СВЕТОЛОВ
О поэте Алексее Сомове (1976-2013)
Современные поэты – засохшая короста на затянувшихся ранах поэзии. Отпадёт, останутся шрамы. Какой станет поэзия? Вернётся ли её прежний облик:
Плакать, шататься, драться, / чувствовать боль. / Говорить "здравствуй" / той, что проснулась с тобой. // Стирать пеленки, / купать Илью. / Проявлять фотопленки, / где синий июль.
Или "нельзя в это облако дважды вступить, даже если ты бог?" Я спросил у Ясеня... Искусственный Ясень, этот "удивленный каэспешный ясень" не ответил мне. Скрылся в облаке с ежемесячной оплатой. Молчат нейросети.
Одной из ран русской поэзии был Алексей Сомов.
В другой жизни он мог быть Джоном Ленноном, а Зина его была бы с косой до пояса Йоко Оно. Но ни той, ни другой жизни у Алексея Сомова не случилось.
Четырёхлетний сын Эрика Клэптона выпал из окна квартиры на 53-м этаже здания в Нью-Йорке. А сын Сомова, которому было пять, утонул в бассейне. У Клэптона – песня Tears in Heaven, а у Сомова – "эта песня о сыне пирата". Она "во всем виновата". После случившегося он начинает "говорить гребаным черно-белым стихом". Свет через призму его сознания преломляется на черный и белый. Чёрного больше.
Светолов выбирает Мрак. Явь становится смертью в прямом эфире
...припомним и пустые шашни с небом / и свежие гробы в горячих липких снах / и кровь присыпанную марганцем и снегом / весь этот добрый snuff весь этот добрый snuff. // за окнами генварь за окнами светает / заколоти врата заколоти врата / мы сами тот п..дец который наступает / на всех Твоих невидимых фронтах.
Девочка на фотографии "выхожу замуж за поэта Сомова" отбирает у поэта бутылку водки – "выглядим мы почти прилично, как прилично выглядели люди в 2000 году", "дышит чем-то сухим и чистым, с едва уловимой нотой фиалки".
Теперь эта "девочка закрывает веер, дергает стоп-кран". Сомов остаётся один. Хочет спрятаться, но не может. Подозрительно смотрит на жизнь из-за угла. Некомпенсированные состояния приходят всё чаще.
В его жизни случалась кочегарка. Там собирались панки. Сомов с другом записали "квартирный альбом" (полторы гитары, самодельная ударная установка и его "атональный вокал"), им кажется они единственные панки на всю Удмуртию. "Упитанный косячок. Глоток старого доброго тошнотворного портвейна". "Всё те же три аккорда". Другие обитатели кочегарки не испытывают сомнений – "Стакан шмали и ящик "Агдама", и запишем наши простецкие песенки так, как надо". Виктора Цоя из Сомова не получилось.
По жизни Сомова везёт "личный газенваген".
Не коси, товарищ, выдавленным глазом. / Не свисти, товарищ, порванной губой. / Подыхать – так с музыкой, да еще под газом. / Личный газенваген едет за тобой.
Лирическому герою Алексея Сомова не суждено ни пасть "на лёд очком, чтобы яйца звенели валдайским колокольчиком", ни "колокольным дрыном тыкать в облака".
Свою смерть Сомов, как и полагается поэту, предсказал, увидев её отражение в зеркале судьбы другого человека.
"Умер, от дрянного бухла или от голода", "его выносили из парадного. МЧС-ники работали в респираторах, так что, видимо, пролежал достаточно долго".
Не ставший колоколом "колокольчик падает в траву", захлебнувшись собственной трелью.
Алексей Сомов в "Сетевой Словесности"
© Дмитрий Назаренко, 2025-2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2025-2026.
Орфография и пунктуация авторские.
| НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" |
|
 |
| Екатерина Вольховская. Львиная доля. Рассказы. [Есть такие совершенные создания, которым всё идёт и всё прощается. Их любят абсолютно все женщины и большинство мужчин...] Владимир Алейников. Сокольники. Эссе. [И погода была – хорошей, и нисколько не уставала все красоты поры осенней, вместе с явными чудесами, нам, друзьям, собравшимся вместе, здесь, на воле...] Надежда Гамильнот. Бунт как искусство (О книге Анны Горенко "Королевская шкура шмеля"). Рецензия. [О новой книге из мемориальной серии "Уйти. Остаться. Жить", посвящённой поэтам, ушедшим молодыми во второй половине XX - начале XXI веков.] Евгений Толмачёв. "Пора дать писателю официальный социальный статус". [Интервью с поэтом, прозаиком и публицистом Станиславом Минаковым. / С писателем мы поговорили о блеске и недугах современной русской...] Сергей Сутулов-Катеринич. 17 мгновений войны. Асимметричный цикл стихотворений. [Любая бойня – мимо воли Божьей: /
Помимо, но во имя сатаны. /
Прапрадед правнучонка уничтожит – /
Мальчонку, не пришедшего с войны...] Алексей Григорьев. Не далее как в этом январе. [бублики, бараночки, конфеточки, /
водочка, водичка, колбаса. /
были мы смешливыми поэтами, /
стали мы (ненужное – вписать)...] Михаил Ковсан. Радость большая. Рассказ. [А у соседей снизу радость большая. Не веселье, конечно, и тем не менее. Груз с плеч. Камень с души. Не сравнивая, что очень понятно, но груза кусок,...] Татьяна Горохова. Донкихоты духа. Эссе. [О Володе Курдюкове и его сыне Никите Кникта. / Владимир Курдюков – художник, который всю свою жизнь посвятил искусству, очень много работал:...] Юлия Великанова. Книга, пугающая с пользой (О романе Эдуарда Резника "Мой маленький Джей"). Рецензия. [Ещё одно понятие сейчас добавилось в нашу реальность – коллективное исцеление психики. Свою лепту роман в это наиважнейшее дело вносит.] Литературные хроники: Антон Ровнер. Пять поэтов, хороших и разных. [18 серия цикла "Вечер авторов хороших и разных" в Культурном центре академика Д.С.Лихачёва в рамках арт-проекта "Бегемот Внутри".] Марина Намис. Травяные наречия. [Ночь пока вселяется в нас, /
пока /
я снимаю азбуку с языка, /
вьюга снежным кругом обводит дом, /
говори на белом, на небылом...] Евгений Степанов. Будь что будет. [Я жил без пустословья. /
Любовь текла по венам. /
А то, что не любовь, – я /
Считал второстепенным.] |
| X |
Титульная страница
Публикации: | Специальные проекты:Авторские проекты: |
