Словесность

Наши проекты

Картинки в паутинке

   
П
О
И
С
К

Словесность

[ Оглавление ]

Умберто Эко

Умберто Эко

Об Умберто Эко знают даже те, для кого всё, связанное с Италией, слилось в одно непроходимое Данте-петрарка-спагетти-милан-интер-мамма-миа. 68-летний уроженец Пьемонта, профессор Болонского университета оказался единственным из ныне живущих итальянских сочинителей - и это с досадой признают сами итальянисты - преодолевшим узкие границы региональной литературы и ставшим писателями общемировым - в один ряд с Толстым, Кафкой или Кортасаром. Именно он первым из современных писателей-"интеллектуалов" перестал гнушаться занимательности как таковой и стал приправлять ее еле заметной иронией, породив сам жанр "интеллектуального бестселлера" и проторив дорогу Акуниным всего мира.

Немало, впрочем, и таких, кто заявляет, что знать не желают об Эко-писателе, а его романы называют бездушной игрой ума и компьютерными файлами, но охотно отдают должное Эко-ученейшему семиотику, автору многочисленных работ по знаковым системам и теории массовой коммуникации, почетному доктору множества университетов, неоднократно прилюдно и печатно заявлявшем о своей нежной дружбе с Юрием Лотманом.

Однако в "Словесности" Эко представлен в третьей своей ипостаси: как матерый колумнист, автор колонки в газете Corriere della Sera. Понятно, что эта ипостась для него не главная. Но все-таки нельзя сказть, что это левой ногой писаная халтура. Иначе для чего бы сам Эко регулярно выпускал собрания этих своих колонок отдельными толстыми книгами.

Эти колонки интересны тем, что в них, пожалуй, гораздо резче, чем в его романах и тем более в научных трудах проступает основа "феномена Эко" - стремление и умение говорить серьезные вещи под видом шутки, интеллигентного, но ни к чему не обязывающего трепа.

Некоторые называют это постмодернизмом.

Мac vs DOS
Перевод Михаила Визеля
(31 мая 2001)
Вавилонская беседа
Перевод Михаила Визеля
(1998)






НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Дмитрий Песков. Сила притяжения [Я сейчас с Митрием. Мы живем в пещерe. Питаемся росой и грибами. Читаем сутры про Авалоктишвара Бодхисаттву и Шарипутру. Митрий все время мне внушает...] Виктор Хатеновский. Восторг затравленной любви [Жаль – я с Вами не договорил / О любви, о старости... о многом... / Ходит слух – архангел Гавриил / Завтра познакомит меня с Богом...] Алексей Кузнецов. Уступите лыжню африканцу [Сегодня солнечно с утра, прогноз хороший / И беззаботно весела улыбка дня, / А в голове моей туман, в тумане ёжик – / Такая странная проблема у...] Светлана Ахмедова. Вполголоса [Ты знаешь, вызывают привыкание / слова. Простой и честный алфавит. / Мир тесен, а слова – они пространны: / кристалл, вода, бальзам, огонь, магнит...] Олеся Луконина. Ладонь на стене [Огромный пёс, чей силуэт был процарапан неизвестно кем на стене четвёртого подъезда дома 34 по улице Таёжной, широко зевнул и закрыл клыкастую пасть....] Наталья Герасимова. Поэзия обязательна! [12-я, выездная, серия "Вечера авторов ... хороших и разных", в рамках арт-проекта "Бегемот Внутри".] Татьяна Парсанова. Мысли в хутор стремятся упрямо [Из подола неба, ранние, / Раскатились звёзды сливами. / Загадали мы желание – / Чтобы быть всегда счастливыми...] Надежда Шляхова. Солнечный календарь [Холодно и пусто окрест. / Тёмный сад безлюден и гол. / В мире, предстающем, как текст, / Я – несовершенный глагол...]