Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность




ПОДВЕСКА НА НИТОЧКЕ


1

Каждые сутки Пейла сопровождала вереница ощущений. Днем - наяву, ночью - во сне. Ощущения протекали в образах - возникали, исчезали - в основном растворялись, будто их и вовсе не было. Необъяснима не только внешняя сторона жизни, но и внутренняя. Но самыми интересными в жизни самого Пейла были те блаженные и весьма краткие мгновения, когда он вообще ни о чем не думал. В такие минуты он понимал, что счастье заключается в его личном отсутствии и в таком же личном присутствии в чём бы то ни было. Ты как бы есть и в то же время тебя в этом как бы и нет. Вот такие пустопорожние рассуждения сопровождали Пейла в тягомотине ожидания своей очереди к врачу, или точнее к врачихе.

Городок, в котором он жил, и городком назвать было бы зазорно. Однако частных домов было много и, в основном, жили в этих домах люди зажиточные. Но в окружении этих частных домов были возведены четырехэтажные коробки, предназначенные для бедной части населения. Пейл жил в одном из этих домов. А сейчас, ровно в полдень, он ожидал очереди к врачу. Она жила в другом городке и на работу приезжала на своей легковушке. Пейл уже бывал у неё на приеме. Это была молодая женщина, судя по платью, облегавшему её тело, имевшая спортивную фигуру. Когда она шла по коридору, выложенному кафельными плитами, её каблучки чётко озвучивали упругую походку. Икры на ногах рельефно обозначивали каждый мускул. Мужеподобная обаятельность была ей не к лицу. Но самое интересное в этом посещении была игра в кошки-мышки между ним и врачом. Она шила Пейлу шизофрению и тщательно записывала свои наблюдения, а Пейл прикидывался дурачком, делая вид, что он всей этой, профессиональной с её стороны, подлой необходимости не понимает. В этот день она пригласила на приём еще несколько человек с таким же диагнозом, как у Пейла. Во всяком случае на двоих (на сидевших рядом мужчину и женщину) Пейл обратил особое внимание. Мужчина Пейлу был незнаком, а женщину он знал точно. Пейл частенько видел её в городке. Это была высокая, губастая и худая женщина азиатского типа.

Наконец подошла очередь и ухмыляющийся Пейл с нарочито наигранной придурковатостью присел напротив врачихи. Она тут же задала ему пару стандартных вопросов - не страдает ли он бессонницей, хороший ли у него аппетит - не вызывает ли у него еда отвращение, имеются ли у него проблемы с отправлением естественных надобностей. "Ты смотри, какая интеллигентная, - подумал Пейл и, округлив свои глаза до наивной непосредственности, сказал, - такой женщины как вы у меня никогда не было и уже никогда не будет". "Господи, это надо же - с какими шизиками я вынуждена общаться, - подумала врачиха и, не скрывая своего раздражения, бросила вослед, - оставьте свои глупости за дверью!" Пейл вышел из кабинета и, прикрыв за собой дверь, несколько замешкался. В этот момент произошло нечто совершенно неожиданное и, можно даже сказать, не поддающееся объяснению. Мужчина, сидевший рядом с азиатского типа женщиной, подскочил к Пейлу. В руке у него, откуда ни возьмись, оказалась тонкая леска, намотанная на палец. К нитке было прикреплена продетая через ушко подвеска, качавшаяся перед крючковатым носом Пейла наподобие миниатюрного маятника. Пейл опешил от такой необъяснимой наглости и буквально застыл в гипнотическом ступоре. А мужчина, продолжая одной рукой держать перед лицом Пейла качающуюся подвеску, второй рукой притронулся к пушистому джемперу Пейла и, касаясь пальцами пушинок, начал покручивать их пальцами, глядя не моргающим взглядом в глаза Пейла. Мысль Пейла, несмотря на ступор, работала с бешеной скоростью. Ему захотелось ударить наглеца и не просто ударить, а проломить ему череп. Но тут же его обуяла вереница мыслей сдерживающего порядка. "Если я его ударю, все шишки на меня свалятся. Эта скотина на это и рассчитывает. И полиция тут как тут - появится немедленно. Схватят и передадут меня на попечение в отделение психиатрии. И наконец-то "нуждается в наблюдении психиатра" будет задействовано на полную катушку. Мол, мы этого социально опасного психа правильно на учете столько лет держали".


