Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ

Наши проекты

Конкурсы

   
П
О
И
С
К

Словесность




ЛУЧ  НАДЕЖДЫ


Они совсем не подходили друг другу. Женя работал системным администратором, а в свободное время был алкоголиком. Тощий, сгорбленный с вечной щетиной на лице, он часто опаздывал на работу, да и специалистом был никудышным. В прошлом у него осталось посаженное здоровье, развод со скандалом и взрослая дочь. Впрочем, об отце она предпочла забыть.

У Снежанны была другая ситуация. Она безнадежно отставала от времени, обнаруживая для себя простые истины уже в зрелом возрасте. В восемнадцать поняла, что с парнями можно целоваться. В двадцать четыре с удивлением обнаружила для себя, что на свете существует секс. В тридцать задумалась, что, может, стоит сменить прическу, сделать макияж и побрить ноги. А в тридцать три ей рассказали о браке и рождении детей. Ее основная беда заключалась в том, что у нее никогда по-настоящему не было мужчины. Снежанна добровольно загнала себя в этот порочный круг: нет мужчины - она плохо выглядит, а раз плохо выглядит - нет мужчины, ко всему прочему, от нее всегда разило смесью "Красной Москвы" и "Тройного одеколона". Хотя Союз уже давно приказал долго жить, а на дворе прочно прописался двадцать первый век.

Сходство у них было только одно - оба работали в одном и том же научно-исследовательском институте. Впервые они пересеклись в конфренцзале, в котором должна была проходить конференция, посвященная исследованию бурых водорослей. Женя подготавливал аппаратуру для показа презентаций, а Снежанна входила в состав оргкомитета.

- Здравствуйте, - смущенно произнесла Снежанна, подойдя к Жене, - я бы хотела узнать, когда Вы закончите?

Женя посмотрел на нее мутным взглядом, потому что с утра не успел опохмелиться, и у него болела голова.

- Скоро, - равнодушно бросил он и ненадолго задержал свой взгляд на ее густых бровях.

- Немного попозже я принесу Вам флешки с презентациями, - продолжала Снежанна, - их надо будет перекинуть на ноутбук.

- Перекинем, - слегка раздраженно ответил Женя. Он не любил разговаривать с людьми.

- Надеюсь, на вашем ноутбуке есть USB-выходы? - с улыбкой на лице спросила Снежанна.

Женя с недоумением посмотрел на нее. Если это была шутка, то неудачная.

- Послушайте, девушка, - выдохнув, ответил он, - хоть этот ASUS и далеко не самый новый, но все же он не настолько древний, чтобы не иметь отличий от печатной машинки. У него вполне неплохие конфигурации и, конечно же, есть USB-выходы.

- Вы, наверно, очень хорошо разбираетесь в компьютерах? - продолжая улыбаться, спросила Снежанна.

Женя бросил на нее недовольный взгляд. Чего привязалась? И мешает работать.

- Достаточно хорошо, - ответил он.

- А я вот в технике мало чего понимаю.

- Это и неудивительно, Вы ведь девушка.

- А, по-вашему, девушка не может разбираться в технике?

- Все может быть, но я таких не встречал. А вообще - каждому свое.

- Это точно. Я вот с детства интересовалась биологией. А теперь вот занимаюсь исследованием макрофитов.

- Мне это ни о чем не говорит...

- Вы разве совсем не интересуетесь тем, чем занимаются окружающие Вас люди?

- Девушка...

- Меня зовут Снежанна.

Женя осекся и ненадолго замолчал.

- Очень приятно, - меня - Женя. Так вот, я - инженер пятого разряда и всю жизнь занимался техникой. Поздно в этой жизни менять интересы. Вам так не кажется?

- Не кажется. Можно всю жизнь узнавать что-то новое и тянуться к знаниям. Тем более что нельзя же зацикливаться на одной теме. Надо все время расширять свой кругозор.

- Возможно, Вы и правы, - поморщив лоб, сказал Женя, - только кто ж меня всему научит?

- А, хотите, приходите ко мне в субботу. Мы с мамой торт испечем. Заодно и посмотрите мой компьютер, а то он в последнее время стал зависать.

От неожиданного предложения Женя ненадолго опешил. Его уже давно никуда не приглашали.

- Вы живете с мамой? - зачем-то переспросил он.

- Да, с родителями, у нас трехкомнатная квартира. Отдельное жилье - это несбыточная мечта.

- Да, уж, - задумчиво произнес Женя.

- Так Вы придете?

- Хорошо, а во сколько?

