|
ИУДИНО ДРЕВО
* * *
Время по имени морок.
Время по имени скорбь.
Пишет в донбасской конторе
Мартирологи Господь.
Ни воздаянья, ни манны.
Грады у эха во рту.
Линией размежеванья
Чаши несут темноту.
Воздуха минное гетто.
Время по имени страх.
Здесь географию смерти
Вызубрил каждый овраг.
И облаков шестикрылость
Не упадает с высот.
Время по имени милость,
Мы для эпохи не в счет.
Ангел другого пошиба
Ждет у поспешных могил -
В каждом окрестном изгибе
Время по имени гибель,
Лесостепной Азраил.
И не утишит полета
Над разбомбленным селом
Танка и гранатомета
Региональный псалом.
_^_
* * *
Ангел ушел пешком
С крыльями-вещмешком.
Контурное перо
Врезалось под ребро.
Цвет галилейский стих
В лилиях полевых.
Зерен горчичных прах
В наших с тобой руках.
Ворон прифронтовой
Вьется над головой.
_^_
* * *
Мне выпало жить на краю страны
Одною из малых сих.
И если не в самом пекле войны,
То до него за миг.
Не день сурка, а синдром курка,
В углах четырех земли.
И весть блаженная далека
С фальцетом ее сулы.
Степного Данта за лимбом лимб
Да воздух пороховой.
И все страшнее времен калибр
Над полночью типовой.
_^_
* * *
1.
Напрочь распался в любовном и синем
Богов чертеж.
Личным пространством души трехаршинным
Не зачерпнешь
Буквиц лекарственных фармакопею
От фонаря.
...Что там Державин про песню военну,
Про снегиря?
2.
Не отследить от обстрела к обстрелу
Весь некролог.
Как ты ветвишься, Иудино древо,
Сквозь потолок,
Как окружаешь дрожанием тварным
Душу мою
В городе маленьком партикулярном
Тьмы на краю.
_^_
* * *
Прожиточный минимум прифронтовой:
Манатки вокзальных небес,
Донбасского снега осевший сувой,
Опасный за спинами лес.
И ночи с овчинку в руках Эвменид,
И Горловка в горле горит.
Шатучая штольня, подвал бытия,
Всклень полнится чаша твоя.
Скреби по сусекам суглинков и вод,
Ищи свой прожиточный жмых,
Пока наполняется кровью испод
Скудельных сорочек земных.
_^_
* * *
Мне на плечи кидается век-волкодав
1.
И опять когтит аорту,
И в плечо вонзает клык
Век шакала, век вервольфа -
К мандельштамову впритык.
Не течет по здешним рекам
Чаш семи Господень гнев.
И не фарес, и не текел -
Откровенье от пся крев.
2.
Жизнь, слетевшая с катушек, -
Ни луча на небеси, -
Днем и ночью ты утюжишь
Все "помилуй и спаси".
На твоем иконостасе
Ни соломинки, ни зги.
И полны боезапасов
Креп-сатиновы круги.
3.
В круге смерти обиходной
Душу с небом на хребте
Гонит метр степной погонный
По немыслимой черте -
Там, где манна выживанья,
Где провиденье мертво.
...И скрежещут громко жвалы
Кали-времени сего.
_^_
* * *
Прощальною незримою колонной
По прорвам горним павшие пройдут -
От террикона до Иерихона,
От недр до труб.
Еще твое не прервано мгновенье,
Но ждет фугас в каком-нибудь стволе,
Чтоб стали прахом, гривною разменной
Твой дом, и век, и лампа на столе.
_^_
* * *
Не чудо и не музыка
Снежком на обшлажок,
А неба обезумевший
Пристрелянный шматок.
И мы над скорбной чашею,
Как лист пред татарвой,
И досочка кончается
Дорожки световой.
_^_
* * *
Уплывает стальной синевою,
Огибая копер и притвор,
Над сухой лакримозой степною
Убиенных бесчисленный хор:
Там, вверху, между Градом и Богом,
Где уже не видны их черты.
