Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность



АБСОЛЮТНЫЙ  СВЕТ




      * * *

      Немного больно голове,
      и хорошо, что их не две -
      одна. И та, почти чужая:
      чижа я приютила в ней,
      он смысла здравого нежней
      поёт, небес не раздражая.

      Как будто в осквернённый храм,
      где плачет ветер, пьяный в хлам,
      где мерзость запустенья, где
      ходили бесы по нужде,
      он по ошибке залетел
      и задержался между дел.

      Он щёлком выжил из ума
      всё то, что тщетно я сама
      пыталась вымести оттуда.
      Смешливой песней окропил
      ночь без ступенек и перил.
      О, Божья милость и причуда!

      Не покидай меня, мой чиж,
      мне страшно, если ты молчишь.

      _^_




      БЛИЗНЕЦЫ

      1

      В далекой ярославской колыбели
      сны выкипели - слёзы закипели
      и благодарным паром обдают
      германской колыбели неуют.

      Агукают гигантские качели,
      нас укачали, выкачали: мне ли,
      тебе ли золотых сечений кровь
      переливая радугой миров.

      Умаявшись ли, маятники наши
      две колыбели вечные - две чаши -
      друг в друга опрокинули на всхлип...
      На дно твоей,
      смотри, мой снег налип.

      Две девочки спелёнутые туго:
      Ау-ау...
      Уа, моя подруга! -
      в зеркальном небе плачут две в одной,
      вытягивая рост на позывной.

      Как слепости учиться у Гомера,
      как в Господа шагнуть без шагомера,
      ау-ау - шепнуть - агу-агу!
      Спи, детка, спи.
      Я рядом.
      Я смогу.

      2

      Спи, детка, спи.
      Спи камень, спи лошадка,
      спи в клеточку измятая тетрадка,
      спи небо спи земля
      спи солнце спи...
      Еще есть семя -
      стремя -
      время Пи

      3
        "в зеркальном небе плачут две в одной..."

      Закрой глаза. Уснём. Не в этот раз, но
      в нём трещинка растёт крестообразно,
      красно листве во облацех витать.
      Не в этот раз, клянусь, но аки тать
      уже Жених в полунощи грядёт,
      и знаю я, кого он украдёт.

      Не бойся быть. Когда живая поросль
      пробьётся там, где мы с тобою порознь,
      где драгоценных писем листопад
      сгорит в дупле до пепла без цитат.
      Лишь голым светом лодку-колыбель
      наполнит память, севшая на мель.

      Уже не суть - потопы или мели,
      мы в ней летать над безднами посмели.
      ..................................................
      О них потом. Забудь. Закрой глаза, я
      хочу играть. Хоть в зайчиков Мазая!
      Слова и сны без умолку мешая,
      как чокнутая девочка большая,
      во мне звенят все слёзы и ха-ха
      пустых лампад в преддверье Жениха.

      Ау-ау! Ведь мы себе простили
      смешинки наши и смешенье стилей?
      Так доиграем в зайчиков. Пиф-паф!
      Прости, сестра, что ни Марий, ни Марф
      не задержалось в зеркале густом,
      лишь трещинка святит его крестом.

      Целую крест, сестра, на отраженьи
      двух дурочек, и крест в кругу мишени
      двух зайчиков, и просто, просто крест.
      И знаешь ли, зеркальных пазлов треск
      не режет слуха болью беспредельной,
      всё покрывает нежность колыбельной.

      Спи, детка, спи.
      Закрой глаза на всё.
      Спасён, кто любит. Любит, кто спасён.

      4

      Не бойся быть. На белом белом белом
      я нас рисую белым белым мелом
      и чистым снегом нас в ночи рисую
      как на ладони линию - не всуе,
      а тихо-тихо. Дымом невесомым
      над пустошью.
      Как будто бы из комы
      я выхожу
      за сотню тысяч лет
      и вижу, кто мы.
      Абсолютный свет

      _^_



© Ирина Перунова, 2018-2019.
© Сетевая Словесность, публикация, 2018-2019.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Михаил Рабинович: Повторение слов [Подвальная кошка, со своими понятными всем слабостями и ограниченностью мировоззрения - вот кто, по-настоящему. гарант мира и стабильности, а не самозваные...] Татьяна Шереметева: Маленькие эссе из книги "Личная коллекция" [Я не хочу. Не хочу, чтобы то, что меня мучает, утратило бы силу надо мной. Что-то в этом есть предательское по отношению к моим воспоминаниям, к тем,...] Глеб Богачёв, И всё же живёт [Антологию рано ушедших поэтов "Уйти. Остаться. Жить" трижды представили в Питере и Ленинградской области.] Александра Сандомирская: Дождь и туман [Сладким соком, душистой смолой, / током воздуха, танцем пчелиным / бог, обычно такой молчаливый, / говорить начинает со мной...] Алексей Смирнов: Опыты анатомирования, Опыты долгожительства: и Опыты реконструкции, или Молодильные яблоки [Все замолкают, когда я выхожу в сад. / Потому что боятся. / Подозревают, что дело плохо, но ничего не знают и не понимают...] Игорь Андреев: Консультант в Еврейском музее [...А Федю иногда манил дух Израиля. Еврей! Это слово для него было наполнено какой-то невыразимой магией...] Андрей Баранов: Синие крыши Дар-эс-Салама [Мы заснули врачами, поэтами, / инженерами и музыкантами, / а проснулись ворами отпетыми, / проходимцами и коммерсантами...] Григорий Князев: Лето благодатное [Как в начале ни ахай, как в конце ни охай, / Это лето обещает нам стать эпохой, / Жизнью в миниатюре, главой в романе, - / С урожаем рифм... и без...]
Словесность