ВОЛНОВРЕМЯ * ТРИ ГОЛОСА * ОТРЫВОК ИЗ ГЕРОДОТА * В СУМЕРКАХ ТРИ  ГОЛОСА "Вот и пришло Рождество. А с ним к нам пришел тот свет, Который светил младенцу две тысячи с лишним лет Назад. Он тускло мерцает, как лампа сквозь тюль метели. И настоящее чудо в том, что мы его не проглядели". "Две тысячи лет назад еще не было веры, блуда И предательств, а был лишь пар из ноздрей верблюда. И ты видишь сейчас, как, взлетая над холщовым мешком заплечным Этот пар устремляется к небу и путем застывает Млечным". "И две тысячи лет спустя, такою же точно зимою Любовники шепчут во тьме: "спасибо, что ты со мною". И их шепот сливается с шорохом снега и ветра. И сам становится снегом". "Как мраморная Деметра". "Среди белых, застывших сугробов, подсвеченных фонарями, Невесомо чернеют деревья в оконной раме, Как написанное иероглифами японское стихотворенье, Где за строгим, печальным тоном прячется надежда на счастье и избавленье". "И все повторяется вновь - На мохнатые спины верблюдов пристроив мехи с вином, Смотрят волхвы в пространство, обернувшееся полотном Питера Брейгеля-старшего, на котором охотники торопятся на свиданье С родными людьми, уставшими от предчувствий и ожиданья. По колени в сугробах бредут они к детям своим и женам, Но, наткнувшись на вечность, застывают, как статуи, в воздухе напряженном". "И все повторяется вновь - Деревья чернеют - без листьев и тени, словно в самом начале творенья, - Как написанное иероглифами японское стихотворенье". "И их всех заметает время - волхвов, пастухов и все прочее. Лишь следы человека ведут по пустыне, как скорбное многоточие". _^_ ОТРЫВОК  ИЗ  ГЕРОДОТА "...Но были и такие люди - когда они засыпали, глаза их, как летучие рыбы, подпрыгивали вверх и зависали над ровной поверхностью океана, которую - напомню - эти существа считали своим небом. Мало что удавалось им увидеть. И еще меньше сохраняли они в своей памяти. Кому-то удавалось увидеть грозу, и красные вспышки молний навсегда отпечатывались в их выпуклых зрачках. В ужасе погружались они тогда на дно и под толщей вод находили успокоение. Другим открывалось спокойное синее небо с задумчиво плывущими облаками, в которых рыбы-глаза распознавали лики своих переменчивых богов. И когда они погружались на дно, они приносили всем утешенье. И им говорили: спасибо! спасибо! Это благодаря вам вокруг нас парят прозрачные, искрящиеся облака икринок, бесплодные и пустые, как наши сны, как полустертые воспоминания о лучшем мире, где нас нет и никогда не будет..." _^_ В  СУМЕРКАХ Два километра от берега. Теплоход "Карелия". Ночь становится гуще, слова - короче. Берег превращается в жемчужное ожерелье, выставленное в витрине ночи. В сумерках человек никому не нужен. Одинокому разуму кажутся лакомыми обрывки чужих разговоров, как россыпь жемчужин, перепутавших раковины. В сумерках человек до того одинок, словно он похоронен под слоем ила. И луна над ним кружится, как венок. И корабль плывет, как могила. И повсюду лишь тьма да сырое место. Волны бьются о борт. Маленькая, большая... И звучат так тоскливо... как арфа или челеста, ропот утопленников заглушая. _^_ 2003-2004

© Ренат Гильфанов, 2003-2026.
© Сетевая Словесность, 2004-2026.