МИНИАТЮРЫ
В комнату ко мне залетела птица. Она испуганно билась крыльями о потолок и стены, сильно кричала - просила помочь. Но я лишь спокойно наблюдал. Птица в изнеможении села на гардероб и сочувственно сказала:
- Какое у вас твердокаменное небо, как вы здесь живёте?
- Вот так и живём. Если бы не потолок, то, лёжа на диване, никогда бы не узнали, в чём смысл жизни, - просветил я птицу.
Теперь человечество просыпается под звуки истории последних новостей. Не успеваешь протереть глаза, как тебе сообщают о ночной жизни президента, нападении на страну и очередном футбольном побоище на той стороне света... Из всего потока истории ты вылавливаешь сообщение, что дорожают хлеб и мясо, на кофе неурожай и принц Датский всё ещё думает, быть или не быть, на сцене провинциального театра...
И сказал первый:
- Ты - иуда!
И возразил ему второй:
- Иуда - ты!
- Я первый сказал! - возмутился первый.
- Ты первый продал! - был непреклонен второй.
Достаточно всего тридцати сребреников, чтобы нанять Иуду для предательства, но никаким золотом мира не заставить держать язык за зубами желающих доносить.
Один человек во мне по утрам идет в сферу материального производства - его одобряют государство, жена и дети. Другой человек во мне вечером возвращается домой - его ждут дети, жена и терпит государство. Третий человек во мне ложится смотреть сновидения - его осуждают все за эгоизм. Четвёртый человек во мне всё это знает, но ценит сновидения больше, чем жену, детей и особенно государство. Но никак не решается вывесить над кроватью плакат: "Да здравствует 1-ая годовщина вечности!" Для этого нужен пятый человек, но он не успевает родиться из-за частых моих пробуждений.
Если бессмыслицу поставить вне закона и автору под барабанный бой отрубить голову, то бессмысленность, обагрённая кровью, наполнится смыслом страдания. И тогда под её знамена встанут миллионы людей, чтобы первым делом захватить власть и начать казнить тех, кто не сумел понять смысл бессмыслицы. Недаром смысл ищет форму, бессмыслица - содержание.
Нести ведро до мусоропровода и неожиданно высыпать содержимое соседу под двери. Все очистки, внутренности рыбы, шкурки колбасы и бумагу от черновиков.
Но, словно почуяв неладное, сосед откроет дверь и остолбенеет от такого хамства.
- За что? - удивлённо спросит у тебя.
- А тебе разве не хотелось вот так нести мусорное ведро и неожиданно вывалить кому-нибудь из соседей под дверь? Не хотелось?..
- Хотелось! - признаётся он и пугается потаённых мыслей.
- Вот за это и получил то, что тебе хотелось дать другим. Я знал твои подлые мысли, я выследил их у себя за письменным столом. Получай, - и ногой разбрасываю мусор.
Он попадает в квартиру, на стены и ему в лицо. А я бегу прочь...
Я знаю, что он тоже побежал за своим мусорным ведром и сейчас навалит мне кучу под дверь.
Так у нас начнётся мусорная война, в которую мы втянем наших соседей и всю местную общественность, которая не поверит, что я на это способен. А я такой, я всё могу, если выслежу, что там у вас за потайными мыслями.
- Он не такой как все! - восхищена женщина, растворяясь в полёте мужской фантазии.
- Он? Он - не такой как все... - разочарована всё та же женщина, перебираясь к маме с вещами.
Пришли к мудрецу ходоки и сказали:
- Мы хотим, чтобы ты управлял нами.
- А я уже и так вами управляю, - ответил им мудрец.
- Не поняли, - переглянулись удивлённо ходоки.
- А как вы нашли ко мне путь?
У мудрого спросили:
- Сможешь ли ты осветить весь наш путь?
- Нет! - скромно оценил свои возможности знающий все наперёд. Но, увидев на лицах спрашивающих разочарование, добавил: - Но светить буду - идите вперёд!
