ДЕНЬ  РОЖДЕНИЯ  ГАЛКЕВИЧА




*	РОЖДЕСТВО В БЕЙРУТЕ
*	РЫБАК
*	ПОПОВ ОТРАВИЛСЯ
*	ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ ГАЛКЕВИЧА




РОЖДЕСТВО  В  БЕЙРУТЕ

кофе ночью
осколки хрустальной люстры
собраны с пола
слугой
бабушка после укола
спит
в гостиной пусто

сама по себе
скрипит
старая мебель

доктор приводит в чувство
тетку
другую тетку
ее сестру

старый мультфильм не досмотрен
фотография кенгуру
порвана
в детской
закрыто окно

на кухне
осталось открытым вино
в соседних дворах темно

вот - Рождество
в Бейруте

но
торжества не окончены
и все впереди

день и
доктор выводит сына под синее небо
во двор
говорит: иди

праздничным утром
в кафе
у которого вместо окон - мешки с песком
ожидают гостей

Салах починяет стулья
Халед протирает столы носком

_^_




РЫБАК

снова война
идет 95-й
год
пахнет мятой
ночь
спят мятежники
и государственные солдаты
закрывает глаза отряд
карателей
спят часовые
война - не война
все спят

в темноте
в горах
на краю
заблудился путник,
ноги его поцарапаны
в носках - семена
потерял пистолет
он ранен
черное небо над головой пересекает спутник
август
луна

он говорит себе:
знаешь, ты - рядом с какой-то разрушенной крепостью
и никого тут нет
трава
и трава
и
ты невидимый
в темноте
ложись
подоткни одеяло - уже не страшно
погаси фонарь - засыпают дикие звери
только висят москиты
стоят какие-то башни
и под слоем сухой земли
под тобой
остаются те, что умерли сами
те, что давно убиты
лежат
в сорока сантиметрах

под щекой
покой

(и хотя под тобой - скелет
если тебе его жаль
то боязни нет)

он закрывает ладонью лицо
всюду шипит трава
в ней он угадывает слова:
где
ты
где
ты
Константинополь
Симферополь
Ялта
Москва
государь император
далекие острова
что могли быть нашими

поднимается
и
вздыхает
над его головой в луче фонаря летают
ночные жуки
он чистит от колючек носки

потом
поднимает бинокль
и смотрит
на море
на море - тьма
такая, что можно сойти с ума

но где-то стучит мотор
в пустоте уплывает катер

он переводит прибор на луну
на луне видно каждый кратер

ложится вниз животом
думает:
раньше
здесь был каменный дом

во дворе - два тополя
плетеные табуретки
кофе
на столе какие-то листья, вязаные салфетки
виноградная водка
инжир
внизу привязана лодка

лодка трется о камни
она скрипит
над нею небо не черное, а голубое
и впереди - не бегство, а жаркий день
допустим, что я -рыбак
сегодня я в море не выйду
останусь сидеть с тобою

на низких скамейках, поджав колени
сидим
и сидим
по земле пробегают тени
облаков
и ветер меняет тени
листьев
и слышны удары прибоя

_^_




ПОПОВ  ОТРАВИЛСЯ

Попов отравился
съел какое-то мясо
и лежит один
принял теперь анальгин

но его отравление
сильнее
по ногам и рукам
пот телу
пробегает плохая кровь

он чувствует себя как река
как человек
которого по этой воде
куда-то несет

точнее
уже унесло

лодка течет
и сломалось весло

вот

он летит
плывет
и под ним - вода
по дну пробегает тень
плывущего

на дне - города
он видит все время сразу
и сходит

в 70-й год

тут ты живешь
тут лежат на земле -
польские иллюстрированные журналы
выброшены из окон:
вата
чашки

и доски захламляют балкон

особые дни и особый свет
по трещинам на асфальте бегут муравьи

Попов говорит: это что?
и знает ответ
это они:
запах картофеля из окна, чад, какие-то сковородки
дети
внизу
под окном
поднимают вверх подбородки
поворачиваются вслед пролетающим самолетам
и
покрытая липким налетом, потом
с акцентом
женщина сверху кричит, что пора поесть
потому что шесть
часов вечера

