|
* * *
Запахло осенью и тленом
и первой памятью земли.
И клен, упавший на колени,
теряет волосы свои.
А мир, проснувшись в изобилье,
зевает, тянется с ленцой.
Такой уютный и стабильный,
такой заботливый, простой.
Ведь я сама златоволоса.
И эта осень - для меня -
расплещет ласковые косы
из ветра, шелка и огня...
РУССКАЯ ЛЮБОВЬ
Я тебе говорю,
что банально и глупо,
о прошедшей любви,
бушевавшей во мне.
Но другая любовь -
серебрящийся купол -
неподвижно висит
надо мной в вышине.
У нее не кривая -
прямая дорога.
У нее не своя,
а чужая беда.
Там свобода страшит,
а неволя от Бога.
Я не буду свободна
от нее никогда.
Это доля моя -
и смешная и грустная.
Это горесть моя,
и молитва, и боль.
Не желанье, а жалость
тягучая, русская.
Заунывная песня, баллада, любовь...
* * *
Душа предавшая, молчи.
Оставь возлюбленное тело.
Неясным пламенем свечи
ты вспыхнула и отлетела...
Возьми на память обо мне
в тот мир оледенело-зыбкий
фрагмент божественной мазни,
испуг стареющей улыбки.
Не откровенничай со мной,
ты помнить ничего не будешь.
Ты сразу обо всем забудешь,
расставшись с формою земной.
Но кем бы не была ты вновь,
ты станешь маяться и биться,
пытаясь перевоплотиться -
душа, познавшая любовь...
* * *
Какое мне дело до Вашего тела,
живущего мирно во дне?
Какое мне дело? - Я так захотела,
и тело явилось ко мне.
Жестоко, безглазо и мимо глядело.
Я думала - это предел.
Но таинство сердца
не знает предела,
присущего таинствам тел...
* * *
Женщина к женщине не подойдет.
Женщина женщину не пожалеет,
Мужа отнимет. Ребенка убьет.
Ну, а сама от тоски заболеет.
Лучше бы с ним была ты, а не я.
Душу его ты мечтами питаешь...
Где ты лютуешь, злодейка моя?
Ласковой кисою с кем поживаешь?
Милая, ради святого прости,
что на твоем появилась пути
и перешла простодушно дорогу...
Тело мое, неугодное богу,
ты напоследок перекрести...
...Женщина женщину может обнять,
может в глазах ее слезы увидеть.
Женщина женщину может понять
и, понимая, возненавидеть...
* * *
Когда земля закровоточит,
и лист последний упадет,
мужчину женщина захочет
и не найдет...
Она бы век его искала,
но страшно ей
от плотоядного оскала
любви своей.
Она спешит, теряя косы
и небеса.
Непостоянна и несносна
ее краса...
БЕЗУМИЕ
То ли руки мои согреешь,
то ли сердце мое возьмешь...
А любить меня - не посмеешь,
и спасти меня - не спасешь.
Из того ли мрачного ада
я безумием рождена?
Человеческий лик в награду
мне пожаловал сатана
не за душу мою пустую,
не за алчную нежность глаз,
не за сущность мою простую,
а за ненависть напоказ.
Ошалевшая и больная,
на себе я лохмотья рву.
Что творится - не понимаю.
Понимание ни к чему...
* * *
Душа в объятиях неволи -
она орет от адской боли.
Доколе, глупая, доколе
меня ты будешь истязать?
Ты ничего уже не можешь,
и никому ты не поможешь,
и никого не растревожишь -
тебе же нечего сказать...
Во всем ты, дура, виновата.
И жизнь твоя - твоя расплата
за евин грех, убийство брата,
за то, что женщина ты есть...
...Я женщина. Я грех и месть.
Я экономка и сивилла.
И я во всем, во всем повинна,
Манон Леско и Магдалина,
бабенка, падкая на лесть...
СОН
Приснилась темная вода,
а это к нудным разговорам.
Явилась длинная гряда
клубники - а полоть не нужно.
Привиделось, что он приехал,
а я была так близорука,
так безоружна без очков.
В глазах не видела зрачков,
упала в обморок - почти.
А он шептал: скорей прочти
все то, что мне ты посвятила.
А я не знала, что читать -
я не умею посвящать.
Когда люблю - боюсь огласки.
Я робко опустила глазки
и попросила - отпусти!
...разжались пальцы.
* * *
Легко кивнуть: "любила",
но "люблю"
сказать нельзя,
почти что невозможно.
Что прямо не скажи,
все будет ложью.
Поэтому молчу, не говорю.
* * *
Душа тобою ранена.
А на столе баранина,
картошка и вино.
Душа тобою ранена
надолго и давно...
Душа тобою ранена,
ей без тебя - ни дня.
Не любишь - ну, обманывай,
пожалуйста, меня.
