"ПОЭТ ВЛАДЕЕТ... ВОЗДУХА НЕОСПОРИМО ТОНКОЙ НОТОЙ"

Елена Чёрная, "Вирус человеческого вида". Стихотворения
Екатеринбург, Издательство "Альфа Принт", 2022 г.

Как осетрина, по утверждению Булгаковского персонажа, не может быть второй свежести, так и поэзия бывает только настоящая. Иначе это уже не поэзия, а просто рифмованная проза. В поэзии обязательно звучит дыхание пространства, и тонкая нота воздуха в состоянии рассказать о многом, если не обо всём. Ведь в ней – отражение времени и судьбы не только поэта, но и всех тех, кто находится рядом с ним, их опыт и воспоминания, звучание событий, эхо мыслей и чувств, переживаний и надежд. Не зря великий Вадим Кожинов отметил: "Духовная жизнь поэта вбирает в себя не только непосредственно воспринятое, но и давний опыт своих близких, всего народа, целого человечества..., Для того чтобы стать истинным поэтом, нужно быть еще "поэтом в душе", а не только владеть словом".

Духовная жизнь поколения, столкнувшегося с нежданными проблемами, связанными с невиданным ранее вирусом, который неузнаваемо изменил жизнь и приблизил смерть, а она, разгулявшись, продолжилась вместе с войной, всё это – ощутимо в дыхании поэзии Елены Чёрной, в её книге "Вирус человеческого вида".

Книги стихотворений трудно читать "залпом". Ведь это чтение не только глазами, но умом и сердцем, оно требует сопереживания, вдумчивого погружения в энергию переживаний, сколь искренних, столь и откровенных. Там просторно и тревожно, и даже воздух наполнен мучительными раздумьями и вопросами, среди которых "что?", зачем?" и "почему?" не самые пронзительные. Ибо есть ещё так много непонятного, а ответы ведомы лишь Богу и времени. Но оно откроет их только в будущем. А поэт вместе с нами вопрошает уже сегодня. И потому книга Елены Чёрной читается не залпом, но с неослабевающим интересом. Многие стихотворения в книге похожи на некие шифрованные послания, в которых можно разглядеть, прочитать несколько смыслов. Они открываются постепенно, проявляясь в метафорах, выглядывая между строк, прячась в изломах полунамеков и, казалось бы, случайных открытий. Это чтение, затягивающее в зеркальные просторы отражений, загадочных сравнений, иллюзий, совпадений, в которых вместе с чудом поэзии рождается ощущение бесконечности, непознаваемости и неповторимости того, что происходит с нами и внутри нас. И рядом с теми, кого звали (и зовут, невзирая ни на что) единственными.

"...единственных больше нет. и тихая грусть их завета сквозь сердце иголкой продета, как бирка в чумной лазарет... в то время – в зал ожидания, в то прошлое для опознания: единственных больше нет"... "...мёрзлой черешенкой с косточкой в сердце на дереве заснеженном, джазовой гершвина... русской в париже, потерянной в нижнем... паузой в звуке подвижном"... "...а по сюжету он остался жить... восстал из мёртвых и пришёл домой, но под шинелью был всегда живой его смертельный враг. железом был пришит к нему с атаки, ближней ножевой он знал, что враг вошёл и в кровь, и в плоть... и лезвием крошит его как червь, и он не мог его отбросить, побороть, и прижимал плотней, на четверть, треть, и от любимых закрывал, всю жизнь – собой"...

Сюжет, как поэтический, так и жизненно-смертельный, напоминающий действительность, узнаваемую по трагизму и отчаянной вере в чудесный исход, он не из книги, а из жизни. В которой находки сменяют потери. И потому единственных нет. Хоть они с нами в душах и сердцах. Впрочем...

