Словесность: Поэзия: Елена Ликанова
* * *
|
|
СТИХИ ОБРАЗЦА 1997 ГОДА
* * *
Ехал в трамвае с гордо поднятою головою,
Она еще улыбается,
Откатилась в сторонку,
Молчит.
Ей хорошо на воле,
Кружится в вальсе,
Тело трамвай дальше мчит.
Дурак гордую голову поднял,
Со всех сторон оглядел,
Своя голова - это, вроде, исподнее,
Сверху новую, умную надел...
Приладил, ногою потопал, попрыгал,
Пошел с гордо поднятою головою
Здесь глаз глазу подмигивает,
Там рука руку моет.
Идет, песенку насвистывает,
Навстречу - люди,
Вон - говорят - идет молодой да быстрый,
Бить-побивать его будем,
Дурак за голову схватился - снять хотел,
С дурака, мол, какой спрос?
Да поздно спохватился - где там! -
Накрепко прирос.
Так и ходит вприпрыжку,
Голову под дурацким колпаком прячет,
Вроде, и поумнел не слишком,
Да еще и от тумаков плачет.
_^_
* * *
Есть такое украшение -
Длинная цепь унижений...
Подаришь?
Подаришь,
Раскошелишься...
Стану носить на шее -
Ну, чем не женщина?
Есть такое наказание -
Ума лишение... -
Вращает глазами,
Выгибает шею:
"Женится!"
"Женится??? -
Зубы, как жемчуг,
Ноги, как жерди -
Вот оно, твое жертвоприношение..."
Есть такая наука -
Шепоток на ухо,
Наушное открытие,
Шум в открытках,
Игра в открытую,
Отзвук событий, -
Гудок в трубке:
"Ждите, ждите, ждите..."
_^_
* * *
Да, я наивен, словно из провинции,
Мне это не простят...
Собаки с человеческими лицами
По скверикам грустят,
Проходят люди со свиными рыльцами
И глазки опустя...
Скажите мне, куда девались рыцари,
Где дамы шелестят?
Я жизни чертежами и таблицами
В тиски до боли сжат,
Что ж гении? Все сыгранными блицами
По кладбищам лежат?
Еще немного, скажут, что за тридцать мне,
Вру: "Быть или не быть?"
Ведь за ответ еще реально, в принципе,
Полжизни посулить.
Мы с этой бестолковою девицею
Давно, ее мне жаль,
Что ж, значит, остается возвратиться
К ненавистным чертежам.
За четко обведенными границами
Плечами пожимать,
Стоять над счастья посиневшей птицею:
"Замерзла, твою мать!"
Хоть с горя полагается напиться мне,
Но нету куража,
И одинаково все окна ситцевы
На разных этажах.
Вновь подались на юг, махая шприцами,
Врачи, - видать, к зиме,
"Дались ей дамы!" - закричали рыцари
И сгинули во тьме.
Теперь мы с ней вдвоем, лежу, не спится мне,
Эх, отравиться что ль?
А вдруг сейчас уже не репетиция,
А я не знаю роль.
_^_
СЧАСТЬЕ
- "Человек - сам кузнец
своего счастья"
Он - сам кузнец, ты - самка кузнеца,
Полна твоя хозяйственная сумка,
Меня ж, по воле Сына и Отца,
Веселье превратило в недоумка.
Но я, с судьбой играя в дурака,
Не знал, что это будет мне наука,
В тетрадочку каракули черкал
И сны ловил в протянутую руку.
Теперь, надев с бубенчиком колпак,
Сижу на берегу огромной лужи
И думаю: "Какой же я дурак!"
И это утешением мне служит.
_^_
СОТВОРЕНИЕ МИРА
(непоэма)
ДЕНЬ I
Бог по себе людей творил,
И вышли копии творил,
Кому хорошие достались,
А нам с тобой - те, что остались,
Но я того боготворил,
Кто нам хоть эти подарил,
Поверь, ломать не стоит копий,
Ведь многие совсем без копий.
ДЕНЬ 2
Да, мир - как итальянский дворик,
Куда ни глянь - везде возня,
Но я не итальянский дворник,
Пускай за то меня казнят.
Я в землю не пускаю корни,
Хотя она меня и кормит.
Как Диоген, любвеобильный,
Я обнимаюсь с фонарем,
Мы с ним мотивчик замогильный
Стыдливым шепотом орем.
Фонарь свой белый глаз таращит,
Решив, что я - его фонарщик.
Ты разговоры затеваешь,
Что гусь свинье плохой товарищ,
Но вдруг кричишь в хмельном угаре,
Что каждой твари лучше в паре.
Твое спасенье в санитаре,
Мое - в бренчанье на гитаре.