писк телевизора за окном
стук воды
наполняющей чайник
опустевший двор - это заполненный дом
вечер
ветер
и
час еды

в подъезде двенадцать кошек
в сумерках - туча мошек
жирные птицы ложатся спать
но кто-то все еще сверху бросает во двор куски
хлеба

Попов говорит: о, небо!
опять!
и
переносится в небо


помнишь
как ты летел из Москвы в Баку?
рейс такой-то во столько-то
там и разносят ужин

слева - немолодая женщина с брюзжащим мужем
справа, посмотришь, - внизу Москва,
но проглотишь кусок и Москва - куку

после еды ты спишь
над темной, пустой землей
потом открываешь глаза
луна
река петляет змеей

прибывая в город
(на самолете два с половиной часа)
по дороге расстегивай ворот-
ник рубашки
там пыльно, жарко

будь готов
и
скоро узнаешь сам

этот вкус
эти
покрытые пылью автомобили, сухие деревья в сквере

трое казахов у винного магазина
навеки вместе
они говорят о цене бензина

ты потный
толстый
ты ничей
незаметный
бесцветный
и море

в море - бешеные тюлени
еще дня два
и население
умрет от лени
лето
и лето

это ее слова

и
запах ее квартиры
наполняет улицы
переулки
дыры
в городской стене

никуда не деться
вот так живем

проходит год или два
она говорит:
течение времени разрывает мне сердце
мы просыпаемся днем
только решишь одеться
а день прошел

вот тебе
чай во дворе
и нарды, качанье на стуле

и снова - ночь,
и кроме цикад уснули
все

времени нет
в каждом из слов - содержание всех предыдущих слов
ночью ты ешь на кухне холодный плов

но раньше было не так
не так

проснувшись в темной комнате
ты щупал пупырышки на стене, ходил на кухню попить
смотрел в окно
и оно
открывалось в
какие-то города
в огни
и
они
мигали внизу вдали

там двигались фары, звезды

в темноте проходило время
оно проходило
с особым значением
от красного края
до темно-синего края земли

_^_




ДЕНЬ  РОЖДЕНИЯ  ГАЛКЕВИЧА

Галкевич
умирает на дискотеке
весь потный
темно
по венам его
бежит:
водка
вино
и злой стимулятор
душно
невозможно открыть окно
он думает:
жаль что я не живу в деревне
что вокруг
не руины

не город какой-нибудь, скажем, древний
Херсонес
Книд
или
не собственный деревянный дом
где под каждой доской - жук
сверчок
где лежишь на полу
и, можно сказать, под каждой доской у тебя есть друг

я куда-то ползу
или все куда-то течет

почему я не жил в просторных деревянных домах
в горных хижинах
и больших дворцах
в теремах
почему я не в поле
на воле
не лежу там где
какой-то ветер дует
на каких-то холмах

милую я обижал
не создавал уют
не кормил ужином при свечах
не водил в кино
а только туда где пьют

а теперь
запирают дверь
скоро уже конец
скоро погаснут лампы
выключат свет
прощайте
Лена
мама
отец
скоро
в темноте кто-то хороший придет за мной
скажет, что смерти нет

на самом деле
приедет доктор
его фамилия - Ройтман
и герой не умрет
Галкевич
останется жить
есть
пить
курить
но с чувством какой-то вины
с чувством оставшегося невредимым
в разгар войны

но пока он еще
дрожит под столом
думает о былом
о том чего не было
и еще знает
что не
умирает

вот, уже без десяти
без пяти
без двух
полночь
а помощи нет
он произносит вслух:
скоро
пора идти

тяжелое тело стремится домой, к земле
продавливает полы
спускается
ниже
и ниже
проходит землю насквозь
и как бы выходит
из этой тьмы

он говорит:
вот теперь
я
вижу
вижу

расступилась тень
наступает день

вот
какой-то прекрасный вход
лазурный небесный свод

вот
горы
и те холмы
где мы рождены

и дальние берега
где нет и следа врага

где солнце все время
днем
и ночью

где мы не умрем

_^_



© Федор Сваровский, 2003-2026.
© Сетевая Словесность, 2003-2026.