|
РОДОВЫЕ ЧЕРТЫ
СОРОКА
Жалко всего что до срока.
Ржавый каштановый лист
под ноги сбрось мне, сорока,
и отвернись,
отвернись.
Это не слабость, не сила.
Бедный чужой человек,
отзеленевший курсивом,
выпал как дождь
или снег.
Я ему дальше сороки,
ты ему ближе земли
на черновой, белобокий
стрекот, распев,
перелив.
_^_
КОСТОЧКА, ВЕСТОЧКА, БЫЛЬ-НЕБЫЛИЦА...
Косточка, весточка, быль-небылица.
Сядем рядком у стены.
Что же над нами бойница,
бойница,
мы не хотели войны.
Досок отесанных,
камешков целых
нежный комок за душой.
Ты меня мучишь за красных и белых.
Мне от тебя хорошо.
Парно, и душно,
и пресс акварельный
легок, далек, осиян.
Сунь возрастающий
список расстрельный
облаку в задний карман.
Мало ли
выпить кого до травинки,
перемолоть в жерновах.
Если б развеять запасы,
растрынькать.
Ветер бросать на слова.
_^_
ТОЖЕ МНЕ НЕЖЕНКА
И не взываю, и ты не зови,
Господи, чем-то помимо любви -
свежим постом записного халдея,
снимками пьющих его визави,
трезвым расчетом
парадной аллеи
фей и орфей из страны берендеев.
Не поминай,
не ищи, не живи.
Осью на запад, спиной в водосток
оторвалось пятипалое чадо.
Вот и приплыли лицом к листопаду.
Чудится,
треплется шарф между строк,
шлейф серебристого полураспада.
Тоже мне неженка,
кожа да кость.
В колотых жилах военная злость,
радость победы и трубы позора.
Мало печали осталось в строю.
До униформы авось простою
в выкройке дерева,
цвета и хора.
_^_
ОЧКИ
Так бы любила мороз и снег,
и секущие плети дождя,
если б не сонм городских котов и собак
и не сугробы бездомных в картонной коробке.
Если бы не краснорукий ребенок с гитарой,
собравший больному отцу
семьдесят гривен, рублей, тугриков
(где еще выживают и нет без страховки
от снега, мороза, секущей плети дождя)
и целую пачку печенья.
Я бы хотела считать этот праздник своим,
видеть, что хлопья век напролет
сшивают из тех же материй.
Может быть, видела раньше,
потом прописали очки.
Их я повсюду теряю,
не находя, вспоминаю,
что голод давил
дровяной.
_^_
КОТ ДРОЖАЩИЙ
Кот дрожащий на голых лапах,
эти окна
ведут в подвал.
Жирной стрелкой
на юго-запах
месяц выгнулся и пропал.
Кто еще
о твоем подвальном
попечется житье-бытье.
Жаль кота
и чету Навальных
из-за пагубы на хвосте.
_^_
СНЕЖНЫЙ ГАЗОН ИЛИ МЕРЗЛЫЙ АСФАЛЬТ...
Снежный газон или мерзлый асфальт,
все не резон
выходить на прогулку.
Кутаю шарфом стареющий альт
под воротник музыкальной шкатулки.
Ключ от меня затерялся и что?
Копия эта пиратская длится
целую вечность.
И в зимнем пальто
я выхожу
ради кошки и птицы.
Вот тебе, кошка, горячий бульон.
Вот тебе, птица, лекарство от кошки.
Мир сообразен, согрет, заведен
на оборот.
И присел на дорожку.
_^_
РОДОВЫЕ ЧЕРТЫ
1
С тех пор как я тебя родила
или ты меня часом раньше
в страх какой черноплодной воде,
сладкой уже,
это был не январь,
силы мои уходили на таянье,
а твои на таинство.
Жизнь обретала прозрачность, хрустальность,
чтоб изломаться вдребезги.
Видно ни зги, изгибаясь под холод и ветер.
Но не хочу вспоминать
кротость нашу воловью, овечью,
будущую,
под стрижкой, ярмом и чем-то еще
непорочным,
до жертвы.
2
Ты обещал мне девочку, так выполняй.
Сонную девочку на руки, за руку,
заодно с моим правым плечом,
не согласованным с левым.
Пусть подрастет и расскажет,
как оно - быть среди нас
столь уж любимой меж слов,
брошенной ради чего
в смерть какой черноземный
голодный рот.
Каждый хотел бы забыть.
Но доживает
и кается.