- Часам к двум, как раз к обеду. Запишите мой телефон.

Обменявшись телефонами, Снежанна попрощалась и вышла, а Женя продолжил возиться с техникой.



Как и было обещано, без четверти два Женя стоял у двери квартиры Снежанны и не решался позвонить. Он уже давно отвык ходить в гости, предпочитая все свободное время проводить дома. Хотя и пойти ему было не к кому...

По такому случаю, Женя как мог привел себя в порядок. Отыскал более или менее чистую рубашку, погладил брюки и тщательно выбрился. Кроме того, он купил небольшой букет цветов у бабушки возле подземного перехода, а в магазине бутылку шампанского.

Еще немного помявшись перед входной дверью, Женя все же нажал на кнопку звонка. Дверь открыла улыбающаяся пожилая женщина, которая, впрочем, выглядела очень ухоженной.

- Здравствуйте, - очень спокойным и вежливым тоном сказала она, - Вы Евгений?

- Э... да, - немного растерявшись, ответил Женя. Он не привык, когда его так называли. - Меня Снежанна пригласила.

- Да, она мне говорила, - продолжая улыбаться, ответила женщина, - проходите.

Женя зашел в прихожею и осмотрелся. Ничего необычного - прихожая, как прихожая. Пара вешалок, полочка для обуви, трюмо, на полу линолеум.

- Здравствуйте, - сказала Снежанна, непонятно откуда взявшаяся в прихожей, - рада, что Вы пришли.

- Здравствуйте, - ответил Женя и улыбнулся, когда его взгляд встретился со взглядом Снежанны. Она выглядела очень мило в легком ситцевом платье. - Это Вам, протягивай ей цветы, добавил Женя. А потом, немного помедлив, отдал и шампанское.

- Спасибо, расплываясь в улыбке, сказала Снежанна.

- Дочка, ты ничего не забыла? - спросила пожилая женщина.

- Ой, да, - спохватилась Снежанна, - Женя - это моя мама, Татьяна Павловна.

- Очень приятно, - сказал Женя, кивнув головой.

- Ну, все, я пошла на кухню, а ты проводи человека в гостиную, - произнесла Татьяна Павловна и вышла из прихожей.

Разувшись, Женя молча побрел за Снежанной, которая повела его по довольно длинному коридору, который закончился довольно неожиданно, внезапно перетекая в просторную комнату. В большом кресле перед телевизором сидел поседевший мужчина и читал газету. Посередине комнаты стоял стол, на котором красовались домашние кушанья.

- Здрасьте, - негромко произнес Женя.

Мужчина отложил газету и внимательно посмотрел на него.

- Добрый день, - ответил он, вставая с кресла. - Петр Валентинович, - протягивая руку, представился он.

- Женя.

- Да, Вы проходите, молодой человек, присаживайтесь, а женщины пока на стол накроют, - улыбаясь, сказал Петр Валентинович и подмигнул Снежанне.

Она улыбнулась ему в ответ и удалилась из комнаты. Женя присел на краешек дивана. Оставшись наедине с отцом Снежанны, он почувствовал себя неловко.

- Ну-с, Женя, может, по маленькой? Для аппетиту? - предложил Петр Валентинович, потирая руки.

Женя еще с утра хотел выпить, и поэтому от столь неожиданного предложения, его глаза заблестели. Но все же он вспомнил, что находится не дома, а в гостях. Поэтому, пересилив свое желание, негромко выдавил из себя:

- Спасибо, но давайте лучше за столом.

- Ну, как знаете, за столом, так за столом. А вообще, это хорошо, что Вы так мало пьете. Я уважаю таких людей.

- Да, уж мало...

- Так кем Вы говорите, работаете? - не услышав его, спросил Петр Валентинович.

- Системным администратором. Я радиоэлектроник по образованию, инженер пятого разряда.

- О, как! Отличная профессия. Я ведь тоже технарь, правда, механик. Всю свою сознательную жизнь отдал вооруженным силам. Что поделать, двадцать три года прослужил, чтобы мне выдали вот эту вот халупу, - он развел руками и посмотрел в потолок.

- А, по-моему, хорошая квартира...

- Конечно, хорошая. Я же в нее столько труда и сил вложил. Можно сказать, своими руками до ума ее и довел. А вообще приятно иметь свой угол. Мы вот с Танькой по гарнизонам помотались, знаем, что такое обвалившийся потолок, плесень на стенах, гниющие полы, холодные стены и вечные сквозняки. Так что с этой квартирой нам еще повезло. Снежанку жалко, от всех этих неудобств она часто болела в детстве. Не должны дети страдать из-за несовершенства государства. А, кстати, у Вас есть дети?