И безмолвствуют чертополохом
И полынью заросшие рты.
_^_
* * *
Когда слетает небо с петель
И неусыпен миномет
Над нашей Северскою Летой,
Ложится смерть с тобой валетом
И ждет.
И нет ни вышнего покрова,
Ни Волопаса колеи
У хаты, в том саду вишневом,
Где мы не Боговы - ничьи.
Где обагряет нашей кровью
Фома Близнец персты свои.
_^_
* * *
На линии фронта и тыла,
Где каждый отринут и наг,
Нас время беструбно убило,
Семь звезд низвергая во мрак.
Истории шабаш постылый
Повесит на нас всех собак.
Мы геополитики терра,
Животной ее железы:
Нас оптом навеки похерив
Процесс мировой на мази -
Вблизи подкидных эл-эн-эров,
Пленэров расстрельных вблизи.
Сокрыты палящей печатью
Живые источники вод,
И ангел не выйдет с ключами,
И Бог нам слезу не отрет.
_^_
|
© Татьяна Литвинова, 2015-2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2015-2026.
| НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" |
|
 |
| Екатерина Вольховская. Львиная доля. Рассказы. [Есть такие совершенные создания, которым всё идёт и всё прощается. Их любят абсолютно все женщины и большинство мужчин...] Владимир Алейников. Сокольники. Эссе. [И погода была – хорошей, и нисколько не уставала все красоты поры осенней, вместе с явными чудесами, нам, друзьям, собравшимся вместе, здесь, на воле...] Надежда Гамильнот. Бунт как искусство (О книге Анны Горенко "Королевская шкура шмеля"). Рецензия. [О новой книге из мемориальной серии "Уйти. Остаться. Жить", посвящённой поэтам, ушедшим молодыми во второй половине XX - начале XXI веков.] Евгений Толмачёв. "Пора дать писателю официальный социальный статус". [Интервью с поэтом, прозаиком и публицистом Станиславом Минаковым. / С писателем мы поговорили о блеске и недугах современной русской...] Сергей Сутулов-Катеринич. 17 мгновений войны. Асимметричный цикл стихотворений. [Любая бойня – мимо воли Божьей: /
Помимо, но во имя сатаны. /
Прапрадед правнучонка уничтожит – /
Мальчонку, не пришедшего с войны...] Алексей Григорьев. Не далее как в этом январе. [бублики, бараночки, конфеточки, /
водочка, водичка, колбаса. /
были мы смешливыми поэтами, /
стали мы (ненужное – вписать)...] Михаил Ковсан. Радость большая. Рассказ. [А у соседей снизу радость большая. Не веселье, конечно, и тем не менее. Груз с плеч. Камень с души. Не сравнивая, что очень понятно, но груза кусок,...] Татьяна Горохова. Донкихоты духа. Эссе. [О Володе Курдюкове и его сыне Никите Кникта. / Владимир Курдюков – художник, который всю свою жизнь посвятил искусству, очень много работал:...] Юлия Великанова. Книга, пугающая с пользой (О романе Эдуарда Резника "Мой маленький Джей"). Рецензия. [Ещё одно понятие сейчас добавилось в нашу реальность – коллективное исцеление психики. Свою лепту роман в это наиважнейшее дело вносит.] Литературные хроники: Антон Ровнер. Пять поэтов, хороших и разных. [18 серия цикла "Вечер авторов хороших и разных" в Культурном центре академика Д.С.Лихачёва в рамках арт-проекта "Бегемот Внутри".] Марина Намис. Травяные наречия. [Ночь пока вселяется в нас, /
пока /
я снимаю азбуку с языка, /
вьюга снежным кругом обводит дом, /
говори на белом, на небылом...] Евгений Степанов. Будь что будет. [Я жил без пустословья. /
Любовь текла по венам. /
А то, что не любовь, – я /
Считал второстепенным.] |
| X | Титульная страница
Публикации: | Специальные проекты:Авторские проекты: |
|
