Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность



ПОЛОМКА  ВЕЛОСИПЕДА


 


      * * *

      Начеркать на бумажке, поджечь - и нафиг
      И добреть, слонами на
      Черепахе
      Громоздиться, нахер сливая страхи -
      Всеми хоботами тремя.
      Чтоб земля не сползала с ума и даже
      Не хотела выставить
      На продажу
      Ни Христа, ни Будду, ни дядю Сашу...
      А звенела бы, небо жмя.
      ...не обидно ему и не больно, всё же -
      Всё ж не твердь. Не правда ли, милый Боже?

      _^_




      * * *

      Ухо с носом целовались
      На испорченном лице
      В запрещённом сонном зале
      Где грустил один ацтек

      _^_




      ОЛЕГ  И  САРАИ

      Кромку неба к низине прижали сараи
      И цветными дверями разбавили снег.
      Подойди к ярко-рыжей, от стужи сгорая,
      Или к сине-зелёной... За каждой - Олег.

      Он водярой согреет, обнимет покрепче
      И проводит в глубины, кота приведёт -
      Вместе с чаем. А к чаю положены речи,
      Разговоры, что небо... помягче, чем лёд.

      Между снегом и снегом, земным и небесным
      Походи по сараям-вагонам... давай,
      В самом дальнем отыщешь весеннее кресло,
      Ты садись в него...
      спи, мой хороший...
      бай...
      бай.

      Отдохни, и настанет в сараях весна -
      И кого-то ещё к вам подтянет со дна.

      _^_




      * * *

      Всех так и тянуло тебя убрать.
      Теперь выживай - такова игра.
      Такая карма. Нависнет бра
      Иного мира над картой ран -
      Твоих, твоих, оставленных стыть...
      Тебя так тянет убийц любить,
      Но им всё до фени... Смешная жисть.
      Смеётся бра. Не убьётся прыть...
      Всех любить.

      _^_




      ПРОСТОЕ  О  НЕСУЩЕСТВУЮЩЕМ

      Тот роман о прекрасных, весёлых, живых,
      Что как будто бы умерли (смерть это блеф),
      Разъедаемых чёрным от сих и до сих,
      Поднимаемых белым в рождественский хлев...
      Тот роман тяжело поднимается в даль,
      Где и крыльев не надо, а просто присесть
      У космических тёплых скрижалей и чай...
      Выпить чай вместе с теми, которых не счесть.

      _^_




      ДЕТСКИЙ  СОН

      Лети над птичьими следами,
      Не обвались на них - умрёшь.
      Свалился, всё... К слепому ламе
      Переместился на ладоши:
      Он стар и фыркает, как морж,
      И дарит космосу на память -
      Тебя-тебя... ядрёна вошь...
      лети
      над птичьими
      следами

      _^_




      О  БЕСПОЛЕЗНОСТИ  ЛИТЕРАТУРЫ

      Одного размера строчки
      Бодро топали в ночи,
      Набрели на кирпичи,
      Прикорнувшие у кочки.

      Чу! Один из кирпичей
      Ротик сладко разевает,
      Говорит: "В большом трамвае
      Ездит Месяц хей-хей-хей...

      Ищет Лунку ненаглядну,
      Нам не светит, мы в тоске.
      Возверните парня, хей,
      Подсадите к тучке, ладно?"

      Строчки мялись чота, э...
      Лес кругом, каки трамваи?
      Где искать его не знаем,
      Не в еловой ж толчее.

      Мы вообще ни бе, ни ме...
      Вы чего тут прикорнули?
      Шли бы к дому, люли-люли,
      Не валялись бы во тьме.

      Кирпичи глазёнки трут:
      Как же так, подмоги нет...
      Пригляделись - строчек нет.
      Ёлок нет и кочки нет,
      Тучки нет и ночки нет,
      Скоро всё вообще сопрут.

      "Кто нас, в целом, навалил?" -
      Молвит маленький. Второй
      Отвечает: "Рот закрой.
      Строчки кончились, дебил".

      _^_




      НАБРОСОК

      Переходящая чёрная крыса
      Через дорогу направо в быка
      Чёрного-чёрного здрасьте-пока
      Наоставляла в пространстве дефисов
      Слабость в душе у того кто смотрел
      На переходы любил (а) бесцел
      Слева направо ходил скорпион
      Преобразуясь в стрельца
      Память засунуть бы в драный гондон
      Жить без лица

      _^_




      СЛОЖНОЕ  О  СУЩЕСТВЕННОМ

      Поучи меня, друг, парковаться в дверях
      Невредимых-невидимых, будущий друг.
      За дверями на выжженных календарях
      Мой безумный будильник дымится как плуг.
      Сам Господь у него огорчённо застыл,
      Ожидая хотя бы горелых ростков...
      Вместо них расцветает рассада горнил,
      Оплавляющих двери... Не выйдет парковки.

      Просто стой как дурак, но учителя - нет -
      И рассматривать Бога сложней и трудней...
      И авто, превращённое в глупый лорнет,
      Защемляется дверцами ведьминых дней...
      до углей.

