Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ

Наши проекты

Теория сетературы

   
П
О
И
С
К

Словесность




ТОЛМАЧЕСТВО  vs  ЯЗЫЧЕСТВО

Михаил Квадратов. Тени брошенных вещей
(Серия: "Мантры нефритового кролика")
Ridero, 2016




Книга в Букмейте, на Озоне

Стоя и наклоняясь с не моим крестом, всё же помнил, о чем Ему рассказать. Он это и так знает, но мне хотелось сказать, как в ночном автобусе людям нравятся стихи. Они смеялись и плакали, не все из них читают Библию утром и на ночь глядя, но...

    Хрустальные сферы крошатся, исчезают;
    Особенно третья, пятая и седьмая.

Я мысленно Ему говорю: четвертая, седьмая и одиннадцатая. И мысленно слышу ответ:

    - Да у всех по-разному, ты же знаешь...

Далее пойдём гулять-бродить по метафизическим или электрическим, гносеологическим или просто логически выверенным стихам собрата по перу и "клаве", Михаила Квадратова, с его с чародейским умением вывернуть наизнанку всю твою суть в коротком:

    не закрывай глаза, ящерица из торта
    выпрыгнет на плечо

Ничего нового не скажу о сюжетном мастерстве этого поэта и писателя (если через лет пять-семь не увижу его новый роман, вроде "Гномьей Ямы", или следующую книжку таких же незаурядных и непричесанных стихов, как эти):

    - нет, не откроем - давайте, поджигайте

В общем, откроем книжечку, даже если тебе не по нраву, хитрый автор. Например, на 50-й странице, где "бешеный колобок" не жуёт тебя, а выплёвывает, продолжая жевать. Так и память не терпит лишних прилагательных, зато в ней, как в авторском недоумении окружающим неприглядным бытием и его "ереси классического толка" - полно созерцания и иронии. А "его связные логос и гундос" непременно присутствуют практически в каждом терпком высказывании.

    А любовные солдаты -
    заводные сапоги -
    вынесут тебе мозги.
    Но они не виноваты.

Заметим, кандидат физико-математических наук, проще говоря, среди классических литературных "качков" - "ботаник" - к каждому уравнению, вложенному в две-три строфы (а иногда и в одну) подходит как к штанге с рекордным весом - и берёт...

    скажи, дядя саша, что же будет, скажи...
    ... (ему всё по х..)

Или там же и настолько же до боли узнаваемое:

    в неуказанной стране на заснеженной стерне
    тихо ропщут зверокошки
    и на кухнях понемножку
    бродят призраки борщей
    тени брошенных вещей
    вяло ноют под скамьёю
    смысла ищем всей семьёю
    жжётся правильный глагол
    я искал, но не нашёл

Удивительно, как целое поколение и тысячи жизней-смертей умещаются в его "ангела парамона", или как он решает сложнейшую житейскую коллизию парой строк:

    вдоль дороги навороченной
    от любви до окаянства

А ведь с ним по этой дороженьке можно и ползти на брюхе, и скакать на коне "в тяжелых сапогах, с расколотым пенсне (узнаешь кого-нибудь, Читатель?)". Почему так? Да потому, что если не готов с автором посмеяться и вдоволь поиронизировать над собой - лучше к этой книге вообще не прикасаться.

Нам повезло - мы ее открыли. Допустим, там, где "восставшие сожгли сторожку", т. е. на сотой странице. Или на пятой, где всё начинается:

    - открывай, полиция, кто там в доме...

Забыл всуе сказать, что название книги стихов Михаила Квадратова само вызывает оторопь: " Тени брошенных вещей". Хотя чего уж там: у него и "нетопыри летят на юг, ненужные и нежные", и " ночами пожилой подросток/ скребётся в чёрное стекло", и дитя, топчущее, карамельную жестянку - никуда не денется от трюфельного завода, народа и воли... Безнадёга или свет в конце тоннеля?

Когда "капает последняя слюна", согласитесь, нелегко быть Квадратовым в этом виртуально округлом мире, где вся любовь - из бертолета и карбида, белладонны и "плясуна, пропившего afternoon".

    тропы чорны небо сине
    на двенадцатой версте
    он повешен на осине

Его "чугунные валторны", в коих каждый слог и каждое слово выверены донельзя - эдакая проверка "на вшивость", которую стоит пройти любому, научившемуся читать "негладкие" стихи.

    крашеным питательным бульоном
    туго наливается луна

Словом, если не страшен взвод рядовых водопьяновых, ань, аресов и коней-альбиносов, кентавров и динозавров, и не чужда параллельная жизнь, уложенная в отмеренную скупую квадратовщину - эта книга для вас.

Вы прочтете ее и научитесь разговаривать с камнем на каменном, с расстрельщиком - на расстрельном, с цветком и собакой - на их родных языках.

Которые знает автор, увидевший "Тени брошенных вещей" - в каждом из нас. Михаил Квадратов.




© Александр Павлов, 2016-2018.
© Сетевая Словесность, публикация, 2016-2018.
Орфография и пунктуация авторские.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Андрей Бычков: Неизвестные звезды [И дивлюсь я подвалам подлинным, где мучают младенцев, чтобы впредь не рождались...] Сергей Саложин (1978 - 2015): А иначе - Бог [О, боги пустых полустанков, / Архангелы ищущих труб - / Слова выпадают подранком / С насмешливо пляшущих губ...] Андрей Баранов: Сенсоры Сансары [Скорый поезд уходит в ночь. / Шумом города оглушён / Я влетел на вокзал точь в точь, / Когда поезд почти ушёл...] Евгений Пышкин: Стихотворения [и выкуриваешь всю пачку и сипя / шепчешь мне тяжко мне тесно мне / кто мы спрашиваю себя / так диптих с двумя неизвестными] Семён Каминский: Саша энд Паша [Потерянный Паша пробовал что-то мычать, помыкался по знакомым, рассказывая подробности, но все и так знали, что к чему: вот и его проехали...] Яков Каунатор: Ах, душа моя, косолапая... [О жизни, времени и поэзии Сергея Есенина.] Эльдар Ахадов: Русские [Всё будет хорошо когда-нибудь / Там, где мы все когда-нибудь, но будем / Счастливыми - вне праздников и буден... / Запомни только, слышишь, не забудь...] Виктория Кольцевая: Фарисей [Вражда народов, мир рабов, суббота. / Не кошелек, не божия забота, / к писательству таинственная страсть / на век-другой позволит не пропасть.....]
Словесность