Словесность

[ Оглавление ]



Новые публикации
"Сетевой Словесности":
Дмитрий Аникин. Два музыканта. Поэма
Елена Кабардина. Морошка. Стихи
Ольга Расташанская. Полчаса до весны. Стихи
Дмитрий Рябоконь. Кот да Винчи. Стихи
Бекки Сквиррел. Следуя за вопросами... Стихи для детей
Виктория Орлова. "На подоконнике" и другие истории. Рассказы
Яков Каунатор. Жил-был мужик... Эссе
Ингвар Коротков. О своеобразной литературной критике или когда кукушка хвалит петуха... Статья
Наталья Гвелесиани. Новый Завет: художественный перевод в духе современных понятий.
Борис Кутенков. Алексей Небыков: "Немало нерастраченного огня для внимательного писателя...". Интервью
Литературные хроники: Полина Пехтерева. Поэт, смотрящий в глубину. Вечер памяти Алексея Ильичёва


   
П
О
И
С
К

Словесность




"Реалити-шоу" как новый жанр в художественной литературе

О книге: Максим Привезенцев. История Мираксздания, Литрес: Самиздат, 2020


Тем книголюбам, которые посчитали роман Максима Привезенцева эдаким "лёгким чтивом" в свободные от работы часы, могу с готовностью заявить, что категорически не согласна с подобной оценкой книги. Своё несогласие с удовольствием подкреплю целым рядом аргументов.

Во-первых, создавая остросюжетную историю с автобиографическим уклоном, автор в итоге вышел далеко за пределы первоначального замысла и на стыке различных жанров написал произведение которые в равной мере может быть интересно как простому читателю, так и профессионалу в области экономики и даже лингвистики - книга изобилует всевозможными терминами и новомодными словечками: девелоперы, инфоцыганы, билборды, nft-токены, олигофренды.

В целом тут и авантюрная линия с элементами детективного жанра (расследование о таинственном исчезновении денег крупнейшей корпорации), и мелодрама (личная трагедия главного героя), и даже элементы исторического романа. Например, события, связанные с формированием и последующим падением могущественной строительной корпорации, осмыслены автором в общеисторическом контексте, на фоне значимых явлений российской истории 20-21 веков. Привезенцев пристально всматривается в свою эпоху, кропотливо изучает и девяностые, когда первые корпорации зарождались в условиях большего товарищеского доверия компаньонов, и нулевые, и двадцатые, подмечая в каждом времени мельчайшие подробности и детали, из которых складывается общая картина происходящего, сравнивая различные этапы между собой с целью выявить некую закономерность тех или иных событий и поступков героев:


"2020-й год запомнится многим изменившейся тональностью обычного течения жизни, а многие, покинув этот мир, не смогут удивиться, каким все оказалось зыбким...

В преферанс уже почти не играли, покер еще не стал мейнстримным воплощением азарта, и "мафия" завладела нашими умами довольно легко - прекрасный тренажер для мозга, замешанный на анализе речевых ловушек и языка телодвижений...".


Если внимательно следить за событиями книги, можно понять, что в ней развиваются одновременно несколько сюжетных линий: это история духовной деградации основателя Миракс-здания Полонского, история громкого падения самой корпорации, а также опыт анализа исторического становления экономики в нашей стране с попыткой ответить на главный вопрос: "Есть ли у российского бизнеса будущее?". Как это ни печально, ответ автора скорее отрицательный.

В ходе своих размышлений автор приходит к выводу о том, что с течением времени уровень взаимного доверия партнёров-предпринимателей не просто понизился, но стал своего рода фикцией, чем-то несуществующим. Абсурдным стало даже просто говорить об этом. Если ещё в конце 90-х годов люди ещё доверяли друг другу, готовы были поддерживать товарищеские отношения, то в "роковые нулевые" ситуация в корне изменилась - учредители компаний стали работать по схеме "обогати себя и кинь партнёра". Честный бизнес в условиях российской действительности казался утопией, поскольку всем управляла мафия - местная и централизованная. Наглядной картиной такой предельной закоррумпированности стала история реконструкции Курского вокзала. Пытаясь усовершенствовать российские пути сообщения, герой романа, "вооружённый официальной бумагой с новыми полномочиями", вскоре осознал, что с мафией невозможно бороться с помощью документов:


"...остались три упёртые...бизнес-структуры": чебуречники с прокурорской крышей, камера хранения со смотрящими от "магаметян" до майора транспортной полиции и парковщики с какой-то тоже невообразимой крышей. По этим трём мне из руководства РЖД просто передали: "Они должны остаться, только новый формат им придумай".


Прослеживая подобную ситуацию на разных уровнях общественного устройства - от местных властей до верхушки власти - автор разворачивает перед читателем весьма неприглядную панораму насквозь прогнившей изнутри российской экономики и государственности.