      _^_




      ТОРЖЕСТВЕННЫЕ  ВАГОНЫ

      Eдут и едут по мне торжественные вагоны,
      Самоуверенные, но в фальшивой агонии,
      Едут и тянут они из меня - язык,
      Русский и синий... на рельсов ложится стык.

      Русский из глотки моей - ни черта не нужен,
      Разве что старому Босху, и он, сконфужен,
      Плачет над видом того моего языка,
      На колёса намотанного... да, намотанного... ага.

      Сковырнулись мозги, подлетела шальная птица
      И просунула руку о двух кривоватых пальцах -
      В полушарие левое, молвит: "Хочу кататься
      По извилинам дуры нерусской, отрыжке фрица".

      Безобразный торжественный синий вагон последний
      Оттащил её, птицу, к чертям, пониманьем полным...
      Я с ума сошла, ну а русский вонзился в горло -
      Мой же собственный синий замкнулся, заглохли бредни.

      ...опустела железная та надо мной дорога,
      Ограничился Босх неуместным нелепым Богом,
      Отлетел от меня, забирая тупую рифму -
      Ограниченный Богом, как будто заливы рифами...

      Вдохновенно взглянул из-под облачного покрова
      И послал мне, немеющей, белую птицу новую.
      Ой ты гой ты еси, я добрею... и впредь - ни слова...

      _^_




      * * *

      Разговорюсь, опять разговорюсь
      О том, что маленький бандит, по тайным вёдрам
      Пройдя, внедрился в круговерти муз,
      Порвав с глухою немотою бодро.

      А то и робко... да не в этом суть.
      Он с нами рядом - ласково танцует...
      Вот это круть. Вот это, братцы, круть.

      _^_




      ШИЗО-ЗÁГНУТОЕ

      Травманув правоногу у окон родных
      Зазеркально-снесённого здания - главного,
      Что из ангельских слов было некогда справлено -
      Понимаешь: гони - не гони,
      А помрёшь, вышибая ребёнка смурного
      Из-под тачки незрячей и томно-крутой -
      То и ладушки. Всмятку не станет изгой
      (То есть, ты) ужасаться началу коровы
      Под названием "слава, жующая гной -
      Что накоплен за годы отдачи всего наилучшего в слово".

      _^_




      * * *

      Выпроваживает Гофман
      Из миров тяжёлой спячки
      В золотые небеса...
      Там по полю льются строфы -
      В ниx нагие змейки-прачки
      Замочили млечный сад.
      Там давно взбесился сударь,
      Успокоился и дышит
      На рукаx y трёх котов.
      ...уходи туда отсюда,
      В те непознанные выши -
      Уходи и будь такофф.

      _^_




      ГИМН  ОДИНОЧЕСТВА

      Самого себя вывезти к Богу в лес,
      Обнимать себя: вот тебе чай с бутербродом,
      Беспокоиться: не простудился ли бес
      У соседа-красавца-урода...
      Не страдает ли внутренний слабый кот
      У чудесной, хорошей, любимой всеми.
      Или вот ещё... Боже мой! Точно, вот:
      Полюбить попытаться Есенина.
      И меняться, струиться в тугую высь,
      Хоть и вкривь, и в холодных, голодных корчах...
      На платформе очнувшись - пропавше-волчьей -
      Удивиться: звёзды сошлись.

      _^_




      СОСЕДКЕ

      Я любил тебя, Сэди, поэтому ты жива,
      Но пока, померев, становился сухой обёрткой -
      Не хотела в соседи ко мне, и на мой диван
      Не ходила, наверно... Кошки не любят мёртвых.

      Две недели терпела, на улице выл апрель,
      Но закончился, смаялся, всё же, и слава Богу -
      Правда, прежде иссякла пища, а кто-то дверь
      Взял и выпихнул, живо так - люди такое могут.

      Чьи-то руки тёплые, с дрожью в суставах все...
      Забирали тебя. Я помню. Люблю... Сосед.

      _^_



© Катерина Груздева-Трамич, 2018.
© Сетевая Словесность, публикация, 2018.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Яков Каунатор: Влёт [Жизнь Люси Шороховой уложилась в отрезок от крика "Уааа" в роддоме города Заречного, что на улице Железнодорожной, дом 27, до вскрика "Не на.." в посёлке...] Татьяна Набатникова: Исправленье непоправимого (О книге Марины Кудимовой "Бустрофедон") [Есть все основания ждать, что после таких "Детства. Отрочества. Юности" последует и "Война и мир" нашего времени.] Катерина Груздева-Трамич: Поломка велосипеда [Eдут и едут по мне торжественные вагоны, / Самоуверенные, но в фальшивой агонии, / Едут и тянут они из меня - язык, / Русский и синий... на рельсов...] Дмитрий Близнюк: Зверь лунного света [как же найти свое время и место, место и время, / если ты герой несуществующих миров? / если ты космический Печорин/Лермонтов? / озираешься сквозь...]
Словесность