- Да, у меня взрослая дочь...

- Это замечательно. Я вот, правда, до сих пор жалею, что мы с Танькой на второго так и не решились. Все как-то откладывали, а потом уже и поздно было. Да, ладно, чего уж там. Вы как считаете?

- Дети - это хорошо, я люблю детей...

- Я вот помню, - перебил Женю, продолжил Петр Валентинович, - когда я еще был ротным, пришли ко мне два взводных. Оба - молодые лейтенанты, сразу после училища. Абсолютно непохожие друг на друга. Один уже с женой был, серьезный такой, пробивной. А второй мало того, что холостяк, так и служба у него не заладилась. Мягким он очень был, командовать совсем не умел. Так вот, через годик, этот второй стал жить с одной женщиной, что у нас поваром работала. А она на пятнадцать лет его старше, так еще и с двумя детьми. Да, и женщиной она была не маленькой, в общем, фигура, как с картины Рубенса. Вся часть гудела, издевались над ним всячески, подначивали. А я вот тогда подумал, раз он, молодой паренек, не побоялся взять на себя такую ответственность, не побоялся людских разговоров, значит, умеет принимать решения. В общем, в скором времени перевелся этот лейтенант в другую часть, надоело ему людское непонимание. Но самое интересное, что этот первый, который был такой весь серьезный и пробивной, в конце концов, оказался порядочной сволочью. Сколько он офицеров подставил, чтобы карьеру свою сделать. Из моей роты быстро ушел, да я и не жалел, мне такие ни к чему. В конце концов, этот служака дошел по головам до командира части, которого никто не уважал, а за спиной посылали куда подальше. Но самое интересное, что тот второй тоже дошел до командирской должности. Только совсем другим способом. А проявлять он себя начал, когда ему наша бывшая повариха родила дочурку. Вот значит, как на него подействовало рождение ребенка. Так и получается, два человека дошли до одной должности, а совершенно по-разному...

- Ты совсем человека заговорил, - укоризненно произнесла вошедшая Татьяна Павловна, держа в руках блюдо с картошкой. - За стол садитесь.

- Да, просто мило беседовали... - начал оправдываться Петр Валентинович.

- Знаю я, как вы беседуете, товарищ подполковник, - улыбаясь, сказала Татьяна Павловна.

- Евгений, - проходите к столу, не стесняйтесь.

Женя встал с дивана и сел за стол. Весь обед проходил за красочными рассказами Петра Валентиновича о военной службе. Казалось, он только и ждал, когда в его доме появится новая пара ушей. Женя довольно внимательно слушал его байки, иногда вставляя свои замечания. При этом не забывал налегать на домашнюю еду. Он давно не ел с таким аппетитом. От предложенного коньяка не отказался, но много пить не стал. Хотя организм безжалостно требовал добавки.

- Спасибо, очень вкусно, - сказал Женя, чувствуя, что не сможет больше осилить ни кусочка.

- Рада, что Вам понравилось, - сказала Татьяна Павловна, - Петь, помоги мне со стола убрать.

- Угу, угу, - проговорил Петр Валентинович, набивая рот салатом.

- Хватит, уже есть, скоро в двери перестанешь пролазить, - улыбнувшись, сказала Татьяна Павловна и встала.

- Вы посмотрите мой компьютер, - спросила Снежанна, обратясь к Жене.

- Да, конечно, показываете, где он.

Они вместе встали и вышли из гостиной. Пройдя по длинному коридору, они свернули в дверь налево.

- А, это - моя комната, - сказала Снежанна, пропуская Женю вперед.

Он вошел внутрь и оглянулся. Обычная женская комната, чистая, с полками книг и мягкими игрушками на кровати. Он подошел к компьютеру и, нажав кнопку "power", сел на стул. Наступило неловкое молчание, тишину прерывало лишь легкое потрескивание лопастей винчестера. Когда же компьютер, наконец, загрузился, Женя углубился в мир виртуального пространства.

- Неплохие у Вас конфигурации, - сказал он, щелкая мышкой, - с такой машиной можно еще годика два ни о чем не беспокоиться.

Снежанна улыбнулась в ответ.

- А, может, перейдем на "ты", - предложила она.

- Как хотите, то есть давай.

- Жень, а, сколько тебе лет?

- Тридцать девять, зимой сорок исполниться. Юбилей получается.