3
Ну так давай, доставай дудук,
нету живых голосов вокруг.
Камень о камень
и око за,
карий за карий
и бирюза.
Что же за птица твой Алконост,
всем пририсуешь армянский нос,
глядя на сына
и на того,
кто проглядел нас
верней всего.
4
Слушай, Хасо, что-то живет внутри
и напевает трубно и говорит,
тянет-потянет рану вперед-назад.
Слушай, Хасо, как тобой завывает сад,
лютый жасмин на эоловом ветре дней.
- Будешь моим продолженьем,
сестрой моей -
не доиграл, укрываясь по самый лоб
цветом таким,
что и за ночь не намело б.
Круг лепестков
до звезды
и вослед креста в не-
опылимых
братских его кустах.
5
Сладок будет гранат,
орошенный черной кровью Аракса.
Это старый твой сад,
дед возделывал землю, отец собирал плоды.
Вот родишься однажды и станешь tabula rasa,
ни одной родовой черты.
Будто солнце катилось
низко по горизонту,
не касаясь кожи,
не раскаляя камней.
Пересекая линию фронта,
исчезая за ней.
Поседевшую прядь со лба откинешь
и отпустишь на выпас у низких трав
куропаток, оленей.
Глядишь, на этом кувшине
Алконост-то курнос,
а на том и Сирин картав.
Зачерпнет от звезды вода -
ничего такого,
задрожит звезда как свечка
на лаковых образах.
Где-то буду и я.
Вероятно, отважусь снова
вспомнить ноющий твой дудук,
заглянуть в твои глаза.
_^_
|
© Виктория Кольцевая, 2021-2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2021-2026.
| НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" |
|
 |
| Екатерина Вольховская. Львиная доля. Рассказы. [Есть такие совершенные создания, которым всё идёт и всё прощается. Их любят абсолютно все женщины и большинство мужчин...] Владимир Алейников. Сокольники. Эссе. [И погода была – хорошей, и нисколько не уставала все красоты поры осенней, вместе с явными чудесами, нам, друзьям, собравшимся вместе, здесь, на воле...] Надежда Гамильнот. Бунт как искусство (О книге Анны Горенко "Королевская шкура шмеля"). Рецензия. [О новой книге из мемориальной серии "Уйти. Остаться. Жить", посвящённой поэтам, ушедшим молодыми во второй половине XX - начале XXI веков.] Евгений Толмачёв. "Пора дать писателю официальный социальный статус". [Интервью с поэтом, прозаиком и публицистом Станиславом Минаковым. / С писателем мы поговорили о блеске и недугах современной русской...] Сергей Сутулов-Катеринич. 17 мгновений войны. Асимметричный цикл стихотворений. [Любая бойня – мимо воли Божьей: /
Помимо, но во имя сатаны. /
Прапрадед правнучонка уничтожит – /
Мальчонку, не пришедшего с войны...] Алексей Григорьев. Не далее как в этом январе. [бублики, бараночки, конфеточки, /
водочка, водичка, колбаса. /
были мы смешливыми поэтами, /
стали мы (ненужное – вписать)...] Михаил Ковсан. Радость большая. Рассказ. [А у соседей снизу радость большая. Не веселье, конечно, и тем не менее. Груз с плеч. Камень с души. Не сравнивая, что очень понятно, но груза кусок,...] Татьяна Горохова. Донкихоты духа. Эссе. [О Володе Курдюкове и его сыне Никите Кникта. / Владимир Курдюков – художник, который всю свою жизнь посвятил искусству, очень много работал:...] Юлия Великанова. Книга, пугающая с пользой (О романе Эдуарда Резника "Мой маленький Джей"). Рецензия. [Ещё одно понятие сейчас добавилось в нашу реальность – коллективное исцеление психики. Свою лепту роман в это наиважнейшее дело вносит.] Литературные хроники: Антон Ровнер. Пять поэтов, хороших и разных. [18 серия цикла "Вечер авторов хороших и разных" в Культурном центре академика Д.С.Лихачёва в рамках арт-проекта "Бегемот Внутри".] Марина Намис. Травяные наречия. [Ночь пока вселяется в нас, /
пока /
я снимаю азбуку с языка, /
вьюга снежным кругом обводит дом, /
говори на белом, на небылом...] Евгений Степанов. Будь что будет. [Я жил без пустословья. /
Любовь текла по венам. /
А то, что не любовь, – я /
Считал второстепенным.] |
| X | Титульная страница
Публикации: | Специальные проекты:Авторские проекты: |
|