Лишь будь со мною изредка,
лишь выпей рюмку - две,
чтоб зашумело истово,
разгульно в голове.
Сожми меня в объятиях,
губами помани...
Я как перед распятием
страшусь твоей любви.
...Гляди - разлука вечная
маячит впереди.
Побудь со мною вечером!
Побудь, не уходи.
* * *
А Вы не делали мне зла,
Вы никогда не обижали.
Лишь только руку нежно жали,
глядели ласково в глаза.
Вы были мне как старший брат -
духов французских не дарили
и пошлостей не говорили,
какие нынче говорят...
* * *
Стареющей красавицы стихи
полны беды, фатальной обреченности,
ненужной и напыщенной учености,
безвольной и банальной чепухи.
Она сидит, скрестив глухие пальцы,
и видит ночь - бесформенную грязь.
Она любила нежного скитальца,
а он обидел и ушел, смеясь...
И ничего-то с ней не происходит,
она сидит, бесслезна и тиха.
А он уходит, каждый день уходит.
Уходит и смеется: Ха-ха-ха...
ПОЛЕТ НА ДОСТАРХАНЕ
Обязательный минул срок.
Понемногу остыло лето.
Отпусти меня на Восток
в абрикосовые рассветы.
Ты не думай, что молода
и обманчива, как сирена.
Я лицо уроню в года
и, древнея, чадру надену.
Незамеченная, пройду,
неувиденная, увяну.
В абрикосовый сад войду
и в тени молчаливой встану.
И сойдутся во мне, смирясь,
все религии и законы,
образуя живую вязь -
сеть морщин на лице иконном.
И поймется, что все равно
где родиться и где скитаться.
Все тобою предрешено -
разреши, разреши остаться.
...сладок голоса слабый звук.
Я короной несу корзину -
дыню, персики и урюк -
ужин старого муэдзина...
© Елена Ерофеева, 1998-2026.
© Сетевая Словесность, 1998-2026.
| НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" |
|
 |
| Екатерина Вольховская. Львиная доля. Рассказы. [Есть такие совершенные создания, которым всё идёт и всё прощается. Их любят абсолютно все женщины и большинство мужчин...] Владимир Алейников. Сокольники. Эссе. [И погода была – хорошей, и нисколько не уставала все красоты поры осенней, вместе с явными чудесами, нам, друзьям, собравшимся вместе, здесь, на воле...] Надежда Гамильнот. Бунт как искусство (О книге Анны Горенко "Королевская шкура шмеля"). Рецензия. [О новой книге из мемориальной серии "Уйти. Остаться. Жить", посвящённой поэтам, ушедшим молодыми во второй половине XX - начале XXI веков.] Евгений Толмачёв. "Пора дать писателю официальный социальный статус". [Интервью с поэтом, прозаиком и публицистом Станиславом Минаковым. / С писателем мы поговорили о блеске и недугах современной русской...] Сергей Сутулов-Катеринич. 17 мгновений войны. Асимметричный цикл стихотворений. [Любая бойня – мимо воли Божьей: /
Помимо, но во имя сатаны. /
Прапрадед правнучонка уничтожит – /
Мальчонку, не пришедшего с войны...] Алексей Григорьев. Не далее как в этом январе. [бублики, бараночки, конфеточки, /
водочка, водичка, колбаса. /
были мы смешливыми поэтами, /
стали мы (ненужное – вписать)...] Михаил Ковсан. Радость большая. Рассказ. [А у соседей снизу радость большая. Не веселье, конечно, и тем не менее. Груз с плеч. Камень с души. Не сравнивая, что очень понятно, но груза кусок,...] Татьяна Горохова. Донкихоты духа. Эссе. [О Володе Курдюкове и его сыне Никите Кникта. / Владимир Курдюков – художник, который всю свою жизнь посвятил искусству, очень много работал:...] Юлия Великанова. Книга, пугающая с пользой (О романе Эдуарда Резника "Мой маленький Джей"). Рецензия. [Ещё одно понятие сейчас добавилось в нашу реальность – коллективное исцеление психики. Свою лепту роман в это наиважнейшее дело вносит.] Литературные хроники: Антон Ровнер. Пять поэтов, хороших и разных. [18 серия цикла "Вечер авторов хороших и разных" в Культурном центре академика Д.С.Лихачёва в рамках арт-проекта "Бегемот Внутри".] Марина Намис. Травяные наречия. [Ночь пока вселяется в нас, /
пока /
я снимаю азбуку с языка, /
вьюга снежным кругом обводит дом, /
говори на белом, на небылом...] Евгений Степанов. Будь что будет. [Я жил без пустословья. /
Любовь текла по венам. /
А то, что не любовь, – я /
Считал второстепенным.] |
| X | Титульная страница
Публикации: | Специальные проекты:Авторские проекты: |
|
