ПРОСТРАНСТВО, ГДЕ СЛОВА-КЛЮЧИ ЖИВУТ КЛЮЧНИЦА ПЯТАЯ СУЩНОСТЬ ДОЖДЯ БАБОЧКА Вдохну всей грудью, замещая боль... ПРИТЯЖЕНИЕ КООРДИНАТЫ РАЯ Настроишь слух на камертон цикад...   Дышит август медленно и важно... ПОРА НЕУДАЧНЫЙ ВАЛЬС ЛЕТИ, ЛИСТВА ОБЕРЕГ НОЯБРЬСКИЕ МЕТАМОРФОЗЫ ЗА ЗИМНЕЙ ДВЕРЬЮ КЛЮЧНИЦА Я – ключница. Мои ключи скрипичны, И каждый отворяет двери лично В пространство неизведанных миров. Я охраняю тысячу религий И замечаю маленькие сдвиги В кардиограммах улиц и дворов. Вот нотой "до" упал на дно колодца Булыжник, что вовек не разобьётся, Вот нотой "си" звучит стрижа полёт. А вот раскрыты окна. Между делом На лбу, щеках и шее загорелой "Соль" солнечного зайчика живёт. Шумит берёза тихо в ре миноре, Вьюнок цепляет струны на заборе За гвозди – поржавевшие колки. Подтягивай да изменяй созвучье! Профессий не бывает в мире лучше, Чем те, что кормят соловья с руки. Я знаю точно: скрипкой лечат душу. Лишь вырвется звучание наружу, Я отлучусь с поста на пять минут Скрипичный ключ вручить, как лучик солнца – Пусть он строкою дальше отзовётся В пространстве, где слова-ключи живут. _^_ ПЯТАЯ СУЩНОСТЬ ДОЖДЯ Клонируй день с романом взаперти, Пиши минуты жизни под копирку И с водостока собирай в пробирку Отжатых туч густое ассорти. Не правда, что твой день неповторим, И что ты сам неповторим вовеки. Исходно повторенье в человеке, Как первый и второй, и третий Рим. Взад и вперёд исхожена кровать. Вино из одуванчиков допито. По водостоку льёт бальзам открыто Творец, уставший нас изобретать. Так пей страниц такой знакомый день! И не считай зазорным повторенье. Ну, не было сегодня вдохновенья Менять дожди на солнце и сирень. В конце концов, не так уж плох роман И кроткое шуршание страницы... Закончен дождь. И начинают птицы Касаться пеньем слуховых мембран. _^_ БАБОЧКА Изящен взмах, не улетай, прошу! Во сне и я полётами грешу, но мне не удаётся это чудо – с цветком себя и воздухом роднить и запросто нектар из чаши пить, когда соцветие цветка – посуда. Так коротка полёта благодать! Чтоб бабочкой сознание назвать, я по земле ступаю год за годом и притяженье чувствую, а ты притягиваешь к усикам цветы. Ты – изначально лёгкость и свобода. Не улетай! Раскрытых крыльев вид особо доверительно манит, их хочется коснуться мимолётно. Но я не трону. Бабочка во мне – Венера Боттичелли, и в цене раскрытых крыльев хрупкие полотна. _^_ * * * Вдохну всей грудью, замещая боль, – Здесь вдох и выдох чувствуешь иначе, Здесь горы поперек, а небо – вдоль И лес под утро иволгами плачет Светло и нежно, грусти не тая. Но грусть такая – пьёшь её запоем! Как будто это молодость моя Про первую любовь и всё такое... _^_ ПРИТЯЖЕНИЕ Мы оба – как в излучине реки Два берега, что тянутся друг к другу. Мы – мотыльки, а, может, васильки, Что синей гладью вышиты по кругу И потому не встретимся никак. Но лишь в невстречах – сила притяженья, Миропорядка творческий пустяк, Законы окрыленного движенья, Чтоб трепет передав материкам, Сдвигали тектонические плиты Два маленьких и хрупких мотылька По замыслу богини Афродиты. _^_ КООРДИНАТЫ РАЯ Заснуть, спиной к скамейке прислонясь, и детский смех просеивать сквозь ухо, покуда, беззастенчиво резвясь, не разбудила суетная муха. Ныряет солнце в поросль облаков. На кончиках ресниц дрожит беспечность. Меня, проткнув булавкою веков, как экземпляр, рассматривает вечность. Я сплю. Не препарирован мой сон на лавочке – в координатах Рая. И тень каштана сверху капюшон набрасывает, бледность защищая. Уставший пёс у ног в траве прилёг – поход домой ему не актуален. И умилённо сверху смотрит Бог на россыпи ромашковых проталин. В бескрайней нише далей луговых среди лиловых свечек иван-чая моя свеча беспечности средь них стоит вот так же, головой качая. _^_ * * * Настроишь слух на камертон цикад. А зрение – на тьму, на