"...сюжет не изменён, он вынут из ребра, как зёрна из плевел и горе из добра, он вырос из руки, дающей благодать, чтоб истиной всего, пророщенною, стать"... "...и огнём, внезапным, сильным, внешним, занялись соседние скворечни – то синицы небо подожгли, горько вылетая изнутри, спичкой предпоследней – обережной"

Из поэзии Елены Чёрной вершат полет прямо в душу читателя ассоциации, метафоры, неожиданные наблюдения и парадоксальные откровения. Её образная речь насыщена не только словесной игрой высокого полета, но и искренними чувствами, то нежными, то ироничными, то пронзительно взволнованными. И всё это делает эту речь поэзией. Она говорит о мире, и её иносказание понятнее и точнее иной прямой речи. Причем завораживает не столько речь, сколько сам процесс рождения мысли, слова, образа... Именно об этом писал уже цитированный ранее выдающийся литературовед Вадим Кожинов, и его рассуждения, максимально точно говорящие о поэзии и ее отличительных чертах и качествах, уместно вспомнить:

"Стихи – это не выражение мысли, а воссоздание самого процесса размышления. А реальное движение мысли в сознании человека совершается не как строгая последовательность голых умозаключений. Оно совершается сложно, зигзагами, ускоряется и замедляется; оно вовлекает в себя всю атмосферу сознания, разного рода сравнения и сопоставления... Искусство поэта заключается вовсе не в сложении стихов, как таковом, а в том, что стихотворная речь оказывается совершенно непринужденной, естественной, словно иначе это и сказать невозможно, только стихами. Без этого свойства и не возникнет та обладающая внутренней свободой поэтическая действительность, на создание которой претендует стихотворение. Вместо нее перед нами будут ритмизованные и зарифмованные фразы искусственно переделанная речь... Превращение обычной речи в лирическое произведение только благодаря стихотворному воплощению – а внешне дело представляется именно таким образом (но только внешне, с поверхностной точки зрения!) – кажется настоящим чудом. И это действительно чудо – чудо творчества"...

Поэт говорит и закрывает собой, своим словом, образами, речью амбразуру зла и ненависти, которые распространяясь со скоростью звука, калечат души, целясь в умы и сердца. Чудо поэзии не может спасти жизнь, но помогает разобраться в её сути, понять и различать добро и зло. Прихотливый узор словесной вязи в стихотворениях Елены Черной порой завораживает. И под его покровом внезапно проявляются черты прошлого и настоящего, память о родном крае и фантастические картины легенд и сказаний дней минувших. Елена Черная, поэт из Екатеринбурга, представляет свой мир, где реальность узнаваема, а импровизации увлекательны. И правде при этом не мешает оригинальность.

"...и снежный квест – в сём городе игра. и ничего не светит пришлым и Улиссам, они для тех двоих – на чёрствый хлеб – икра... глаза скользят по дымным домнам, крышам, и новый мост пруда сшивает дикие места, и дважды в воду не войти у старого моста, и квадрокоптер пишет, чтоб пилат узнал иуды поцелуй в раскрытые уста"... "...я вернулась сюда в этот сумрачный край, где мне шепчут дымы: "ну пойди, полетай с нами по небу, где распустили мы хвост, где все синее только крупица и горсть. ...я вернулась совсем, с измельчённой душой, став ненужной и стылой, и бедной рудой. чтобы в сумрачном этом любимом краю постоять хоть минуту ещё краю".

Рассказывая о жизни (а ведь вся поэзия – именно о жизни), автор не минует традиционных тем, характерных для поэзии и литературы в целом. Судьба, дорога, отчий дом, детство... Обо всём этом говорится честно и трогательно-доверительно. Но, в то же время, так, как свойственно именно ей – с оттенком драматизма и лирическими реминисценциями,

"...так в зарытом, цветном, бесполезном, и под камешком где-то лежит наше детство и стало заметным: время вспять никогда не бежит. но пойду в этот двор и проверю, вдруг не найден, не вырван секрет, и опять я кукушке поверю, что ворожит в белесый рассвет. и всё сбудется – рано не поздно, и вчера – и уже никогда"...

Чему сбыться суждено – знать не дано даже настоящей поэзии, А что сбылось? Появилась книга стихотворений поэта, не избалованного вниманием критики. Но ее голос звучит из Екатеринбурга внятно и слышно, тем более, что всемирная сеть этому способствует. И пока модные авторы делят титулы и премии, Елена Черная пишет, и её поэтическая речь, не искривленная влиянием сиюминутной суеты, прямым маршрутом движется к цели, стремясь задеть сердечные струны в душах читателей.

