Словесность

Наши проекты

Теория сетературы

   
П
О
И
С
К

Словесность

[ Оглавление ]

Алёша Локис

[Написать письмо]

Алёша Локис родился во второй половине ХХ века в Ленинграде.

Уже маленьким мальчиком будущий писатель много думал: о времени и пространстве, о добре и зле, о жизни и смерти, о тычинках и пестиках, о морали и нравственности, о педофилии и геронтофилии, - сейчас даже трудно вспомнить, о чем только не задумывался Алёша Локис с самого раннего возраста.

Шло время, мальчик взрослел, крепчал его интерес к устройству мироздания вообще и проблемам человеческого сообщества в частности.

Достаточно хотя бы воскресить в памяти несколько его неформальных бесед с Эриком Берном, оказавшем сильнейшее влияние на мировоззрение юноши. Но еще большее значение для формирования взглядов молодого исследователя имела его совместная научно-практическая деятельность с Игорем Семёновичем Коном, которого писатель считает не только своим другом, но и первым Учителем.

Через некоторое время, однако, Алёша Локис, оказавшись под давлением советского идеологического пресса, впадает в глубокую депрессию и отказывается продолжать научную карьеру, - он целиком посвящает себя литературно-художественному творчеству. В течение многих лет писатель живет в полном затворничестве, усердно работает, но при этом ничего не публикует. "Не пришло ещё время доставать из ящика Пандоры эти мысли", - скажет Алёша Локис в одном из своих немногочисленных интервью.

В начале нового тысячелетия писатель много путешествует инкогнито, наблюдает, слушает и, конечно, продолжает писать. Отдельные литературные работы автора выходят в свет лишь после 2005 года, причём очень небольшими тиражами. Алёша Локис не любит публичности, он не ищет признания и славы - он искатель смыслов.


(Неизвестный Биограф)




Смотрите также:  Алексей Сомов. Алёша Локис: "...это и есть возбуждающая меня сладость свободы от..." Интервью (18 февраля 2010)

Изложение ученика бэ класса
(8 июля 2010)
Маслята
(18 февраля 2010)








НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Алексей Смирнов: Концерт на карантине [Вот разные рыбы, - благожелательно отмечал господин Лю, шествуя через рынок. - Вот разные крабы. Вот разные гады, благоухание которых пленяет... / ...] Татьяна Грауз. Прекрасны памяти ростки [Татьяна Грауз о самых ярких авторах второго тома антологии "Уйти. Остаться. Жить", вышедшего в 2019 году и охватившего поэтов, умерших в 70-е и 80-е...] Татьяна Парсанова: Пожизненно. Без права переписки [Всё чаще плачем, искренне, как дети... / Всё чаще в кофе льём слезу и виски... / Да кто же знал, что нам с тобою светит - / Пожизненно. Без права...] Ирина Ремизова: За птицей [когда - в который раз - твой краткий век / украдкой позовёт развоплотиться, / тебя крылом заденет человек, / как птица...] Алексей Борычев: Обречённость [Бесполезная пустота. / Кто-то... Что-то... А, может, нечто... / И весна, как всегда, не та. / Беспричинно бесчеловечна...] Братья Бри: Живой манекен [Прежде я никогда не испытывал тяги к игре, суть которой - заманить чей-то разум, чьи-то чувства в сети, сплетённые из слов. Я фотохудожник, и моё пространство...] Наталья Патроева, Юрий Орлицкий. Настоящий филолог, умеющий писать стихи [В "Стихотворном бегемоте" выступила петербургский ученый и поэт Людмила Зубова.] Сергей Слепухин: Блаженство как рана (О книге Александра Куликова "Двенадцать звуков разной высоты") [Для художника на Дальнем Востоке нет светотени. Здесь отсутствие светотени и есть свет...] Александр Куликов: Стихотворения [В попутчики брал я и солнце, и ветер, и тучи. / Вопросами я и луну, и созвездия мучил. / Ответы на травах, каменьях и листьях прочел, / и кто-то...] Максим Жуков: Она была ничё такая [На Пешков-стрит (теперь Тверская), / Где я к москвичкам приставал: / "А знаешь, ты ничё такая!" - / Москва, Москва - мой идеал...]