НА  ФОНЕ  ТЕМНОЙ  ЕГИПЕТСКОЙ  НОЧИ

- Хороший кофе, - сказала Таня.

- Хороший, - согласилась Зина. - Только порции маленькие. Я бы три таких выпила.

Таня протянула ей кошелек.

- Еще на одну хватит.

- Ладно, разделим пополам, - Зина поднялась.

Таня откинулась на спинку стула и прикрыла глаза. Перед мысленным взором возникло лицо пятилетнего Дениски. "Мама, ты скоро вернешься?" "Скоро". "А что мне привезешь?" "А что бы ты хотел?" "Не знаю. Выбери сама, чтобы был сюрприз". Он только накануне узнал слово "сюрприз". Еду, маленький, еду. И сюрприз тебе везу...

Тихо звякнула ложечка. Таня открыла глаза, но вместо Зины увидела незнакомку с длинными волосами, которая, глядя в чашку, помешивала кофе. Таня оглянулась - Зина все еще в очереди. А перед Зиной... - не чудиться ли ей это от усталости? - перед Зиной стояло шесть совершенно одинаковых девушек! Высоких, в коротких черных платьях, с длинными светлыми волосами. Никакого багажа, только маленькие сумочки, вмещавшие в лучшем случае пудреницу и помаду.

Блондинка за столом была явно из их компании. Нежные длинные пальцы, кольца... Таня осторожно опустила на колени свои огрубевшие от работы на рынке руки.

Подошедшая Зина негодующе уставилась на занявшую ее место девушку, и уже было открыла рот, но тут за соседним столиком освободился стул, и Зина быстро на него опустилась, ничего не сказав. Зазеваешься - стой, желающих посидеть в переполненном зале предостаточно.

- Давай чашку, отолью кофе, - обернулась к Тане.

- Пей сама. - Кофе Тане расхотелось.

Украдкой рассматривала незнакомку, поражаясь ее красоте. Остальные, занявшие освободившийся столик неподалеку, тоже были как на подбор. В прямых спинах, в том, как подносили к губам чашки, как пили кофе, чувствовалась выучка. Манекенщицы?

Молчаливые, яркие, несмотря на черные платья - цветная голограмма на фоне блеклой толпы помятых египетской жарой и бессонной ночью туристов, - они внезапно, словно по команде, посмотрели в одну сторону. Тщедушный человечек с вывернутыми наружу губами указывал на выход. Незнакомка, сидевшая за Таниным столом, отставила чашку. Но прежде, чем последовать за другими, быстрым движением подвинула к Тане бумажную салфетку.

Стеклянные двери распахнулись, и, повинуясь властному движению руки, девушки исчезли также внезапно, как и появились, растаяли, сгинули в чернильной темноте египетской ночи.

Может, их и не было? Примерещились в полусне? Таня помотала головой и машинально приподняла салфетку. Под нею оказалась сложенная в несколько раз бумажка с номером телефона сверху.

"Милая мамочка, у меня все хорошо. Не верь Дашке, если ей удалось все-таки отсюда выбраться. Люблю и очень-очень за вами скучаю...".

© Галина Грановская, 2008-2026.
© Сетевая Словесность, 2009-2026.