- Говорят, сорокалетие справлять нельзя.

- Это почему?

- Примета такая. Это связано с похоронами, знаете, девять дней, сорок...

- Я не верю в приметы, - ответил Женя, не отрывая взгляда от монитора. - В общем-то, ничего страшного у тебя с компьютером не произошло. Сейчас жесткий почистил и поставил его на дефрагментацию, а это надолго. Еще надо бы обновления установить для антивируса. Если так и будет глючить, можно и винду переустановить.

- Спасибо, только я сама не смогу...

- Меня позовешь, там ничего сложного нет.

Они немного помолчали, не глядя друг на друга.

- А, ты был женат? - спросила Снежанна.

- Был, развелся шесть лет назад, - немного помрачнев ответил Женя. - Вообще я не люблю об этом говорить.

- Почему?

- Потому что мы все время ругались, когда она... - он замолчал. - В общем, когда она мне первый раз мне изменила, я начал пить. Через три года подобной жизни мы и развелись. Жена забрала дочь и через пол года вышла замуж. А дочь, Варька, больше не хочет меня знать.

Он замолчал и задумчиво посмотрел в окно.

- Мне пора идти, - сказал он, вставая.

- Уже? - огорченно спросила Снежанна.

- Да, меня дома еще дела ждут, - немного помявшись, ответил он. Конечно же, никаких дел у него не было, но разговор зашел на болезненную для него тему. А, когда он вспоминал о жене, ему вновь хотелось напиться...

Пока он обувался, за ним наблюдало три пары глаз - вся семья вышла его провожать. Простились очень тепло. Женя пожал руку Петру Валентиновичу, еще раз поблагодарил Татьяну Павловну за вкусный обед, попрощался со Снежанной и вышел в подъезд. Он достал сигарету и закурил. На душе было легло.



Понедельник - день тяжелый. Женя проснулся почти в девять с легкого похмелья. На служебный автобус он уже безнадежно опаздывал, поэтому откинул одеяло и продолжил лежать на смятой несвежей простыне, вперив свой взгляд в побеленный потолок. Мебель его квартиры не отличалась особым разнообразием и изяществом. Старенький диван, компьютерный стол, пара стульев, стол-книжка, служивший складом различного барахла и простенький книжный шкаф с запыленными книгами. Что, впрочем, было не удивительно - практически всю мебель забрала жена при разводе, оставив только то, что не жалко было выкинуть.

Женя поднялся с дивана, надел тапочки и пошел на кухню. Первым делом он включил чайник и закурил. Гудящая голова требовала пива, но в холодильнике, кроме звенящей пустоты и маленького кусочка сыра, покрытого слоем зеленой плесени, ничего не оказалось. Он тяжело вздохнул и направился в ванну. Умыв лицо, и наспех почистив зубы, вернулся на кухню и сделал себе растворимый кофе. Сделав несколько глотков, которые обожгли рот, поставил кружку на стол и пошел одеваться.

На работу Женя добирался достаточно долго. Пришлось ехать на двух автобусах и простоять некоторое время в пробке. Войдя к себе в кабинет, он поздоровался со своей напарницей Аней, которая, уставившись в монитор, играла в Lines. Первым делом проверил почту, удаляя непонятно откуда берущийся спам. Закурив сигарету, запустил "Линейку". В принципе делать было больше нечего - интернет работал, а жалоб на неисправность компьютерной техники не поступало. Какое-то время Женя был полностью поглощен покачиванием своего героя. Виртуальный мир неплохо лечит душевные раны, заполняя мозг "важными" событиями и создавая видимость принятия правильных решений. Вот только бывает очень тяжело вернуться обратно...

- Ты обедать пойдешь? - спросила Аня, поднимаясь со стула. Она всегда носила телефон на веревочке на шее, чем иногда напоминала корову с колокольчиком. Хотя ее улыбка больше походила на лошадиную.

- Нет, я еще посижу. Да, и есть неохота, - ответил Женя, закинув руки за голову. - Ты кофе купи, я тебе деньги отдам.

- Хорошо, - бросила Аня и вышла в коридор.

Они работали вместе уже больше года, но практически не общались. У каждого был свой мир и для другого вход в него был заблокирован надежным паролем.

Вернувшись к своему занятию, Женя практически перенесся в страну эльфов и гномов, как вдруг услышал за спиной чьи-то шаги. Обернувшись, он увидел Снежанну. Она стояла в дверях, держа в руке какой-то пакет.

- Привет, - сказала она и улыбнулась.