Поэт смотрит в нас... Что видит он, что читаем мы? В море выходящих книг легко затеряться, сбиться с курса. Книга Елены Черной имеет свой опознавательный знак – талант и сопричастность мировой культуре. Даже с учетом того, что не все стихотворения одного уровня, это интересно и привлекательно, независимо от времени, в котором вирусы меняют облик и название, а люди иногда теряют лицо, обретая токсичные, нечеловеческие свойства. Возможно ли этого избежать? Бог весть. Поэзия (настоящая) пытается говорить о главном, но слышат ли её? Судя по тому, что творится в мире, нет. Но вдруг услышат... И вдруг это поможет. Лекарства (от злости и ненависти тоже) не всегда эффективны. Но важно, чтобы они были. И потому хорошо, что выходят книги стихотворений. Такие, как книга Елены Черной.

"...здесь был Гомер, и профиль резкий, как рифма режет слух и глаз... и на вокзальной передержке, на радужках, и в час нерезкий, у проходящих мимо касс застрянет кадрами в нарезке поэт, смотрящий прямо в нас"... "...на набережной неисцелимых венецианской куртиной... и залива зеркальной картиной, многоканальное – покажет, зримо, как на просторах, на нас изгоях... саваны, саваны, как на павших в трое... от трояна, от covid’a... от голиафа, от давида... от вируса – человечьего вида"...

© Владимир Спектор, 2024-2025.
© Сетевая Словесность, публикация, 2024-2025.
Орфография и пунктуация авторские.

Книга отзывов

НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"

Борис Бюргер. Вечный кот. Повесть, Часть 1. [Довольно давно – лет где-то пятнадцать назад – я наконец овладел русской грамотой и прочитал пару-тройку романов весьма популярного у...] Яков Каунатор. Белый аист московский... Эссе. [О жизни, времени и творчестве Владимира Высоцкого. Эссе из цикла "Пророков нет в отечестве своём...".] Рэй Армантраут: Из новых стихов 2024-2025 года. Переводы с английского Яна Пробштейна. [Новые стихи из будущей книги американской поэтессы Рэй Армантраут "Безопасные комнаты" (Safe Rooms, 2026).] Владимир Алисов. Ступени. Стихотворения и миниатюры. [я всё ещё / жив / пока со мной / моё детство / и неумение жить] Игорь Гонохов. Оттенки света и иронии. [Если только сможешь – не пиши, / ни от скуки, ни от чувств, ни сдуру. / Не смеши свои карандаши. / Не расстраивай клавиатуру...] Виктор Кустов. Изменчивый мир. Рассказы. [На двери подъезда заплаткой белело крупно: "Зодчие времени". И красным – цифра домового вечернего прайм-тайма и место сбора – подвальный холл...] Михаил Ковсан. За что? Рассказ. [Памятника не просил – сами поставили. И не в селе среди берёзок-осинок – повывелись там раскудрявые мужики – а в городе, в столице...] Ингвар Коротков. О поэзии "птенцов" гнезда прилепинского... С клопами. Статья. [На прилепинской почве уже взросло целое племя – талантливых и неистовых. Как сказал бы дед Щукарь из шолоховской прозы: "все как один – яечки румяные...] Литературные хроники: Владимир Буев. Вдохновение не ищет времени. [Презентация новой поэтической книги Марлены Мош "Я не знаю, о чём я" в рамках арт-клуба "Бегемот Внутри".] Сергей Комлев. Не приедет автобус обещанный. [Не ждать, не бояться, не гуглить. / Не врать, не болтать, не спешить. / Седые, умолкшие угли / в уснувшем костре ворошить...] Читайте также: Владимир Алейников. Ангелы | Артём Ангелопуло. Одинаковые сны | Ника Батхен. Места и имения | Юрий Бородин. Творческие портреты поэтов-современников | Владимир Буев. Писательница, которая в Антарктиде хотела обнять пингвинов, но ей не разрешили | Андрей Бычков. На пороге | Не ленив и очень любопытен | Гадание по динамическому протоколу (О книге СКК "Эзотопы") | Надежда Герман. Ледяная леди Изольда | Борис Кутенков. Избранные записи из телеграм-канала – 2025 год. Часть I | Ирина Романец. Плеск моря в кончиках пальцев | Владимир Серебренников. Отсутствующий пейзаж | Евгений Антипов. Лев Толстой как неопознанный феномен | Вячеслав Арасланов. Надо жить, наверное, попроще... | Андрей Баранов. На излёте лета