2

Вскоре наш герой был приглашен на свадьбу. Народу было много и среди них знакомые Пейлу лица в основном жители уже упомянутого нами городка. Правда, мужчины-провокатора на этой свадьбе Пейл не заметил, а вот женщина азиатского типа присутствовала. Она во время свадебного гульбища села рядом с Пейлом, да не просто рядом, а вплотную - так, что Пейл ощутил пышущее жаром прикосновение во всю длину её азиатской магнитно прилипчивой ноги. Пейл сидел не шелохнувшись, пытаясь не выдать свое к этой женщине отвращение всеми силами своих шизоидных нервов. И надо отдать Пейлу должное, что ему это удалось. Женщина, вероятно, подумала о Пейле: "Ну вот, еще один импотент, к которому я обязана, по просьбе Валерии Абрамовны (имя и отчество врачихи), проявлять признаки внимания".

Попутно, должен заметить, интересно и весьма экзотично завершение этой вечеринки, касающееся косвенным образом самого Пейла. Пиршество имело место, слава Богу, не во время чумы. Пейл возвращался домой вместе с соседкой, жившей этажом ниже в том же здании, что и Пейл. Дорога к дому вела мимо мусорного бака. Любопытно отметить некоторые внешнего рода особенности женщины, идущей навеселе вслед за Пейлом размеренной покачивающейся из стороны в сторону мужской походкой. Проходя мимо бака, женщина подняла валявшийся на дороге кремневый внушительного размера осколок и совершенно мужским движением размахнулась и запустила камень в мусорный бак. Раньше мусорные баки изготовлялись из листового железа. Но в нынешние времена железо считалось дефицитным и дорогим материалом. Именно поэтому мусорные баки изготовлялись из пластмассы. Время было вечернее. Мусорные баки были только что опорожнены проехавшими по улицами городка мусоровозами и, освобожденные от мусора, являлись фактически огромными барабанами, изготовленными на пластмассовой основе. По известным только Господу Богу соображениям, женщина метко запустила кремневый осколок в мусорный бак. И тут же пустотелый бак загудел, словно церковный колокол, разогнав всех ютившихся возле бака беспризорных кошек. Женщина повернула ухо и голову с пляшущими кудряшками в сторону гудящего затухающим эхом мусорного бака и дико с нескрываемым наслаждением захохотала и в этот момент Пейл осознал, что он живет в городке, населенном потомственными сумасшедшими.


3

По прошествии двух последующих месяцев, после того, как одна из служащих больничной кассы позвонила Пейлу и сообщила, что Валерия Абрамовна просит его явиться на плановое собеседование, Пейл пришел в точно назначенное время. Это был, как ему помнится, жаркий полдень, но здесь, в поликлинике, воздух был освежающим - работали кондиционеры. Последовали обычные вопросы, давно известные Пейлу. И поэтому он, шутки ради, решил свое посещение и задаваемые ему вопросы несколько разнообразить. "На что жалуетесь?", - спросила Валерия Абрамовна в присущем ей стиле морального и умственного превосходства. "У меня сильные боли в правом колене", - сказал Пейл, надеясь на то, что Валерия Абрамовна попросит его снять брюки и показать болезненное место. Так оно и произошло и пришлось ему, не без удовольствия, исполнить ее желание. Но при этом Пейл совершенно забыл о том, что его ноги поражены варикозным расширением вен, особенно в районе правого колена. А забыл он об этом потому, что никаких неудобств от этого своего заболевания не испытывал, поскольку закупоркой сосудов не страдал и каждый день с утра с профилактической целью выпивал кроверазжижающее средство. Увидев пораженные ноги Пейла, Валерия Абрамовна воскликнула с нескрываемым отвращением: "Так у вас же варикозное расширение вен!". Именно в эту секунду Пейл почувствовал себя библейским пророком, подумав: "А ведь и правда, что теперь она моей женщиной точно не будет".


