Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность



        ДЕНЬ  РОЖДЕНИЯ  ГАЛКЕВИЧА


        * РОЖДЕСТВО В БЕЙРУТЕ
        * РЫБАК
        * ПОПОВ ОТРАВИЛСЯ
        * ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ ГАЛКЕВИЧА


          РОЖДЕСТВО  В  БЕЙРУТЕ

          кофе ночью
          осколки хрустальной люстры
          собраны с пола
          слугой
          бабушка после укола
          спит
          в гостиной пусто

          сама по себе
          скрипит
          старая мебель

          доктор приводит в чувство
          тетку
          другую тетку
          ее сестру

          старый мультфильм не досмотрен
          фотография кенгуру
          порвана
          в детской
          закрыто окно

          на кухне
          осталось открытым вино
          в соседних дворах темно

          вот - Рождество
          в Бейруте

          но
          торжества не окончены
          и все впереди

          день и
          доктор выводит сына под синее небо
          во двор
          говорит: иди

          праздничным утром
          в кафе
          у которого вместо окон - мешки с песком
          ожидают гостей

          Салах починяет стулья
          Халед протирает столы носком

          _^_




          РЫБАК

          снова война
          идет 95-й
          год
          пахнет мятой
          ночь
          спят мятежники
          и государственные солдаты
          закрывает глаза отряд
          карателей
          спят часовые
          война - не война
          все спят

          в темноте
          в горах
          на краю
          заблудился путник,
          ноги его поцарапаны
          в носках - семена
          потерял пистолет
          он ранен
          черное небо над головой пересекает спутник
          август
          луна

          он говорит себе:
          знаешь, ты - рядом с какой-то разрушенной крепостью
          и никого тут нет
          трава
          и трава
          и
          ты невидимый
          в темноте
          ложись
          подоткни одеяло - уже не страшно
          погаси фонарь - засыпают дикие звери
          только висят москиты
          стоят какие-то башни
          и под слоем сухой земли
          под тобой
          остаются те, что умерли сами
          те, что давно убиты
          лежат
          в сорока сантиметрах

          под щекой
          покой

          (и хотя под тобой - скелет
          если тебе его жаль
          то боязни нет)

          он закрывает ладонью лицо
          всюду шипит трава
          в ней он угадывает слова:
          где
          ты
          где
          ты
          Константинополь
          Симферополь
          Ялта
          Москва
          государь император
          далекие острова
          что могли быть нашими

          поднимается
          и
          вздыхает
          над его головой в луче фонаря летают
          ночные жуки
          он чистит от колючек носки

          потом
          поднимает бинокль
          и смотрит
          на море
          на море - тьма
          такая, что можно сойти с ума

          но где-то стучит мотор
          в пустоте уплывает катер

          он переводит прибор на луну
          на луне видно каждый кратер

          ложится вниз животом
          думает:
          раньше
          здесь был каменный дом

          во дворе - два тополя
          плетеные табуретки
          кофе
          на столе какие-то листья, вязаные салфетки
          виноградная водка
          инжир
          внизу привязана лодка

          лодка трется о камни
          она скрипит
          над нею небо не черное, а голубое
          и впереди - не бегство, а жаркий день
          допустим, что я -рыбак
          сегодня я в море не выйду
          останусь сидеть с тобою

          на низких скамейках, поджав колени
          сидим
          и сидим
          по земле пробегают тени
          облаков
          и ветер меняет тени
          листьев
          и слышны удары прибоя

          _^_




          ПОПОВ  ОТРАВИЛСЯ

          Попов отравился
          съел какое-то мясо
          и лежит один
          принял теперь анальгин

          но его отравление
          сильнее
          по ногам и рукам
          пот телу
          пробегает плохая кровь

          он чувствует себя как река
          как человек
          которого по этой воде
          куда-то несет

          точнее
          уже унесло

          лодка течет
          и сломалось весло

          вот

          он летит
          плывет
          и под ним - вода
          по дну пробегает тень
          плывущего

          на дне - города
          он видит все время сразу
          и сходит

          в 70-й год

          тут ты живешь
          тут лежат на земле -
          польские иллюстрированные журналы
          выброшены из окон:
          вата
          чашки

          и доски захламляют балкон

          особые дни и особый свет
          по трещинам на асфальте бегут муравьи

          Попов говорит: это что?
          и знает ответ
          это они:
          запах картофеля из окна, чад, какие-то сковородки
          дети
          внизу
          под окном
          поднимают вверх подбородки
          поворачиваются вслед пролетающим самолетам
          и
          покрытая липким налетом, потом
          с акцентом
          женщина сверху кричит, что пора поесть
          потому что шесть
          часов вечера

          писк телевизора за окном
          стук воды
          наполняющей чайник
          опустевший двор - это заполненный дом
          вечер
          ветер
          и
          час еды

          в подъезде двенадцать кошек
          в сумерках - туча мошек
          жирные птицы ложатся спать
          но кто-то все еще сверху бросает во двор куски
          хлеба

          Попов говорит: о, небо!
          опять!
          и
          переносится в небо


          помнишь
          как ты летел из Москвы в Баку?
          рейс такой-то во столько-то
          там и разносят ужин

