ВЕСЕЛЫЙ КАРАНТИН
Едва я освободила плацкарт, как наш кот презабавно уселся на клавиатуру и еще поудобнее подвинул свой внушительный кардан и поставил лапки-царапки ровно и послушно. При виде этих лапок в тапочках, умиление снизошло на весь мой организм. Но кота все же пришлось вежливо и любя, взять на руки и пожалеть. Компьютер выдал перлы после котового восседания на клавиатуре в следующем текстовом формате: "ммммммммм24ммммммммммммммммм37". Это означало ровным счетом следующее: "Вы меня любите, я вас тоже, и как бы вы не ругались, на спинку вашу лягу я, а не кто иной. Я же лучший прогреватель почек, к тому же мурзить могу хоть весь день от прикосновения к любящему телу, приоритетно отдыхающему от бурь и наводнений".
Котя был отпущен с рук, обласкан, влез на кровать и свернулся креветкой. День обещал много приятных сюрпризов и даже игру в прятки с внуками.
Из-за дивана торчал кверху пластмассовый штык, и явно целью его была я. "Ну, подумаешь, пластик погнется, пульки вылетят и рассыпятся по полу, когда мелкое чудовище с меховым хвостом с воплем племени апачи вылезет, подпрыгивая, и набросится на меня, как на его добычу".
В это время чудовище готовилось к атаке. В рацию говорилось им по-секрету то, что не слышно было разве что двумя этажами ниже. Я называлась "объект "Кошачья гора"", потому что на мне, бывает, отдыхает наш любимый кот, но с кем это шоколадолюбивое чудище собралось меня окружать, было не ясно, если другие дети играли в совсем другие игры. А кто-то даже рисовал явно не меня, но, возможно, кота на память, потому что кот как свернулся креветкой, так и проспал креветкой, пока чудище с меховым хвостом не сообщило ему почти на спящее ушко о тревоге. Кот, вытаращив глаза, поскакал сначала рысью, будто не уверен был в том, что удрать ему дадут, но мгновение – и опрометью бросился прочь. А целью его было спрятаться подальше, где до него не доберутся эти черти табакерочные, кто из племени апачи, кто уже космонавт и собирается пересечь планету над экватором, а кто и помощником президента. Этот "белый воротничок" забавно перескакивал с одной реплики на другую, думая, что он самый умный и забыв, что самый умный в доме кот.
У меня настала вольготная жизнь: кот спал, чудище переключило внимание на пакет с пряниками, так что даже пластмассовый штык уже валялся, как не настоящий, вперемешку с томагавком и "кровавым топориком" из более мягкого материала, похожего на поролон, но раскрашенного в почти реалистичных тонах.
Тут внезапно прилетела фея с огромными нейлоновыми крыльями в блестках, и покою пришел конец. Фея трепала меня по всем местам, заглядывала в карманы и даже в капюшон от халата, в ожидании исчезающих во рту мехового чудища, баллотирующегося под столом, шоколадных пряников. Пряники были мягкими, и от этого секретность их поедания соблюдалась в строжайшем режиме.
– Переключаем режим секретности. Пряников еще много!.. – воскликнула я, испугавшись своего голоса.
Предательски захрустел пакет. Это говорило о том, что в нем еще оставались пряники, и его заворачивают, с тем чтобы напасть на сладкие запасы, не изведанные доныне.
– Мне бы карусельку сейчас..., – раздался голосок трехлетнего Сашеньки. – Манюсенькую, – уточнил проныра и хлюпнул соплями.
Под столом кашлянул вепрь с меховым хвостом. Кигуруми было маловато, и треснула пуговица, а с нею кусок ткани.
– Это я пукнул! – виновато проскрипело чудовище.
– Значит, пряников тебе нельзя больше, а то костюм расползется.
– Не расползется, он же не бабки-коровки.
И тут костюм протрещал решающую фразу, будто уступая в споре. Это чудовище, разлегшееся по столом и отбросившее винтовку со штыком, внезапно решило поспать немножко на коврике. Изображая кота, вылизывающего шерсть, внук явно перебарщивал, потому что мы договаривались не вытаскивать язык наружу.