С тех пор мы находимся в пути множество лет, но не можем достичь предела, где сияние первозданной мудрости граничило бы со тьмой неведомого.
И нам кажется, что яркость изначального прокладывает дорогу.
На самом деле - это всё лучшее выходит из тьмы на свет.
Обещающий светить предвидел это.
Прибежала соседка, закричала:
- Идите, смотрите - ваш отец опять летает по небу, распугивая птиц!
Мама заплакала, запричитала:
- Господи, за что нам такое наказание? Лучше бы он напился и валялся в канаве, как все люди. И зачем показывать, что у тебя есть крылья?
Соседка удивлённо посмотрела на маму:
- И чего так убиваешься? Налетается мужик досыта, так хоть домой вернётся чистым!
- Да когда он добровольно возвращался? - негодовала мама. - Мне же за ним и лететь! А сколько ещё дел в доме!
- А можно мне? - спросил я у мамы.
- Глядите, и этот туда же, - всплеснула руками мама, доставая из темного чулана пыльные крылья.
© Владимир Монахов, 2006-2026.
© Сетевая Словесность, 2006-2026.
| НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" |
|
 |
| Борис Бюргер. Айфон. Петербургская повесть. [...А где-то через полгода по Юго-Западу поползли очень странные слухи: якобы некий плюгавенький клерк (ростом, правда, в три метра) отбирает у...] Вахтанг Чантурия. Двери открываются. Рассказ. [Поезд дальше не пойдёт, ибо мир кишит змеями в самых разных обличиях их...] Лев Ревуцкий. Ещё раз о женской любви и коварстве, или почти реальная история Дульсинеи из Тобосо. Рассказ. [...история их любви, как и история Ромео и Джульетты, Орфея и Эвридики, Тристана и Изольды, навсегда войдёт в историю.] Ингвар Коротков. Соевая конфета в красивом фантике (О премии "Слово"). Статья. [Давайте посмотрим, кого же выбрали нам эксперты – мэтры поэтического слова – во втором сезоне "Слова". И какие поэты олицетворяют для нас, читателей,...] Наталья Перстнёва. Медленный город. [Будет дождь, будет ливень с июньской грозой, /
Хлынут реки, исчезнут дороги. /
Мы пойдём по реке, мы вернёмся домой /
По воде, как последние...] Георгий Чернобровкин. Горсть времени. [О, если б только знать, как дышится легко, /
когда вслед немоте встаёт за солнцем слово /
и льётся облаков парное молоко /
над родиной, и свет,...] Елизавета Григ. Счастье улицы Эйнштейна. Рассказ. [Есть такие двери, что остаются под замком всю жизнь. Одну я неожиданно открыла, решив перейти улицу, и застряла на дороге...] Яков Каунатор. Реинкарнация (Борис Рыжий). Эссе. [О жизни, времени и творчестве Бориса Рыжего - эссе из цикла "Пророков нет в отечестве своём...".] Борис Кутенков. Об одном стихотворении Александра Куликова. Статья. [Нехитрое и даже традиционное по форме, оно даёт повод для рефлексии на разные темы: и об интертексте – давно волнующей нас проблеме реминисцентного...] Владимир Буев. "Я им не какой-то недоумок деревенский. Всех их обману!". Рецензия на книгу Евгения Попова и Михаила Гундарина "Василий Макарович". [Сам бог велел по поводу книги Попова и Гундарина отписаться, что я и сделал (в этом месте можно улыбнуться).] Евгения Ушенина. Святому Франциску. [я говорю: /
в этой земной глуши не стой у меня за спиной /
давай лицом к лицу когда не просят за себя /
а перечисляют всех даже тех кто не...] Анна Стрельникова. Пурпур ночной. [внутри поэта подклад из кренделей /
с присыпкой из стекла перебитого: /
одна строка насильно милует /
другая вышивает на погребах кресты] |
| X |
Титульная страница
Публикации: | Специальные проекты:Авторские проекты: |