Таким образом, роман отличается многоплановостью и раскрывает широту взглядов автора. Не так часто встречаются у нас бизнесмены-писатели, способные вразумительно и на высоком художественном уровне рассказать об актуальных событиях современности. Между тем, читатель, которому посчастливится столкнуться с этой книгой, сможет ликвидировать пробелы в своём знании о российском бизнесе и его представителях. Если опираться на классическую терминологию, роман Максима Привезенцева можно определить как своего роды "бытописание" - художественно-документальный очерк жизни и нравов представителей финансовой элиты. И что же мы можем здесь увидеть? Типичное бездумное времяпрепровождение "мальчиков-мажоров", убеждённых, что за деньги можно всё и всех продать и купить. Что составляет досуг "великих мира сего"? Сауны, горнолыжные курорты наряду с наркотиками и криминалом.. Автору важно показать, что несметные материальные блага "портят людей, разрушают их изнутри, подрывают духовные и нравственные ценности. В итоге это приводит к распаду семейных и дружеских связей и полной духовной деградации личности. Главные качества "заправил российского бизнеса" - абсолютная беспринципность, готовность действовать любыми, даже незаконными, методами ради достижения конечной цели. А часто эта цель связана с желанием обмануть партнёра, оставить его без законной доли дохода от предприятия. Достаточно вспомнить, какими способами беспринципный Полонский хотел расправиться с тем, кого ещё совсем недавно называл своим другом и партнёром по бизнесу. В ход пошли все методы: угрозы, сфабрикованное и шитое белыми нитками уголовное дело, обыск, нескончаемая травля. Однако это не испугало Привезенцева, не заставило его замолчать там, где это, вероятно, было разумнее всего. Можно сказать, что образ "благородного бизнесмена" - ещё одна черта новаторства в книге.

У романа есть и ещё одна любопытная жанровая особенность - это отсутствие какой-либо сюжетной и композиционной заданности. Возникает такое ощущение, что автор сам толком не знал и даже не догадывался, во что же выльется его первоначальный замысел. Если первая половина истории кажется более академической и связана с размышлениями героя о корпорации и предпосылках ее возникновения, то во второй части сама жизнь как будто врывается в относительно размеренное повествование, разрушая стилевые и жанровые границы книги. С момента появления таинственного Гринго описанные события превращаются в настоящий квест с непредвиденным исходом. Фактически у Привезенцева появляется соавтор, привносящий в книгу значительную долю интриги своими неожиданными компроматами на Полонского и экзотическими фактами его личной (кстати, весьма спорной) биографии. История о том, как владелец крупнейшего строительного предприятия перебрасывал действующие активы за границу, даже немного окутана ореолом пиратской романтики, но на этом фоне ещё более очевидной становится злая ирония судьбы. Правосудие в руках тех, кто уносит свои ноги подальше от родины, имея такую финансовую возможность.

Приятно, что автор хочет докопаться до истины и хотя бы перед читателем открыть все потаённые карты нечестной игры, показать истинное лицо российской финансовой элиты.



Можно сказать, что читатель имеет дело с новым жанром: "роман-реалити-шоу", или "роман-игра". Из высказываний автора следует тот же самый вывод: "Минимум литературности, максимум фактов - я ждал реакции от участников тех событий, надеясь, что она станет движущей силой нового сюжета".

Это живая материя, самостановящаяся и практически уже неподвластная воле одного только автора. Мог ли он подумать, что его желание просто выплеснуть душу и поделиться с читателем своими личными переживаниями, перерастёт в поиск ответа на вопрос, куда подевались действующие активы Мираксздания?

Здесь нет логической завершённости, но есть пространство для авторских и читательских раздумий. Возможно, именно поэтому роман кажется столь увлекательным и абсолютно современно звучащим.




© Елена Севрюгина, 2021-2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2021-2026.
Орфография и пунктуация авторские.




Увлекательные квесты для школьников в Санкт-Петербурге - лучшая форма детских экскурсий.
ОБЪЯВЛЕНИЯ

НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Виктория Орлова. "На подоконнике" и другие истории. Рассказы. [Аркадий был лось. Он сидел в шезлонге, смотрел на море и думал о вечном: что было, когда его не было...] Яков Каунатор. Жил-был мужик... Эссе. [О жизни, времени и поэзии Михаила Анищенко. Из цикла эссе "Пророков нет в отечестве своём...".] Борис Кутенков. Алексей Небыков: "Немало нерастраченного огня для внимательного писателя...". Интервью. [Мы поговорили с писателем о его новой книге "Неодолимая тишина света", о работе издательств с аудиторией и о том, как опыт альпинизма может...] Дмитрий Аникин. Два музыканта. Поэма. [Играют невозможное. Но как / проникновенно! Что нам всем по нраву? – / сентиментальность и скабрёзность... Да, / вот так и трафят общим низким...] Елена Кабардина. Морошка. [Мои стареющие сверстники / кто в Храм, кто в пьянство, кто в безумие. / Я – вышиваю русским крестиком / цветы из песен гамаюновых...] Ольга Расташанская. Полчаса до весны. [Это лето. Море. Мальчик – губы вишни, / Яркая улыбка, выбритый висок... / Поцелуи с солью. Роза. Кисть кишмиша. / Небо на закате – как томатный...] Ингвар Коротков. О своеобразной литературной критике или когда кукушка хвалит петуха... Статья. [Подытожить, честно говоря, получается плохо – улыбка чеширского критика постепенно превращается в оскал лабубы...] Наталья Гвелесиани. Новый Завет: художественный перевод в духе современных понятий. (файл PDF, 5,3 Мб). [Художественно-концептуальный перевод Нового Завета на современный язык, стремящийся сохранить смысловую глубину греческого оригинала и передать её в...] Литературные хроники: Полина Пехтерева. Поэт, смотрящий в глубину. [Вечер памяти Алексея Ильичёва (1970-1995) в рамках цикла "Уйти. Остаться. Жить".] Дмитрий Рябоконь. Кот да Винчи. [Кто просекает структуру момента, – / Тем не до бурных аплодисментов, / Не до восторженных рукоплесканий, / (И не до фиги в кармане).] Бекки Сквиррел. Следуя за вопросами... Стихи для детей. [На снегу следов цепочка, / А в конце цепочки – точка. / Кто за кем спешил по следу, / Кто кого ловил к обеду?..]
Словесность