- Привет, - немного растерянно ответил Женя.

Повисла неловкая пауза.

- Проходи, присаживайся, - опомнившись, затараторил Женя, подскочив со стула, - ты извини, у нас тут немного накурено, да и бардак вообще-то...

- А, я тебе обед принесла, - сказала Снежанна, присаживаясь на Анин стул.

- Обед? Мне? - застыв от изумления, произнес Женя.

- Да, я вчера курицу с картошкой в духовке запекала. Вот, - она протянула Жене пакет.

- Спасибо, - тихо ответил Женя, садясь на свой стул. Он все еще не мог прийти в себя. Ему давно никто не готовил еду.

Он заглянул в пакет и извлек из него пластиковую баночку, которая, вдобавок ко всему, была теплой. Женя с благодарностью в глазах посмотрел на Снежанну и принялся уплетать еду. По правде, есть ему не очень хотелось, но курица оказалась очень вкусной, напоминая далекие детские годы, когда мама вот так же запекала ее в духовке.

- А, у тебя есть какие-нибудь дела сегодня вечером? - спросила Снежанна, глядя на жующего Женю.

- Да, в принципе нет, - ответил он с набитым ртом.

- Может, погуляем сегодня вечером? Погода тем более стоит хорошая.

- Давай, погуляем.

- Сразу после работы, - добавила Снежанна.

- Да.

- Можно сходить на набережную. Правда, там народу обычно много, но сегодня понедельник, может, повезет.

- Можно и на набережную, сто лет там не был. Спасибо, очень вкусно, - сказал Женя, отдавая Снежанне пустую баночку.

- Я рада, что тебе понравилось. Ну, тогда до вечера, - улыбнувшись, произнесла Снежанна и встала со стула.

- Ага, - ответил Женя и тоже встал.

Проводив ее взглядом, он сел за свой компьютер и попытался вновь погрузиться в сладостный мир иллюзий. Но на этот раз мысли, нахлынувшие на него с силой снежной лавины, не дали ему этого сделать. Женя отодвинулся от компьютера, посмотрел на свои ноги и закурил. Проведя рукой по небритой щеке, он сделал недовольную гримасу. Жаль, что сегодня не побрился.



Легкий сентябрьский ветерок гнал по морю едва заметные волны. Вода уже успела потемнеть и не выглядела голубовато-летней. Море, подобно девушке, сменило яркий дневной наряд на более строгое вечернее платье черного цвета. Впрочем, что то, что другое, ей одинаково хорошо шло.

Женя и Снежанна непринужденно бродили вдоль берега. Было тепло - золотая пора в самом разгаре.

- У тебя хороший отец, - неожиданно сам для себя сказал Женя.

- Да, мы с папой всегда очень дружили. Он меня много баловал, а маме это не нравилось. Она считала, что это плохо повлияет на мой характер. Помню, когда мне было десять, папа взял меня покататься на танке...

- Ты на танке каталась? - перебив ее, удивленно спросил Женя.

- Ага, - улыбнувшись, ответила Снежанна, - он же военный. Так вот, сидим мы с ним на башне, он крепко меня держит, чтобы не упала. А был это по плану объезд вокруг технической территории. Подъехали, значит, к небольшому болотцу, механик останавливается и спрашивает у отца: "Что дальше? Не проедем же". А папа подмигивает мне и говорит: "Проскочим, танки грязи не боятся". Механик пожал плечами и поехал вперед. Утонул танк почти по самую башню. Как потом домой добирались - это отдельная история. Пришли поздно и все в грязи. Мама ругает нас, а мы с папой переглядываемся и улыбаемся, как нашкодившие дети. Много у нас счастливых моментов с папой было. Несмотря на то, что наша семья жила в глуши, детство у меня было замечательным.

- Повезло тебе, - глядя куда-то в сторону, сказал Женя. - Я отца почти и не помню. Он погиб, когда мне было пять. Мать нас с сестрой одна поднимала.

- У тебя есть сестра?

- Да, младшая. Она сейчас с матерью в Питере живет.

- А, ты, почему с ними не живешь?

- Из-за жены переехал. Из-за бывшей...

Наступило молчание, которое нарушала попсовая музыка, доносившаяся из пивных палаток.

- Ты хороший человек, - сказала Снежанна и взяла его за руку.

