Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ

Наши проекты

Теория сетературы

   
П
О
И
С
К

Словесность


Литературные хроники:
Владимир Забалуев
Алексей Зензинов


29 октября в Театре.doc (Трехпрудный пер., 11/13, стр.1) прошла презентация октябрьского номера журнала "Октябрь" на тему:



НУЖНА ЛИ НАМ РЕАЛЬНОСТЬ?
Verbatim в литературе, театре, кино, поп-арте, музыке


Ирина Барметова, Главный редактор журнала "Октябрь"
Предложила следующую встречу драматургов и критиков провести в зале ожидания Казанского вокзала: "Это будет чистый вербатим".
Галина Синькина, автор и режиссер "Преступлений страсти"
Предельно четко объяснила, почему театру нужен такой прорывной метод, как вербатим. "Потому что все ходят в презервативах".
Публицист Михаил Бойко
Круто зажОг!
"Задача театра - сорвать флер с основания бытия. Я предчувствую театр еще более жесткий, еще более радикальный. Есть множество вещей, которые следует разрушать. Подвести черту под неоконсерватизмом, под политкорректностью. Мы накануне перелома".

Актерский цех представляли Владимир Качан и Альберт Филозов
Первый сходу заявил, что знает много могильщиков театра и литературы, а закончил утверждением, что ему "нравится этот эпатаж, сама затея".
Филозов три раза брал слово. Было видно, что ему интересно. Очень живой человек, "без известняка", как сказала Барметова.

Поводом стала публикация в журнале материала Владимира Забалуева и Алексея Зензинова "VERBATIM", посвященного технологии современного документального театра и основанного на материалах, собранных авторами в процессе работы над пьесой "КРАСАВИЦЫ. Verbatim". Авторы утверждали, что пришедший к нам из Великобритании метод, позволяющий драматургу набрать материал для будущего произведения, в России приобрел гораздо большее значение и стал своего рода идеологией.



Участникам дискуссии было предложено обсудить такие тезисы:

VERBATIM - канал формирования новой литературной речи и новых художественных языков;

VERBATIM - инструмент выявления из речи смысла, несущего в себе больший художественный и информационный заряд, чем смысл и содержание;

VERBATIM - это уже не частная драматургическая техника, а общекультурное явление, утверждающее себя в литературе, кино, поп-арте, музыке;

VERBATIM - повивальная бабка с новой эстетики, заменяющей сегодня идеологию, политику, философию, науку;

VERBATIM - сам новая реальность и одновременно - орудие для создания=новой реальности.



Как это обычно происходит, действительность оказалась неожиданней и богаче тех планов, которые строили организаторы акции. Практически все выступавшие говорили не столько о вербатиме как универсальном методе или мировоззренческой концепции, а скорее, о своем личном отношении к нему. Хотя, как предупредил Михаил Угаров, нет ничего более непродуктивного, чем фраза "Я не люблю вербатима".

"Вербатим - всего лишь метод, - сказал один из главных идеологов "Новой драмы", - ты им или пользуешься, или не пользуешься. Классический вербатим - им занимаются актеры. Это наблюдение. Русский вербатим трансформировался в другую сторону. Существуют этические обязательства автора перед героем, у которого он брал интервью".

По словам Михаила Угарова, между современным человеком и жизнью стоит воздушная подушка культурных мифов. На все есть средства безопасности - мы вооружены литературой. Но при этом отношения с реальной жизнью могут сложиться совершенно трагически. "Хороший вкус - страх перед жизнью. Не надо щадящих моментов - интереснее вникнуть в шокирующую ситуацию. Все наши запреты - от страха перед реальностью. Но рано или полно реальность опрокинет и больно сделает".



Полемически резким было выступление публициста Михаила Бойко. "Задача театра - сорвать флер с основания бытия. Я предчувствую театр еще более жесткий, еще более радикальный. Есть множество вещей, которые следует разрушать. Подвести черту под неоконсерватизмом, под политкорректностью. Мы накануне перелома".