звездопад. И свет издалека летит на плечи. Играет ветер прядями волос. И лунный зайчик прыгает на нос, Ловить его и незачем, и нечем. И ты в простой гармонии сидишь, Благословляя море, звёзды, тишь. К чему тебе записывать в блокноте, Всю перекличку звуков тут и там? А сто цикад привычно ткут мирам Симфонию любви по первой ноте. _^_ * * * Дышит август медленно и важно, и цикады лапки шумно трут на платанах высохших, бумажных. Кончен день, давно заброшен труд. Вот и стол с мускатною наливкой, где закат в графине утонул. Брынза, виноград, ещё оливки да плетеный из бамбука стул – разве не идиллия покоя? Ласточки щебечут вдалеке. Человек ещё с палеозоя счастье обретает в пустяке и всегда не вовремя и странно. Розовое небо, гладь воды, горизонта серая мембрана, самолётов белые следы... Тонет время в августе медовом, словно неумелая оса. Я его вылавливаю словом, отпуская падать в небеса. _^_ ПОРА Сентябрь – он просто сделал шаг, А в мире всё уже не так: И шелест листьев под окном, И ветер, что ворвался в дом, И птицы суетливый крик, И спелый отблеск ежевик, И моря Чёрного игра – Пора... Осенняя пора Для перелётов и дорог. Ещё тепла немного впрок И звездопада Персеид, – Ещё сентябрь щадит. Но всё не так уже в саду: Сентябрь написан на роду. Раз лето истекло вчера, _^_ НЕУДАЧНЫЙ ВАЛЬС Осень. И холодные ладони. Капли по стеклу, как по щекам. Я не понимаю этой боли, но непониманья не отдам. Я люблю загадки без ответа. – Хорошо, что нет нужды гадать. Пожелтело, облетая лето, оголилась каждой ветки стать. Беззащитней жизни отраженье в небе, опрокинутом в реке. Желтый лист до головокруженья вальс танцует в розовом венке. Но, споткнувшись туфелькой хрустальной, оставляет, как комета, след. Пусть паденье остается тайной. Будем между книг хранить секрет. _^_ ЛЕТИ, ЛИСТВА Лети, моя волшебная листва! Полет твой предсказуемо короткий, Но за секунду духом озорства Ковер из золотистых нитей соткан. И золото такое, что шуршать Ему все сказки мира удается! Успей раскрыть и запиши в тетрадь, Как наполнять свечением без солнца И путь, и мрачно-серый горизонт, И восхищенные глаза прохожих, И брошенный в рюкзак за спину зонт. И сердце тоже. _^_ ОБЕРЕГ Впитывая солнце напоследок, с лавочкою парковой сроднясь, наблюдаю, как уходит лето, с осенью налаживая связь. Воробьи объединились в стайки и спорыш штурмуют – к холодам. В лужах подсыхающей лужайки голуби зависли тут и там, по-тюленьи разложили тело, – сизым, не зеленым стал газон. И какое до людей им дело? – Не закончен парковый сезон. К холодам готовиться не просто. Тополь сдал в утиль свою листву. Старый дуб – пока зеленый остров – сбрасывает желуди в траву... Сбросить бы и мне усталость века, с листьями предать её костру. Желуди в карман для оберега я с собою в зиму заберу. _^_ НОЯБРЬСКИЕ МЕТАМОРФОЗЫ У неуюта имя ноября. – Распутица, сумятица, простуда. Дождь поливает первые полдня, вторые – снег метёт из ниоткуда. Ты попадаешь с этим в никуда и тычешься в пространство без ответа. А фонарей горящая слюда уже в снега налипшие одета. И всё вокруг меняет контур свой. Угрюмость натянув до подбородка, ты потечёшь за белою рекой и вмёрзнешь в снег как брошенная лодка... _^_ ЗА ЗИМНЕЙ ДВЕРЬЮ По капле убывает свето-день. Закутывает небо в свою тень И город, и берёзу над обрывом. Всё тихо. Всё объято тишиной. Природа погружается в покой Тоскливо. И серый правит балом, словно цвет Способен создавать судьбы сюжет: С ним ничему не выбиться из ряда. Таков сезонный тренд, стилист не ты. Но расписать ноябрьские холсты Кому-то надо. А потому берись за карандаш, Добавь снегов особую гуашь И выводи с улыбкой и доверьем, Что будет новый день и новый год, И кто-то ноты к песне подберёт За зимней дверью. _^_

© Наталья Тимофеева, 2024-2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2024-2026.