4

Пейл, он это и сам осознавал, жил отчужденно - с остальными жителями почти не общался. Разве что краткими "будь и привет", но не больше. Во внутреннем спокойствии и согласии с самим собой он прожил около пяти лет. Что он представляет из себя, как личность, он и сам не знал, придерживаясь лишь одного правила, не делать другому ничего такого, чего сам себе не желал. В общем-то существование его было безоблачным, а значит и не омрачаемым. Но в один из моментов своего эйфорического состояния, он вдруг почувствовал, что ноздри его слипаются и перестают пропускать сквозь себя вдыхаемый и выдыхаемый воздух. Через пару недель такого неправильного дыхания ему стало казаться, что голова его отяжелела настолько, что кто-то, вероятно дьявол, заменил его мозги чугунным расплавом, но больше того, из его ноздрей выползли студёнистые образования, напоминавшие ему его полипозно-сопливое детство. Он тут же записался на прием к Валерии Абрамовне. Она сказала, что такое заболевание требует хирургического вмешательства. Но спасительный прием к хирургу был обещан Пейлу только через пять месяцев, а полипы продолжали расти и Пейл не выдержал. Купил ножницы и спирт. Продезинфицировав этот нехитрый инструмент, он выпил в качестве обезболивающего стакан водки и отчекрыжил полипозные образования ножницами. Было больно, но оставшиеся в обеих ноздрях полипы не кровоточили. Однако, ужас заключался в том, что полипы продолжали расти с утроенной скоростью - в этом он убедился на следующее утро. Из его ноздрей заметно торчали быстрорастущие полипы. Пейл, чтобы не привлекать косые взгляды посторонних, повязал голову чуть ниже глаз до самого подбородка шарфом и направился в супермаркет. Особого внимания на перевязанного Пейла никто не обратил, мало ли что бывает с человеком. Накупив продуктов, Пейл облегченно вздохнул, надеясь, что полипы из его ноздрей перестанут расти. Но безудержный их рост продолжался и к тому же, удлинившись, они начали шевелится и извиваться подобно змеям. В середине ночи, когда Пейла окончательно уморила бессонница и он уснул, полипы выросли настолько, что обвили его шею подобно двум удавам и задушили несчастного насмерть.

25.11.2019




© Александр М. Кобринский, 2019-2020.
© Сетевая Словесность, публикация, 2019-2020.
Орфография и пунктуация авторские.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Сергей Петров: Эпидемия [Любая эпидемия, как и война, застаёт людей врасплох и пробуждает самые низменные инстинкты. Так получилось и в этот раз: холеру встретили испуганные,...] Белла Верникова: Композитор-авангардист Артур Лурье [В 1914 г. в Петербурге вышел манифест русских футуристов, синтетически объединивший модернистские поиски в литературе, живописи и музыке - "Мы и Запад...] Михаил Фельдман (1952 – 1988): Дерево тёмного лика [мой пейзаж / это дерево тёмного лика / это сонное облако / скрывшее звёзды / и усталые руки / и закрытая книга] Татьяна Щербанова: Стихотворения [На этом олимпе сидят золотые тельцы, / сосущие млеко из звездно-зернистой дороги, / их путь устилают сраженные единороги, / Гомеровы боги и даже...] Питер Джаггс: Три рассказа из книги "От бомжа до бабочки" [Сборник рассказов "От бомжа до бабочки", по мнению многих, является лучшей книгой о Паттайе. Он включает двадцать пять историй от первого лица, рассказанных...] Сергей Сутулов-Катеринич: Попытка number 3, или Верстальщица судьбы [дозволь спросонья преклонить главу / к твоим коленям, муза-хохотунья, / верстальщица, волшебница, шалунья, / сразившая зануду-школяра / метафорой...] Роман Смирнов: Следующая станция [Века уходят, астроном, / когда ты ходишь в гастроном, / но столько чая в пятизвёздном, / и столько хлеба в остальном...] Сергей Слепухин: Карантин [Ах, огненная гусеница вербы, / Накаливанья нить пушистой лампы, / Светильник в старом храме изваяний / В конце пути - там где-то, где-то там...]
Словесность