Женя немного вздрогнул, но быстро совладал с собой. Когда-то они с женой тоже гуляли по набережной, взявшись за руки. Как быстро пролетело время. Еще вчера была безрассудная юность, вселенские планы на будущее, смелые мечты, море здоровья и любви. А сегодня... сегодня от юности остались лишь объедки, всю сочную плоть давно сожрал быт. Планам так и не суждено было сбыться, мечты развеялись, как утренний туман, здоровье все часто било в набат, а чувства... просто исчезли.

Но сейчас Женя чувствовал себя таким же юным, как и двадцать лет назад. Хотелось дурачиться и не думать ни о чем. Он посмотрел на Снежанну и улыбнулся.

- Ты тоже, - тихо сказал Женя.

- Что?

- Я говорю, ты тоже хороший человек.

Солнце весело гладило своими лучами их волосы. Хотелось жить, ведь давно заснувшая надежда вновь открывала глаза. Можно лишить человека всего, но нельзя отобрать у него надежду.



Неделя пронеслась очень быстро. Каждый день Снежанна заходила к Жене в кабинет и кормила его домашними обедами. Они мило беседовали, а после работы он провожал ее домой.

Пятничный вечер протекал за просмотром фильма в кинотеатре. После они зашли в кафе, где немного выпили вина. Алкоголь снял остатки напряжения и неуверенности. Женя разговорился и принялся шутить больше обычного. Он обладал достаточно хорошим чувством юмора, что неоднократно подтверждалось заливистым смехом Снежанны. За шутками и разговорами, они не заметили, как оказались у дверей Жениной квартиры.

- Может, зайдем? - спросил Женя, перебирая в руках ключи. - Я могу кофе сварить.

- Давай, - согласилась Снежанна, - от кофе не откажусь.

Пока Женя хлопотал у плиты, Снежанна стояла у книжного шкафа и рассматривала корешки книг.

- Не обращай внимания на мой бардак, - крикнул из кухни Женя.

- Все нормально, - отозвалась Снежанна.

- Если хочешь, можешь мои тапочки одеть.

- Не беспокойся.

Когда Женя вошел в комнату с двумя чашками кофе, Снежанна перелистывала какую-то книгу.

- У тебя даже есть Джером Сэлинджер, - сказала она, не отрываясь от своего занятия.

- Да, наверно, я давно уже ничего не читал.

- Самое мое любимое произведение у него - это роман "Над пропастью во ржи".

- Это про одного нью-йоркского мальчика, которого выгнали под Рождество из школы?

- Ага, - ответила Снежанна, - тебе понравилось?

- Необычный стиль. Хотя из американских авторов я больше всего люблю О. Генри.

- Еще бы, это же великий мастер.

Женя поставил кружки на компьютерный стол и присел на диван. Снежанна отложила книгу и села рядом.

- Знаешь, - начала она, - я никогда не встречала такого человека, как ты. Мне легко с тобой говорить, ты очень хорошо меня понимаешь. Я не могу это объяснить это словами, - она взяла его руку и положила себе на грудь, - Женя...

Его губы покрывали ее тело поцелуями. Казалось, они вместе сошли с ума, забывая о своей прошлой жизни, которая сейчас выглядела как рекламный буклет - такой же короткой и абсолютно бесполезной. Они обнимали друг друга, и их объятия невозможно было разорвать никакими силами. Снежанна глубоко дышала, поглаживая руками Женину худую спину.

То ли от волнения, то ли от подорванного здоровья, то ли еще по какой-то причине, Женя внезапно остановился. Уткнувшись ей в плечо, он чуть слышно произнес:

- Прости...

- Что? - не понимая, спросила Снежанна.

- Я... не совсем... получается. В общем, я не могу, - отозвался он, не поднимая головы.

Она крепко прижалась к нему, целуя в шею.

- Ложись рядом. Все хорошо.

Они лежали, обнявшись, под маленьким одеялом. Никто ничего не говорил. Да, и могли ли обычные слова выразить все то, что они сейчас ощущали. Внезапно Женя услышал, как Снежанна всхлипнула, а его руки коснулась теплая влага.

- Снежан, извини, я...

- Молчи, причем тут это? Я просто очень счастлива.



Время разделилось на два периода: когда они были вместе и когда не видели друг друга. Первый пролетал, как скоростной поезд, а второй тянулся невыносимо долго. По-другому быть и не могло.

Женя стал частым гостем у Снежанны дома. Он стал следить за своей внешностью - бриться, носить чистую одежду. И практически перестал пить.

Во вторник Снежанна как обычно спустилась к Жене в кабинет, чтобы накормить его вкусным обедом. Однако на рабочем месте его не оказалось, а его компьютер был выключен.