В картине "Девочка на шаре"
(Для тех, кто в этом деле шарит) -
Сидит мужик и ей мешает
Почуять ветер за ушами,
Хотя ни для кого не тайна,
Что он попал туда случайно.
ДЕНЬ 3
Театр
Кулисы куцые у нас,
В них не поместятся артисты,
Народ, живущий про запас,
Ведь с корабля сбежали крысы,
Но режиссер не слышит визг,
Упорно поглощая виски,
Уж на подмостках собрались
Циклопы, фавны, одалиски,
А еле дышащий суфлер,
Известный враль и алкоголик,
Идейный затевает спор,
Хоть заперт в клетке, словно кролик,
И, как в последний день Помпеи,
Над головой маячат феи.
Все это зрелище - театр,
А эти чудища - артисты.
Их здесь зовут, когда хотят,
И провожают громким свистом,
А им бы выпить граммов триста -
Вот для чего нужны кулисы.
ДЕНЬ 4
Царевна-лягушка
Когда для брака он созрел,
послал за ней одну из стрел,
и следом тотчас полетел,
но суженой не разглядел.
Лишь в темноте, среди камней,
поговорил немного с ней.
Она была его умней,
ведь столько лет жила на дне.
Спустя не знаю сколько дней,
он объявил своей родне,
что поджидала в стороне, -
де, он отныне при жене...
А пригляделся к ней поздней,
хотя со стороны видней,
уже служил он при казне
и истину искал в вине.
Привыкнув к будничной возне,
они зажили как во сне,
не замечая дождь и снег,
и что дела идут к весне.
Но через пару сотен лет
она сказала: "Вот уж нет!
На мужа не держу я зла,
но все семь шкур мои - зола,
я для свекрови хлеб пекла,
ковер для свекра соткала,
и для каких-то там блядей
в пруду пускала лебедей".
Но от великого ума
он лишь плечами пожимал:
"Какого ей еще рожна,
когда она - моя жена?
Я на нее не посмотрел,
А приласкал и обогрел,
и вот в стрельбе поднаторел -
в болото не роняю стрел..."
Семь пар железных башмаков
не каждый истоптать готов,
а жизнь значительно сложней,
чем разговоры о рожне.
ДЕНЬ 5
Пусть это блажь, я не прошу поблажек,
Простите, я иначе не могу,
И чувств своих бесхитростный муляжик
Я как зеницу ока берегу,
Да, я смешон и перьями украшен,
Волнуюсь, как волнистый попугай,
Едва возникший день уже вчерашен, -
Здесь каждая минута дорога.
А мне не жаль - пускай наестся каждый,
Желающий отведать пирога,
Ты уверяешь, что судьба бумажна,
А вот к тебе она не так строга!
Ты, снова истолкованный иначе,
Остановился и воскликнул: "Ба!" -
В припадке умудренности болванчик
Откинул стружку белую со лба,
Не знаю - как? - наморщил лоб свой гладкий,
И, всем распорядившись не спеша,
Раздал друзьям загадки и отгадки,
Вот только перед этим их смешал.
Друзья встряхнулись, повели носами
Из-под своих пушистых одеял,
Но не прочли, а догадались сами,
О том, что ты так долго сочинял:
"Душа свалялась в кукле-неваляшке,
Ее любовный не терзает зуд",
(Морской конек в застиранной тельняшке
Смахнул с физиономии слезу),
Мы все тогда учились понемногу
Собою восхищаться от души,
Уселись на ковер, сказали: "Трогай!"
Но он из ветхих дней был плохо сшит,
Гоня волну и щелкая подтяжкой,
Идем мы всей компанией ко дну,
А грусть с тоской - красавицы-близняшки -
Носами припечатались к окну,
На нас глядят, в глазах - притихший ужас,
А за глаза - бессмысленный вопрос, -
Мол, неужели мы утонем в луже
Из их холодных, ядовитых слез?
Не разобравшись в этой теореме,
Калачиком свернусь я на ковре,
Ты уверяешь, что прозрачно время,
Поверь, оно значительно добрей.
И, наигравшись в свой волшебный ящик,
Исполнив "Приближение весны",
Уходит надоедливый шарманщик,
Ты можешь снова спать и видеть сны.
ДЕНЬ 6
Всё здесь улеглось, больше не нужны,
Норовят часы спрыгнуть со стены,
Чай хозяин пьет, будто ни при чем,
Любопытный гость дергает плечом,
На плите орет чайник со свистком,
Продолжает треп ветерок с листком,
Времени дрожит тонкий голосок,
В людях - ни души, если сон глубок...