          слева - немолодая женщина с брюзжащим мужем
          справа, посмотришь, - внизу Москва,
          но проглотишь кусок и Москва - куку

          после еды ты спишь
          над темной, пустой землей
          потом открываешь глаза
          луна
          река петляет змеей

          прибывая в город
          (на самолете два с половиной часа)
          по дороге расстегивай ворот-
          ник рубашки
          там пыльно, жарко

          будь готов
          и
          скоро узнаешь сам

          этот вкус
          эти
          покрытые пылью автомобили, сухие деревья в сквере

          трое казахов у винного магазина
          навеки вместе
          они говорят о цене бензина

          ты потный
          толстый
          ты ничей
          незаметный
          бесцветный
          и море

          в море - бешеные тюлени
          еще дня два
          и население
          умрет от лени
          лето
          и лето

          это ее слова

          и
          запах ее квартиры
          наполняет улицы
          переулки
          дыры
          в городской стене

          никуда не деться
          вот так живем

          проходит год или два
          она говорит:
          течение времени разрывает мне сердце
          мы просыпаемся днем
          только решишь одеться
          а день прошел

          вот тебе
          чай во дворе
          и нарды, качанье на стуле

          и снова - ночь,
          и кроме цикад уснули
          все

          времени нет
          в каждом из слов - содержание всех предыдущих слов
          ночью ты ешь на кухне холодный плов

          но раньше было не так
          не так

          проснувшись в темной комнате
          ты щупал пупырышки на стене, ходил на кухню попить
          смотрел в окно
          и оно
          открывалось в
          какие-то города
          в огни
          и
          они
          мигали внизу вдали

          там двигались фары, звезды

          в темноте проходило время
          оно проходило
          с особым значением
          от красного края
          до темно-синего края земли

          _^_




          ДЕНЬ  РОЖДЕНИЯ  ГАЛКЕВИЧА

          Галкевич
          умирает на дискотеке
          весь потный
          темно
          по венам его
          бежит:
          водка
          вино
          и злой стимулятор
          душно
          невозможно открыть окно
          он думает:
          жаль что я не живу в деревне
          что вокруг
          не руины

          не город какой-нибудь, скажем, древний
          Херсонес
          Книд
          или
          не собственный деревянный дом
          где под каждой доской - жук
          сверчок
          где лежишь на полу
          и, можно сказать, под каждой доской у тебя есть друг

          я куда-то ползу
          или все куда-то течет

          почему я не жил в просторных деревянных домах
          в горных хижинах
          и больших дворцах
          в теремах
          почему я не в поле
          на воле
          не лежу там где
          какой-то ветер дует
          на каких-то холмах

          милую я обижал
          не создавал уют
          не кормил ужином при свечах
          не водил в кино
          а только туда где пьют

          а теперь
          запирают дверь
          скоро уже конец
          скоро погаснут лампы
          выключат свет
          прощайте
          Лена
          мама
          отец
          скоро
          в темноте кто-то хороший придет за мной
          скажет, что смерти нет

          на самом деле
          приедет доктор
          его фамилия - Ройтман
          и герой не умрет
          Галкевич
          останется жить
          есть
          пить
          курить
          но с чувством какой-то вины
          с чувством оставшегося невредимым
          в разгар войны

          но пока он еще
          дрожит под столом
          думает о былом
          о том чего не было
          и еще знает
          что не
          умирает

          вот, уже без десяти
          без пяти
          без двух
          полночь
          а помощи нет
          он произносит вслух:
          скоро
          пора идти

          тяжелое тело стремится домой, к земле
          продавливает полы
          спускается
          ниже
          и ниже
          проходит землю насквозь
          и как бы выходит
          из этой тьмы

          он говорит:
          вот теперь
          я
          вижу
          вижу

          расступилась тень
          наступает день

          вот
          какой-то прекрасный вход
          лазурный небесный свод

          вот
          горы
          и те холмы
          где мы рождены

          и дальние берега
          где нет и следа врага

          где солнце все время
          днем
          и ночью

          где мы не умрем

          _^_



          © Федор Сваровский, 2003-2018.
          © Сетевая Словесность, 2003-2018.






 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Макс Неволошин: Психология одного преступления [Это случилось давным-давно, в первой жизни. Сейчас у меня четвёртая. Однако причины той кражи мне все ещё не ясны...] Тарас Романцов (1983 - 2005): Поступью дождей [Когда придёшь ты поступью дождей, / в безудержном желании согреться, / то моего не будет биться сердца, / не сыщешь ты в миру его мертвей, / когда...] Алексей Борычев: Жасминовая соната [Фаэтоны солнечных лучей, / Золото воздушных лёгких ситцев / Наиграла мне виолончель - / Майская жасминовая птица...] Ирина Перунова: Убегающая душа (О книге Бориса Кутенкова "решето. тишина. решено") [...Не сомневаюсь, что иное решето намоет в книге иные смыслы. Я же благодарна автору главным образом за эти. И, конечно, за музыку, и, конечно, за сострадательную...] Егавар Митасов. Триумф улыбки [В "Стихотворном бегемоте" состоялась встреча с Валерией Исмиевой.] Александр Корамыслов: НЬ [жизнь на месте не стоит / смерть на месте не стоит / тот же, кто стоит меж ними - / называется пиит...]
Словесность