- А Женя сегодня не приходил? - спросила она у сидящей к ней спиной Ани.

- С утра не было, может, опаздывает, - ответила та, не оборачиваясь.

- Странно, - пожав плечами, сказала Снежанна и вышла из комнаты.

Его телефон не отвечал, чего раньше не происходило. День проходил в томительном ожидании, когда неожиданно раздался звонок.

- Могу я услышать Горохову Снежанну Петровну? - раздался в трубке незнакомый мужской голос.

- Да, я слушаю, - тихо сказала она, чувствуя, как внутри что-то оборвалось.

- Снежанна Петровна, Ваш друг Мельников Евгений Олегович этой ночью был доставлен к нам в Первую городскую больницу с язвенным кровотечением...

- Что с ним случилось? - не чувствуя ног, переспросила Снежанна.

- Вы не волнуйтесь, это обычное обострение. Мы провели все необходимые мероприятия, ситуация стабильная. Сейчас он чувствует себя нормально. У нас закончилось время посещения, но Вы можете приехать. Его перевели в обычную палату терапевтического отделения. Когда приедете, спросите Денисова. Это я.

Снежанна бежала в больницу со скоростью реактивного снаряда, успев по дороге забежать в магазин, купить фруктов. Уже возле больницы она заскочила в аптеку, соображая какие лекарства могут понадобиться Жене. Но, повертевшись возле витрин, решила сначала проконсультироваться с врачом.

- Вам чего, девушка? - ледяным голосом спросила медсестра, когда Снежанна переступила порог отделения терапии.

- Мне бы Денисова увидеть, - немного растерянно ответила она.

- А-а, - смягчившись, ответила медсестра, - Семен Михайлович, - крикнула она, - к Вам пришли.

Из комнаты с надписью "ординаторская" вышел мужчина лет тридцати пяти. На нем был слегка поношенный белый халат, а лицо украшала черная густая борода.

- Здравствуйте, - сказала Снежанна, - Вы мне сегодня звонили, я Снежанна Горохова.

- Да, да, - протягивая ей руку, ответил он, - Семен Михайлович. Пойдемте, я Вас провожу.

Они направились вдоль длинного коридора, ступая по скрипящему деревянному полу.

- Я тут кое-что купила, - протягивая пакет с фруктами врачу, сказала Снежанна, - вот.

- Так, так посмотрим, - не останавливаясь, ответил Семен Михайлович. - Ага, прекрасно, - разговаривал он сам с собой, - Фрукты - это, конечно, витамины, но видите ли, у вашего друга язвенная болезнь желудка. И при ее обострении прописывают строгую диету. Поэтому совсем не требовалось тратить столько денег, - произнес он и бросил на Снежанну короткий взгляд, наполненный упреком. - Надо было со мной сначала посоветоваться.

- Извините, - сказала Снежанна, повесив голову.

- Ладно, ладно не расстраивайтесь. Собственно говоря, мы уже пришли, - произнес Семен Михайлович, остановившись у дверей одной из палат. - Только недолго, минут пятнадцать, он еще не до конца оправился.

- Хорошо, ответила Снежанна и прошмыгнула в палату.

Внутри было четыре кровати, на одной из которых лежал Женя. Его бледное лицо, казалось, стало еще более худым. Его немигающий взгляд был прикован к потолку.

- Привет, - сказала Снежанна, присев на краешек его кровати.

- Привет, - ответил Женя, улыбнувшись и повернув голову набок.

- Как ты? - спросила она, взяв его руку и нежно поглаживая ее.

- Вроде, ничего, - произнес Женя, пожав плечами, - выкарабкаюсь. Ни в первый раз прихватывает. Ты же меня не бросишь?..

- Ну, что ты такое говоришь? Конечно, не брошу, - хлюпая носом, сказала Снежанна.

- Не надо, не плачь, - произнес Женя. - Знаешь, если бы это случилось месяц назад, мне было бы все равно, что со мной произойдет дальше. А теперь я должен обязательно поправиться. Ты мне очень нужна.

- Ты тоже мне очень нужен, - ответила Снежанна, вытерев слезу со щеки. - Жень, ты обязательно поправишься. Я буду приходить к тебе каждый день. Мы с мамой будем готовить тебе разные вкусности. Чего бы тебе хотелось?

- Я хотел бы курицу с картошкой, помнишь, как ты мне в первый раз принесла?

- Конечно, помню. Я обязательно тебе ее завтра приготовлю...