Наконец, замрет в зале шепоток,
И погаснет свет в цирке Шапито,
Спрячься, чтоб узнать нас не смог никто,
Подадут ли знак, щелкнут ли кнутом,
Но, под общий смех, выйдем на ковер,
И подбросит вверх нас судьба-жонглер,
В шелковый цилиндр кролик убежит,
И проглотит маг все свои ножи,
Чтоб раздался звук, бросят инструмент,
Превратится друг в ворох ярких лент,
И под громкий свист будет свет включен...
Осень, падал лист, кто его прочел?
ДЕНЬ 7
Пишу на затуманенном стекле -
Занятия не сыщешь бестолковей, -
Усердие, как проездной билет,
Всегда держа в кармане наготове.
А там, где снег, мой дом - не стар, но сед,
Стоит, к зиме не смея прикоснуться,
А возле дома бродит мой сосед,
Он думает, что я забыл проснуться.
Хочу ему сказать: "А вот и нет!
Я умер неожиданно во сне..."
Но не сказал, рисую на стекле
Туманные, бессмысленные фразы,
А в доме на столе черствеет хлеб,
Цветы сухие скрючились из вазы.
Я как через цветной калейдоскоп
Смотрю на мир - он создан из диковин,
И сам себе сказать не смею: "стоп",
Хоть эпизод давно уж забракован.
И, забывая, что я жалкий комик,
Вновь повторяю сцену на балконе.
_^_
СТИХИ ОБРАЗЦА 1994 ГОДА
* * *
Повернись и просветлей,
рассыпься гололедицей
под ноги задумчивым утренним женщинам,
шепни прикосновеньем
бледной медведице
звездных полей,
что снежинка - тонкий, зябкий коралл,
восемнадцатиструнная сонная лира,
изделие ювелира,
который загадал.
_^_
* * *
- П.Р.
Вы, друг мой, прекрасны,
Вы, друг мой, чудесны,
как мост из пластмассы,
как слово из песни,
как запахам мяты,
Вам в воздухе тесно,
с душою из ваты
и сердцем из теста.
Вы всюду желанны,
Вы всюду уместны -
и в зале диванной,
и в спальне принцессы,
но Вы убегаете
пальцев воздушных -
все это некстати
и, право же, скучно.
Идите же, друг мой,
и в комнатке-лодке
усните малюткой
с улыбкою кроткой,
картонной простынкой
укройтесь в кроватке,
сушеной тростинкой
свернитесь украдкой
и так до рассвета тихонько лежите -
ни тени, ни ветра, все тихо - Вы спите.
_^_
ПРОГУЛКИ
В БАРБАРИСОВЫХ ЧАЩАХ
Я наблюдаю за собой
из барбарисовых кустов,
чтобы узнать, кто я такой
и почему же я таков,
и я гуляю по дорожке,
чтоб отыскать свои следы -
мои не лапки и не ножки
ступали здесь на все лады.
Еще пою я часто хором,
чтоб различить свой тусклый глас -
"О, не тревожь меня укором!" -
старинный городской романс.
Прогулки эти, это пенье,
вся эта глупая возня -
все это только подтвержденье,
что в этом мире нет меня,
как существа и как явленья.
_^_
* * *
- П.Р.
Ну чем я сердцу не отрада? -
Умом светла, свежа, как цитрус,
Но Вам, увы, меня не надо, -
Я мысли этой не противлюсь,
Вас увлекла принцесса цирка -
Какая странная причуда! -
Язвительна, пряма, как циркуль,
По виду сущая зануда.
Но блеск металла - Ваша слабость,
Вы весь в плену железной леди,
В лице меняетесь, как лакмус,
Своей удивлены победе.
И Вы идете на прогулку,
В любовь играете вполсилы...
А я бы Вас кормила булкой
И ни о чем бы не спросила.
_^_
* * *
Молния стрелой по небу шарит,
Чтоб не возвращаться налегке,
Я летаю на воздушном шаре
С голубою лентою в руке.
Терпеливо ожидая солнца,
Ты сидишь на третьем этаже
И пускаешь дымовые кольца
С легким сожалением в душе.
Легкие раскачивают воздух,
Что укрыт завесой дымовой...
Летчики! Пока еще не поздно,
Возвращайтесь, милые, домой!
_^_
ПЕСЕНКА ЕЛОЧКИ
Движения скованы, ломки и кратки,
Злой ветер мне скомкал еловые лапки...
Ни облачка нету на небе, ни лодки
В кустах... только дядя в военной пилотке
Устало бредет, голосами влекомый...
Он из лесу вышел...
Я вышла из комы.
_^_
© Елена Ликанова, 2000-2026.
© Сетевая Словесность, 2000-2026.
