретом СА и символикой родины "певца страны березового ситца", майку с надписью "Актуальная Devotion литература". Чтобы в Рязани я кому-то дарил подобный сувенирный кич - это невозможно. Но, вливаясь в общероссийский контекст, я отбросил наше провинциальное бухтение по поводу дикой есенинской истерии в Нью-Константиново, виноват, в Рязани. Подобное камлание по поводу главной губернской достопримечательности чиновников и сопутствующей части интеллигенции нередко претендует на тотальность и бесспорность. Это достает не по-детски и не только детей от детсада до института. А поэт Есенин - замечательный (да и в "Кунице" песни, сочиненные Панкратовым на его стихи и плавно переходящие в рэп, "выстреливаемый" Пашковым - главная изюминка проекта). В общем эта поездка повернула мою голову увидеть иначе то, что всегда перед глазами и т.д. "этим и занимается Devotion, чего и Вам желает". Вот в примерно таких словах (за исключением того, что в скобках) я покаялся, и "вышла мне скидка".
Константин Панкратов и "Колючий" отыграли классно - под одну гитару, с неожиданными (даже для меня) переходами из Есенина под арт-джаз в рэп под хлоп-хлоп по джинсам, с кусочками прозы про Бамбукина, восемь контрабасов и фрагментами "Колеса времени" Кастанеды. Лирические герои - Бамбукин, "Колючий", Есенин и воин Карлито, сменяя друг друга как в гонке-преследовании, быстро прокатили через "лабиринт проклятых оправданий, сомнений и снов" и вновь отобрали у меня надежду на мирное существование в "уютной сетке будней". Выступление, даже нередко прерываемое аплодисментами, действовало, как гипнотическое заклинание - умиротворяющее, но бодрящее. Этот заряд, казалось, проявился в выступлениях всех остальных участников вечера. Наталья Борискова, презентуя книгу стихов, начала с воспоминаний о поездке в Константиново и купании в Святом источнике Ионна-Богословского монастыря - "такое ощущение, что заново родилась, выпрыгнула".
Известный знаток языков (в книге рекордов Гиннеса зафиксировано его знание 120 языков) Вилли Мельников-Сторквист прочитал свои стихи и их переводы. Вилли Мельников - известный, и не только в России, человек, много выступающий, но в тот вечер он, казалось, волновался. Стихи звучали в оригинале (шесть стихов на шести языках) завораживающе, их авторские переводы на русский - были интересны. Тексты Вилли читал по старенькому атласу Москвы: по замыслу автора, стихи были написаны поверх карт районов столицы и были призваны запечатлеть ощущение от каждого конкретного района. Еще одно доказательство, что "Москва - город контрастов", было предъявлено отчетливо и безоговорочно.
Потом ведущий вечера Александр Белугин (еще раз огромное ему спасибо за приглашение на это замечательное событие) в очередной раз посетовал, что не все заявленные авторы смогли приехать, и пригласил Хобо. Колоритный дяденька с бородой и в пестрой шапочке рассказал о долгой истории иллюстрирования своих стихов и показал рисунок к тексту "На карте мира нет свободных мест" (продолжение звучало не менее интригующим - "Для нашего с тобою государства"). Рисунок понравился.
На этом "официальная часть" закончилась - началось чаепитие, в этот вечер сильно разбавленное водкой "Есенин" и красным вином. Заявленное название программы воплотилось буквально - собравшиеся вспоминали поездки в замечательные места - Питер, Париж, Рязань, попивали вино, читали стихи. Особенно запомнились гирлянды языковых гибридов, озвученные Вилли Мельниковым, вернее не запомнились, а поразили. Яркость впечатления и удивление помешали затвердить услышанное.
Беседа по закону "шахматного коня" вновь и вновь уходила в сторону, одиночества встречались и расходились. Обмены телефонами и мнениями постепенно исчерпали себя.
Андрей Чернецов, вырвавшись из клещей очередной дискуссии, спровоцированной его эссе "Академисты против битников", написал на доске (типа школьной), испещренной математическими выкладками, "первак" и пририсовал сверху корону, Вилли присовокупил к этому длинную тираду, написанную скандинавскими рунами. Мне осталось только добавить логотип антагониста "первака" в уличных битвах нашей юности. Начертав фломастером Zilы, я распрощался. Кто-то вслух прочитал строчку со стихотворения на спине фирменной девоушинской майки Панкратова: "И те, кому мы посвящаем опыт, до опыта приобрели черты". Devotion покинул здание ИСП РАН.
© Дмитрий Макаров, 2007-2026.
© Сетевая Словесность, 2007-2026.
| НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" |
|
 |
| Борис Бюргер. Айфон. Петербургская повесть. [...А где-то через полгода по Юго-Западу поползли очень странные слухи: якобы некий плюгавенький клерк (ростом, правда, в три метра) отбирает у...] Вахтанг Чантурия. Двери открываются. Рассказ. [Поезд дальше не пойдёт, ибо мир кишит змеями в самых разных обличиях их...] Лев Ревуцкий. Ещё раз о женской любви и коварстве, или почти реальная история Дульсинеи из Тобосо. Рассказ. [...история их любви, как и история Ромео и Джульетты, Орфея и Эвридики, Тристана и Изольды, навсегда войдёт в историю.] Ингвар Коротков. Соевая конфета в красивом фантике (О премии "Слово"). Статья. [Давайте посмотрим, кого же выбрали нам эксперты – мэтры поэтического слова – во втором сезоне "Слова". И какие поэты олицетворяют для нас, читателей,...] Наталья Перстнёва. Медленный город. [Будет дождь, будет ливень с июньской грозой, /
Хлынут реки, исчезнут дороги. /
Мы пойдём по реке, мы вернёмся домой /
По воде, как последние...] Георгий Чернобровкин. Горсть времени. [О, если б только знать, как дышится легко, /
когда вслед немоте встаёт за солнцем слово /
и льётся облаков парное молоко /
над родиной, и свет,...] Елизавета Григ. Счастье улицы Эйнштейна. Рассказ. [Есть такие двери, что остаются под замком всю жизнь. Одну я неожиданно открыла, решив перейти улицу, и застряла на дороге...] Яков Каунатор. Реинкарнация (Борис Рыжий). Эссе. [О жизни, времени и творчестве Бориса Рыжего - эссе из цикла "Пророков нет в отечестве своём...".] Борис Кутенков. Об одном стихотворении Александра Куликова. Статья. [Нехитрое и даже традиционное по форме, оно даёт повод для рефлексии на разные темы: и об интертексте – давно волнующей нас проблеме реминисцентного...] Владимир Буев. "Я им не какой-то недоумок деревенский. Всех их обману!". Рецензия на книгу Евгения Попова и Михаила Гундарина "Василий Макарович". [Сам бог велел по поводу книги Попова и Гундарина отписаться, что я и сделал (в этом месте можно улыбнуться).] Евгения Ушенина. Святому Франциску. [я говорю: /
в этой земной глуши не стой у меня за спиной /
давай лицом к лицу когда не просят за себя /
а перечисляют всех даже тех кто не...] Анна Стрельникова. Пурпур ночной. [внутри поэта подклад из кренделей /
с присыпкой из стекла перебитого: /
одна строка насильно милует /
другая вышивает на погребах кресты] |
| X |
Титульная страница
Публикации: | Специальные проекты:Авторские проекты: |