- Лучше, когда меня выпишут из больницы. Мне прописали строгую диету, - произнес Женя и немного помолчал. - Снежан, я хочу, чтобы мы жили вместе. Мне этого очень хочется.

- Хорошо, как только тебя выпишут, я к тебе перееду и обязательно буду тебе готовить.

- Снежан, в последнее время в моей жизни многое переменилось. Как там у Толстого про Катерину говорили - ты для меня луч света в темном царстве.

- Это у Островского, - улыбнувшись, ответила она, - но я тебя прекрасно поняла.

- Снежанна Петровна, - раздался голос врача из-за спины. - Время.

- Мне пора, - сказала Снежанна. Она наклонилась и поцеловала Женю в щеку.

- Пока, - улыбнувшись, произнес Женя, глядя ей вслед.

- Да, Вы не переживайте, Снежанна Петровна, - начал Семен Михайлович, когда они вышли в коридор. - Мы делаем все необходимое. Через неделю он будет как огурчик. Единственное, надо провести более полное обследование, чтобы не вылезло чего другого. Вы, главное, приходите к нему, навещайте, ему положительные эмоции пойдут только на пользу.

- Я завтра хочу прийти...

- Вот и замечательно, у нас посещения до пяти часов. Обязательно приходите.

- Спасибо Вам, - сказала Снежанна, подойдя к выходу из отделения.

- Да, не за что. Главное, не переживайте. Все будет хорошо. Всего Вам доброго.

- До свидания.

Спускаясь по лестнице, Снежанна вспомнила слова Жени. "Ты тоже для меня луч света, - думала она, - это всего лишь временные трудности, которые мы вместе преодолеем". Переживания, нервное напряжение, Женина фраза и обнадеживающие слова этого добродушного врача сделали свое дело - Снежанна закрыла лицо руками и разрыдалась.

Ее надежды с каждым днем становились все более реальными.



На следующий день Снежанна отпросилась с работы пораньше. Она неслась в больницу, словно на крыльях. Но у нее действительно были крылья.

Вбежав по лестнице до терапевтического отделения, она отдышалась и вошла внутрь. Знакомый длинный коридор со скрипучим деревянным полом. Она подошла к двери в ординаторскую, постучала и вошла внутрь. За столом, заваленным бумагами, сидела женщина лет пятидесяти и что-то писала.

- Здравствуйте, - поздоровалась Снежанна.

- Здравствуйте.

- Могу я видеть Денисова Семена Михайловича?

- Сегодня не его смена. А что Вы хотели?

- Я бы хотела навестить больного. - Улыбнувшись, сказала Снежанна. - Мне к Мельникову Жене.

- К Мельникову? - переспросила женщина, сняв очки и потерев переносицу. - Мельников умер сегодня утром.

- Как умер?..

- Внезапная остановка сердца, смерть наступила в пять сорок три, реанимационные мероприятия не помогли... А Вам разве не позвонили?

Снежанна не ответила. Она развернулась и направилась к выходу из кабинета.

- Девушка, - окрикнула ее женщина.

Но Снежанна не обернулась. Она медленно вышла в длинный коридор, а деревянный пол заунывно заскрипел под ее ногами. Какая разница, что эта женщина еще скажет, ведь луч света навсегда поглотила кромешная мгла...

Но они ведь совсем не подходили друг другу...




© Тимофей Маляренко, 2011-2018.
© Сетевая Словесность, публикация, 2011-2018.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Макс Неволошин: Психология одного преступления [Это случилось давным-давно, в первой жизни. Сейчас у меня четвёртая. Однако причины той кражи мне все ещё не ясны...] Тарас Романцов (1983 - 2005): Поступью дождей [Когда придёшь ты поступью дождей, / в безудержном желании согреться, / то моего не будет биться сердца, / не сыщешь ты в миру его мертвей, / когда...] Алексей Борычев: Жасминовая соната [Фаэтоны солнечных лучей, / Золото воздушных лёгких ситцев / Наиграла мне виолончель - / Майская жасминовая птица...] Ирина Перунова: Убегающая душа (О книге Бориса Кутенкова "решето. тишина. решено") [...Не сомневаюсь, что иное решето намоет в книге иные смыслы. Я же благодарна автору главным образом за эти. И, конечно, за музыку, и, конечно, за сострадательную...] Егавар Митасов. Триумф улыбки [В "Стихотворном бегемоте" состоялась встреча с Валерией Исмиевой.] Александр Корамыслов: НЬ [жизнь на месте не стоит / смерть на месте не стоит / тот же, кто стоит меж ними - / называется пиит...]
Словесность