– Так, срочное собрание по подписанию конвенского договора! – воскликнула я.
Чудище спрятало язык.
– Правильно, язык должен быть там, где он родился, – похвалила за понимание я.
– Родился и женился! – подхватило чудище.
– Еще читать не умеешь, только пИсать, а сразу жениться! – заржал старший, изображая делание уроков.
– А вот и умею! – завопило от обиды чудище, сняло меховой костюм с внушительным хвостом, и переоделось в шорты с майкой.
– Ой, у тебя попугай на майке! Значит, не дорос еще! – поддразнивал старший вепрь, готовясь к нападению.
Всех выручил кот: он проснулся, потягиваясь и гибко прогнувшись в спине.
– У нас кот-гимнаст! Мы едем на соревнование циркачей! – заверещали в беге наперегонки к коту, двое пострелят.
Кот среагировал мгновенно. Он пропал из поля зрения. Где он, оставалось только догадываться.
13 февраля 2023 г.
© Елена Сомова, 2023-2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2023-2026.
Орфография и пунктуация авторские.
| НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" |
|
 |
| Борис Бюргер. Айфон. Петербургская повесть. [...А где-то через полгода по Юго-Западу поползли очень странные слухи: якобы некий плюгавенький клерк (ростом, правда, в три метра) отбирает у...] Вахтанг Чантурия. Двери открываются. Рассказ. [Поезд дальше не пойдёт, ибо мир кишит змеями в самых разных обличиях их...] Лев Ревуцкий. Ещё раз о женской любви и коварстве, или почти реальная история Дульсинеи из Тобосо. Рассказ. [...история их любви, как и история Ромео и Джульетты, Орфея и Эвридики, Тристана и Изольды, навсегда войдёт в историю.] Ингвар Коротков. Соевая конфета в красивом фантике (О премии "Слово"). Статья. [Давайте посмотрим, кого же выбрали нам эксперты – мэтры поэтического слова – во втором сезоне "Слова". И какие поэты олицетворяют для нас, читателей,...] Наталья Перстнёва. Медленный город. [Будет дождь, будет ливень с июньской грозой, /
Хлынут реки, исчезнут дороги. /
Мы пойдём по реке, мы вернёмся домой /
По воде, как последние...] Георгий Чернобровкин. Горсть времени. [О, если б только знать, как дышится легко, /
когда вслед немоте встаёт за солнцем слово /
и льётся облаков парное молоко /
над родиной, и свет,...] Елизавета Григ. Счастье улицы Эйнштейна. Рассказ. [Есть такие двери, что остаются под замком всю жизнь. Одну я неожиданно открыла, решив перейти улицу, и застряла на дороге...] Яков Каунатор. Реинкарнация (Борис Рыжий). Эссе. [О жизни, времени и творчестве Бориса Рыжего - эссе из цикла "Пророков нет в отечестве своём...".] Борис Кутенков. Об одном стихотворении Александра Куликова. Статья. [Нехитрое и даже традиционное по форме, оно даёт повод для рефлексии на разные темы: и об интертексте – давно волнующей нас проблеме реминисцентного...] Владимир Буев. "Я им не какой-то недоумок деревенский. Всех их обману!". Рецензия на книгу Евгения Попова и Михаила Гундарина "Василий Макарович". [Сам бог велел по поводу книги Попова и Гундарина отписаться, что я и сделал (в этом месте можно улыбнуться).] Евгения Ушенина. Святому Франциску. [я говорю: /
в этой земной глуши не стой у меня за спиной /
давай лицом к лицу когда не просят за себя /
а перечисляют всех даже тех кто не...] Анна Стрельникова. Пурпур ночной. [внутри поэта подклад из кренделей /
с присыпкой из стекла перебитого: /
одна строка насильно милует /
другая вышивает на погребах кресты] |
| X |
Титульная страница
Публикации: | Специальные проекты:Авторские проекты: |