Чуть позже Михаил, описывая в своем Живом Журнале этот вечер в Театре.doc, сделал вывод: "защищать порочный социальный порядок, против которого возмущается любое здоровое нравственное чувство, и уж тем более защищать традиционный театр с его ветошью, выхолощенное "искусствишко" - это, по-моему, последнее дело..."

Впрочем, далеко не все признавали за вербатимом способность к революционному обновлению культуры. Актер Владимир Качан скептически отозвался о желании авторов публикации предложить этот способ реконструкции действительности в качестве альтернативы классическому театру, приравняв их к тем бессчетным могильщикам, что не раз пытались хоронить достижения предыдущих поколений, но нимало в этом не преуспели. Однако закончил он утверждением, что ему "нравится этот эпатаж, сама затея".



Пожалуй, самым важным итогом дискуссии стало признание, что это по-своему исторический момент в процессе взаимообогащения, взаимообмена двух трендов, один из которых представлен "толстым" литературным журналом, а другой - авторами-ниспровергателями. Впервые литературный процесс пересекся с драматургией ДОКовского подвала, мейнстрим сошелся с андеграундом.



ПРИЛОЖЕНИЯ



Настоящие друзья
Пришли по первому зову. Чтобы поддержать, зная, что для нас это важно.
Григорий Заславский: "Когда один говорит другому: пойдем в кино, оба имеют в виду примерно одно и то же. Пойдем в театр - это могут быть два совсем разных театра. Есть театр двадцать первого века, а есть - другой эпохи, другой системы".
Нина Беленицкая рассказала, как в одном вербатимном проекте была сфальцифицирована речь персонажа. "Отборный мат, какого, казалось бы, нельзя придумать - а это, оказывается, драматург сочинил".





© Владимир Забалуев и Алексей Зензинов, 2005-2020.
© Сетевая Словесность, 2005-2020.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Алексей Смирнов: Концерт на карантине [Вот разные рыбы, - благожелательно отмечал господин Лю, шествуя через рынок. - Вот разные крабы. Вот разные гады, благоухание которых пленяет... / ...] Татьяна Грауз. Прекрасны памяти ростки [Татьяна Грауз о самых ярких авторах второго тома антологии "Уйти. Остаться. Жить", вышедшего в 2019 году и охватившего поэтов, умерших в 70-е и 80-е...] Татьяна Парсанова: Пожизненно. Без права переписки [Всё чаще плачем, искренне, как дети... / Всё чаще в кофе льём слезу и виски... / Да кто же знал, что нам с тобою светит - / Пожизненно. Без права...] Ирина Ремизова: За птицей [когда - в который раз - твой краткий век / украдкой позовёт развоплотиться, / тебя крылом заденет человек, / как птица...] Алексей Борычев: Обречённость [Бесполезная пустота. / Кто-то... Что-то... А, может, нечто... / И весна, как всегда, не та. / Беспричинно бесчеловечна...] Братья Бри: Живой манекен [Прежде я никогда не испытывал тяги к игре, суть которой - заманить чей-то разум, чьи-то чувства в сети, сплетённые из слов. Я фотохудожник, и моё пространство...] Наталья Патроева, Юрий Орлицкий. Настоящий филолог, умеющий писать стихи [В "Стихотворном бегемоте" выступила петербургский ученый и поэт Людмила Зубова.] Сергей Слепухин: Блаженство как рана (О книге Александра Куликова "Двенадцать звуков разной высоты") [Для художника на Дальнем Востоке нет светотени. Здесь отсутствие светотени и есть свет...] Александр Куликов: Стихотворения [В попутчики брал я и солнце, и ветер, и тучи. / Вопросами я и луну, и созвездия мучил. / Ответы на травах, каменьях и листьях прочел, / и кто-то...] Максим Жуков: Она была ничё такая [На Пешков-стрит (теперь Тверская), / Где я к москвичкам приставал: / "А знаешь, ты ничё такая!" - / Москва, Москва - мой идеал...]
Словесность