ПРОЧИТАНО:
* * *
Господи, как надоело быть существительным.
Это ведь еще и бессмысленно.
Не глагол, не предлог, а совершенно вымышлен,
тобою же произнесен
столь же немыслимо, как рыбалкой стать, удочкой и карасем
одновременно.
Молчать о важном, выверенном,
выстраданном.
Вообще обо всем...
_^_
* * *
этот мир насыщенный картина корзина картонка солонка слова
которые как ты знаешь говорит и показывает москва
вытаскиваешь занозу протираешь одеколоном ранку прячешь иголку
твое бытие не менее предметно чем книга на самой далекой полке
чем барабанная дробь отдающаяся в барабанной же перепонке
вот уж не думала говорит соседка
что увижу тебя надушенным вычищенным
тебе чего не хватает войны ну вот тебе на война
желтенькое и фиолетовое давно друг друга не любят копья точат
какие города хочешь посетить париж дакар
выставка достижений народного бесхозяйственного
в ней будет все: северное и западное, южное и восточное.
_^_
ЧИТАТЕЛЬСКИЙ ДНЕВНИК
ВЕНИЧКА ЕРОФЕЕВ
Эта молния на сумке что-то не закрывается...
Я шагаю и думаю, что надо бы сочинить поэму.
В которой будут персонажи: жонглеры, четыре китайца,
Два гея, один сифилитик, другой с экземой...
Еще парочка персонажей - волшебник-неудачник,
тот самый, из песни Пугачевой,
Юная девушка, слушающая в плэйере "Дачников",
Да и сам Шнур, в водолазке грязной, хотя и новой.
Еще есть идея включить в персонажи утопленника,
Харуки Мураками (ну все же включают).
И человек восемнадцать гопников,
которые всю эту шушеру развенчают.
Я даже уверен, получится поэма что надо.
Будет и экшн, и мессидж, мол, не фиг от народа воротить морду.
Парочка персонажей вырвутся из этого ада,
Один гей (с экземой) и один китаец. Политкорректности в угоду.
Поэма получится, я просто уверен,
Рецепт отличный, хотя яйца выеденного не стоит!
о ней напишут в Литературном обозрении,
Новом или Старом, а автор с гонорара всех портвейном напоит.
И уже у самого моего подъезда,
Пьянющего, с незастегивающейся молнией,
встретят гопники, числом восемнадцать, и съездят
несколько раз по морде, и ножом консервным отрежут голову...
БЬОЙ КАСАРЕС
Эти загадки случатся не у любого автора.
Страницы листаются, планета вертится.
Все послания от Боготы до Буэнос-Айреса
Будут адресованы либо Господу, либо тебе...
И ты будешь читать их как молитву, прищурившись,
становясь похожим на горбуна, забывшего о своем горбе
ВАМПИЛОВ
Страшно сидеть с пистолетом во рту.
Жена говорит, еда в холодильнике,
проголодаешься - разогреешь.
Не забудь покормить кошку,
Я поехала к маме.
Я в ответ мычу: "Угу".
И от этого всего становится менее страшно.
Как будто ничего не было - еще не стемнело -
звучит радиопостановка - утиная охота - скоро.
ЛЕСКОВ
Многое там кирпичом не чистят ты царь поверь
цивилизация бля прет изо всех щелей
нитроглицерином аспирином нобелем вашим треклятым
я ваши атомы подкую ногтём изгрызенным но не смятым
только дай лекарство от чего не сдохнуть
ваши простыни с клеймами вашими совсем обсохли
только главное обо мне царю скажите
он не разобрал не его вина
он говорит с первых слов не разобрал а так вообще люблю.
_^_
НАСТОЛЬНАЯ КНИГА
I
Мысль о тебе несвоевременна, как сигарета на сеновале,
Как коллекционный коньяк в богемном полуподвале,
Несовременна, неумна, бестолкова по своей природе.
Мысль о том, что ты существуешь,
О том, что легка и чувственна твоя походка.
Хочется сбросить одежды, в воде укрыться, вином отвлечься.
Замолчать без цели, себя обхватить за плечи.
Обчитаться дряни, забыться. Но мысль надо мной смеется.
Терпится, любится, того и гляди, на крик сорвется.
Только произнести ее, заговорить, и станет немного легче.
Пепел падет на ладони и станет речью.
Несвоевременной, несовременной, и все же спасительной оговоркой.
Необязательной, как истерика, как эмоции. Соленой. Горькой.
II
Ирония - немножко самолюбованье.
Покажешь плечико, подумаешь о большем.
Я стану скатертью твоей, твоим скитаньем,
Нежнее стану, невозможно тоньше.
Чтоб пыль осела, чтобы неразлично...
И невозможно больше веселиться.
Мы в расстоянии и времени разлучны,
Как в комнате забытые вещицы...
III
Ну, какого ты сна еще не видала, говори!
О том, что в Европе зима, что снежинки стареют,
не успев обогнать Земли,
О том, что Евклид, древний грек, сочинил геометрию,
что ему благодарны школьники
разве что за морской бой, за крестики и за нолики.
Или о том, что ты простудишься и уснешь.
А проснешся здоровой, но на улице питерский снег,
а не питерский дождь.
И о том, что нет давно ничего параллельного на Земле.
То есть Лобачевский прав, зарифмовав судьбу и любовь земную.
И несет эти рифмы на правом крыле и на левом крыле
Рыба летучая, с альбатросами соревнуясь.
IV
Это август в дурацкой футболке на Куршской косе.
Вот ты дяденькой стал, офутболился, оживотился.
Это лес поле лес поле лес поле лес,
Это чересполосица, в ней не прожить, не ужиться.
Коль порежешься трижды на трижды ненужном бритье
коль потрогаешь Балтику - злую большую собаку,
Сразу станешь моложе на день, ну хотя бы на день.
(все любовницы тысячу лет, как имеют детей).
Светка, Олька, Надюха, кого-то забыл, и Натаха.
Как же все это вытерпеть, вынести, выдержать, спеть?
Это будто смотреть сериалы с собой в главной роли.
И песок завершается морем, и дальше не сметь!
Поделись со мной самым ненужным - стихами и горем.
_^_
ЕДИНЫЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ЭКЗАМЕН
Чтоб в ряд стоять в исподнем
чтоб выпускной испортила шпана
чтоб через годы вспоминать последний
звонок как золотые времена
поставьте цепко галочку напротив
какого цвета было платье у ростовой
что на столе обломова стоит
подсвечник пепельница и бокал вина
за что вы любите литературу
за сплетни и за внешний вид
_^_
|
